Империя руин

Весь день Ликорис провела в размышлениях. «Как открыть сарай?» - и ни о чем другом она думать не могла. Вертя на пальце золотое колечко, подаренное ей матерью на девятнадцатилетние, полукровка пропускала мимо ушей слова пожилого писки в огромных очках.

-Профессор Сальф, - раздался голос Тины, которая решила посетить занятия вместе с сестрой, - какое растение устраняет отеки?

-Можжевельник, моя дорогая. – мягко ответил пикси, поправляя свалившийся на бок колпак. – Отвар из этого растения помогает не только устранять отеки, которые молодые леди так не любят, но еще способен вылечит любой вид аллергии, а также ликвидировать воспалительные процессы в легких.

-Профессор Сальф, а какой яд самый смертельный? – радостно спросила Лили. Ликорис давно догадалась, что сестры заваливают вопросами старенького пикси чтобы избавить его от возможности задавать какие-либо вопросы им, ну и на худой конец, сократить нудный процесс обучения.

-Лили, я вижу вам наконец-то стал интересен мой предмет?

-Что вы, профессор Сальф, мне всегда интересно вас слушать. – с неподдельным иронией, произнесла Лили, украдкой взглянув на сестру. – Особенно, когда вы много рассказываете. –улыбнулась вампирша и закачалась на стуле.

-Клещевина. – начал старик. - Причудливое растение семейства молочайных опасно не только для людей, но и для фейри. Также как для вас, милая Лили смертелен дуб, так для остальных живущих семечки клещевины. – Сальф одарил лукавой улыбкой девушку, и ехидная усмешка с ее лица пропала. – Надеюсь, я утолил ваш неподдельный интерес? Потому что теперь пора перейти к вопросам с экзамена.

Пикси спрыгнул со стола и направился к огромному шкафу, где хранилось все от настоек до сухих трав. Взяв парочку книг и несколько маленьких стеклянных бутылочек, Сальф прошмыгнул обратно на стол и окинул добродушным взглядом своих подопечных.

-Что ж, как вы думаете, что это? – профессор поднял небольшую пробирку с темно-фиолетовой жидкостью. – Если хотите можете рассмотреть поближе и даже понюхать.

-Это волчий аконит. – сказал Аскольд, взяв из рук профессора отвар.

-Не верно. Похож, разве что цветом. – Аскольд открыл бутылку и понюхов сощурился.

-Какой отвратительный запах. – прошипел орк, зажимая нос.

-Стелла, может ты скажешь нам что это? – пикси перевел взгляд на скучающую сильфу. – дочь прекрасного лекаря должна знать, что это.

-Профессор Сальф, я не моя мать, не нужно сравнивать нас. – вспылила Стелла и мгновенно вышла из кабинета, хлопнув дверью. «Да уж никому не понравится, когда его сравнивают» - подумала Ликорис, смотря вслед уходящей светловолосой девушке. Профессор тяжко вздохнул, по лицу было видно, что он не желал обидеть Дюбуа.

-Это гинура. – спокойно сказала Рута, разорвав нависающую тишину. –Цвет такой же, как у волчьего аконита после варки, но свойства другие, а судя по лицу Аскольда, запах тошнотворный.

-Верно Рута, а не подскажешь от чего создаются такие отвары?

-Насколько я помню гинура уменьшает сахар в крови, разрушает различные опасные опухали, а у мужчин ценится как отвар для улучшения репродуктивной системы. – сказала Рута, окидывая взглядом Аскольда.

-Почему ты смотришь на меня? – возмутился орк и тут же раскраснелся.

-Потому что ты пока мужского пола. – усмехнулась девушка.

-Ах ты ж... - завелся парень. 

-А ну прекратили. – писки завел руки за спину и головой кивнул Аскольду пройти на свое место. – Правильно, Рута. Я рад, что хоть кто-то меня внимательно слушает на занятиях.

***

После внеурочных занятий, Ликорис решила прогуляться в парке в поисках того, кто хоть как-то бы смог ей помочь. «Такой себе вариант». После недолгого разговора с Камелией, надежда, что все это время была заточена в глубине души из-за бесконечных отказов и увиливаний, теперь вновь разрослась внутри, жаждая ответов. Рута поехала с матерью на «Волшебный рынок» со словами: «Не скучай без меня этот день. Пока буду на рынке поищу отмычки», а потом игриво подмигнула подруге и скрылась среди прохожих.

Сегодня Ликорис освободилась рано. Было всего два занятия, а после обеда кроме как вынашивание планов, связанных с сараем, других дел не было. Пройдя пару каменных дрожек между плотно усажанными деревьями, Ликорис заметила знакомую фигуру. «Юпитер!» - мысленно прокричала эльфийка и направилась в его сторону.

Сама, не понимая, что она собирается сделать, попросить или пройти мима, она продолжала уверенно шагать. Лишь подойдя вплотную к его спине, она неосознанно схватилась за рукав голубой рубашки. С последней их такой встречи, Ликорис в ужасе убежала.

-Ликорис... - изумился парень, поворачиваясь к ней. Но сама девушка была удивлена не меньше его, когда осознала, что сжимает ткань чужой одежды.

-Ой, прости... я просто – запыхавшись начала оправдываться Эркин, робко отпуская рукав. – я хотела...- она настолько растерялась, что ее щеки побагравели. - В смысле, я хотела извинится за то, что некультурно повела себя на твоем день рождении, не поздравила и сбежала. – выпалила Ликорис как на духу. «Что?», «Что я несу? Это он меня обидел, это он не верил тому, что я умею танцевать. Да даже если и не умею, какая разница? Ни один джентльмен в здравом уме не станет доказывать хрупкой девушке, что она неуклюжа, не станет наблюдать за ней ради веселья» - мысли бегали в ее голове, точно также как глаза, пытающиеся скрыться от пристального взгляда Юпитера.

-Вот как... значит...

-Нет! – перебила девушка, мгновенно взяв себя в руки. – Это не то, что я хотела сказать. То есть... - «Да что с тобой? Соберись. Не поступай как трусливая глупая курица». 

- Я хотела сказать, что не считаю, что в чем-то виновата...

-Что? – захлопал глазами Юпитер и уголки его губ медленно начали ползти наверх.

-Да, я поступила неправильно, когда даже не поздравила, за это прости. Но ты тоже хорош, зачем постоянно издеваешься? Зачем постоянно называешь слабачкой? Это ... - Ликорис судорожно начала расчесывать ногтями пальцы.

-Ты точно это хотела сказать? – спокойно спросил парень, заметя ее нервозность.

-Да, и не перебивай! Это не все. Мне не нравится, когда ты называешь меня трусливой слабачкой, когда совершенно ничего об о мне не знаешь. – снова повторила Эркин. – Что? Захотел, чтобы я тебя повеселила? Ну как? Надеюсь, ты хорошо поразвлекся видя, как это все доводит меня до слез? Так вот, Юпитер Агард, больше ты от меня этого не дождешься. – процедила Ликорис, не отрывая яростного взгляда от парня. Она понимала, что бесповоротно разрушила своими репликами их итак шаткие отношения, но сейчас гнев настолько ее накрыл, что ей было плевать.

- Ты достал меня до такой степени, что все, что я могу отныне тебе предложить так это твоя собственная смерть от моих рук. Да я готова задушить тебя, настолько ты меня бесишь! – взорвалась девушка, окончательно расчесав указательный палец до крови. - Что за дурацкая ухмылка на твоем лице? Думаешь, ты такой ловелас, раз можешь с соблазнительным видом ломать души окружающих, выворачивая их наизнанку? Даже если ты и прав, это все равно не дает тебе право налево и направо тыкать людей носом в их грязное белье. Ты что судья этого мира? Знаешь, что я тебе скажу, Юпитер Агард, я не никчемная, хотя бы потому, что мне есть куда вернуться. У меня есть те, кто дорожат мной, любят меня и принимают такой, какая я есть. У меня есть те, кто меня всегда буду ждать, а значит я уже не могу быть пустым местом. А еще, чтоб ты знал, слабость - это неплохо.

-Что... - заикнулся Юпитер. Ликорис судорожно приступила расчесывать оставшиеся пальцы, пока вся ладонь не покрылась кровоточащими ранами. Ее ресницы стали тяжелыми и покрылись маленькими капельками, больше напоминающими снежинки, а по телу забегали мурашки от внезапно появившегося разряженного воздуха.  Юпитер съежился и на мгновение его дыхание полупрозрачным облачком взмыло вверх.

-Мне еще есть что сказать, так что не смей меня перебивать! – огрызнулась Ликорис, заметя как Юпитер ошеломленно смотрел на нее. Его рот слегка приоткрылся в форме буквы "о".

- Не все же в этой жизни должны быть сильными и храбрыми, как ты. И пускай это звучит как оправдание, но это правда. Я долго об этом думала и пришла к выводу, что так жить было бы не интересно. Некуда развиваться и не к чему стремиться, грустно становится от этих мысли. А теперь представь себе, умник, ситуацию. Выходишь на улицу и плюнуть не куда одни короли да королевы ходят, как в буквально, так и в переносном смысле и все как ты. – Не выдержав эльф, закрыл рот рукой.

-Что ты ржешь? – разъяренно спросила Эркин, чувствуя, как во всем теле кипит жар.  Юпитер тихо наблюдал за тем, как меняются эмоции на лице Ликорис. – Вот и правильно, молчи. Потому, что я еще не договорила. Слабость, может стать предвестником ненависти, например, и заставить тебя стать сильнее, может спасти в трудную ситуацию, сменяясь инстинктивным страхом, может натолкнуть на мысли, которые заставят тебя измениться к лучшему. Слабость – это что угодно, но только не порок. Слабый человек, куда опаснее сильного, ведь в отличии от последнего, ты никогда не знаешь, что от него можно ожидать. Как он раскроется и каким будет, когда решит стереть высокомерную ухмылку с лица своих обидчиков. Все, что остается «королям, да королевам» – это только гадать, когда такой день наступит. Непредсказуемо, опасно и до безумия интересно, разве такая жизнь не веселая? Именно поэтому...- девушка, как вкопанная застыла, осмысливая происходящее. «Именно поэтому, ты тогда сказал, чтобы я тебя повеселила...» - промелькнуло в голове Ликорис и ее ноги в мгновение ока подкосились. Она выронила из рук сумку и совершенно забыла, как дышать. Только сейчас Ликорис заметила, как земля под их ногами покрылась льдом.

-У тебя кровь...- спокойно произнес Юпитер прерывая тишину. Ликорис оторопела.

-Поразительно. – прошептала она, столкнувшись с ним взглядом. На его лице, прикрытом наполовину повязкой, отразился испуг.

-Что именно?

-Что ты не смеешься надо мной, ведь сейчас я однозначно тебя повеселила... - прохрипела девушка и глаза ее наполнились слезами. – «Похоже...это нервный срыв» - подумала Ликорис и истерически рассмеялась.

-Я не настолько конченный, чтобы мне было весело от твоих слез. – отозвался Юпитер, а потом взял ее за кисть и притянул к себе. – Садись, на скамейку и жди здесь. – приказал он и в мгновение ока растворился.  Ликорис оцепенела. «Что я наделала? Он был моей последней надеждой открыть сарай». Сидя на лавочке, она взглянула на пробегающих детей, гоняющих мяч в парке. В ее голове стало так пусто, словно все те эмоции, которые она носила в себе, растворились.

И слова Тины, Руты, ее матери, будто все после этого перестало иметь значение. Но слезы, вновь появившиеся, заставили ее вернуться в реальность. «Почему я плачу? И почему здесь так холодно?». Протянув руку к щеке чтобы вытереть стекающие капельки, она вспомнила про кровь, которой уже успела измазать обе ладони. 

Поднявшиеся из неоткуда струи ветра, аккуратно смахнули слезы с ее щек, а когда Ликорис оторвала глаза от земли, перед ней уже стоял Юпитер с бумажным пакетом в руках.

-Тебе повезло, я пришел сюда слишком рано. – эльф сел на корточки напротив нее, достал из пакета салфетки и намочив их водой из бутылки протер кровавые ранки. Девушка вздрогнула и хотела уже отодвинуться, как Юпитер сжал ее ладони, не давая возможности вырваться. – Так что ты хотела сказать?

-Я...

-Нет, я... -холодно процедил Юпитер. – Очевидно, что изначально ты шла сюда не с целью выплеснуть гнев. – «Неужели он понял?». Юпитер мягкими плавными движениями промыл холодные ладони и взглянул в глаза слегка наклоняя голову.

- Я... хотела попросить.

-О чем? – не дождавшись ответа, он достал мазь из крапивы и аккуратно намазал засохшую ранку.

-На тебя это не похоже. – робко произнесла Ликорис. Рассматривая его лицо, она пыталась понять, что изменилось. Почему будучи таким отрешенным и высокомерным с окружающими, сейчас он с ней добр несмотря даже на колкости.

-На тебя тоже не похоже. Готово. – Он вздохнул и отодвинув пакет, сел на скамейку. – Так скажешь или я действительно подумаю, что ты бежала ко мне чтобы отчитать. – внезапно усмехнулся Юпитер и отдалился, облокачиваясь на спинку.

Рассматривая листья клена на дереве, стоявшем напротив, Ликорис решила в этот раз подумать, прежде чем сказать что-либо. Она итак повела себя достаточно опрометчиво, тем самым расчистила дорогу "недругу" для подтрунивания и насмешек. «Стоит ли просить его? Рута определенно разозлиться, если узнает. А если не попрошу, умру от ожидания. Но пригласить его было бы странно, даже несмотря на то, что Юпитера я знаю куда дольше, чем Ориона... а знаю ли?» - девушка взглянула на эльфа, тихо сидевшего подле нее. «Его поступки в отношении меня настолько нелогичны, что порой я совсем его не понимаю» - Ликорис было страшно, в очередной раз повести себя нелепо. «А что, если получится только хуже, когда я попрошу?». Ей было жутко сказать или случайно сделать что-то, что потешит его самолюбие и в очередной раз заставит увериться в своей правоте. «Действительно, хуже, чем то, что они считают меня наивной и глупой, быть не может... даже я порой начинаю так думать...».

-Эй, - голос Юпитера вырвал Ликорис из собственных мыслей, в тот момент, когда ее глаза совсем потухли. – долго ждать то?

-Верно... - пробормотала девушка, задержав взгляд на лице парня. «Эльф, которым так сильно дорожить Рута, не может быть плохим». -Я хочу попросить тебя открыть мой сарай. Точнее, в сарае есть подвал, закрытый на амбарный замок. Ломать его нельзя, а вот открыть без ключа не получается. – Ликорис с надеждой посмотрела на парня, который нахмурился от сказанного ей. – Поэтому я бы хотела попросить тебя.

-Почему просишь меня? Разве я не твой заклятый враг? - со скучающим видом, Юпитер разинул рот в зевке и потянулся. - К тому же ты сама обладаешь магией, да и подругу твою небеса не обделили. Так почему обращаешься ко мне? 

-Моя магия бесполезна и слаба. Рута же хоть и принадлежит к стихией земли, все еще неспособна чему-то придать твердую форму. И ты это знаешь... Не нужно напрашиваться на комплименты и моления. Если не хочешь так и скажи... 

Юпитер вновь посмотрел на свою собеседницу холодным, как лед, и пронзительным глазом. Он не торопился и не прерывался, словно хотел заглянуть в душу, словно пытался найти до селе неизвестный ответ. 

-Твоя магия не бесполезна и слаба. Ты просто ленивая и нерешительная. Не нужно искать оправдания тому, чего нет. 

-Что...  

-Я согласен. – перебил Юпитер. – Когда это нужно сделать? 

Не успев осознать услышанное, Ликорис тут же накрыла радость, оставляя позади все недомолвки.  

-Сегодня, - резко произнесла она, -  если ты не занят, разумеется. - Юпитер вздохнул, а потом достал из кармана перо и что-то написал на тыльной стороне руки. – Что это? – удивилась Ликорис, рассматривая перо.

-Почему твое имя - Ликорис? Кто тебя так назвал? – внезапно перевел тему Юпитер, не отрывая взгляд от исчезающего на коже текста. Осознав, что лезет не в свое дело, эльфийка сжала кулаки и отвернулась.

-Не знаю. Почему спрашиваешь?

-Потому, что редко кто станет называть своего ребенка в честь цветка смерти и расставание. – от слов Агарда, Ликорис потеряла дар речи. Никогда прежде она не интересовалась значением своего имени. Но больше ее поразило, что его дал ей кто-то из родителей. – Алая, как кровь или белая, как первый снег, какая ты? – эхом отдалось в ушах девушки.

-Что? – изумленно взглянула Ликорис, но парень лишь лукаво улыбнулся. – Ты издеваешься, что ли?

-И да, и нет... кто знает... 

 «Он совсем меня за дуру держит?» 

– Ладно, показывая дорогу. - произнес Юпитер, не давая своей собеседнице времени на размышления.   Он встал со скамейки, щелкая пальцами. В тоже мгновение вещи Ликорис воспарили в воздухи и очистились от песка, плавно укладываясь на ее коленки.

- Какая ты копуша, Эркин... шевели булками или я передумаю... - интонацию его слов было трудно уловить, не то, что эмоции, которые каждый раз напоминали Ликорис калейдоскоп бесконечных красок, где картинки сменяются одна другой, оставляя после себя неизгладимое впечатление. 

***

Весь путь до дома Юпитер молчал, оставляя Ликорис в собственных мыслях. «Почему?» - крутилось в ее голове, но всякий раз задаваясь этим вопросом, она лишь больше погружалась в себя.

Оказавшись у дома со стороны забора за которым располагался сарай, Ликорис перекинула через него свою сумку. Она намеревалась побежать к рядом стоящему дереву, чтобы с помощью него оказаться на другой стороне, но сделав шаг, Юпитер схватил ее за руку.

-Ты собралась в этом лезть на дерево? – парень окинул взглядом белую блузку и коричневую шелковую юбку, в которых была Ликорис. – У тебя все ладони в ссадинах, с ума сошла? А обойти нельзя?

-Нет, поэтому придется лезть. Если моя домработница увидит, как мы с тобой с главного входа сразу же бежим в сторону сарая, ты хоть знаешь, о чем подумает? – парень лукаво улыбнулся и притянул за руку Ликорис к себе, заставляя ее выгнуть спину. Оказавшись лицом к лицу с Юпитером, Эркин вжалась подбородком в шею настолько на сколько позволяло тело и покраснела. 

-Правда? И о чем же она может подумать? 

-Неважно. – робко промямлила Ликорис, когда он обвил руками ее талию.

- Держись крепче, правонарушительница. – перепрыгнув через преграду, они оказались на участке, усеянном кустами смородины, жимолости и деревьями: елками и рябиной. – Это он? – Юпитер кивнул в сторону сарая, скрытого кустами.

-Да.

«Да что с ним? Что это сейчас было?» - думала Ликорис, заходя во внутрь. Юпитер последовал за ней. 

В помещении было огромное количество непонятного барахла. «В темноте тут казалось намного чище». На стенах расположились садовые принадлежности Астры, в углу за грудой старых книг, стояла недорисованная картина Камелии с изображением горного хребта. Местами облупленная на стенах шпаклевка кусками валялась на земле. Ликорис указала на дверь и Юпитер с легкостью разомкнул замок. От предвкушения девушка продрогла. Эльф раздвинул створки и первым пошел вниз.

-Постой минутку. – Ликорис метнулась к полуразвалившемуся шкафу и достала оттуда небольшую лампу в форме капли. – Я быстро. - с этими словами она выскочила на улицу и подставила под яркие лучи Антареса незатейливый предмет. Выждав несколько секунд для того, чтобы лампа зарядилась светом, девушка немного поморщилась. Если бы месяц назад ей сказали, что она будет тайно открывать сарай на территории дома вместе с Юпитером Агардом, она бы ни за что не поверила. Лампа наполнилась сиянием и Ликорис вернулась обратно.

-Только не говори, что она сделана из звездной пыльцы. – спросил эльф, беря из протягивающих рук светильник. Юпитер ошеломлённо взглянул на хрупкий предмет, измеряя его вес.

-Я ее мало успела зарядить, поэтому света будет немного. И да, она старее Новахейма.

-Это называется раритет, Ликорис. – проворковал Юпитер, осторожно спускаясь вниз с невероятно бесценной лампой в руках.

"Изумление Юпитера можно объяснить, ведь звездная пыльца являлась очень дорогой еще во времена, когда существовал Альтаир. А сейчас найти ее было нереально, поэтому предметы, которые из нее изготавливались уже давно иссякли, как и их создатели" - думала Ликорис, вздыхая.

В подвале было пыльно, пахло затхлостью и сыростью. Оказавшись на влажном песке, Юпитер поставил лампу на покрытый толстым слоем пыли высокий стол.

-Если не секрет, что ты хочешь здесь найти? – спросил парень, подходя к первой понравившейся полке с книгами.

-Своего отца. – прохрипела девушка, оглядывая все вокруг. В тухлом свете было трудно разглядеть что-либо. Предметы приходилось выкладывать на стол ближе к свету, чтобы рассмотреть по лучше.

– Так странно, - прошептала Ликорис и заметила свое дыхание. - я всегда думала, что здесь лежат мамины сокровища, старые картины или платья, что она сшила за весь период обучения швейному делу, - девушка достала из ведра старый лоскут ткани и протерла им стол. – ну знаешь, те вещи, которые мы покупаем для души, а потом они висят в шкафу потому что их жалко носить.

-Правда? Никогда не замечал за собой такого. – усмехнулся Юпитер, мысленно перебирая в голове подобные вещи, но таких не оказалось.

-Вот и у мамы так же, как у меня с купленными вещами. Сошьет что-то невероятной красоты, а потом это висит в дальнем углу потому что жалко носить. – Ликорис подошла к Юпитеру и посмотрела на книги красиво расставленные на полке. – Только вот здесь этого нет.

Внимание девушки привлекли корешки, выделяющиеся от основной стопки. На них не было названия. Достав парочку, она подошла к светильнику и раскрыла первый томик. Это оказался истрепавшийся альбом. Некоторые фотографии были помяты, а некоторые почти выцвели, была даже одна совершенно выделяющаяся из прочих. На фотографии изображалась совсем молодая пара, Ликорис сразу узнала свою мать в обнимку с брутальным высоким мужчиной. Он выглядел чуть старше Камелии, у него были непослушные слегка волнистые волосы и карие глаза.

-Красивые шаровары. – подметил Юпитер, разглядывая из-за спины девушки фотографию.

-Это штаны такие, они тогда были модные, ...наверное. – поправила его Ликорис и потихоньку начала замечать как замерзает.

-Он человек? Твой отец.

-Да.

-Ты больше на мать похожа, ежели на отца. Даже цветом глаз. – и вправду, глубокий рубиновый оттенок имели разве что вампиры среди других населяющих Новахейм. Но вот у Ликорис и ее матери они были врожденные.

На Камелии сияло длинное платье, похожее на тунику, а на отце майка и широкие короткие оранжевые штаны, похожие на «шаровары», как выразился Юпитер.

Эльф заметил, как его спутница застыла, рассматривая фотографию и забрал из рук альбом. Ликорис не могла оторваться от лица новообретённого отца, пытаясь запомнить каждую деталь.

-Смотри. – парень вынул оборванный кусок фотографии с изображение маленького светловолосого мальчика с такими же бездонными рубиновыми глазами, как у Ликорис. – Кто это? – Юпитер развернул фотографию и увидел написанное красивым подчерком имя. – Люпин. – эльф поднес обрывок к лицу девушки и обомлел. Они действительно были чем-то похожи, только у него несмотря на юный возраст весьма резкие черты лица, а у Ликорис более плавные и глаза большие и чем-то напоминающие кошачьи.

-Что ты делаешь? – забрала фотографию Ликорис и внимательно посмотрела на мальчика. За его спиной виднелся такой знакомый водопад. – Почему она порвана? А где еще кусок? – эльфийка почти вырвала альбом из рук Юпитера и судорожно начала искать другую часть. В альбоме было очень много незнакомых ей лиц, среди которых частенько появлялись ее мать и отец.

- Тут еще есть. – Юпитер достал стопку старых, истерзанных жизнью томиков, с потрепанными корешками. Не найдя ничего, Ликорис бросилась к другим альбомам. – Погоди. – Парень остановил быстро листающую руку и указал на женщину с длинными распущенными черными волосами и улыбкой во все тридцать два зуба. – Это Ирма, моя прапрабабка. – он достал приклеенную к листку фотографию. – я видел ее лишь пару раз, и то на фотографиях в детстве. Даже представить не мог, что она была знакома с твоей семьей.

-Твои родители из Йоссахейма? – спросила Ликорис. 

В полутьме Юпитер имел какое-то особенное очарование, что привлекало, но всякий раз при подобных мыслях она старалась быстро переключиться на что-то другое. Глаз Агарда блеснул при свете лампы, и он застыл, разглядывая Ликорис. На секунду ей показалось, что в его взгляде было нечто гипнотическое.

-Ты замерзла? – спросил Юпитер приближаясь ближе. – Твои губы посинели. Если я это смог рассмотреть при таком освещение, страшно представить, что было бы при свете Антареса.

-Не меняй тему. – девушка мгновенно отвернулась и вновь погрузилась в рассматривание фотографий. В новом альбоме красовались очередные незнакомые лица.

-Мои родители из Эльфхейма. – прошептал парень, по-прежнему не отрывая глаз от сосредоточившейся Ликорис. Он сел на край стола и задумавшись, поднес к губам уголок фотографии. Ликорис так сильно хотелось найти еще хоть что-то о мальчике. Может это его она видела в своих воспоминаниях? Может это он отобрал у нее плюшевого медведя, а уйдя оставил осадок в виде нервной аллергии? Но все было бес толку, на картинках были либо пейзажи, либо фейри. – Откуда у тебя татуировка? – Юпитер отодвинул распущенные волосы, скользнув холодными пальцами по ее шее.

Ликорис вздрогнула.

-Не знаю, с самого рождения была. - тихо отозвалась она. Ее сердце учащенно забилось, но стараясь сохранять спокойствие, она опустила волосы обратно. - Когда спрашивала, мама говорила, что это такой вид родинки. 

-Твоя мать определенно не умеет врать. – рассмеялся Юпитер.

-Почему ты носишь повязку? 

-Потому что мне так нравится. – отрезал Агард, наконец-то переключившись на альбом. - Тот мальчик с фотографии, он твой брат?

-Не знаю, до пяти лет у меня пробел. Астра как-то вскользь сказала, что у меня амнезия из-за того, что выпала из окна дома и разбила голову. Но потом она свела это все на нелепую шутку. Возможно, у меня действительно есть брат, который что-то помнит, а возможно, нет. – вдохнула Ликорис, перелистывая страницы, когда наверху послышались шаги. Юпитер мигом призвал воздушные потоки, которые тихо закрыли деревянные двери. – Кто это?

-Астра, - прошептала девушка, сжимая, в руках фотографию которую успела достать, прежде чем рассмотреть. – она, наверное, пришла за ножницами для подрезания растений. Она всегда в это время делает обход в поисках сорняков или как-то выбивающихся из общей массы листьев, красиво уложенных кустов.

-И ты говоришь мне об этом только сейчас? 

Мигом потушив свет, она развернулась и уткнулась носом в Юпитера. Из-за такого резкого разворота, Ликорис отшатнулась назад, пытаясь вернуть себе равновесие, но пол под ногами оказался неровным и подвернув лодыжку, она полетела вниз. Холодные руки коснулись ее плеч и притянули обратно.

-Тихо.

"Как меня так угораздило оказаться в кромешной темноте запертого подвала, в ситуации, которая нарушала все устоявшиеся правила и привычки, которыми я долгое время жила". Она наврала Руте, матери, Астре в попытках утолить свое любопытство, оправдывая это тем, что решила стать сильнее, вдобавок выставила себя полной дурой перед тем, кто спит и видит, как унизить. Что еще она готова сделать чтобы доказать им, что не слабая и безвольная?

-Все нормально, я ее вижу. – Юпитер коснулся ее мокрых щек и стер слезы.

-Ты видишь в темноте?

-Тш-ш...

- Зачем? Зачем я вообще решила полезть сюда? А если нас найдут? Что я буду делать тогда? Как я объясню это маме? - не унималась Ликорис. Юпитер резко закрыл ладонью ее рот. 

- Я же сказал тихо...

Все эти мысли сводили ее с ума заставляя расчесывать руки. Она пробралась в подвал, который все это время Камелия так тщательно оберегала, так еще и с парнем, о котором ее мать наслышана не в самом хорошем ключе. Ликорис частенько рассказывала Камелии, как проходят дела в академии. Естественно, не обходя стороной и отношения между Рутой и Юпитером. Не желая кого-то оскорбить, она просто рассказывала. Да, она всегда оставалась на стороне подруги, но в глубине души никогда не считала, что Рута поступает правильно. Мать же, напротив, была ее опорой, поэтому с ней делиться мыслями было легко. Только когда она поняла, что в семье слишком много тайн, то перестала воспринимать Камелию, как самую близкую подругу, с которой можно посплетничать абсолютно об о всем на свете. И теперь, стоя в темноте, все чего она хотела, так это провалиться под землю.