40
Даня
Следующим утром, ровно в десять, как и договаривались, я стою под дверью Юлии. Рассказ кошки как удар под дых. Мощный, сокрушительный и нокаутирующий. Я вышел из ее квартиры и еще час просидел в машине, глядя в лобовое стекло и скуривая сигарету за сигаретой несмотря на строгий запрет.
Я – отец. У меня подрастает сынишка, который безумно на меня похож. Которого я мог бы никогда не увидеть. С**а! Я ведь никогда не хотел детей. Потому что это ответственность на всю жизнь. Не принадлежать самому себе, не иметь возможности делать то, что хочется, а еще они капризные, орущие, противные... Те, которые запросто могут свалиться на пол в магазине и орать, требуя что-то купить... Какие же однобокие и узкие взгляды у меня были!
У меня внутри все перевернулось, когда я увидел Руслана. Сердце разбухло в груди, стало ныть. О том, сколько всего я упустил. Сколького был лишен. И я, и наш сын. Но больше всех Юля.Прикрываю глаза, несколько раз вслух проговаривая имя сына. Руслан. И снова сердце колотится как сумасшедшее. Кошка и тут меня удивила, назвав ребенка в честь отца человека, которого якобы ненавидит. Это говорит о том, что еще не все потеряно. Для нее. Для нас.
Вернувшись домой, я нарушил еще один запрет: сделал себе двойной эспрессо с лимоном и засел за ноутбук. Чтобы не терять времени, сразу сел изучать рынок недвижимости. Мне срочно нужно было подобрать вариант, который в большей степени будет ориентирован на маленького депутата. Улыбаюсь, вспоминая сурового мальчишку. Как он меня лупил! От души, со всего размаху, с бурей эмоций в глазах. Истинный мамин защитник. Юля с рождения воспитывает в нем настоящего мужчину, закладывая правильные вещи в детскую головку.
Переминаюсь с ноги на ногу. Волнуюсь, как никогда. Мне дали второй шанс, я должен использовать его по максимуму. Третьего определенно не будет. Я должен найти подход к пацану. И это самая сложная задача в моей жизни. Потому что я никогда не общался с маленькими детьми, и не знаю, как себя с ними вести. Я всегда славился тем, что умею найти подход к госслужащим, зарубежными партнерам, конкурентам. Всегда. А здесь маленький ребенок. Который не взлюбил меня с первого взгляда... Резко выдыхаю и нажимаю кнопку звонка. Долго ждать не приходится, и дверь распахивается. Юля оглядывает меня придирчивым взглядом, поджимает губы и отходит в сторону, пропуская внутрь. Не удерживаюсь, заглядываю ей за плечо, но сына нигде не вижу.
– Руслан в комнате, собирает конструктор, – поясняет жена. Она напряжена, ее беспокойство плотным облаком окутывает воздух вокруг нас. Киваю, ставлю пакеты на пол и снимаю обувь строго на коврике. Помню про предупреждение. И стараюсь не доставлять кошке лишних хлопот.
– Иди, помой руки и приходи на кухню. Тщательно промываю каждый сантиметр ладоней с мылом. Вчера читал в пособии о детях, которое скачал перед сном, что это первое и главное правило при общении с детьми, если мы не хотим, чтобы детеныш подцепил какую-то инфекцию. А я не хочу. Юля меня тогда казнит и запретит приближаться к ребенку до конца моих дней.
Выхожу из ванной, направляюсь на кухню на аппетитные запахи, прохожу мимо спальни и резко торможу. На полу спиной ко мне сидит Руслан. Кряхтит, что-то лепечет себе под нос и собирает огромные детали конструктора в высокую башню. В груди печет, дыхание сбивается. Неотрывно слежу за пацаном, впитывая каждое его движение. Хочется подойти, коснуться мелкого, чтобы поверить, что этот ребенок – реальный. Мой. Но я не могу себе этого позволить. Пока не могу. Все, что мне остается – достать телефон и снять на камеру, как играет мой сын. Самое дорогое и важное видео в моей жизни. Вхожу на кухню, не забыв прихватить пакеты. Юля вздрагивает, едва меня замечает. Сканирует взглядом через плечо и сухо интересуется:
– Кушать с нами будешь? Я на тебя тоже приготовила.
– Буду, – широко улыбаюсь, водружая на столешницу пакет с фруктами. Я не знал, что любят мои, поэтому взял всего по чуть-чуть. Витамины лишними не будут. В памяти всплывают наши совместные завтраки. Которые в девяносто процентов случаев заканчивались горячим сексом на столе или у стены. Мы любили друг друга как сумасшедшие. Ненасытные.
Кошка вспыхивает, бормочет: «Я сейчас» и исчезает в коридоре. Усмехаюсь, довольный реакцией жены. Тоже вспомнила. Это хорошо. Это значит, что ей не все равно. Это значит, что у меня есть крохотный шанс вернуть Юлю. Который я не упущу. Кошка возвращается за руку с Русланом. Он широко улыбается и важно вышагивает рядом с мамой, выпятив свой животик. Медвежонка напоминает. Такой же милый и пухленький. А еще Юля права: действительно депутат.
Малыш резко останавливается и смотрит на меня. Долго смотрит, хмурится. Мы изучаем друг друга снова, как в первый раз. Ну же, сынок... Отмираю первым. Достаю из пакета машинку, планшет для рисования и магнитный конструктор. Все это мне рекомендовала консультант в детском магазине. Я запомнил, что Юля просила не скупать весь «Детский мир», и взял лишь небольшие подарки. Для начала. Потом начну баловать сына больше и чаще, надо только узнать его вкусы и желания. Подхожу к мелкому и опускаюсь на корточки.
– Привет, Руслан. Сынок, – голос хрипит, в глазах печет. Старею, что ли. Протягиваю ребенку игрушки, а он отшатывается от меня, двумя руками цепляется за колени матери и смотрит волчонком. Хнычет. Кладу игрушки на стульчик, не сводя жадного взгляда с ребенка.Все же набираюсь смелости и впервые касаюсь его пухлой щечки кончиками пальцев.Лучше бы я этого не делал. Я ожидал чего угодно, но не такой реакции. Руслан выпучивает глаза и орет во всю силу легких. Вцепляется в мать руками и ногами и пытается забраться по Юле как коала по ветке.
– Тшшшш, мой хороший, – бормочет кошка, обнимая Руслана и покачивая его, пока мальчишка заливает мать слезам – Этот дядя хороший. Он тебя не обидит. Дядя Даня будет приходить к нам в гости.
Поднимаюсь на ноги, не зная, как реагировать. Руслан слегка поворачивает голову в мою сторону, замечает и снова орет.
– Он всегда так?
– Да. Боится незнакомых людей и тяжело идет на контакт. Не любит, даже когда просто смотря в его сторону. А что, – горько усмехается, – думал, будет так просто, Милохин?Качаю головой, глубоко вздыхая. Возвращаюсь на свое место, осторожно опускаюсь на стул.
Кошка успокаивает Руслана и сажает его на детский стульчик. Так и сидим с сыном на разных концах стола, внимательно изучая. Как два хищника друг друга перед решающим прыжком. Юля хлопочет у плиты. Ставит перед сыном тарелку с овощным салатом и яблоко. Передо мной – омлет и кофе. Наконец, наливает себе чай и опускается между нами. Мы завтракаем молча, изредка кидая друг на друга настороженные взгляды. Кошка встает, чтобы убрать со стола и помыть посуду. Неожиданно Руслан кидает яблоко на стол и пальчиком показывает на блюдо с фруктами и выжидающе смотрит на меня. Это знак. Это первый шаг со стороны моего сына!
– Что, сынок? Грушу? Хурму? – на все отрицательно качает головой. – Киви? Банан? На последнем слове мелкий активно кивает головой и пищит:
– Дя!
Быстро чищу фрукт и протягиваю ребенку. Он откусывает, а я с довольной улыбкой на лице смотрю на то, как с удовольствием Руслан уминает угощение за обе щеки. Лед тронулся. Сближение не за горами. Но недолго музыка играла.Ни с того, ни с сего Руслан весь напрягается, краснеет и застывает в немом крике. Трясется аж, бедняга, сжимая в каждом кулачке по кусочку банана. Вскакиваю со своего места, как ошпаренный.
– Юль! Юля! Что с ним?! Громкий плач просто оглушает напрочь. Хочется уши зажать.
Руслан швыряет на пол банан и падает лицом на столик. Юля невозмутимо смотрит на бьющегося в истерике малыша и...спокойно чистит еще один банан!
– Что ты делаешь?! Как успокоить его? – выкрикиваю, едва ли не вырывая волосы на голове.
Никогда и ни за кого так сильно не волновался. Руки трясутся, а пульс эхом отбивает в висках. Страшно, что надо что-то предпринять, а я понятия не имею, что. Зато Юля вручает новый банан ребенку, и Руслан мгновенно успокаивается. Улыбается сквозь слезы, как ни в чем не бывало хватает другой фрукт и с таким же удовольствием откусывает.
– Что. Мать. Вашу. Сейчас. Было?!
– Не выражайся при ребенке! – рявкает жена – Ничего страшного. Обычное дело. Юля поднимает с пола недоеденный банан и выбрасывает в ведро.
– А конкретнее?
– Банан сломался пополам и не клеится обратно.
– Что?!
– Говорю же – депутат. Орет, по крайней мере, так же, как они в Думе.
Я бы рассмеялся, если бы не был в глубоком шоке. Охренеть! Вот это горе: банан обратно не клеится! Сломался! Да, я похоже, многого еще не знаю в этой жизни...
– И часто так?
– Всегда.
Жесть. Руслан как ни в чем не бывало, просится на пол, Юля достает его из стульчика. Депутат выпячивает пузико, подхватывает новые игрушки и важной походкой пингвина выходит из кухни. Мы с Юлей дружно следуем за сыном. Руслан, как замечает меня, подрывается с места, кричит и подбегает к матери, утыкаясь лицом в ее колени.
– Наверно, на сегодня достаточно, – растерянно бормочет кошка, поглаживая сына по волосам – Лучше будет, если гулять мы пойдем вдвоем. Растерянно киваю. Маленький депутат не желает видеть своего отца, что тут непонятного.
– Пока, хулиган. Завтра увидимся, – машу на прощание Руслану и выхожу в коридор.
Юля следует за мной с мелким на руках. Он прячет лицо у матери на груди, но исподтишка подглядывает за мной. Хмурится, смотрит, как волчонок. Надулся весь, важный. Это радует. Интерес есть. Значит, есть шанс получить милость маленького властного депутата.
– Ну, пока. Вечером позвоню. Завтра заеду. Но только пока не знаю, в какое время.
– Хорошо. Но не надейся, что станет легче по щелчку пальцев, и Руслан оттает так быстро, – внезапно предупреждает Юля. Понимающе ухмыляюсь. Медленно качаю головой.
– Я не сдамся. И не брошу вас. Больше нет.
Всем большое за такой актив💗