Часть 12
За последние две недели Лена даже не вспоминала о том, что её ждут родители. Пётр Никанорович не стал напоминать внучке об этом, понимая, что молодым нужно побыть вдвоём, ведь они столько всего пережили, чтобы, наконец, обрести друг друга. Он был мудрым человеком. «Каникулы подождут, – решил он. – Главное сейчас – их счастье». Только родители в Швейцарии не могли понять, почему им не звонит дочь. А когда они сами звонили домой, трубку всё время брал Пётр Никанорович. Он говорил о делах Лены что-то неопределённое, что она занята пока. Ну, да, родители понимали, что какое-то время ей понадобится, чтобы сдать документы в «Снегинку», пообщаться с друзьями, наконец. Но вот пошла уже вторая неделя после окончания школы и выпускного вечера, а Лена всё им не звонила, а её телефон был вне зоны доступа. Это становилось подозрительным. Ну, конечно, родителям было невдомёк, что Лена нашла своё счастье и просто забыла о своём обещании приехать на каникулы. Они-то думали, что дочь обиделась на них за то, что не смогли приехать на её выпускной. И вот однажды вечером раздался междугородний звонок, который спустил Лену с небес на землю. Хорошо, что Виктор в это время был рядом. Лена, уверив родителей, что у неё всё хорошо, что она не обижается и обязательно приедет к ним на каникулы, закончила разговор и положила трубку. С выражением отчаяния в глазах она посмотрела на любимого и прошептала: – Вить, я не хочу уезжать... Виктор знал, что Лена должна уехать на каникулы к родителям, и у него самого щемило сердце при мысли о расставании с любимой. Но он также понимал, что не имеет права лишать Лену общения с родными, ведь они так долго не виделись. Он присел перед ней на корточки, взял её руки в свои ладони и, ласково поглаживая большими пальцами запястья девушки, постарался её успокоить: – Милая, ну что ты такое говоришь, ты же так мечтала к ним поехать. – Вить, я не хочу уезжать, – с тоской повторила Кулёмина. – Не хочу расставаться с тобой... – К глазам подступили слёзы. Лена воскликнула: – Я даже представить себе не могу, как это: не видеть тебя два месяца! Я просто умру в этой Швейцарии! Степнов просто онемел, услышав, что Лены не будет в его жизни столько долгий срок. Он сжал её руки, опустив голову, чтобы не выдать себя и чтобы Лена не увидела безграничную тоску в его глазах. Ему внезапно захотелось запереть её у себя в квартире и никуда не отпускать, потому, что он тоже с ума сойдёт, если не будет видеть её рядом так долго. Постарался взять себя в руки – ведь кто-то из них должен быть сильным. Кто, если не он? Он же мужчина! Виктор встал, присел рядом с ней на диван и, обнимая Лену, постарался справиться со своими эгоистичными желаниями и подобрать правильные слова: – Лен... послушай, родная... Мы ведь теперь вместе и планируем прожить долгую и счастливую жизнь? Что значат эти два месяца, по сравнению с тем бесконечным временем, что ждёт нас впереди? Не отказывай себе в возможности повидаться с родными, вы и так редко видитесь. Да и дедушка твой очень скучает по детям и внуку, а один он точно не полетит. А у нас есть телефон, видеосвязь, будем созваниваться. Кулёмина ничего не ответила, лишь сильнее прижалась к мужчине, обхватив его двумя руками за талию, будто боялась, что им уже сию минуту предстоит долгое расставание. Пётр Никанорович несколько раз обеспокоенно заглядывал в комнату внучки. Но там было всё без изменений: парочка так и сидела в обнимку, о чём-то тихо переговариваясь. Он понимал её чувства, и если бы была его воля, то остался бы в Москве ради Лены, чтобы только она была счастлива. Было уже поздно, и Кулёмин-старший пошёл спать. Только часа в два ночи, проснувшись, чтобы попить воды, пожилой мужчина ещё раз заглянул в комнату Лены. Он застал их спящими прямо в одежде на незастеленном диване. Рука Лены обхватывала руку Виктора и прижималась к ней щекой, будто до самого погружения в сон она боялась, что он от неё уйдёт. Писатель достал из шкафа плед и накрыл молодых людей. Рано утром Степнов застал фантаста на кухне. Мужчина замялся на пороге, при этом вид у него был немного виноватый. – Пётр Никанорович, Вы извините, что не ушёл вчера, просто Лена... она... – Виктор, я всё понимаю, Лена была очень расстроена. Я тебе доверяю и уверен, что мне не придётся оправдываться перед своим сыном за какие-то твои поступки, – произнёс писатель, придав фразе немного вопросительный оттенок. – Конечно! – слегка возбуждённо воскликнул молодой мужчина. – Ей восемнадцати ещё нет, я же всё понимаю! – Тихо-тихо, я же говорю, я тебе доверяю. Разбудишь сейчас Ленку своими криками. Виктор на цыпочках вернулся в комнату, чтобы убедиться, что любимая девушка ещё спит. Её безмятежно-ангельский вид успокоил его. Но эта притворяшка просто хитрила, прикрыв глаза. Стоило мужчине развернуться, чтобы выйти из комнаты, как Ленка мигом подскочила и обняла его со спины. – И куда ты без меня? – Кулёмина, ну вот чего тебе не спится? – улыбнулся Степнов и развернулся, чтобы поцеловать своё сонное счастье. – Ага, пока я сплю, ты быстренько домой свалишь! – сморщив носик, обиженно произнесла девушка. – Вот откуда, маленькая моя, у тебя такие мысли? Ну как я могу уйти от тебя? – он ласково щёлкнул её по носу. – А дедушка уже завтрак нам приготовил! Давай топай в ванную, сначала ты, потом я. – А я тебе тоже щётку зубную купила! Так хотелось, чтобы в нашей квартире была твоя щётка. Оставлю её на полочке. – Предусмотрительная ты моя! – Виктор ещё раз поцеловал Ленку и подтолкнул её в сторону ванной комнаты. Сам же пока прибрал на диване. Через несколько минут посвежевшая Лена вышла из ванной и, увидев Виктора рядом с дверью, затащила его внутрь. Она показала ему зубную щётку и вручила чистое полотенце для душа. Мужчина задержал Ленку и чмокнул её в губы. – Спасибо, хозяйка моя... – Вить, жду тебя на кухне завтракать, – сверкнула зелёными глазами и исчезла за дверью. Принимая контрастный душ и занимаясь необходимыми процедурами, Степнов витал в приятных мечтах о будущем и тихо радовался наличию своей зубной щётки в квартире любимой девушки. Билеты в Швейцарию заказали сразу после завтрака, рейс был на следующий день в 15.00. Весь день у них ушёл на покупку подарков для родителей и братика. А впереди ещё и сборы предстояли. Вечером фантаст оставил молодых наедине, понимая, что сейчас им никто больше не нужен. Уйти домой Виктору было нереально. Как же он мог уйти, если уже завтра его любимая улетит от него далеко-далеко! Не видеть её целых два месяца! Да и Пётр Никанорович намекнул, что лучше бы ему сегодня остаться. Настроение внучки, как заметил фантаст, постепенно, но неуклонно катилось под гору, хотя она старалась держаться. Влюблённые уснули только под утро. Всю ночь они провели вместе на диване, укрывшись одеялом. Как говорят, перед смертью не надышишься, но всё равно они не размыкали объятий, вжимаясь друг в друга. Перешёптывания и поцелуи: лёгкие, нежные и глубокие, страстные. Обещания ждать и быть всегда на связи.
Следующий день Лена предпочитала не вспоминать. Было безумно тяжело отпустить руку любимого мужчины, когда уже объявили посадку на самолёт, было страшно оставлять Виктора одного. Её голову заполнили разные страхи и опасения: а вдруг что-то случится, вдруг они больше не увидятся. И совсем уже бредовые мысли: что вернётся Светочка, подсыпет ему какого-нибудь зелья и уговорит Виктора жениться на ней. Разумом Кулёмина всё понимала, ведь уже взрослый человек. Но как объяснить это сердцу? Его боль она ощущала чисто физически. Если бы не Виктор, она бы так и не сделала этот последний шаг в сторону самолёта.Настоящее. Два месяца после выпускного. – Девушка, извините, Вы не могли бы меня выпустить? А то меня там ждут, – терпеливо повторил уже второй раз пассажир из соседнего с Кулёминой кресла самолёта. Лена очнулась, не сразу вынырнув из своих воспоминаний, и обратила взор на того, кто к ней обращался. Этот мужчина во время полёта сидел возле иллюминатора, а она сейчас перекрывала ему выход, сидя в среднем пассажирском кресле. – Да, конечно, – немного рассеянно ответила девушка. Оглянулась вокруг и заметила, что салон уже наполовину пуст. «Что ж я сижу-то?! Там же Витя меня ждёт!!!» Она поспешно вскочила, немного суматошно выдернув свою дорожную сумку с верхней полки, и быстро направилась к выходу, встав в хвост очереди, двигающейся к трапу. Все последующие задержки на пути к любимому мужчине только раздражали. Хорошо хоть, что она приехала налегке, иначе с ума бы сошла в ожидании багажа. Телескопический трап, здание аэровокзала, паспортный контроль, и вот она уже в зале, где прилетевших ждут встречающие. Много народу, шум, гам, пассажиры обнимаются с родными и близкими. Лена почти бежит, разыскивая глазами любимую фигуру. Мелькают лица вокруг. Она понимает, что в этой толпе непросто кого-то найти, и от нетерпения кусает губы. Но тут... – Ленка! И Кулёмина неожиданно для себя оказывается в крепких объятиях. Ни тени сомнения в том, КТО обнимает её со спины. Сердце задержало свой ход и вновь застучало с удвоенной силой. Счастливая девушка откинула голову на плечо любимого мужчины и получила нежный поцелуй в щёку. А перед глазами возник букет из белых лилий. Они одуряюще пахли. И то ли от этого запаха, то ли от аромата туалетной воды в сочетании с таким родным влекущим мужским запахом, но у Лены закружилась голова, а звуки доносились как сквозь вату. Весь мир на мгновение исчез: ничего не осталось – только их объятья и ощущение безграничного счастья. Она повернулась в его руках и окунулась в синеву любимых глаз. – Здравствуй, Вить...Мужчина, оглядывая лицо любимой девочки и всматриваясь в её зелёные глаза, только и успел сказать:– Как же я по тебе соскучился...Ещё мгновение счастливого единения, и звуки окружающего мира вторглись в их сознание. Степнов очнулся и сразу взял инициативу в свои руки:– Пойдём быстрей отсюда! – Взял её за руку, другой перехватил сумку и быстро направился в сторону выхода.Ленка торопливо шла за ним, прижимая к себе огромный букет. Но вдруг Виктор резко остановился, сбросил сумку на какую-то лавочку, властно взял из её рук цветы, положив их туда же, и крепко прижал девушку к себе, зарываясь носом в её волосы. – Ленка-а-а, больше никуда тебя не отпущу этим летом, слышишь! В третий раз я этого не переживу! Кулёмина затихла в его руках. Так бы и стояла вечно в его объятьях. – Вить, а как же дед? Один он не прилетит, а родители... Мужчина прервал её: – Вместе за ним полетим! – Ты серьёзно? – радостно переспросила девушка. Степнов кивнул с улыбкой. – Как же будет здорово, если мы поедем вместе! Так не хотелось опять расставаться. Спасибо, любимый! В порыве эмоций Лена поцеловала его в губы. Мужчина подхватил её порыв и, погрузив ладонь в её пшеничные волосы, углубил поцелуй. И плевать, что вокруг люди и обстановка не подходящая. Эти двое не виделись целую вечность – таких долгих три недели! С трудом оторвавшись от любимых губ, Степнов, уткнувшись головой ей в лоб, шепнул: – Теперь можно и домой ехать. – А через мгновение, отстранившись, добавил уже с немного командными нотками в голосе: – И даже не заикайся про свою квартиру, я тебя от себя ни на шаг не отпущу! – Что, даже на мальчишник не пойдёшь?! – весело спросила Кулёмина. – Лен, ты для меня важнее. – Так Милославский обидится. Как так: свидетель и не пришёл на проводы его холостой жизни. Тем более, как я поняла, друзей у него особо нет, раз попросил тебя помочь ему. Кстати, а почему не Рассказов? – Да Игорёк уезжал опять на какие-то раскопки. – А он уже приехал? – Да, только что вернулся. Представляешь, они там что-то ценное раскопали, он премию получил и машиной обзавёлся. Сейчас и оценишь – мы на ней приехали тебя встречать. – Да ты что?! – обрадовалась Кулёмина. – Кла-а-ас! Пойдём быстрее! Хочу увидеть это зрелище: Игорь Ильич в собственном авто! – Ага-а! – протянул Степнов. – Вот так, значит! Обычный физрук без машины уже не нужен стал! – делано обиженно произнёс Степнов. – Ну вот что ты такое говоришь! – рассмеялась Кулёмина, чмокнув его в щёку. – Ты – вне конкуренции! Пойдём уже! Степнов ухватил Ленку за талию, и они, перешучиваясь, поспешили к машине Рассказова.– Игорь Ильич, здравствуйте, как я рада Вас видеть! – бодро поздоровалась Кулёмина, обратившись к историку, который уже вышел из машины, увидев своих друзей. Рассказов с совершенно хмурым видом посмотрел на обнявшихся влюблённых. Ленка сразу растерялась. – Что-то не так?.. – спросила она с недоумением в глазах. Историк продолжал их оглядывать с ног до головы и молчать. – Рассказов, тебя что, злая муха укусила, пока меня не было? – Степнов тоже удивился такому поведению друга. Тот ещё несколько секунд не произносил ни слова, а потом обратился к бывшей ученице: – Лен, у меня сейчас такое ощущение, что я старше Витьки лет на двадцать. Я что, такой старый хрыч, что ты так ко мне обращаешься? Ему же ты не «выкаешь»? Да и вообще, я уже не твой учитель, усвой это, в конце концов! – назидательным тоном заметил историк. Лена даже покраснела от того, что историк считает её взрослой, что все препоны для их дружеского общения исчезли. Опустив глаза, она пробубнила: – Я попробую, конечно... – Хм... да уж, сложно тебе придётся, учитывая, что у Витьки почти все друзья – твои бывшие учителя, – расплылся в улыбке историк, давая понять, что его «строгий» тон был своеобразной шуткой. – Вот зачем Вы... ой, ты мне это сказал. Я и так нервничаю перед этой свадьбой. Что я там буду делать среди учителей?! Виктор в это время открыл заднюю дверь машины, приглашая Лену, потом положил сумку в багажник и присоединился к девушке. Рассказов уже сел за руль и выдал: – Леночка, милая, я таких хорошеньких девушек, как ты, на завтрак не ем! Так что можешь меня, в частности, не опасаться! – развеселил он смущающуюся спортсменку. – Ты вон лучше Степнова берегись, а то он смотрит на тебя, как голодный волк на овечку! Ленка опустила глаза. Не привыкла она ещё к таким мужским шуткам. – Рассказов, сейчас в лоб дам, если будешь мою... любимую спортсменку смущать!
Виктор придвинулся ближе к Ленке, прислоняясь к её бедру, взял её руку в свою, ласково поглаживая. Ну не мог он и на минуту оставить своё сокровище, чтобы не дотронуться, не приласкать. Она была его магнитом. – Лен, ну не переживай ты так. Игорь как всегда всё преувеличивает. Во-первых, ты пойдёшь туда, как моя девушка. Во-вторых, Светочка всё-таки озаботилась о музыкальном сопровождении свадьбы, позвонила и уговорила остальных «Ранеток» приехать. Так что завтра ты ещё и работать будешь. – Вот здорово! Так соскучилась по своей басухе! Как же Светлане Михайловне удалось вытащить Натаху из Германии и Аньку из Черногории? – Ты Светочку, что ли, не знаешь? – улыбаясь, вставил Рассказов, одновременно делая манёвр на дороге и перестраиваясь в нужный ряд. – Небось, трезвонила им каждый день, да заодно и их родителям. – Зато учителя как будут рады, ещё раз любимую группу послушать, – добавил Степнов. На лице бас-гитаристки заиграла улыбка – так было приятно это слышать. – Как здорово, что все девчонки приехали! – радовалась Лена. – О, – пришла ей в голову мысль, – я думаю, пока вы сегодня на мальчишнике будете, мы созвонимся и устроим свой девичник! Правда без Светланы Михайловны, – добавила она, рассмеявшись. – Что ж вы так невесту обижаете? – подколол девушку Рассказов. – Игорь... – остановилась Лена, опять чуть не добавив к его имени отчество, – ну не со Светочкой же, в самом деле! У неё там своя компания, думаю. Надеюсь, ей скучно сегодня тоже не будет. Беседа становилась раскованней. Лене стало легче общаться, и внутреннее напряжение ушло. И тут Степнов не выдержал и выдал в расстройстве: – Ле-е-ен, это что же, мы сегодня расстанемся, что ли?! Я так хотел этот вечер провести с тобой! – Вить! – возмутился Рассказов. – Это что за саботаж?! Ты что, хочешь оставить меня один на один с Милославским? Ну уж дудки! Теперь я сам за тобой зайду, чтобы ты не слинял! – Вить, ты же видишь, что сегодня никак. Да и нехорошо друзей в беде оставлять, – попыталась быть миротворцем Кулёмина. – Тем более я по девчонкам соскучилась за два месяца. Степнов насупился и отвернулся в сторону окна. Лена улыбнулась: ну чисто маленький ребёнок!– Раз кто-то обиделся, то я тогда поеду сразу домой, к девичнику готовиться...– Нет, сначала заедем ко мне! – категорично выдал мужчина. – Я там, между прочим, обед приготовил. Ты ведь голодная, Лен?– Вить, спасибо тебе за заботу! Я так переволновалась, да и полёт был долгий, почти три часа. Очень ку-ушать хочется! – протянула блондинка, погладив свой животик.Виктор положил свою руку поверх Ленкиной, а потом его ладонь незаметно для него самого соскользнула выше, и вот он уже ласково поглаживает её тело в тонкой обтягивающей футболке, приближаясь к груди, а губы потянулись поцеловать любимую. Поцелуй, хотя и был коротким, снова взволновал их обоих. Опять сбой дыхания и пронзающий тела трепет.Рассказов сделал вид, что очень увлёчен дорогой. А Ленка смутилась и вспыхнула, как маков цвет, а потом укоряюще посмотрела на любимого и отодвинула его руку от себя.Степнов снова приобнял её, прижав к себе, и нежно прошептал в ушко:– Ленусь, прости, я не смог сдержаться.Чтобы снять напряжение, возникшее в салоне, Рассказов включил магнитолу. Из колонок негромко зазвучала красивая успокаивающая мелодия радиостанции Релакс ФМ. Историк заметил: – Скоро приедем. Так что успеем спокойно собраться на мероприятие. – Кстати, а во сколько вы встречаетесь? – спросила Лена у Рассказова. Тот не успел ответить, как его опередил физрук: – Ленок, ты что, ждёшь не дождёшься, когда мы расстанемся?! – вроде бы и шутливо спросил Виктор, но какие-то нотки досады звучали в его голосе. Кулёмина расплылась в улыбке. – Кто-то мне сейчас опять Виктора Михайловича напомнил. – А кто я, по-твоему? – обиженно буркнул Степнов. – Ты мой Ви-и-и-итя! – почти пропела девушка и поцеловала его в щёку. – Прекрати дуться. Такое впечатление, что это тебе сейчас семнадцать лет, а не мне. Виктор заглянул в её зелёные искрящиеся глаза и прошептал на ухо: – Просто я так тебя люблю, что не хочу больше расставаться. – Я тоже тебя люблю и не хочу расставаться, – так же шёпотом ответила девушка. Степнов, немного успокоившись, откинулся на сиденье. А через несколько мгновений он тихо, чтобы не слышал Рассказов, сказал любимой: – Лен, ты пойми, когда я смотрел вслед самолёту, который разлучил нас с тобой, меня просто разрывало изнутри. И потом, когда сам улетал из Швейцарии, было ничуть не легче. Это было как ломка. Ты стала моим наркотиком... Прости за такое сравнение, но иначе не могу объяснить. Лена крепко сжала его руку. – Вить, я знаю, каково это. Весь полёт в Швейцарию у меня было ощущение, что жизнь остановилась. Родители меня встречают, обнимают, радуются, а мне нечего им сказать. Я даже улыбалась через силу. Моя мама, чуткий человек, сразу просекла, что что-то не так. Мы приехали к ним домой, она сразу стала допытываться, что со мной, а я ничего сказать не могу. Просто боюсь. Спасибо деду, сам всё объяснил и принял первый удар на себя. – Да уж, представляю их реакцию... – Всё же нормально прошло... – Эх, Ленок,– расплылся в улыбке Степнов и ласково поддел пальцем её носик, – повезло нам с твоими родителями, не каждые поймут и примут... – Да, у меня мировые родители. Люблю их... Они замолчали, наслаждаясь близостью друг друга. Рука в руке и светлые улыбки на лицах. А мысли вновь унесли их в прошлое...