Всё или ничего...

Москва встретила нас очень плохой погодой: сильным ветром и непрекращающимся дождём.

— Слушайте, мы точно в Москву вернулись? — спросила я, боясь выйти из аэропорта и глядя на улицу, через стеклянную входную дверь, — Погода так сильно изменилась за два дня?

— Адель, идём, — Ксюша раскрыла зонт, который благоразумно взяла с собой, — Нас такси ждёт...

Я вздохнула и подошла к девушке, становясь под зонт. Стараясь не наступать в лужи, мы прошли к жёлтому такси, ожидающему нас. Помахав рукой и крикнув парням «До встречи!», мы с Кастовой сели в машину. Когда я оказалась дома, я не ожидала, что Ева будет в квартире. И тем более не ожидала, что она станет заниматься выпечкой.

— Герц, ты головой где-то сильно ударилась, пока меня не было? — спросила я, остановившись в проходе и с удивлением глядя на подругу, — Ты же не любишь мучное!

— Я не для себя, — ответила рыжая, а потом улыбнулась, — Иди сюда, блондиночка моя!

Обнимая подругу, я буркнула о том, что я не блондинка.

— Цвет волос у меня, вообще-то, русый...

— А мне без разницы, — засмеялась рыжая, — Будешь блондинкой.

— Коза, — улыбнулась я, стаскивая с подноса печенье, которое испекла девушка, — М-м-м, вку-у-усно.

И, не став разбирать вещи, я налила стакан молока и села за стол, уминать печенье. Ева покачала головой, но ничего не сказала, а стала расспрашивать меня о выступлении.

— Кстати, чего там у вас с Честом? — хихикнула рыжая, — ВКонтакте ролик его выступления видела. Чего это он обнимает тебя?

— За это он получил за сценой, — сказала я, откусывая печенье, — Руки надумал распускать... Блин, рыжая, печенье божественное!

— Спасибо.

Потом я наконец-то разобрала свой чемодан и сходила в душ. Ева до сих пор возилась на кухне, а я включила в своей спальне музыку и залезла в Интернет. Кое-где писали о нашем выступлении в Новосибирске, где-то были новые сплетни из сферы шоу-бизнеса и т. д. Ничего интересного.

Подойдя к зеркалу, я посмотрела на себя и улыбнулась. Потом пошла в кухню к Герц, где помогла ей приготовить наш ужин. Во время готовки мы успели и пофотографироваться, и побеситься, и потанцевать под музыку.

Выставив в Instagram фото, где видна половина моего лица, а на заднем плане стоит Ева, нарезая овощи для салата, я подписала его «Вернулась домой, а тут картина маслом... Рыженькая готовит вкусняшек нам на ужин». И каково было моё удивление, когда я зашла в Instagram через пару часов, а там уже набралось порядком полторы тысячи лайков.

— Вот она, популярность, — засмеялась рыжая, глянув в экран моего сотового, — Блин, а дашь мне автограф?

— Да, могу хоть на лбу расписаться, — со смехом ответила я, — Только неси маркер.

Поужинав, Ева рассказала о том, что на работе у неё всё нормально, и что коллектив её принял дружелюбно.

— Кстати, я завтра иду на свидание с Олегом, — сияя, поделилась девушка.

— Он тоже переводчик?

— Нет, он заместитель директора, — Ева посмотрела на свои ногти, — Может мне маникюр обновить?

— Кое-кто влюбился, — засмеялась я.

— Сама ты влюбилась, — фыркнула подруга, — Просто...

— Что «просто»? Или ещё скажешь, что захотелось лёгких отношений?

— Ой, всё, — рыжая кинула в меня подушку, а потом повалила меня на спину и начала щекотать.

От девушки я смогла вырваться и ударила её той подушкой, которую она кинула в меня. Большой размер кровати позволял нам дурачиться, поэтому мы не упали на пол. Едва не порвав подушку, мы скинули на пол одеяло, отправив туда же и вторую подушку. В комнате стоял смех, визг и редкие крики, когда подушка била по голове слишком больно.

— Всё, хватит, — я засмеялась и опустила подушку, которую держала в руках.

— Господи, сколько нам лет? — спросила Ева, поправляя волосы, которые растрепались.

— Двадцать один, — ответила я, — О-о-ой, а тебе в конце следующей недели будет двадцать два.

— Не напоминай мне про этот день, — крикнула Ева, — Постарею ещё на год...

Я снова рассмеялась, за что получила пинок ногой. Потом мы привели в порядок кровать и сели смотреть новости Вконтакте. Прослушав все новинки песен и просмотрев все новые клипы, мы сами не заметили, как уснули.

Воскресенье я провела скучно. Сначала проснулась от воплей Евы, которая кричала, что не успеет собраться на свидание к четырём часам. Потом успокоила девушку и посмотрела на часы. 10:23. Нормально. Наорав на подругу за то, что она разбудила меня в такую рань, я получила крики в ответ. Потом мы помирились и я помогла рыжей выбрать наряд для свидания.

— Ты уверена, что хочешь надеть платье? — спросила я, посмотрев в окно, где всё ещё шёл дождь, — Ты же намокнешь и замёрзнешь.

— Ничего не замёрзну, — ответила Ева, доставая из шкафа платье с чёрным, обтягивающим фигуру верхом, и белой пышной юбкой, — Приведи в порядок мои волосы!

Я занялась укладкой волос рыжей в причёску. Слегка подкрутив их, я заколола их шпильками. Потом мне пришлось заняться и макияжем Герц, которая в это время строчила сообщения Олегу.

К трём часам девушка выглядела просто сногсшибательно, а ослепительная улыбка с ямочками на щеках делала её очень милой. Раздался звонок в дверь и, когда я открыла дверь, на пороге увидела Олега с двумя букетами цветов.

— Адель, это для тебя, — он протянул мне один из букетов и улыбнулся.

— Спасибо, — я приняла букет и улыбнулась однокласснику в ответ.

— Прекрасно выглядишь, Ева, — произнёс Олег.

— Ну, удачи вам, — произнесла я, — Не буду вам мешать.

Улыбнувшись и подмигнув рыжей, я ушла в кухню. Через пару минут хлопнула входная дверь, а потом, глянув в окно, я увидела, как Олег держит зонт над Герц, помогая ей добраться к машине. Кстати, ничего так машинка... Я осталась в квартире одна. Делать нечего и я решила прибраться. На уборку двухкомнатной квартиры ушло три с половиной часа.

Устало опустившись на диван с зале, я наткнулась взглядом на фотографию, стоящую на полке. Улыбнувшись, я осилила себя и встала с дивана, чтобы взять фотографию. Вернув на диван, я удобнее устроилась на нём и посмотрела на фото, проведя по стеклу пальцем.

Эту фотографию сделал папин друг, который приходил к нам на моё восемнадцатилетие. В тот день мы компанией друзей семьи и моих друзей выезжали за город на пикник. Дяде Толе удалось заснять тот момент, когда мы с папой сидели на траве под деревом, и папа что-то показывал мне на озере. Летний день, тёплая погода и близкие люди. Это был самый лучший день рождения.

За этим воспоминанием потянулись и другие.

Flashback

— Адель, прекрати грызть ногти! И вытри крокодильи слёзы, — папа посмотрел на меня, — Ничего страшного не случилось... Подумаешь, получила двойку.

— Н-но я ве-ведь бы-была готова к у-уроку, — всхлипнула я, — Так не че-честно!

— Завтра всё исправишь, — засмеялся отец и поцеловал меня в макушку, — Идём ужинать, а то совсем худенькая у меня.

***

— Пап, как тебе это платье? — я вышла из примерочной и покрутилась перед зеркалом, — Мне оно нравится.

— Замечательное платье, — мужчина улыбнулся, — Ты будешь самой красивой на выпускном.

— Ну, па-а-ап, — я смущённо улыбнулась, — О, Ева! Мне кажется, тебе стоит выбрать именно это платье, — сказала я, оглядев подругу, вышедшую из соседней примерочной.

— А мне кажется, что оно слишком выделяет мои волосы, — ответила рыжая, смотря в зеркало.

— Пап, скажи ей! — я повернулась к отцу, всем своим видом давая понять, чтобы он поддержал меня, — Оно же идёт Еве?

— Вы обе будете самыми красивыми на выпускном в этих платьях, — засмеялся папа, — Ева, думаю, тебе стоит купить его. Иначе моя дочь не забудет этого до конца своей жизни...

Я надула губы, а папа и Ева рассмеялись.

***

— Пап, знакомься, это Алекс — мой жених, — произнесла я, улыбаясь и держа за руку брюнета, — Алекс, это мой отец — Павел Константинович.

— Очень рад с вами познакомиться, — Алекс улыбнулся моему папе, — Теперь я знаю, в кого пошла красотой Адель... Она точная ваша копия.

— Заезженный приём понравится родителям, — фыркнул отец, — Но ты мне всё равно нравишься.

Я облегчённо выдохнула и улыбнулась ещё шире, после чего обняла папу.

— Он будет хорошим мужем, — прошептал на ухо отец, обнимая меня в ответ.

— Я знаю, пап, — ответила я, отстраняясь, — Мы идём кушать? Или я зря готовила?

— Конечно, не зря, — воскликнул Алекс, — Мы сейчас всё за пять минут съедим...

Мы втроём засмеялись и направились на кухню.

***

— Пап, обещаю, я буду очень-очень часто звонить тебе, — сказала я, едва сдерживая слёзы, — Не скучай без меня тут. Я скоро приеду!

— Всё, Адель, тебе пора, — папа обнял меня, а потом вложил в мою ладонь кулон в виде солнца, — Иначе твой жених улетит без тебя!

Я улыбнулась и поцеловала папу в щёку, а потом подошла к ждущему меня Алексу. Обернувшись в последний раз, я махнула папе рукой, а потом послала воздушный поцелуй. Отец «поймал» его и приложил к щеке.

Конец Flashback

Тряхнув волосами, я встала и положила фотографию на место, а потом пошла в комнату. Дождь, кажется, прекратился. Одев джинсы и толстовку, я обула кеды и, подхватив доску, вышла из квартиры, специально оставив сотовый на тумбочке в коридоре.

Десять минут езды на скейте и я был уже у гаражей. Несмотря на то, что на улице стемнело, я прекрасно выучила все те места, где обычно каталась. Толстовка не совсем согревала, но я пыталась не обращать на это внимание. Вспомнилась сегодняшняя дата. Ровно год назад, в этот самый день, мы попали в аварию. Спустя два дня отец умер.

Закусив губу, я выполнила один из сложных приёмов и, радуясь тому, что он получился, я не заметила, что свернула в сторону от своего основного маршрута. Скейт наехал на какой-то предмет и я, не удержав равновесие и не сумев объехать эту фигню, на которую наехала, упала на землю. Ладони, которыми я проехалась по остаткам асфальта, тут же стали саднить, а колено болело от удара об камень.

Фыркнув, я оттолкнула здоровой ногой скейт и легла на землю, не задумываясь о том, что могу простудиться и заболеть из-за сырой и мокрой земли. На вечернем небе уже стали появляться звёзды, соединяясь в созвездия, которые я, кажется, никогда не смогу научиться распознавать. Просто мне интересно, как учёные могут выделить какую-то фигуру, среди этого множества звёзд?

Вдруг по гаражам скользнул свет, а я услышала гудение мотора. Но не стала подниматься и продолжила лежать, глядя на небо. Хлопнула дверца машины. Шаги. Сердитый голос.

— И какого хрена ты лежишь на мокром асфальте? Заболеть решила, да?

— Тимур, не ругайся, — я села на асфальте и посмотрела на мужчину, — Просто решила полежать.

— Дома, в кровати лежать будешь, — продолжал сердиться начальник, — А не на улице, после дождя. Поднимайся!

Я послушно встала, но тут же сморщилась от боли в колене — ударилась не слабо так. Тимур Ильдарович тоже заметил, что я скривилась и вопросительно посмотрел на меня.

— Упала, — коротко ответила я, поднимая грязный скейт.

— Садись в машину. Отвезу тебя домой.

— Я грязная, — ответила я, указывая на свою испачкавшуюся одежду.

— Плевать, завтра заеду на автомойку, — произнёс Тимати, — Садись в машину, я говорю.

— Хорошо, папочка, — фыркнула я, но всё же направилась в автомобиль. Уже когда мы выехали на дорогу, я поинтересовалась, — А ты чего так поздно там делал?

— Тоже самое, что и ты...

— Ясно.

Когда машина подъехала к подъезду, я посмотрела на начальника.

— На кофе, в знак благодарности, зайдёшь?

— Нет, дома Алиска ждёт, — ответил мужчина.

— Окей. Тогда до завтра.

Я вышла из машины и направилась к подъезду, не забыв забрать свой скейт. Кинув его в прихожей, я пошла в ванную комнату, на ходу стаскивая с себя грязную и мокрую одежду. Бросив вещи в стиральную машинку, я включила режим стирки и стала наполнять ванну водой.

Вернувшись в спальню, я глянула на себя в зеркало. Господи, вот и скажите, что я певица, а. Измазанные и поцарапанные руки, подёртое колено и синяки под глазами, которые никак не желали уходить, несмотря на то, что выспалась за последние сутки.

— Хрюшка, — произнесла я, показав своему отражению язык, а потом взяла комплект ночной одежды, состоящей из майки и шортиков, и вернулась в ванную комнату.

Полчаса в расслабляющей тишине. Ева прислала сообщение, что ночевать останется у Олега.

Я же легла спать ровно в десять, потому что ничего не хотелось делать.

А утром начался кошмарный день. На лейбле я провела, буквально, минут десять. После этого Ксюша вытащила меня из офиса и направилась к фотостудии, на которой пройдёт моя фотосессия.

Я с десяти часов утра до шести часов вечера сменила неимоверное количество одежды, но главным атрибутом всех образов, конечно же, оставались очки из новой коллекции Ray Ban. Мне было непривычно позировать перед камерами, поэтому первые несколько часов были для меня кошмаром. Но потом я влилась в атмосферу, понимая, что надо привыкать к камерам. По улыбке фотографа, я поняла, что всё делаю правильно и ободрилась ещё больше.

Стилисты меняли мой образ, меняли места съёмок и декорации. Ксюша в основном наблюдала за моей съёмкой и давала мне советы, а иногда она исчезала на полчаса, чтобы обсудить появляющиеся вопросы у организаторов фотосессии.

— Адель, большое вам спасибо, — в конце съёмки ко мне подошла женщина, которая была главной в этом офисе, — В знак благодарности, я прошу принять несколько пар очков из нашей коллекции.

— Не стоит, — я улыбнулась и попыталась отказаться, но женщина была настойчивой. Поэтому мы, вместе с Ксюшей, выбрали себе по паре понравившихся аксессуаров.

— Теперь домой? — спросила я, когда Кастова вела машину.

— Сейчас подброшу тебя к лейблу, где ты оставила машину, — кивнула девушка, — А потом можешь ехать домой или остаться в офисе. Результаты съёмок будут готовы завтра вечером, а в среду утром они будут у Виктора.

Дальше я не стала слушать болтовню Ксюши, потому что жутко устала и хотелось спать. Приехав в офис, я забрала машину и поехала домой. Ева была в квартире, но куда-то собиралась. Думаю, вам не составит труда понять, куда именно собиралась рыжая. Поприветствовав её, я вошла в кухню и достала из холодильника пакет сока.

— Ты выглядишь уставшей, — ответила девушка, входя следом за мной и одевая серьги, — Чем занималась сегодня?

— Фотосессия с новой коллекцией очков Ray Ban, — ответила я, делая глоток холодного сока, — А ты к Олегу?

— Да.

— Привет ему передавай.

— Хорошо, — Ева улыбнулась, а потом умчалась в спальню чтобы накраситься.

Во вторник мы с Артёмом продолжали запись песни. Делая небольшие перерывы, мы записывали мой голос, чтобы потом битмейкер имел возможность записать полноценный трек.

— Смотри, вот в этом месте ты не вытягиваешь, — сказал Артём, когда я вышла из кабинки и включил только что записанный отрывок текста, — Попробуй взять выше и чуть с надрывом.

— Окей, — я вновь вернулась в кабинку и надела наушники, в которых уже играла мелодия, которая была точно такой, какой я и хотела её видеть.

Спев указанный отрывок заново, я увидела, что Артём показывает спеть его снова.

— Адель, пой припев громче, — произнёс Артём, когда я снова вышла из кабинки, — Понимаешь, в припеве весь смысл песни. Именно в припеве поют то, о чём хочется кричать... А ты шепчешь!

— Блин, раз такой умный, спой сам, — сказала я, падая на диван, — Я устала! Я вымотана! Я тут уже шестой час кукую и у меня в горле пересохло!

— Ладно. Иди отдохни, — Артём выключил музыку, — Вернёшься через час.

Я вышла из записывающей студии и направилась в столовую. Выпив кофе, я закрыла глаза, положив голову на сложенные на столике руки. Спать. Спать. Спать. Но нельзя. Подняв голову, я вскрикнула.

— Миров, не пугай так, — произнесла я, чувствуя учащённое биение сердца.

— Кошечка испугалась? , — усмехнулся парень, — Ты чего тут?

— Отдыхаю, — ответила я, — Артём дал часик перерыва...

— А разве у него не Егор сегодня записывается? — спросил Натан.

— Нет, я с утра пришла. Там никакого Егора не было, — ответила я, — А что?

— Просто когда у Булаткина плохое настроение, он всегда тусуется у Артёма и доводит того до нервного срыва со своими психами.

— У Булаткина сегодня плохое настроение?

— Ещё со вчерашнего дня, — кивнул рэпер, — Вчера орал на всех и Тим отправил его домой, чтобы выспался. А сегодня Крид ходит мрачнее тучи... Мы его уже не трогаем даже, чтобы под горячую руку не попасть.

— А что, уже попадали, да? — хмыкнула я.

— Ты, мне кажется, пару дней тоже получила свою порцию люлей от Булаткина, — ухмыльнулся Натан, — Поэтому, киса, не шипи.

— Миров, ты можешь хоть раз нормально поговорить со мной? — спросила я, — Или шило в заднице мешает, вызывая у тебя необходимость цеплять меня?

— Кис-кис-кис.

— Щас кто-то в лоб отхватит, — произнесла я, пиная под столом парня, — Будет тебе и «кис-кис» и «мяу-мяу» сразу прихватишь!

— Кис-кис-кис, кошечка, не злись, — продолжал издеваться парень, — А то сейчас все коготочки пообламываешь себе.

— Натан, ты сейчас договоришься!

— Всё, не мурчи, — рэпер поднял руки вверх и поднялся со стула, — Уже ухожу... Кошечка. Кстати, я ещё не забыл о твоей шутке со свиданием...

— Придурок!

Я выпила ещё кружку кофе и направилась обратно записывать песню. Но, услышав крики в пустом коридоре, я замедлила шаг. Из записывающей студии Артёма выскочил злой Егор и прошёл мимо меня, задев плечом. Я отпрянула в сторону, прижавшись спиной к стене и проводила его взглядом.

— Егор! — я всё же догнала парня и схватила того за локоть.

— Отстань! — вырвав руку, Булаткин направился к лифту

— Ну, и иди к чёрту! — крикнула я в ответ.

В студии звукозаписи сидел Артём, который с силой нажимал какие-то кнопки на пульте.

— Продолжать записывать будем? — спросила я, — Или отложим на завтра?

— Давай сегодня закончим? — успокаиваясь спросил битмейкер, — А завтра я начну заниматься этим психом, — кивнув в сторону двери, откуда недавно выскочил Крид, сказал Артём.

Я вернулась в кабинку. Не знаю как, но уже спустя четыре с половиной часа Артём закончил сводить трек и отдал мне диск. То ли подействовало то, что я отдохнула часик, то ли то, что Егор дал нам дозу злости, которую надо было куда-то выпустить и мы выпустили её в запись, но проблем с треком больше не возникало.

На часах было уже десять часов, но я, попрощавшись с Артёмом, направилась в кабинет Абрамова, надеясь, что он ещё не ушёл. Мне повезло. Мужчина обнаружился в кабинете, разбирая какие-то бумаги и ставя кое-где подписи.

Постучавшись, я услышала в ответ:

— Войдите.

— Виктор, не заняты?

— Нет, Адель, — мужчина отложил бумаги и посмотрел на меня, — У тебя что-то случилось?

— Я трек принесла, — ответила я, ложа диск перед мужчиной, — Только что закончили его сводить...

— Хм. Сейчас послушаем, что ты тут записала, — улыбнулся Абрамов.

Через пять минут я уже слушала мнение мужчины о песне. В основном ему понравилось. И то, как поданы эмоции, и то, что трек записан в обещанные сроки.

— Сегодня у нас вторник, — произнёс Виктор, глядя на календарь, — В четверг песня будет уже на iTunes. Завтра до обеда ты займёшься обложкой к песне. Вечером весь состав артистов должен быть на презентации песни группы ВИАГра...

— А можно мне не идти?

— Адель, всем — значит, всем, — улыбнулся Абрамов, — Всё, езжай домой.

— До завтра.

Я вышла из кабинета мужчины, оставив ему диск. Вторая сольная песня уже записана. И это почти за три месяца работы на лейбле. Вернувшись домой, я подумала о том, что в четверг надо будет купить подарок Еве, у которой в субботу день рождения.

На работу сегодня я пришла пешком, поэтому надев шапку и застегнув куртку, я вышла из офиса. Вроде бы в ближайшее время дождей не предвидится, но погода пасмурная всё равно.

Пострадавшая в воскресенье нога ещё немного болела и я слегка прихрамывала. Сократить путь домой я решила через парк. Подумав о том, что большинство нападений на девушек в фильмах происходят тогда, когда они, как и я, решают сократить путь, я фыркнула. Я надеюсь, что мои уроки самообороны мне помогут.

Было уже темно, а в парке, как на зло, фонарей было мало и они не освещали территорию так ярко, как хотелось бы.

По-моему, я накаркала себе этого маньяка, потому что за моей спиной раздались чьи-то быстрые шаги. Затем толчок в спину и я подумала о том, что падения на этой неделе — моё хобби.

— Кошелёк сюда давай, — произнёс мужской голос.

— А ещё что дать? — спросила я, ударяя мужчину ногой, но тут же поняла, что это было ушибленная нога, — Ай!

POV Натан

Возвращаясь домой, я вспомнил о том, что дома закончились продукты. Ближайший магазин находился у выхода из парка и я, решив не гонять тачку туда-сюда, оставил её у лейбла и пошёл в магазин через парк.

Было темно, и я подумал, что это, судя по сериалам про ментов, идеальное место для нападения маньяка.

Как будто подтверждая мои мысли, в стороне раздался девичий вскрик, который потом повторился, но был уже более громким. Ноги сами понесли меня в ту сторону.

Мужская фигура склонялась над какой-то девушкой, которая что-то говорила нападавшему.

— Эй, парень, девушку отпусти, — произнёс я, останавливаясь в паре метров от их «дуэта» и стараясь разглядеть лица участников этой драмы. Но было слишком темно, а ещё и парень закрывал собой девушку, и мне не удавалось разглядеть её.

— Уйди, я со своей девушкой разбираюсь, — даже не повернув головы, произнёс парень.

— Не ври! Я тебя вообще впервые вижу, — раздался женский голос, а потом парень размахнулся и ударил её, — Ай.

— Я тебе говорю, девушку отпусти, — напрягаясь повторил я. Голос был мне знаком, но я не мог понять, где слышал его.

— Это я тебе говорю: свалил отсюда нахрен, — наконец-то незнакомец развернулся ко мне, отступая от девушки и давая мне возможность увидеть её, — Я же сказал, с бабой своей разбираюсь... Не вмешивайся!

Но разглядев знакомую куртку, я понял, что девушка — Адель. Нахмурившись, я оглядел её. И тут же пропустил удар, который нанёс парень.

Адель вскрикнула. А я пошатнулся и взялся за разбитый нос, чувствуя, как на пальцах остаются следы крови.

— Нападать на наших девушек — нехорошо, — сказал я, вытирая кровь рукавом куртки, — Но вот разбивать нос — тоже плохо...

Удар. Парень согнулся, держась за живот, а я в это время ударил его второй раз.

— И, запомни, нападать на девушек из Мафии — значит иметь большие проблемы, — произнёс я, схватив парня за волосы и приподнимая его лицо, — Если я ещё раз увижу, тебя рядом с девушкой, любой девушкой, я устрою тебе весёлую жизнь. Ты меня понял?

Не став ждать ответа, я толкнул парня и пнул его ногой. Кажется, попал по почкам, потому что этот идиот вскрикнул.

— Вставай, — я протянул руку Браун, чтобы помочь ей подняться, но она почему-то отпрянула от меня, — Только не говори, что этот придурок вышиб тебе мозги и ты меня не узнаешь.

— Ты... Ты это специально, да? — спросила девушка, всё также сидя на траве и глядя на меня большими глазами.

— Что? Ты о чём?

— Ты сказал, что не забыл о моей шутке, — начала тараторить Адель, — А потом, через пару часов, на меня нападают... Ты это всё подстроил, да?

— Блять, ты совсем офигела? — я с удивлением посмотрел на неё, — Ты не блондинка, нет? Где Тим вообще откопал такую дуру, как ты?

Я продолжил ругаться матом, а Браун в это время следила за мной, ходящим из стороны в сторону.

— Так это случайность? — спросила девушка.

— И как ты это поняла? — усмехнулся я, останавливаясь напротив девушки, — Неужели, ты считаешь меня таким подонком, чтобы натравливать на тебя какого-то придурка?

Девушка опустила глаза, а я вздохнул.

— Чёрт, — прошептал я и усмехнулся, а потом уже громче сказал, — Я буду считать, что эта твоя реакция — последствия удара.

— Помоги мне встать, — попросила Адель, протягивая ко мне руку.

Когда я поставил её на ноги, она скривилась и ойкнула.

— Что он ещё сделал? — спросил я, придерживая девушку.

— Я ушибленной ногой пнула его, — ответила Адель, — Теперь болит сильно.

— О, Господи, за что мне такой наказание в твоём лице? — закатил я глаза, — Давай, я отвезу тебя в больницу...

— Не надо, — девушка вдруг испугалась, — Может отвезёшь меня домой?

— У тебя с ногой не всё в порядке, — ответил я, — Поэтому в больницу.

Я не понял, почему Браун так испугалась больницы, но я хотел убедиться, что с ней всё нормально, потому что Тимур снимет мне голову, если она тут коньки отбросить дома, после этого нападения.

Да, знаю, что ничего серьёзного в принципе быть не может, но всё-таки...

Из машины ко входу в больницу мне пришлось нести девушку на руках, потому что она уже не могла даже наступать на ногу. Врач нашёлся тут же и девушку увели на осмотр.

— Молодой человек, у вас кровь, — ко мне подошла какая-то медсестра, — Давайте я вам раны обработаю.

Пятнадцать минут мне вправляли нос и обрабатывали разбитые костяшки. Когда все процедуры со мной были закончены, я направился в кабинет, куда увели Браун.

Девушка сидела на кушетке и морщилась, глядя на то, как врач осматривает её ногу, иногда касаясь ноги пальцами. Подняв на меня глаза, Адель выразила всю ту гамму чувств, которую испытывала. В основном я прочитал о боли и о том, что она прибьёт меня за то, что я не отвёз её домой, а попёр в больницу. Хмыкнув, я сел на стул и стал дальше наблюдать за осмотром.

На брови Адель был пластырь, а губа покраснела и на ней была запёкшаяся кровь.

— Я наложил тугой бинт, — произнёс доктор, обращаясь к Браун после осмотра, — Вечером советую мазать ногу вот этой мазью, — он что-то написал на бумажке, — И пить обезболивающие, если будет сильно болеть. Но ничего страшного нет, через пару дней всё пройдёт и будете бегать, как козочка.

— Поверьте, она и без этого коза, — засмеялся я, за что получил от Адель злой взгляд.

Конец POV Натан

POV Адель

Уже в машине, когда мы ехали домой, я поблагодарила Мирова за помощь.

— И извини, что решила, что это ты подстроил, — улыбнулась я, — Просто...

— Забудь, — рэпер улыбнулся в ответ, — И в следующий раз лучше вызывай такси, а не при домой через тёмные парки.

— Постараюсь, — я хихикнула.

Когда машина остановилась у моего подъезда, Натан предложил помочь добраться до квартиры, но я отказалась, сообщив, что буду справляться сама и что я не инвалид.

Парень хмыкнул, но ничего не сказал.

— Давай, калека, до завтра.

— Что, с такой грацией, как у меня сейчас, кошечкой назвать трудно? — усмехнулась я.

— Тебя, в таком положении, можно назвать только бегемотом, — «мило» сообщил Натан.

— Сволочь ты, Миров, — вздохнула я, — Хоть и помог, но всё равно сволочь.

— Давай, вываливай из моей тачки, — засмеялся рэпер.

— До завтра!

Я медленно, стараясь не сильно наступать на пострадавшую ногу, поднялась к квартире. И снова, как два дня назад, я скинула грязные вещи.

— Кажется, я превращаюсь в хрюшку, — произнесла я.

Попив кофе, я услышала, что открывается входная дверь.

— Адель, ты чего? — Ева с удивлением посмотрела на меня, — Что с лицом?

Я рассказала рыжей о том, что случилось и получила ответ порцию слов о том, что я дура и не забочусь о том, чтобы остаться живой.

— И зачем ты ходила на свои курсы самообороны? Не помогли же!

— Я же сказала, что ударила его больной ногой, — закатила я глаза, — Рыжая, хватит орать. Идём лучше спать, а то на часах уже двенадцать.

— Дура ты, Адель, — улыбнулась Ева.

— И я тебя люблю, — фыркнула я в ответ.

Кровать с радостью приняла меня в свои объятия и я с удовольствием уснула.

Примечания: