Нокрейн

Джейн Олдридж

   Проснулась я ближе к вечеру, когда родители уже ушли на работу. Дома никого не было, это радовало. Наконец-то я могла спокойно выбраться из своей комнаты и сходить в душ.

   Последние недели у меня ни на что не находилось сил. Я не выходила из дома, никому не отвечала и успела совсем изолироваться.

   Стоило лишь заглянуть в телефон, как меня взбудоражило. Последним уведомлением висели сообщения Нейта.

« Джейн, как ты? »
« Не знаю, что между вами сейчас, но, походу, Адам взялся за старое. »
« Говорит, что приболел. Но имеются большие сомнения. Концерт отменили, он совсем с катушек слетел. »
« Каждый день под твоим домом торчал, теперь вообще на сообщения не отвечает. »
« Ребят, ну это, походу, заразно. »
« Джейн, возвращайся. Ты как пропала – всё пошло коту под хвост. Имею большие надежды на то, что с тобой всё в порядке. »

   Я не знала, что ответить. Не находилось слов. Пока у меня не было сил, чтобы кого-то спасать, но я собиралась спасать себя. Именно поэтому я приняла душ, переоделась, заплела пучок и пошла на крышу. Освежиться.

   « Я не была нужна себе, но из головы совсем вылетело главное – я по-прежнему была нужна другим. » – именно эта мысль пробудила меня следующим утром.

   И если остальные откладывали « начало новой жизни » на понедельник, я решила сделать это сегодня. Не впервой приходилось выбираться из этого дерьма.

– Джейн? – тихо озвала меня мама, заметив, что я столько времени размешиваю сахар в своем кофе.

– Доброе утро, мам, – я и вовсе не заметила её, зайдя на кухню.

– Ты сегодня хорошо выглядишь.

– Мне уже лучше, – я задумалась и натянула краткую улыбку. Всё хуже и сложнее получалось это делать.

   Я забрала кофе в свою комнату, дабы не впечатлять родных своим поведением. Чтобы прийти в себя мне понадобится время, это сидело в моей голове ещё ближайший час, пока я не вышла из дома.

   Макияж скрыл болезненный вид, бледную кожу и круги под глазами. Волосы я распустила, уже выглядела получше. Привычно натянув наушники, отправилась на автобус.

   Ещё не знала, что буду делать на месте, но знала, что выбираться в свет мы будем вместе.

- - -

   Нейт дал мне адрес Адама, сказав, что дома будет лишь он, домработница и его младшая сестра. И вот я уже стояла у ворот двухэтажного здания.

   Транспорт сюда не ходит, с остановки долгое время пришлось идти пешком. Наушники составили мне компанию, поэтому это не стало большой проблемой.

   « Абонент вне зоны сети » – слышала в трубку, не прекращая попытки. Гудков не было. Напрасно.

   Чёртов ублюдок. Я сделала несколько шагов вперёд и нажала на звонок у ворот. Вскоре послышалось открытие входной двери, что вызвало у меня тяжелый вздох.

– Здравствуйте, – на пороге появилась женщина в светлом фартуке, домработница. Она осмотрела меня с ног до головы и подозрительно спросила: – Вы к кому?

– Мне нужен Адам, – я вдруг запнулась, подумав, насколько странно это звучало, – Он дома?

– Сомневаюсь, что он захочет вас видеть. Просил никого не впускать.

– Я подожду его здесь. Передайте, что разноглазая хочет его видеть, – от воспоминаний на  моём лице появилась лёгкая усмешка. Женщина тут же начала всматриваться в мои глаза. Она тяжко вздохнула и опустила взгляд.

– Хорошо, ожидайте.

   Ворота громко захлопнулись. Звук громко отобразился эхом где-то внутри и стало легче. Возможно от того, что я его увижу, пусть и не была в этом уверена.

   Что-то меня волновало. Я вторгаюсь в личное мне постранство человека, которого знаю от силы пару месяцев. Но что-то подсказывало мне – поступаю правильно.

   Я отошла чуть дальше и стала ждать у второй стороны дороги. Боялась ощутить его слишком близко.

   И пусть я ему была никем, сидя взаперти, в глухих четырёх стенах, именно его я выглядывала из окон каждый чёртов вечер. И каждый вечер видела его с расстояния четвёртого этажа. Всё это время он был там. А теперь я – здесь.

   После укромного одиночества меня тянуло именно к Адаму. Я боялась показаться в таком виде, но где-то внутри хотела увидеть лишь его взгляд на мне.

   Увидела. Спустя двадцать минут тихо сгорающих надежд. Двадцать чёртовых минут, отсчитываемых каждым ударом сердца. Оно билось часто, даже слишком. Но рядом с ним – вдруг подуспокоилось.

– Привет, – на выдохе произнёс он и опустил взгляд на Сапфира, который принялся во всю меня обнюхивать. А я не могла оторвать от него глаз.

   Бледная кожа, красноватые круги под глазами. Скулы выделялись в разы ярче. Волосы не были уложены, но смотрелись довольно привлекательно. Адам сам по себе выглядел сонно.

   И он не смотрел на меня с ужасом или жалостью. Его короткие взгляды олицетворяли скорее понимание. Нас обоих неплохо потрепало.

– Как себя чувствуешь? – я сглотнула от непривычного тембра своего же голоса.

– Приболел, – мягкая улыбка заставила сжаться что-то в груди. Он по-прежнему не смотрел мне в глаза, но был прав. Я знала точно – он не лгал и ничего не употреблял.

– Почему на сообщения не отвечаешь?

– А ты разве писала? – Адам поднял на меня уставший прищуренный взгляд. Острые клыки виднелись за тонкой улыбкой.

– Остальным.

– А толку? Все ведь подумали об одном и том же, – его брови свелись на переносице. – Бестолку кому-то что-то доказывать и объяснять.

– Разве никто не смог тебя понять?

– Ты.

– Адам, это бред. Почему остальные всё свели на употребление? Насколько я понимаю, ты давно этим не занимаешься.

   Парень сделал несколько шагов вперёд и, обойдя меня, побрёл вдоль дороги. Сапфир преданно направлялся рядом. Большой белый пёс с коричневыми и  серыми полосами, продлевающимися от морды до самого хвоста.

   И Адам был прав. Взгляды у нас действительно были схожи.

   Я последовала примеру его собаки – просто пошла следом. Сухо сглотнула неоправданные догадки и ускорила шаг.

   Не верила, но внутри что-то больно сжималось при одной лишь мысли. И Адам это заметил.

– Люди не меняются? – спросил он, когда мы вышли в безлюдное место. Нас окружали лишь сухие деревья и звуки отлетающих птиц. Они, как люди, стремились к лучшему, пытались выжить. Вот только у этих маленьких беззащитных созданий получалось в разы лучше.

– Это вопрос или утверждение? – я остановилась, он тоже. Шелест листьев под ногами вдруг исчез, стало слишком тихо.

– Хочу узнать твоё мнение, – на лице парня отобразилось нечто схожее с улыбкой.

– Все мы подвергаемся каким-то изменениям на протяжении жизни. Но не всем удается остаться собой.

– Что ты имеешь ввиду?

– Стандарты общества, чужое мнение, прочие заботы. То, что сбивает с собственного пути. Что убивает в тебе индивидуальность, а после и – стремление жить.

   Он внимательно слушал, а я продолжала говорить:

– Всё это то, что не должно меняться. Меняешься лишь ты и то, только по собственному желанию. Если у тебя есть вера в лучшее, есть четкая цель и неоспоримое стремление – выйдет всё, насколько бы мало сил не оставалось.

   Адам вслушивался в мои слова, как в инструкцию. Он планировал выполнять всё по плану, но пока сам не осознал того, что плана нет. Он должен составить его сам.

   Парень сделал несколько шагов вперёд и мне пришлось поднять голову. Я смотрела на него пусто, как и на всё остальное. А он – с интересом. Слегка прищурившись, выжидая чего-то.

   Неким порывом ветра его горячее дыхание пролетело по моей коже. Это ощущалось так ярко, будто оно оставило след. Так быстро, будто мне дали пощечину. Так приятно, будто меня потянуло к нему ближе.

   И я правда чуть не упала. В моменте ноги стали ватными, голова закружилась. Адам уловил меня за локти и аккуратно усадил на пень позади.

– Джейн?

– Всё нормально, – проговорила я еле слышно, воздуха становилось всё меньше. Мне становилось сложно дышать, в глазах моментально всё расплывалось.

– Не нормально, ты как? – в голосе слышалось явное беспокойство.

– Всё в порядке, голова закружилась.

   Я старалась чаще моргать и концентрироваться на окружающей среде, лишь бы скорее попустило. Болезнь была этому причиной, а испытываемые чувства... лишь необычной побочкой.

   Тут же ко мне подбежал Сапфир. Он принялся тыкать носом мои колени, вскоре мне удалось это не только почувствовать, но и увидеть. Всё пришло в норму.

– Давай я сбегаю домой за водой, а ты пока с ним посидишь?

– Не стоит, – я подняла взгляд на парня, тот выглядел необычно ошарашенно, – Адам, мне правда уже лучше.

– Так, нет. Буквально минут десять, – он отдал мне поводок и принялся бежать по сухим листьям. А за ним ещё четыре лапы. Заметив это, Адам остановился и присел рядом с собакой. Он сказал ему что-то и Сапфир тут же повернул голову ко мне. Его хозяин сделал также.

   Пёс рванул с места и побежал ко мне. Адам привстал, усмехнулся и последовал к дому.

   И только теперь я вернулась к реальности. Пришла в себя после долгого сна. Несколько недель тихо умирала изнутри, позволяя болезни себя пожирать. Несколько недель тратила свободное время Адама и его силы в том числе.

   Он не заболел бы, не отменил бы концерт, если бы в тот вечер не сидел под проливным дождём, выжидая меня.

   И вот теперь я сидела на пне в каком-то лесу, смотрела в глаза его собаки и складывала пазлы в голове. Сапфир смотрел так, будто знал больше меня. Он глядел просто, по-человечески.

   И наверняка думал о том, что люди глупые. Намного тупее них, обыкновенных животных.

– Солнце, нет, – шепотом обратилась я к нему. – Твоему хозяину нельзя меня любить. Нельзя даже думать о чувствах... Он слишком прекрасный человек для этого.

   А его глаза сверкали. Голова медленно поворачивалась то влево, то вправо, взгляд по-прежнему держался за мой.

   Последовал шумный вздох. Я не верила своим мыслям. Не хотела верить, поэтому больше не позволяла себе думать об этом.

   Мы с Адамом гуляли до самого вечера, пока оба не утомились. Обоим стало легче, что меня безумно радовало. Добиралась я сюда не зря.