Империя руин

-Это она...

-Не смотри на нее, говорят ее глаза обладают гипнозом, посмотришь хоть раз и сойдешь с ума навсегда. – прошептала юная волчица, хватая за руку свою подругу и уволакивая ее куда-то в другой конец коридора.

«Так было всегда... сколько себя помню... Никто и никогда не хотел находиться рядом со мной из-за моего «человеческого» запаха, из-за моих странных слабо-заостренных ушей... и из-за моих... глаз...». Девочка медленно прошла в класс и села за свою парту, стоящую в самом дальнем углу. «Они снова ее отодвинули...» - промелькнуло в голове маленькой эльфийки.

-Да и имя у нее какое-то странное... Кто ее так назвал? – прошептала сильфа на ухо змею-оборотню.

-Ликорис... исс...иссс... - повторял маленький змей шипя своим длинным языком, а потом взглянул на предмет своего презрения и словно сумасшедший подорвался к ней, сокращая дистанцию. Мальчик, чьи волосы были пепельно-черными с ненавистью смахнул рукой учебники с парты.

-Энцо! – испугано прохрипела волчица, стоя в дверях рука об руку со своей подругой. Темноволосая эльфийка ошарашенно смотрела на одноклассника, чей язык по-прежнему просвистывал «иссс...иссс...ссс». 

-А что такого? Меня спросили почему эту мерзкую полукровку называют Ликориссс... что это за имя такое странное? А? Человечишка? Или ты язык проглотила?

-Я... - робко начала Ликорис, не зная, что сказать. Слова будто бы вылетели из ее головы. Всякий раз, когда она пыталась заикнутся или что-то ответить, ей прилетали пощечины. 

-Что ты? – Энцо тыкал указательным пальцем по лбу, медленно наклоняясь. – Как тебя вообще пустили учится с нами. А? Грязный человечишка. Вы мерзкие подобия животных. Такие жадные, глупые и никчёмные создания. Мой отец говорит, что все люди и те, кто ими помыкают, всегда стремятся к власти. Они очень алчные и жестокие, постоянно стараются уничтожить тех, кто их слабее, а еще предают своих. Вы готовы продать душу дьяволу за то, чтобы разбогатеть, готовы уничтожить все живое, если бы в этом была хоть какая-то выгода. Боитесь мира духов, боитесь нас и строите козни против тех, кто живет в мире с магией. Мой отец знает вас вдоль и поперек, он работал с такими как ты. – каждое слово он выплевывал с особой жестокостью. - Единственные кого из вас тварей я бы уважал уже давно мертвы. Между прочим, вашими же руками были убиты, но ты вряд ли это знаешь, ты же тупая. – змей залился краской и рассмеялся. - Катись в свою страну, грязная тварь. Все прекрасно знают, что прогнившую человеческую душу не спасти. Так почему я должен находиться рядом с тобой?

-Замолчи... ты меня не знаешь. - огрызнулась Ликорис, как в тот же момент ощутила жгучую боль на щеке.

-Думаешь, раз у тебя острые уши, то автоматически принадлежишь этому миру? Не заблуждайся, весь твой поганый человеческий род отражается в твоем запахе и этого тебе никогда не изменить. – В отражении его черных глаз, Ликорис видела лишь маленькую девочку по щекам которой катились слезы. Энцо схватил ее за волосы и незамедлительно потащил из кабинета.

-Нет,...хватит...отпусти, пожалуйста...- взмолилась девочка, придерживая рукой волосы на голове и еле волоча ноги.

-Заткнись, мерзкая полукровка, пусть все знают, какая ты...

-Нет, нет, нет, нет....-с  диким криком Ликорис подпрыгнула с кровати, свалившись на пол. Ударяя кулаком по груди, она старалась вернуть себе ровное дыхание. Руки ее свело судорогой, а одежда и постельное белье были мокрыми. В ушах по-прежнему отдавался свист. – Это всего лишь сон...всего лишь сон... успокойся, Ликорис...иссс...исс... - Ее сердце хотело выпрыгнуть из груди, а ноги, когда пыталась подняться не слушались. – Просто кошмар...такого больше не повториться... Не повториться... - твердила она, пока маленькие капельки падали на пол оставляя следы.

-Что случилось? – в комнату ворвалась Астра в своей тоненькой сорочке и мгновенно оказалась подле девушки хлопая ее по спине. – Тебе плохо? Ты вся мокрая.

-Все нормально...все хорошо... Я в порядке, просто кошмар приснился.

-Пойдем вниз, напою тебя горячим чаем. Встать сможешь? – ласково произнесла сильфа, помогая Ликорис подняться. 

В тот жуткий день, Энцо вышвырнул ее из кабинета, чуть не вырвав волосы. Она упала и сильно ушибла запястье, но вместо медпункта пошла в новый, недавно отстроенный корпус, с еще открытой крышей - там уселась на лестницу и зарыдала. Она никогда не старалась выделяться на фоне остальных, наоборот, все, о чем она могла мечтать, так это забиться в угол и стать незаметной для окружающих. Тогда Ликорис верила, что возмездие идет за Энцо попятам, а значит ей стоит только подождать и все само решится. Но чем дольше она ждала, убегая от реальности и подавляя обиду, тем больше теряла уверенность в себе и желание изменится. «Я сдерживаю себя не потому что живу в иллюзиях, а потому, что иллюзия позволяет мне жить» - Тогда, на поединке с Тиной, Ликорис хотела ей это сказать, но так и не решилась.

-Я ничтожна? – грустно спросила девушка наблюдая за тем, как пар поднимался из кружки, обдавая ее теплом свежезаваренной мелисы. 

-Что ты такое говоришь, Ликорис? Конечно же нет. – взволнованно отрезала Астра. - Это глупости.

-Знаешь, как мы познакомились с Рутой? – риторически спросила девушка, хотя итак знала ответ. Она ведь никогда не делилась ни с матерью, ни с Астрой самыми тяжелыми деталями собственной жизнь, может она и рассказала бы, да только момент их знакомства произошло не при тех обстоятельствах, которые стоило знать Камелии.

– Это было в туалете на втором году обучения. Шли уроки, а я была полностью вымазана в белой краске, потому, что одноклассники решили, что я так буду выглядеть лучше... Я стояла и сквозь собственную истерику оттирала краску с лица, волос и одежды. В тот момент зашла Рута, и она так забавно сказала: «Привет?» - будто спрашивая меня о чем-то, а не здороваясь. В тот раз мы вместе прогуляли занятия. Я - потому что старалась отмыться, а она - потому что помогала мне. Конечно полностью вывести краску у нас не получилось и тогда Рута предложила мне свою сменную одежду. Но главное не это, а то, что на ее вопрос, что мне мешает дать отпор, я ответила: «Я сама». Понимаешь? В тот момент, будучи совсем глупым маленьким ребенком я дала себе ответ более адекватный, чем все мои оправдания сейчас. Но теперь... я не знаю, что мне делать. Я всегда так жила и не задумывалась над тем, как можно жить иначе.

-Ликорис...-жалостливо вздохнула Астра не в силах выдавить из себя больше ни слова. На ее лице отражалось непонимание и боль, не то, что сама Ликорис хотела увидеть. Она все еще продолжала искать ответы на свои вопросы в окружающих. – Милая, я...

-Нет, я не жду, что ты поймешь или подскажешь. – соврала девушка. – Просто хотела высказаться. Поэтому...забудь. – Она молча вернулась наверх, стараясь хотя бы на мгновение забыться.

Было еще кое-что, о чем она боялась упоминать, ведь иначе Астра бы все поняла. В тот день Рута сказала то, что отложилось в ее голове надолго. «Если ударили – бей в ответ. Мы не боги чтобы оставаться милосердными. Мы не можем вечно прикрываться фальшивой добротой». 

-Если бы я только была смелее, сейчас вряд ли бы страдала...

***

Перед выходом из дома Астра сделала Ликорис прическу, дабы она выглядела соответственно на приёме. Сильфа не обмолвилась ни словом, словно боясь, что своими словами ранит ее чувства. После того, как она закончила Ликорис слегка подчеркнула глаза и накрасила губы ярко красной помадой. Надела черное длинное коктейльное платье с открытыми плечами и высокие каблуки.

С момента фиаско на экзамене, Рута совсем поникла. В тот день, она решила переночевать в доме Эркин и всю ночь прорыдала, пока Ликорис обрабатывала ее порезы и синяки. Такой категоричной в отношении жизни миниатюрная эльфийка еще никогда не была. Рута только под утро сказала Ликорис, что у нее есть приглашение на праздник в поместье и она «могла бы взять с собой друзей или родственников, по желанию». Как и ей, Ликорис тоже требовалось развеяться. Буря эмоций, посетившая во время поединка, висела тяжелым грузом на плечах. К тому же она еще ни разу не была в поместье основателей. Только пару раз видела из далека, когда каталась на велосипеде. Даже в дали масштабы и великолепие поместья захватывали.

-Ты шикарно выглядишь! – подметила девушка, поправляя мужской галстук на рубашке. Волосы Руты были прилизаны и забраны в низкий хвост. Она улыбнулась во все тридцать два зуба и взяла Ликорис под руку. – Ну что пойдем? Сегодня я намерена оторваться как никогда.

-Что ты напялила на себя? - грубо спросила Ликорис. Что-то внутри нее треснуло, а она лишь могла догадываться что именно.

-А ты не видишь? Сегодня я твой личный телохранитель. – залилась смехом девушка, наигранно проводя рукой вниз в знак того, чтобы подруга смогла осмотреть ее полностью. 

-Зачем? Почему ты просто не надела платье? – выпалила она, с трудом сдерживая эмоции, окатившие волной. Видя Руту такой, в ее горле застрял ком, перекрывающий доступ кислороду. 

-Это же шутка ... - начала Розмари. - Я просто хотела, как следует повеселиться. Хотела таким образом насолить маленькому зазнавшемуся инфантильному Юпитеру. И все. Я не понимаю, что тебя раздражает? И что, что я оделась так? Кому какая разница как мы будем выглядеть на этом пресловутом празднике? – пытаясь отшутиться, Рута периодически поправляла свой черный жилет, как будто боялась, что от яростного взгляда подруги он помнётся.

«Ты подавляешь в себе гнев». 

-Меня бесит что ты не оделась нормально, почему нельзя просто было одеть платье? К чему все это представление? – Ликорис только набирала обороты, ей казалось, что весь мир против нее. Фразы, сказанные Юпитером, Тиной, а теперь их живое подтверждение. Эркин уже не могла дышать от эмоции, что захлестнули ее. Она тонула в них, сгорала дотла.

-Юпитер заслуживает хорошей порки. – процедила Рута и ее взгляд резко изменился из привычного любопытного и интригующего на жестокий и расчетливый.

-Да что он тебе вообще такое сделал, что ты его так ненавидишь?

–Ты его не знаешь. 

 Розмари отвела взгляд в сторону прохожих, которым было очень интересно послушать разговор двух особ, приглашенных в поместье. Мало кого удостаивали такой чести, именно поэтому, каждый кто хоть как-то в этот день выделялся своим костюмом на фоне остальных, считался приглашенным. Зеваки один за другим сменялись, но каждый стремился задержаться на подольше.

-А ты? Много ли ты знаешь о нем? – продолжала Ликорис, выискивая правду, которую уже давно мечтала узнать. Она чувствовала, что Рута утаивает что-то от нее, боится раскрыться. Ей было обидно на это также сильно, как и на пьедестал «никчемной слабачки» в который ее возвели окружающие.

-Ликорис, перестань вести себя как маленькая девочка. – прошептала Рута, стараясь сгладить углы.

-Ну раз я маленькая девочка, тогда ты безрассудный упрямый баран. Нет, хуже, бык, для которого красной тряпкой стал Юпитер. - Слова, сказанные в гневе, всегда режут лучше любого острого оружия. Слова, сказанные Ликорис, определенно прорезали дырку в сердце Руты Розмари. Она больше не пыталась контролировать ситуацию, а напротив, позволила себе так же легко выйти из себя.

-Знаешь, что, Ликорис, ты глупая девочка, живущая в розовых очках. Все, что тебя когда-либо беспокоило, так это только твои розовые мечты, в которые ты так старательно убегаешь, оставляя собственную жизнь на потом.

-Я хотя бы не мечтаю испортить чей-то праздник.

-Ну знаешь... Вместо того, чтобы быть на моей стороне, ты как будто с цепи сорвалась с этими долбанными обвинениями. Мне плевать, я пойду переоденусь. Только вот ты не сможешь просто «захотев» перестать жить в иллюзиях. Самое ужасное в этой ситуации, так это то, что ты сама не хочешь меняться. Ты привыкла убегать, потому что они смотрят косо, потому что они говорят гадости, потому что они могут ударить. Детка, открою тебе страшную тайну - так живут все. Все живут в этом жестоком мире, но у кого-то хватает смелости взглянуть страху в лицо, а кто-то создает себе иллюзию в надежде, что завтра все изменится, что завтра будет лучше, что завтра станут сильнее. Но так не бывает, если сидеть на жопе ровно. Тебя ведь это устраивает? Насрать, если тебя считают слабой, никчемной, пустой. Очнись, пока ты сама себя такой принимаешь, пока ты сама уверена в этом, ты ничего не сможешь изменить. Ты проглатываешь проблемы, чужие слова и поступки в твой адрес, подавляешь свои эмоции, не потому что не можешь ответить, не потому, что боишься остаться одна, думая, что от тебя отвернуться, а потому что ты эгоистка, ведь согласись так проще жить, когда ты жертва и продолжаешь верить, что мир крутится вокруг тебя. Хватит, надоело мне все это... я пойду и переоденусь. – последнюю фразу она произнесла тихо, опустив глаза. Возможно, ей было так же грустно и больно, как и Ликорис, но она слишком хорошо умела прятать свои чувства.

Оставшись на обочине дороги, девушка побрела в парк к самой ближайшей лавочке. Ноги ее подкашивались, в груди сжималось сердце. И все, что когда-либо могло ее волновать отошло на второй план.

Шум топота на дороге, звуки витающей мелодии уличных музыкантов, шорохи листьев на ветру - все, что раньше могло успокоить Ликорис сейчас доставляло меньше всего удовольствия. Сама мысль быть кем-то значимым с самого детства крутилась у нее в голове. Она хотела, чтобы на нее ровнялись дети, хотела быть сильной и независимой, хвасталась маме, когда получала хорошие оценки, когда отвечала на уроках на тот материал, которого не знали другие. Думала, что утирает нос зазнавшимся одноклассникам, а на деле никого это просто не волновало. Никому не были интересны скучные предметы, в которых в будущем они вряд ли будут реализоваться. Она никогда не была прилежной ученицей и тем более зубрилкой. Она всегда много читала, много смотрела, и многим интересовалась. Да, она не владела идеально мечом и магией, как другие, но ей казалось, что чтобы выжить в этом мире не обязательно быть сильным физически. Но в действительности, она и физически, и духовно на порядок ниже остальных. Чем она занималась все это время? Мечтала стать дизайнером прилагая минимум усилий? Или она просто мечтала, ничего не делая? Представляла, как будет сиять на обложках прессы, в то время как остальные развивали себя в том, что помогло бы им реализовать свои мечты. Пока она мечтала, Рута ставила себе цели. Пока она тешила свое эго, Рута упорно тренировалась. Вместо того, чтобы учиться шить, Ликорис верила, что сначала ей нужно хорошо закончить академию. А на деле, она и это провалила. А когда дело доходило до ругани, сколько себя помнит, Ликорис всегда молча проглатывала гадости и продолжала улыбаться обидчикам в лицо после всего пережитого. Она утишала и оправдывала себя, что поступает мудрее, что молчание золото. Но становилось только хуже. Из-за ее молчание окружающие перестали воспринимать ее как отдельную личность от Руты. Из-за ее привычки «поступать мудрее» она так и не научилась защищаться. Выходит, все, чем Ликорис занималась все это время веря, что она сильнее, мудрее и добьется всего, ничего при этом не делая только потому что мать ее называла с детства «особенной» - так это страдала фигней.

Ликорис схватила себя за голову, впиваясь ногтями в волосы. По щекам покатились слезы, а с губ сорвался истерический смешок. Ей стало по-настоящему смешно от того насколько ее существование оказалось жалким. 

"И почему... я раньше этого не понимала?" -  Ликорис сорвала с себя шпильку в форме розы с шипами, волосы упали на плечи. Ее глаза припухли, а на щеках остались следы от слез.

-Привет – раздался голос из-за деревьев. Девушка вздрогнула и мгновенно обернулась. Из темноты появился парень, он медленно обошел лавку и присел. – Надеюсь не занято?

-Нет. – дрожащим голосом ответила Ликорис. Вид парня ее обескуражил. Он казался ей знакомым, но она не могла понять почему.

-Прости, если помешал, я просто слегка заблудился. - тихо сказал незнакомец.

-Новахейм маленький городок, здесь трудно заблудится, если ты местный. 

-Помнишь меня? – не поворачивая головы в ее сторону, спросил незнакомец. Ликорис аккуратно вытерла слезы тыльной стороной ладони и улыбнулась.

-А должна?

-Ну... я предполагал, что ты могла забыть своего «искусителя», но надеялся, что все-таки запомнишь. - Глаза девушки округлились, она постепенно начала припоминать вечер в клубе «Мрачной ночи» и на щеках проступила краска.

-Ради света Антаресе, только не говори, что ты тот парень, который притащил меня домой? – надежда в глазах Ликорис заставила его рассмеяться.

-Я Орион. – «знакомый незнакомец» протянул руку. Она оказалась мягкой и теплой, от чего Ликорис на мгновение забыла, что еще пару минут назад на нее лавиной обрушилось  осознание собственной жизни. С трудом раскрыв рот, чтобы представится, жар пробежал по телу Эркин. 

 - Так что приезжий человек забыл в Новахейме? – Орион застыл, по-прежнему сжимая в своей ладони руку Ликорис. Он был подобно нашкодившему ребенку, которого родители застали врасплох. 

-Поместье Агард... - внезапно отчеканил он, и как безумный турист в поиске сувениров начал крутить головой исследуя обстановку.

-Так ты на праздник. – Ликорис подняла руку, указывая направление. - Если пойдешь по прямой, то точно увидишь трехэтажный особняк с колоннами и высоким забором, у которого стоит стража. – Орион изумился, но ничего не сказал.

–Изначально я тоже туда собиралась. – прохрипела девушка, будто ее горло сдавило невидимой веревкой.  – Но мы с Рутой поругались, и я... ее обидела – Улыбка исчезла с ее лица, и она вновь погрузилась в отчаяние, забыв об о всем.

– Не знаю, что на меня нашло... я наговорила ей гадостей, да и она тоже хороша... все видит, понимает и молчит... а еще вечно что-то скрывает...- собеседник продолжал тихо слушать, но это молчание раздавливало и раздражало - создавая легкое напряжение в воздухе - заставляло Ликорис  думать будто она сама погрязла во вранье.

– Да, признаю, я поступила ужасно, кошмарно, отвратительно. Но разве не хуже той, кто даже не посчитал нужным объясниться? – парень удивленно сморщил лоб.

Ликорис понимала, что не самый лучший выбор рассказывать первому встречному о своих чувствах. Ведь так она только преподнесет себя в невыгодном свете, но ее сердце кричало: "лучше так, лучше ему, кого я возможно вижу в последний раз, чем кому-то, кого знаю уже вечность". 

 - Я же не глупая, я же все прекрасно пойму если только бы она рассказала. А она утаивает, зачем? И в итоге что...на эмоциях, погрязнув в своих собственных проблемах мы разругались...

Ей хотелось рассказать больше, хотелось поделиться, хотелось выплеснуть весь этот мрак, сгустившийся в голове. Но осознав всю безрассудность ситуации, она мгновенно осеклась, сгорбилась и уставилась на свои потные ладони.

-Если тебе кто-то что-то не говорит, это не всегда значит –утаивать. –  произнес Орион, рассматривая звёздное небо. - Значит у него есть на то свои резоны. Может быть она просто боится чего-то? Например, последствий или твоей реакции, а может сама еще не готова открыться... все возможно... - парень перевел взгляд на Эркин и улыбнулся. -Если ты так переживаешь, то почему бы просто не спросить ее напрямую? В лоб тебя не ударят, да и какой-никакой ответ ты все-таки получишь. Это ведь лучше, чем сидеть и накручивать себя? Просто попроси прощения у нее. Думаю, так будет правильнее.

-Возможно... но дело не в этом – начала Ликорис и моментально прикусила губу. Она не могла и, более того, не хотела говорить ему правду. Ей было просто стыдно признаваться даже себе самой, что она чувствовала бы себя ущербной рядом с разодетой под телохранителя Рутой. И эта правда, куда сильнее ранила ее, чем все то, что так тщательно скрывала от нее подруга.

-Знаешь, - произнес Орион спустя пару минут молчания. – Думаю, нам стоит пойти вместе.

-У меня нет приглашения, да и желания, как-то, поубавилось. – всего на мгновение, но при свете фонарей, Ликорис увидела четко очерченный профиль человека у которого отобрали нечто важное, открыли страшную тайну и разрушили все ценности, которыми он так долго жил. Такое выражение, она видела всего лишь раз в своем отражении. В тот ясный день, проходя мимо площадке под руку вместе с мамой, она заметила, как дети ее возраста резвились, гоняя по полю мяч. Отпросившись у Камелии, она пошла к ним. Тогда, в тот мерзкий день, незнакомая девочка почувствовала ее запах и назвала полукровкой. После этого каждый подходил к ней, нюхал и тыкал пальцем выкрикивая гадости. "Да... порой сложно забыть день, в котором ты узнал о том, какой мир может быть жестокий". - подумала Ликорис.

-Тогда я вас проведу. У меня то приглашение есть. – раздался голос Руты, вернувшейся в своем новом амплуа. Маленькое, розовое платье, напоминающее тюльпан, с пышной в несколько слоев юбкой. Она подошла со стороны дороги и укоризненно посмотрела на ребят. – Не знала, что вы успели познакомится.

-Почему ты вернулась? –сорвалось с уст эльфийки. Все слова в миг исчезли, оставляя после себя обжигающий кожу холод.

-Что за глупый вопрос? Разве я сказала, что ухожу? Я сказала, что переоденусь, это разные вещи. А теперь вставайте, не знаю, что вы тут намеревались сделать, но у нас нет времени на пустую болтовню. Если, конечно, вы хотите попасть на праздник в честь рождения великого и обаятельного Юпитера Агарда. – язвительно огрызнулась Рута, наигранно выделяя каждое слово, которое было связано с сыном герцога. 

 Обычно, в такие моменты принято говорить про второе дыхание, не такое, когда ты на адреналине можешь снести горы. Такое, как если бы ты был странником, потерявшимся в ночи и одна единственная звезда указывала бы тебе дорогу домой. Твоя последняя надежда, искрящаяся во тьме.

Орион медленно выдохнул, плечи опустились, а глаза заблестели. "Неужели в эту ночь ни только у меня так не спокойно на сердце?" - подумала Ликорис, когда  парень протянул ей руку, помогая встать. 

***

Всю дорогу до поместья, Ликорис собирала свое мужество в кулак, утишая себя тем, что поначалу может быть тяжело, ведь любые изменения тяжкий труд. Обязательно найдется кто-нибудь кто захочет ее кольнуть, выбить из колеи.

"Но в такой момент нельзя позволять себе поддаваться на провокации, нельзя поступать также как поступала большую часть своей сознательной жизни".

Когда главные ворота открылись, небольшую компанию  в лице двух полукровок и одного человека  встретил дворецкий и проводил до дверей. Длинная дорога, усыпанная щебнем, и фонтан среди кустов были цветочками в сравнении с масштабами дома Юпитера. Трехэтажное серое здание, убило внутри Ликорис всю смелость. На каждом углу крыши, покрытой черепицей, сидели чеглоки и провожали своими глазами-бусинами каждого входящего. Как только двухстворчатые железные двери открылись, их поприветствовали горничные поместья в низком поклоне, а после проводили в холл. С самого момента прихода Рута не обмолвилась и парой слов, вместо этого быстро скрылась среди пар в центре холла танцуя с каким-то высоким темноволосым мужчиной. Ликорис же нервно стояла около фуршетного столика с фондю и наматывала одну шпажку с шоколадной клубникой за другой.

Ориона тут же признали многие гостьи, одаривая его то поклоном, то кивком. Принц оказался последней каплей в море проблем полукровки. От собственной пристыженности, ее не спасала даже шоколадная клубника. 

"Что он вообще мог забыть в таком тухлом месте как клуб на границе? Как мне теперь смотреть ему в глаза? Да что я вообще делаю в обществе чопорных и зазнавшихся упивающихся властью богатых эльфов?" - все это и многое другое вихрем кружилось в голове Ликорис, не давая и шанса на спокойствие.

Среди огромного количества народу она увидела улыбающегося Юпитера со Стеллой в обнимку. "Словно замужняя пара" - подумала Ликорис, заглатывая манго в форме рыбки. На Стелле было черное платье, а на Юпитере сдержанный костюм с расстёгнутыми пуговицами на воротнике рубашки, и повязка в форме алой розы. Уминая десятое по счету манго, она не заметила, как со спины к ней подкрался незнакомец.

-Могу я вас пригласить на танец, юная леди? – отозвался высокий темноволосый мужчина, в элегантном фраке с проступающей сединой. На вид ему лет пятьдесят, но на деле обманчиво было предполагать, что возраст эльфов измеряется в цифрах и Ликорис это понимала также хорошо, как и то, что тот, кто стоял перед ней определенно был из круга влиятельных личностей.

-С удовольствием, только вот боюсь, что партнер из меня никудышный. – проворковала девушка, пряча за спиной пустые шпажки, а за щекой не съеденный фрукт, который уже во всю таял и превращался в сок.

-Барышня, не принижайте свои способности раньше времени. - заметя раскрасневшееся лицо, смущений в глазах и неловкость, мужчина галантно подал руку, слегка наклонившись вперед.  Короткое время, которое он дал на раздумья, вернуло Ликорис из собственных мыслей в реальность. 

Джентльмен провел девушку, как королеву, в центр зала. Музыка сменилась и все вновь начали кружиться в свободном вальсе. Не многие приезжие были обучены такому виду искусства как танцы, но танцевать любили все. Представившись друг другу, Ларион аккуратно взял ее за руку и прижав к себе повел в такт музыки. Пожалуй, мысль о том, что она могла быть не столь неуклюжей рядом с опытным партнером, придавала ей уверенности. И хотя Ликорис периодически наступала ему на ноги, он не окидывал ее укоризненным или презренным взглядом, наоборот изредка подбадривал и улыбался.

– Я все думал, за кем так пристально наблюдает мой внук, надеюсь, вы простите мне мое любопытство. Вы прекрасны издалека, но в близи – само очарование.

-Ваш внук? А кто он? – Мысль, что кто-то весь вечер не выпускает ее из поле зрения, будоражила Ликорис до мозга костей. Неужели она действительно могла кому-то понравилась? "Нет, вряд ли..." - Искорка, разгоревшаяся на мгновение в ее сердце, тут же угасла.

-Именинник сегодняшнего торжества, конечно. – Ответ Лариона заставил Ликорис потерять равновесие в повороте, ее туфли скользнули по кафелю, и она полетела вниз. Мужчина быстро среагировал и подхватил ее. Кровь ударила в голову, а пока она приходила в чувства, наступило время смены партнеров. В такие моменты кавалеры делали низкий поклон, а девушки реверанс, после чего мужчины закручивали дам, разворачивая их в сторону стоящего позади.

-Не думал, что в мои руки попадёт, сама невинность. – произнес Юпитер, подхватывая Эркин за талию и притягивая к себе. Все произошло настолько быстро и резко, что она не заметила, как оказалась в объятиях эльфа. Уверенность, с которой Юпитер вел ее за собой, поражала и не давала покоя. Его колючий взгляд неотрывно смотрел на нее, заставляя краснеть. В надежде, что он не почувствует убегающее из груди сердце и сбившиеся дыхание, Ликорис быстро произнесла:

-Я вовсе не так невинна, как ты думаешь. Тем более, что мне повезло танцевать с виновником торжества. -

Девушка порядком устала и плавность движений сменилась на полную неуклюжесть. На ноги она стала наступать еще чаще прежнего, а смотреть на партнера, показывая свою неопытность ей становилось стыдно. Она была уверена, что Юпитеру достаточно взглянуть в глаза, как он тут же поймет, как ей страшно. 

- Полагаю, ты раньше никогда не танцевала.

-Из твоих уст это звучит как упрек, ежели как вопрос.

-Правда? – усмехнулся Юпитер, и в туже секунду вместо того, чтобы следовать комбинации движений, развернул Ликорис за талию и опустил на спину держа одной рукой, а другой пальцами провел от ее шее до ключиц. – Тогда ты выходит умеешь танцевать? И мне показалось, что ты отдавила моему дедушке все ноги? – прошептал Юпитер на ухо Ликорис, от чего по всему ее телу пробежали мурашки. То, как он смотрел, изучая реакцию и движения, сводило ее с ума. "Как тогда в раздевалке... также пристально...такое неприятное ощущение, словно ты бактерия, которую сумасшедший ученый изучает с пристрастием. И почему только рядом с ним я хочу исчезнуть..." - думала Ликорис. Казалось еще чуть-чуть и Юпитер прожжет в ней дырку. "Ну почему сейчас?" - крутилось в ее голове. "Почему это происходит тогда, когда я решила все исправить? Ему же просто доставляет удовольствие так измываться... " 

– Не знал, что у тебя есть тату. – Она резко закрыла ладонью татуировку, а когда смогла подняться, вырвалась из его объятий. Но Юпитер вновь ее поймал и притянул к себе настолько близко, что их губы оказались всего в паре миллиметров и она смогла ощутить его дыхание. – Неужели испугалась? – лукаво улыбнулся парень. 

-Нет. – выпалила Ликорис, отстранившись от него настолько, насколько было возможно, - я могу и дальше давить твои ноги сколько пожелаешь. – на мгновение Юпитер удивился, но потом вновь приобрел свое облюбленное высокомерное выражение лица.

-В тебе что-то изменилось. – тихо произнес он. Его взгляд бегал по ее лицу, и под конец он задержался на губах. Юпитер медленно поддался вперед, почти касаясь ее губ и прошептал:

- Ну же, сделай мою жизнь интереснее, о то порой с тобой так скучно. – будто под гипнозом Ликорис застыла. Только что, на долю секунд ей показалось, что он хотел ее поцеловать. Но то, что поразило ее больше всего - она тоже этого хотела. 

"Какая я идиотка, он ведь просто издевается! Я ... я же почти поверила..." - Слезы были готовы вновь политься в три ручья. И как только вальс подошел к концу, она сделала реверанс и не поднимая глаз сказала:

-Ты просто отвратителен.

Прорываясь через толпу, которая определенно не заметила Ликорис в обществе Юпитера, пока увлеченно разговаривала и танцевала, прямо на самом выходе она запнулась о ковер и полетела на стоящих у порога новых прибывших. Не поднимая глаз, Эркин начала извиняться, одновременно поправляя свой внешний вид.

-Выглядишь лучше, чем я думала, после поражения. 

"Этот голос..." 

Тина Мориа, стояла в пепельно-красном костюме на высоченных каблуках. Ее руки были оголены, талию и маленькую грудь подчеркивал плотно прилегающий корсет, а широкие брюки напоминали форму юбки. 

"Твою мать, да что ж за день сегодня такой... У меня на лбу написано - «Добейте»?" - Ликорис выпрямилась... - "Нет, возможно завтра я пожалею об этом, но..."

-А ты думала я буду страдать и сокрушаться? Не на ту напала. – рявкнула девушка, замечая, как из-за плеч Мориа появилась Лили в коротком платье. На ее груди висел золотой кулон в форме звезды, волосы были распущены, глаза ярко очерчены темными тенями от чего местами она напоминала женщину легкого поведения.

-Не знала, что ты тоже имеешь приглашение. – пропуская мимо ушей слова Ликорис, Тина томно вздохнула и провела глазами по прихожей рассматривая обстановку. Внимание Ликорис же было сосредоточено на выходе, который перегородила Лили, разглядывая себя в зеркале и поправляя прическу.

-Брось Ти, у таких слабохарактерных простушек духу бы не хватило явится без приглашения. – обратилась к сестре Лили. – А где подружку потеряла? Рута небось охмуряет какого-нибудь богатенького папеньку, ведь это ее возможно последний шанс стать кем-то значимым в этом мире, после такого-то фиаско. – рассмеялась девушка, не отрывая глаз от своего отражения. Ликорис сжала кулак, в желании врезать надменной вульгарной Мориа, за все слова сказанные в адрес Руты.

-Прекрати Лили, - заткнула сестру Тина. – прости бестактность моей сестры. Она только с виду грубая...

Но Эркин от этих извинений было ни горячо, ни холодно. Она прекрасно понимала, что снова дает слабину, снова теряется, не зная, что ответить и снова молчит, давая сестрам еще больше повода для издевок.

-То, что ты сказала тогда... ты правда видишь меня такой...

-Жалкой? Называй вещи своими именами, трусливая полукровка. – выплюнула Лили наконец-то посмотрев на эльфийку. – Ты жалкая, потому что слабая. В этом мире, детка, жалость не украшает. Мой тебе совет, не появляйся среди тех, чей статус далек от твоего, не порти им настроение своей никчемностью.

-Лили! – Тина осекла свою сестру.

-А что? Я сказала правду? А правда, как мы знаем не всегда бывает лестной. – с этими словами Лили, прошла мимо Ликорис и не скрывая своего отвращения задела ее толчком в плечо. Девушка пошатнулась, ее глаза начали постепенно становиться мокрыми.

-Не слушай ее. То, что я сказала, это лишь то, какой я тебя вижу. Мое мнение в отношении тебя может разница с окружающим, но... - пытаясь подобрать слова, Тина бегала глазами по предметам.

-Ясно, не продолжай. - холодно отозвалась Ликорис, носом упираясь в пол. Она хотела забыть все сказанное ранее, хотела выбросить из головы и половину информации о которой раньше не задумывалась. Но убегать, все равно, что сдаваться. «Не только ты так видишь» - желала завопить Эркин, но сдержалась. Как же сильно ей хотелось изменить это устоявшееся мнение, не прилагая столько усилий. Но чтобы достичь этого нужно было начинать с себя. А знает ли она себя на самом деле? Знает ли какой она может быть, если перестанет бояться? Но чего она боится? Одиночества? Боли? Нереализованности? Что именно скрывается внутри заставляя ее поступать так, а не иначе. Ничего. Пустота. Ответа на эти вопросы она не могла найти. Все, что ей оставалось, это принять данное как факт, смирится и идти дальше. То, что уже сделано и замечено столькими живущими, то, что уже испорчено до основания невозможно изменить. Можно только снести и построить заново.

– Передай своей сестре, что у такой никчемной трусливой полукровки нет и никогда не было приглашения, - внезапно процедила Ликорис, медленно поднимая глаза на собеседника. – она заявилась сюда просто потому что сама так захотела, а для этого ей не требовалось узнавать чье-то мнение. – Что-то внутри нее рухнуло, словно она оказалась на самом дне отчаяния. И это отчаяние захлестнуло, заполонив собой все пространство внутри, вытеснив все сомнения и чувства. Ликорис отринула абсолютно все, что когда-то имело для нее значение, все, что она хотела - истерзано завопить, снося все на своем пути. 

Проходя мимо Тины, Ликорис краем глаза заметила, как зеркало, в которое еще недавно смотрелась Лили, покрылось тонкой ледяной пленкой.