42
Данил
А вот поездки с риэлтором успехом не увенчались. Мы пересмотрели более десяти объектов, но ни один меня не впечатлил. У меня много требований, и, когда, казалось бы, вот он, идеальный вариант, все равно находились претензии с моей стороны. Не потому, что я такой сноб, а потому, что я выбираю дом, который, в первую очередь, должен быть удобен и безопасен для моего ребенка.
Домой возвращаюсь вымотанный настолько, что сил хватает только на то, чтобы принять душ и завалиться спать. Поэтому матери звоню только утром следующего дня. Лучше бы я этого не делал, млять.
– А почему ты спрашиваешь? – вкрадчиво интересуется мать на мой вполне невинный вопрос: как найти подход к ребенку полутора лет.
– Просто поделись опытом, если знаешь, как.
– Даня, признавайся немедленно! У тебя что, обнаружился внебрачный ребенок от одной из твоих многочисленных любовниц?! Юля узнала и поэтому с тобой развелась?! Отвечай!Тяжело вздыхаю, сжимая переносицу. Мама мне до сих пор не может простить развод с кошкой. Что уж там. Не было ни дня, когда бы я не гнобил себя за это. Но иного выхода не было.
– Ладно, мам, потом поговорим.
– Стоять! – рявкает мама, что я чуть не глохну. Где только понабралась этого командного тона?! – Мой тебе совет сынок: не бойся ничего и будь искренним. Ребенок не подпустит тебя сразу, это факт. Но он поймет, что ты хочешь ему добра. Ну, и любишь.
– Спасибо, мам.
– А теперь говори: я – бабушка?
– Мам...
– Ясно. Я вылетаю первым же рейсом. Сама буду разбираться. И в ухо тут же летят короткие гудки. Черт, вот только мамы тут не хватало!
Когда я и сам еще не вхожу в круг доверенных лиц! Все очень зыбко и хрупко. Разумеется, я познакомил бы маму в будущем с сыном, но когда была бы хоть какая-то ясность...Ругаюсь вслух и едва не швыряю телефон в стену. Вовремя вспоминаю, что хотел позвонить Юле и договориться о встрече.
– Алло? – голос жены звучит немного нервно.
– Юль, у вас там все хорошо?
– Угумс.
– Вы сейчас где? Я хотел бы увидеться с вами и пообщаться с Русланом.
– В филиале ада на земле, – доносится до меня глухой голос. Хмурюсь и переспрашиваю, подумав, что ослышался.– В детской игровой. У меня вырывается смешок, но я стараюсь замаскировать его под кашель, чтобы не нервировать лишний раз кошку. Судя по всему, ей сейчас там не сладко.
– Я подъеду?
– Да, хорошо. У тебя будет два часа, потому что потом Руслана надо уложить на дневной сон. Хорошо, что ты приедешь, потому что мне тоже надо с тобой поговорить.Мне не нравится последняя фраза и тон, которым она сказана. Чувствую, что ничего хорошего меня не ждет, но все, что мне остается – довериться обстоятельствам.
Захожу на территорию игровой и понимаю, что определение, которое дала Юля, как нельзя лучше описывает творящуюся вакханалию. Дети разных возрастов носятся, кричат, визжат. Здоровые, как кони, подростки едва не сшибают малышей, малыши носятся с визгом, падают, плачут от этого... По спине пробегается холодок, как представлю, что Руслан также может упасть, как девочка лет трех, и разбить себе нос, и мне хочется схватить своих в охапку и увезти подальше отсюда.
Юлю нахожу с трудом, уже когда отчаиваюсь высмотреть ее и достаю телефон, чтобы позвонить. Замечаю ее ровную и напряженную спину и пробиваю локтями себе путь вперед через родителей и беснующихся детей.
– Привет, – выдыхаю, улыбаясь. На автомате приобнимаю жену за талию и тянусь за поцелуем, как натыкаюсь на ее ошеломленный взгляд. Кошка сбрасывает мои руки с талии и окатывает меня волной злости.
– Никогда так больше не делай.
– Где наш? – игнорирую ее выпад. Снова смотрит исподлобья, губы поджимает, но не возражает. Еще одна победа в мою копилку. Еще один шаг к сближению. Юля обнимает себя за плечи и подбородком указывает на огромный бассейн с шариками, где, звонко хохоча, бесится Руслан.– Зачем вообще было сюда тащиться? – недоумеваю, снова с паникой осматриваясь по сторонам. Точно филиал ада.
– У девочки с соседнего подъезда день рождения, ее мама настоятельно звала нас на праздник. Мы редко куда-то выбираемся в подобные места, но Руслану нравится общаться с другими детьми. Все же это социализация. Только поэтому я соглашаюсь.
Понятливо киваю, не сводя глаз с Руслана. Такой веселый, задорный, с широкой улыбкой на лице до ямочек на щеках. У меня в детстве точно такая же была.
– Кажется, наш сын нравится той девочке, – ухмыляюсь, наблюдая, как малышка подходит к Руслану и протягивает ему какой-то мячик.
– Да, они с именинницей с самого лета прямо не разлей вода. Жалко было расстраивать Катюшу, пришлось идти. Дань...
– Да? – поворачиваюсь и внимательно смотрю жене в глаза. А в них огонь недовольства и возмущения полыхает.
– Что это? Зачем ты делаешь это? Я переведу все обратно. Юля тычет мне под нос экран телефона, на котором высвечивается перевод на ее счет в виде кругленькой суммы. Молодец, Валерка, понял, что я не шучу, и половину уже вернул.
– Не переведешь, – холодно отрезаю, отворачиваясь и следя за Русланом. Он играет с подружкой в мячик – В течение недели будет еще один перевод на примерно такую же сумму.
– Мы не нуждаемся! Нам ничего от тебя не нужно!
– Юля. Это даже не обсуждается. Это то, что тебе полагалось после развода. Я отдал распоряжение своему юристу, а он решил, что бессмертный, и не выполнил его.
– Что ж ты сам не проконтролировал? – ядовито бросает Дана, отворачиваясь от меня.
– Не смог. Хотел бы, но не смог.
Кошка хочет прошипеть что-то еще, но в этот момент к моим ногам подкатывается мячик Руслана. Сажусь на корточки, беру его в руки и жду, когда пингвиненок дошлепает до меня. Вспоминаю все советы матери и топчу страх от реакции маленького депутата глубоко внутри. Сын останавливается на безопасном расстоянии и смотрит на меня, нахмурившись.
– Привет, сынок, – широко улыбаюсь и дышу максимально ровно. Ну, давай, депутат, не подведи меня – Держи мячик.
Протягиваю и впитываю в себя реакцию ребенка. Он делает осторожный шаг навстречу, еще один и подходит почти вплотную. Рука так и тянется, чтобы обнять сына, коснуться его волос, но об этом пока не может быть и речи. Не ревет на всю игровую – и на том спасибо. Руслан выхватывает мячик, слегка улыбается и кивает, видимо, в знак благодарности, и убегает к подружке. А меня гордость распирает. Никогда не думал, что буду счастлив от того, что ребенок не разревелся в моем присутствии и не убежал с дикими криками.
– Поздравляю, Даня, – раздается рядом голос Юли. – Кажется, айсберг начал таять.
– Я растоплю его нахрен, обещаю. Кошка хмыкает, но ничего не говорит и впивается взглядом в своего котенка. Мы молча стоим так еще минут пятнадцать, потом Юля забирает Руслана. Без капризов не получается, конечно, но кошка что-то шепчет на ухо сыну, и тот покорно следует за матерью.
– Нам надо будет зайти в детский магазин, – раздраженно выдыхает Юля.
– Я обещала Руслану «взятку», если мы вовремя уйдем из игровой.
– В чем проблема?
– В том, что мы можем там задержаться, и тогда Руслан опять не вовремя уснет. А я хотела проверить отчеты в его сон. Бросаю взгляд на часы на запястье.
– Он ложится в полвторого?
– Да.
– Успеем. Я вас отвезу. Едва проговариваю вслух, понимаю, что возникает одна проблема. Но не успеваю ее как следует обдумать. Теряю из виду своих и растерянно топчусь прямо в центре царства розового и единорожного безобразия. Слава Богу, консультант вовремя замечает мою растерянность и быстро оказывает помощь.
С Юлей встречаемся уже на кассе. Руслан хнычет и вырывается из рук. Надо отдать должное кошке, она спокойно присаживается на корточки, заглядывает сыну в глаза и мягко ему что-то объясняет. Вот только депутата ничем не пронять.
– Неть, неть! Дай!
– Что случилось? – осторожно интересуюсь у Юли шепотом. Кажется, я наклоняюсь слишком низко, потому что кошка вздрагивает, а на ее шее разбегаются мурашки. Жена тут же покрывается румянцем, а я довольно усмехаюсь. Пора приручать кошку заново. Кажется, у меня для этого есть очень неплохие шансы.
– Руслан увидел снегокат, – Юля раздраженно закатывает глаза. – В этом году он часто простужался, и я не успела его купить. Зима почти заканчивается, скоро в нем отпадет необходимость. Думала взять его на будущий год. Но сын увидел и теперь хнычет.
Молча беру самый яркий и ставлю рядом с нами. Сын поднимает на меня зареванное личико и несмело улыбается. А у меня из груди как будто весь кислород выкачали – нереальные ощущения. Губы сами собой растягиваются в улыбке, и я подмигиваю пацану. Руслан хихикает и прячется за коленями матери.
– Ты его разбалуешь. И пытаешься компенсировать свое отсутствие материальными подарками, – зудит на ухо Юля.
– Ты не кошка, – заявляю, игнорируя ее замечание. Мы выходим из магазина, подхватив пакет с покупками. Качу перед собой тележку с двумя большими коробками. Странно, что Юля еще не спросила, что в них.
– Что?– Кошка выросла и превратилась в настоящую тигрицу. И мне очень нравятся эти перемены в тебе. Юля стискивает зубы, опаляет меня злым взглядом, но при ребенке молчит, хотя ругательства в мою сторону так и рвутся.
Я оставляю своих на лавочке одеваться, а сам спешу в машину, чтобы успеть разобраться с детским автокреслом. Про них я тоже много читал на форумах, поэтому, когда предложил подвезти, в голове сразу всплыла мысль о том, что у меня такого устройства для ребенка нет. Юля выходит, и я спешу открыть заднюю пассажирскую дверь. Не решаюсь коснуться Руслана, потому что помню, что подходит время его сна. Если он раскапризничается, то Юля проклянет меня до седьмого колена. Как знать, может, еще и жесткий график посещений установит.
– Ты подготовился. Молодец, – в ее голосе слышится явное одобрение – Хоть у меня и нет машины, я читала про эту модель. Прошла краш-тесты и считается одной из безопасных.
– Я стараюсь, Юль. Очень.
– Я вижу, – и неожиданно добавляет:
– и ценю. Думала, что Руслан будет тебе в тягость... Раздражаюсь и сильнее стискиваю обивку руля.
– Глупости не говори. Это мой родной сын.
– А второе кресло? – переводит тему и оборачивается назад, на багажник, где лежит еще одна такая же коробка – Для вашего с Лианой ребенка взял? Черт, я даже не спросила про твою жизнь. Вы уже обзавелись детьми? Твоя жена не ревнует? Не подкараулит меня возле работы или дома вечером?
– Ты опять болтаешь ерунду, Юля. У меня нет детей. Как и другой семьи. Это для вашего водителя. Больше я не позволю вам ездить на такси. А сам не всегда смогу вас возить. Даже не спорь, – наставляю на нее палец. – Это не обсуждается. Это вопрос вашей безопасности. И вот еще, – открываю бардачок и протягиваю ей карту – Это на расходы.
– Нам ничего...
– Я помню, что ты все сама, и вы ни в чем не нуждаетесь. Но это для сына. Считай, это алименты за эти два года.
Сцепив зубы так, что, кажется, я слышу, как крошится эмаль, кошка все же принимает карточку из моих рук. Прячет ее в сумку и отвлекается на Руслана. Я паркуюсь прямо напротив подъезда и помогаю Юле выйти. Она подхватывает почти заснувшего сына на руки, а я – покупки и снегокат. Молча поднимаемся в лифте и вваливаемся в квартиру. Я сгружаю покупки на пол, но не раздеваюсь. Прекрасно понимаю, что мое время на сегодня вышло. И я, черт меня дери, понятия не имею, как получить безлимитный доступ к этой маленькой семье.
– Завтра заеду после обеда? Опробуем новое транспортное средство? – киваю на снегокат.
– Я не знаю еще, Дань. Позвони мне, ладно? Завтра у меня встреча с новыми поставщиками. Не знаю, как все пойдет.
– Хорошо. Помощь нужна?
– Нет. Спасибо, я сама. Внутри кипит и взрываются фейерверки от такой, казалось бы, безобидной фразы. Но не для меня.
– Прости, Юля.
– За что? – она удивленно вскидывает брови, а Руслан забавно повторяет жест матери и смотрит на меня, приоткрыв рот.
– За то, что тебе пришлось учиться жить самостоятельно. Без меня.
И, пока ошарашенная Юля не пришла в себя, бросаю на ходу «Пока» и уже перешагиваю порог, как в спину догоняет неуверенное детское «Ка!».Оборачиваюсь и натыкаюсь на усталую и робкую детскую улыбку. Руслан машет мне ручкой и разглядывает, склонив голову набок. А мое сердце разбухает в груди до нереальных размеров и пропускает удар. Определенно ради этого маленького человечка, этого депутата с характером, стоило натворить то, что я провернул два года назад.