Глава десятая
Розалия
Мысленно я присудила звание «Главного Придурка Вселенной» сразу двум кандидатам: Массимо и Фабио. Первый — наглый пещерный человек, ведущий себя как одержимый собственностью. Второй — ветреный друг детства, у которого, видимо, окончательно поехала крыша. Я до сих пор чувствовала на шее призрачное прикосновение его губ — тот темный засос, который я тщетно пыталась скрыть высоким воротником свитера. Сумасшедший. Я не ожидала такой реакции на мое сообщение, хотя, зная его любовь к драматичным жестам, стоило бы предвидеть нечто подобное.
Фабио я знаю столько же, сколько и Лукаса. Помню, как мы втроем сбегали ночью из дома, чтобы залезть на самый высокий холм в округе и смотреть на звезды. Они оба выросли... особенными. Лукас стал серьезным и молчаливым, ушедшим в себя. Фабио же остался тем самым веселым шутником, готовым на любую авантюру, но его последняя «шутка» могла дорого мне стоить. Я позвонила ему, едва захлопнулась дверь моей комнаты в особняке Де Лука.
— Ты окончательно спятил? — прошипела я в трубку, не дав ему и слова вымолвить.
— Розалия? Что случилось? Ты в порядке?
— «Привет, красотка, соскучился»? — передразнила я его. — Это что за текст? Ты в своем уме вообще, отправляя такое?
На той стороне повисла недолгая немая сцена, после которой раздался его смущенный смех.
— О, черт. Рози, прости, это полная глупость. Я перепутал чаты. Это сообщение предназначалось Барбаре Франкс.
Барбара Франкс. Имя прозвучало как удар хлыстом. Неприятная особа, которую мы недолюбливали еще со школьной скамьи. Я удивилась, что он с ней вообще поддерживает контакт. Мы поговорили еще пару минут, я высказала все, что думаю о его преступной невнимательности, и положила трубку. Ладно, эта нелепая ситуация прояснилась. Но неприятный осадок остался. И виновником этого осадка был отнюдь не Фабио, а Массимо Де Лука.
Вибрирующий телефон вырвал меня из мрачных размышлений. На экране светилось имя «Лукреция». Моя сестра. Та самая, которая после лет молчания решила, что можно просто взять и приехать в гости. Час назад я в порыве раздражения скинула ей адрес особняка Де Лука, а теперь мне предстояло самое сложное — сообщить об этом самому Массимо. Как подобрать слова? Как объяснить это Габриэлю? И главный вопрос: за что мне такое испытание — моя же семья?
Дорога обратно в особняк на байке показалась короче обычного. Сердце отчаянно колотилось, а ладони стали влажными от волнения. Что, черт возьми, со мной происходит? Я подъехала к чугунным воротам, и они беззвучно распахнулись, как по мановению волшебной палочки. Я даже не удивилась — здесь все знали мой байк и вряд ли осмелились бы меня не впустить.
Я заглушила двигатель, сняла шлем и огляделась. Его нигде не было. Странное чувство — будто чего-то не хватает. Массимо, который последние дни появлялся передо мной с завидной регулярностью, сейчас отсутствовал. «Может, ждет, что я войду и найду его развалявшимся на своей кровати?» — с едкой усмешкой подумала я. «Пусть мечтает. Разве что в своих влажных фантазиях».
Направившись прямиком в его кабинет, я, не стучась, вошла внутрь. Он сидел за массивным столом, погруженный в документы, но его взгляд мгновенно поднялся и встретился с моим. Спокойный, изучающий, с той самой привычной ноткой насмешки, будто он читал мои мысли и уже знал, с каким неудобным вопросом я пришла.
— Что привело сюда мою прекрасную розу? — произнес он своим низким, бархатным голосом, от которого по коже пробегали мурашки.
Я тут же закатила глаза и поморщилась,будто он предложил мне выпить бензина.
— Я тебя по-человечески просила не называть меня так! — выпалила я,чувствуя как от раздражения закипают уши
— Хорошо, — он усмехнулся, и в уголках его глаз собрались лучики морщинок. — Моя роза.
Я тяжело вздохнула, собираясь с духом.
— Мне нужно пожить здесь. В твоем особняке. Какое-то время.
Он не моргнув глазом. Его реакция была мгновенной и обезоруживающе простой.
— Хорошо.
Я приготовилась к допросу, к требованиям объяснений, но вместо этого получила простое согласие. Никаких «зачем?», «почему?» или «на сколько?». Просто «хорошо». Пожалуй, он был бы не прочь оставить меня здесь навсегда. Если отбросить личные противоречия, жить в таком поместье, а не просто в особняке, — заманчивая перспектива, и отказываться от нее было бы глупо.
Я кивнула и уже развернулась, чтобы уйти, как его голос снова остановил меня.
— Комната рядом с моей уже готова. — Он поднялся из-за стола и за несколько шагов преодолел расстояние между нами,приблизившись так близко,что я почувствовала исходящее от него тепло.Он наклонился, и его шепот коснулся моего уха, вызвав по моему телу дрожь: — Но я уверен тут, ты задержишься ненадолго.Ты будешь засыпать и просыпаться в моей спальне. В моих объятиях, моя колючая роза.
Я медленно повернулась к нему. Расстояние между нашими лицами стало катастрофически малым.
— Этому сбыться только в твоих влажных мечтах, сладкий, — прошептала я в ответ низким, тягучим, обволакивающим тоном и, развернувшись, захлопнула дверь прямо перед его носом.
Я прислонилась спиной к прохладной древесине двери, пытаясь перевести дух и прогнать прочь навязчивые образы, которые его слова вызвали в моем воображении. Мне предстояло провести здесь неизвестно сколько времени в окружении семьи Де Лука, к счастью, пока без Арабеллы. И теперь еще моя «любимая» сестра. Я едва сдерживала желание затопать ногой от бессильного возмущения.
В кармане кожаной куртки снова завибрировал телефон. Достав его, я увидела сообщение с незнакомого номера.
«Здравствуйте, Розалия. Я знаю, что Вы хотите встретиться со мной. Поверьте, мое желание видеть Вас ничуть не меньше. Будьте любезны, сегодня в 16:00 у фонтана возле кафе "Osteria" в центральном парке. Буду ожидать Вас с нетерпением.»
Текст был составлен аристократично и утонченно, чувствовалась образованность. Я взглянула на время: было 14:00. Страха не было — лишь холодное, острое любопытство. Кто эта особа?
Выйдя из комнаты, я почти сразу столкнулась с Лукрецией в коридоре у главного входа. Еще одна живая проблема на мою голову. Увидев меня, она бросилась вперед и обняла так крепко, будто между нами никогда не было лет разлуки и холодности. Мои руки бессильно повисли вдоль тела. Она отстранилась, поджав губы в наигнунной обиде, а я, не проронив ни слова, развернулась и пошла по коридору. По легким шагам за спиной я поняла, что она следует за мной по пятам.
Я провела ее в комнату, соседнюю с моей, и сухо бросила:
— Обустраивайся. Ужин подают в восемь. Если захочешь есть позже, кухня внизу. Повар поможет, или сама разберешься.
Я уже собиралась уйти, когда она схватила меня за запястье. Ее пальцы были удивительно холодными. В глазах стояли слезы.
— Рози, пожалуйста, — прошептала она, и ее голос дрожал. — Не наказывай меня вот этой ледяной стеной. Умоляю.
Я не вырвала руку. Не смогла. Но и не сдалась.
— Ты была слабостью нашей семьи, Лу, — тихо сказала я. — А на мне все срывались. Теперь, спустя столько лет, ты решила, что можно все исправить одним визитом? Ты думаешь, это что-то изменит? Нет. Пожинай плоды. Теперь я буду относиться к тебе так, как ты относилась ко мне все эти годы.
В ее глазах, на мгновение, мелькнула какая-то быстрая, непонятная эмоция. Не раскаяние. Что-то другое... Искра ярости? Исступления? Я не успела разобрать, она тут же опустила ресницы, скрыв взгляд. Я растерялась, но, быстро взяв себя в руки, вышла из комнаты.
Спустившись в гостиную, я застала там Габриэля и Массимо. Атмосфера была натянутой. Габриэль первым нарушил тишину, его голос был низким и полным сдержанной ярости:
— Ты должна мне объяснить, что эта особа делает в моем доме!
Массимо лишь усмехнулся в сторонке, наблюдая за разговором. Я сохраняла спокойствие.
— Она захотела навестить сестру. Возможно, пытается наверстать упущенное за все эти годы. Но, полагаю, ее попытки обречены на провал.
Габриэль хмыкнул, и его следующие слова прозвучали тихо, но очень опасно:
— Мне хочется взять ее за волосы и вышвырнуть за порог. Это жестоко, но она заслужила. Может, даже хуже. Посмотрим, как она себя поведет.
Я взглянула на время на телефоне: было уже 15:50.
— Я поехала кататься, — объявила я, направляясь к выходу. — Не скучайте, мальчики. — И позволила себе бросить им дерзкую, чуть вызывающую улыбку.
Сев на байк, я направилась к центральному парку. По дороге мозг лихорадочно перебирал возможные варианты, но понимала, что гадания бесполезны. Припарковавшись, я подошла к фонтану. Струи воды шумели, создавая умиротворяющий фон. Я замерла в ожидании.
Тишину позади меня прорезал приятный, спокойный женский голос:
— Здравствуйте, Розалия. Я очень рада, что Вы приняли мое приглашение.
Я обернулась и почувствовала, как дыхание перехватило. Передо мной стояла та, кого я никак не ожидала увидеть. Сказать, что я была в шоке, — значит не сказать ничего.