Глава 29. Охота на Беглянку
Холодный ветер хлестал Хизер по лицу, срывая капюшон тяжелого плаща и запутывая длинные розовые волосы, словно языки пламени, в вихре. Она вцепилась в потрескавшуюся доску объявлений, словно утопающая в бушующем море. Ужасные слова, выжженные на грубой древесине, словно клеймо, жгли глаза: «Изменница Хизер. Награда за поимку. Особая опасность!» Рядом – лицо новой генеральши истребителей, резкий профиль, скрытый темно-фиолетовыми волосами, только один пронзительный фиалковый глаз смотрел прямо на Хизер, пронизывая ее насквозь.
Ее собственные доспехи, когда-то сияющие символы верности и храбрости, теперь тяжелым грузом давили на плечи, напоминая о предательстве, о падении с вершины славы в бездну изгнания. Новый, дешевый меч, привязанный к грубому ремню, казался жалкой игрушкой перед лицом грядущих опасностей. Он – все, что осталось от былого величия. Сердце бешено колотилось, отражая бурю эмоций: страх, ярость, отчаяние. И где-то глубоко – упрямая, несломленная надежда.
Вспоминая о предательстве тех, кто клялся в верности, Хизер стиснула кулаки до побеления костяшек. Злость пронзила ее, но она сдержала ее, зажав в тисках железной воли. Она не сломается. Она выживет.
Она отступила от доски объявлений, плащ скрывал ее фигуру, как тень, сбегающую от света. Ее путь лежал к приюту, новому пристанищу, выросшему на пепле трагедии – гибели короля и принцессы. Новый порядок ее не интересовал. Ее существование – это выживание, привлечение внимания – равносильно смерти.
Дверь приюта скрипнула, впуская ее в теплую, наполненную запахами каши и лаванды атмосферу. Улыбка женщины, добрая, но с легкой тревогой в глазах, стала первым лучиком света в этом мрачном лабиринте. Тепло ее взгляда было противоядием от холода предательства и отчаяния. Женщина проводила Хизер в уютную комнату, наполненную шумом и смехом детей всех возрастов, извивающихся, как разноцветные змеи, в солнечных лучах.
И тут – нелепая случайность. Один из детей, маленький чертенок, схватив Хизер за плащ, случайно отдернул его, обнажив блеск доспехов. Миг – и женщина, которая только что улыбалась с лёгкой тревогой, побледнела. Потом – ее глаза расширились, и на лице расцвело узнавание. Она помнила Хизер. Она помнила Героиню.
-Неужели вы меня презираете за то, что было? – шепотом спросила Хизер, ожидая порицания, презрения, отвращения.
Женщина покачала головой, ее глаза наполнились слезами, но это были слезы не горечи, а сочувствия.
-Лля меня вы всегда останетесь лучшей из всех, – твердо сказала она. – У вас были свои причины, я знаю. Подробности не важны. Я всегда любила рассказывать детям ваши истории. Они знают о вас, они восхищаются вами.
Удивлённая и тронутая, Хизер почувствовала, как лёгкий бриз надежды коснулся ее измученной души. Не все отвернулись. Здесь, среди этих людей, она может найти убежище.
Дети окружили ее, будто солнечные лучи, их глаза горели любопытством. Вопросы сыпались градом: о сражениях с драконами, о победах, о том, как она стала лучшим воином королевства. И Хизер, улыбаясь, погрузилась в воспоминания, рассказывая о смелости и чести, о героизме и падении. Ее голос звучал не как голос беглянки, а как песня о смелости, радующая сердца маленьких слушателей.
Женщины приюта наблюдали за этим, их глаза сверкают уважением и сочувствием. Они понимали – ей нужна помощь, и они готовы ее дать.
-Мы будем хранить вашу тайну, – тихо сказала одна из женщин. – Оставайтесь здесь, сколько потребуется. Мы позаботимся о вас.
Теплота их слов обволакивала Хизер, как мягкий, теплый плед. Здесь, в этом тихом уголке, она нашла не только убежище, но и надежду. И в ее сердце, вместе со страхом, вновь зажглась искра решимости. Она выживет. Она найдет свой путь. Она будет бороться.
Хизер, оказавшись в уединенной комнате, которую ей выделили в приюте, медленно сняла доспехи. Тяжелые пластины, когда-то казавшиеся продолжением ее тела, теперь лежали безжизненной грудой на полу. Новый, дешевый меч она аккуратно положила на стол, и его тусклый металл словно отражал усталость, наполнившую ее.
Тишина комнаты, в отличие от гама, царившего в детской, была гнетущей. Она давала простор для мыслей, которые с неумолимой силой вновь устремились в прошлое. Закрыв глаза, Хизер увидела его, своего друга Юту. Он падал, снова и снова, в бессознательном состоянии, с руин замка, который был изрублен в клочья драконом. Каждое падение отзывалось болью в ее сердце, острой, невыносимой. Она не успела, не смогла его спасти.
Но Юта не был совсем потерян. Его зверёк всегда был рядом, в виде белого, большого зверька, который двигался по воздуху, словно дух. Сейчас он лежал на полке, в виде шапки с его мордочкой, с глазами, полными вечной печали. Каждый раз, надевая её, Хизер чувствовала, как воспоминания оживают, и боль терзает её с новой силой.
Детство… Хизер тяжело вздохнула. У нее не было детства, настоящего, наполненного играми и смехом. Оно закончилось в тот день, когда она отрубила голову дракону Поглотителю. После этого ее, словно вещь, засунули в Академию, превращая в безжалостного убийцу. Ей не давали времени на радость, на дружбу. Она хотела друзей, но того единственного, кто был ей дорог, отняли.
Хизер села на край кровати, ее взгляд застыл в пустоте. Она снова увидела лицо новой генеральши истребителей, такое холодное и решительное. Один единственный фиалковый глаз смотрел на нее с ненавистью и презрением, как будто уже осудил ее. Как она могла быть настолько наивной, чтобы доверять кому-либо? Ведь все, кого она любила, исчезали из ее жизни, оставив ее одну.
Страх снова подкрался к ней, обжигая ледяным пламенем. За ней охотятся, ее хотят схватить и наказать. Хизер обхватила руками голову, пытаясь унять пульсирующую боль. Сможет ли она когда-нибудь найти покой? Или ее судьба – вечно бежать и скрываться от тех, кто когда-то клялся в защите?
Снова раздался тихий стук в дверь. Хизер вздрогнула, опасаясь, что это пришли за ней. Она затаила дыхание, в ожидании. Она не должна показывать страх, она же была героем, она должна была постоять за себя.
Тем временем, вдали от тихой гавани приюта, где пряталась Хизер, в роскошном кабинете, пропахшем ладаном и магическими травами, Эсми Харрис перебирала свитки с донесениями. Она не была просто генеральшей истребителей, она была архитектором их магической мощи. Под ее началом находился особый сектор - элитное подразделение магов высшего класса, чьи способности были так же редки, как и смертоносны. Их было немного, этих избранных, но каждый из них мог в одиночку переломить ход сражения.
Эсми, с ее пронзительным взглядом фиалковых глаз, и темными, как вороново крыло, волосами, скрывающими часть лица, казалась олицетворением тайны. Для Мии и других высокопоставленных чиновников она была тихой, милой и исполнительной, всегда готовой выполнить любое поручение. Казалось, она не выделялась из толпы, не заявляла о себе громко. Но это было лишь маской.
Когда Эсми оставалась одна в своем кабинете или в компании своей верной помощницы, Изабель Кэмпбелл, ее истинная натура вырывалась наружу. С Изабель, высокой и стройной женщиной с огненно-рыжими волосами и проницательными карими глазами, Эсми позволяла себе быть собой – немного странной, с причудливыми наклонностями и саркастичным чувством юмора.
-Изабель, – промурлыкала Эсми, откидываясь на спинку кресла, – посмотрите на этого бездарного гонца. Он до сих пор не доставил отчеты о передвижениях беглянки.
Изабель хмыкнула, перебирая перья для письма.
-Может, он просто потерялся в своих собственных носках, генеральша? Он ведь их носит, кажется, больше, чем одежды на себе.
Эсми рассмеялась, звук был тихим, но в нем сквозила искренняя ирония.
-Вероятно. Но я, честно говоря, хотела бы увидеть, как Хизер ускользает от нас. Было бы забавно, не так ли?
-Забавно? – Изабель подняла бровь. – Генеральша, у вас с этим словом странные отношения.
Эсми пожала плечами.
-Может быть. Но ведь правда, она не просто беглая девчонка, она – легенда. А я люблю легенды. Я люблю, когда они падают с небес на землю.
Изабель усмехнулась, но в ее глазах мелькнул намек на беспокойство. Она знала, что за этими странными фразами скрывается нечто большее. Эсми не просто преследовала Хизер, она словно играла с ней, словно ждала, как поведет себя легенда, столкнувшись с реальностью.
-Я слышала, – продолжила Изабель, – что ее доспехи были великолепны, а меч, кажется, с особым плетением металла.
Эсми выпрямилась, ее фиалковые глаза загорелись интересом.
-Плетение металла? Это уже интересно. Изабель, найдите все записи о ее снаряжении. Я хочу знать каждую деталь.
Она встала, ее фигура казалась еще выше и стройнее в лучах заходящего солнца. Ее лицо омрачилось тенью, словно она предвкушала скорую встречу с Хизер.
-Я чувствую, что она скоро покажется. И тогда… тогда игра станет по-настоящему захватывающей.
Изабель, глядя на свою генеральшу, не могла не почувствовать легкую дрожь. За этой милой и тихой маской скрывалась опасная и непредсказуемая натура, способная как на гениальные решения, так и на самые темные поступки. Изабель знала, что их охота на Хизер – это не просто задание, это личная игра Эсми, и ее правила еще только предстояло узнать.