Глава двенадцатая
Глава 12
Массимо
Моя дикая роза пыталась сопротивляться вчера ночью, но тщетно. Она расплавилась под моими прикосновениями, и это было самое восхитительное зрелище. Было невероятно приятно ощущать под пальцами ее нежную кожу, плавные изгибы бедер, упругую грудь... Она была вся прекрасна. Совершенна. Моя. Только моя.
Я намеренно не довел ее до оргазма, оставив на самом пике. Я хочу, чтобы она была моей добровольно, чтобы сама попросила меня об этом. Но пока она возводит стены, и мне приходится разбирать их по кирпичику.
Сидя в кабинете и размышляя о ней, я не заметил, как вошел Антонио.
— Вестей об Арабелле нет, — сообщил он. — Но сомневаюсь, что Лука держит ее в плохих условиях, тем более мы видели фото...
Я не дал ему договорить, резко подняв руку. Взял со стола телефон, нашел контакт этого ублюдка и набрал номер. Он ответил почти сразу.
— Чего же желает от меня уважаемый мистер Де Лука? — его сладковатый, насмешливый тон всегда выводил меня из себя.
— Ты ублюдок, где моя сестра? — прорычал я. — Слышишь, я тебе руки-ноги поотрубаю, будешь передвигаться в инвалидном кресле!
Он рассмеялся, и этот звук резанул по нервам.
— Не переживай, моя любимая пленница отдыхает в моих апартаментах. Ты многого не знаешь о своей сестре, Массимо.
Он бросил трубку. Я вскочил с кресла и начал метаться по кабинету, прежде чем швырнуть телефон на стол и со всей силы ударить кулаком по стене.
— Ублюдок! — прорычал я. — Я убью его. Скормлю его внутренности псам!
Попытавшись взять себя в руки, я вышел из кабинета. Сегодня 21 сентября — день рождения Розалии. Ее день. И я сделаю все, чтобы он запомнился ей надолго.
Я взломал ее приватный инстаграм — дело пары минут. Там она была не такой, как на официальных фото — живая, настоящая. В одной из истосий я заметил фотографию черной кошки с разноцветными глазами: один голубой, другой зеленый. Найти такую было непросто, но для меня нет ничего невозможного. Котенку было около трех месяцев, идеальный возраст, чтобы привыкнуть к новой хозяйке.
Пока она спала, я принялся за работу. Ее комната должна была стать отражением моих намерений — мрачной, но роскошной оправой для моей розы. Я заказал два огромных букета ее любимых черно-красных роз, их бархатные лепестки почти чернели в полумраке, оттененные алыми вспышками. Десятки матовых черных воздушных шаров, наполненных гелием, я привязал к ножкам кровати и ручкам шкафов, и они, словно призрачные сферы, покачивались под потолком. Я расставил вазы с розами на всех поверхностях, чтобы их густой, дурманящий аромат заполнил пространство. Было около девяти утра, и она вряд ли проснулась. Прихватив со стола тирамису — она его обожает — я тихо прокрался в ее комнату и поставил десерт с одной-единственной зажженной свечой.
Она лежала на боку, губы слегка приоткрыты, дыхание ровное и спокойное. Если бы она всегда была такой безмятежной... Я нежно погладил ее по плечу и осторожно потряс.
— Проснись, роза.
Она медленно открыла глаза. В них мелькнуло удивление, когда она приподняла голову с подушки, оглядывая преображенную комнату.
— Что происходит? — прошептала она хриплым от сна голосом.
Я усмехнулся и мягко, как только мог, произнес:
— С днем рождения, Рози.
Что-то промелькнуло в ее глазах — что-то, чего я не смог прочитать. Она задула свечу и улыбнулась. Искренне. Такой улыбки я от нее еще не видел — мягкой, красивой, без привычной наигранности. Я отдал ей десерт, а сам быстро вышел за котенком, который ждал в коробке цвета запекшейся крови, перевязанной черным шелком.
Когда я вернулся и протянул ей коробку, она посмотрела на меня с непониманием, но стала открывать крышку. И когда показалась маленькая черная мордочка и два разноцветных глазика, она улыбнулась так мягко, так по-детски, что выглядела как ребенок, у которого только что исполнилась заветная мечта. Она почесала кошечку за ушком, та ответила тихим мурлыканием.
— А имя? — спросила Розалия.
— Это ты должна дать ей, — ответил я.
Она на секунду задумалась, а затем нежно произнесла:
— Клео.
И тут произошло неожиданное: она внезапно встала с кровати и обвила мою талию руками, прижавшись головой к моей груди. Я тут же напрягся. Что это было? Моя дикая роза вела себя так... нехарактерно. Но я не стал сопротивляться, а лишь притянул ее ближе, опустив нос к ее волосам и вдыхая знакомый аромат ванили.
К сожалению, она быстро отстранилась. Конечно, она снова отступила за свою стену. Но я буду ломать ее сопротивление по крупицам. Я хочу ее сердце, ее душу. Я сделаю все, чтобы заполучить ее.
Позже она разглядывала букеты и холодным, привычным тоном сказала:
— Спасибо.
Я мысленно закатил глаза. Холодная принцесса. Ну и пусть. Подойдя ближе, я взял ее за талию, притянул к себе и, наклонившись к уху, прошептал:
— Будь готова к 18:00. Тебя ждет еще один сюрприз.
Она тут же нахмурилась.
— Нет, я никуда не пойду. Даже не думай.
Я поднял бровь и ровным тоном ответил:
— Я отказов не принимаю. Надо будет — вынесу тебя на плече, как самую дорогую ношу, принцесса.
Быстрым шагом я вышел из комнаты. Я так и думал, что по дороге к машине кто-то начнет меня донимать. И конечно, этим кем-то оказался Рафаэль.
— Ну как там твоя атомная бомба по имени Розалия, которая тебя скоро убьет? — усмехнулся он.
— Кажется, я не должен перед тобой отчитываться, — холодно парировал я.
— Да ладно тебе, какой ты скрытный, — он продолжил насмехаться. — По-моему, даже твоя охрана поняла: стоит им посмотреть на эту атомную бомбу хоть одним глазком — и они сразу лишатся этих глаз.
Еще меня бесит ее сестра. Какая-то она странная. Надо будет приставить к ней пару людей, чтобы следили за ней незаметно. Я лишь кивнул, соглашаясь с Рафаэлем, и продолжил думать о своей прекрасной Розалии. Наверняка она сейчас гладит кошечку или фотографируется с букетами. Спасибо, что хотя бы не выкинула их — зная ее характер, это уже достижение.