III: Глава 8
Глава 8
Калиго давно не видел свою странную двуногую подругу без крыльев – Гвен. И как бы сильно она ни хотела его увидеть, много событий вокруг неё только оттягивали этот момент. Но вот они здесь, на опушке Запретного леса.
Поппи Добринг стояла рядом и перебирала пёрышки Крыланы, пока та издавала птичьи звуки наслаждения. Гвен и Калиго уже порезвились и теперь она сидела на стволе некогда упавшего дерева и гладила лежащую у себя на коленях большую птичью голову, покрытую иссиня-чёрными перьями. Калиго прикрыл глаза и заурчал бы от наслаждения, будь он кошкой. Как же он горланил и прыгал, когда услышал знакомый свист спустя столько времени. Он скакал вокруг девушки, словно они не виделись годы и даже сбил её с ног, но тут же испугался и подставил колено, чтобы она смогла встать.
- Им всё не по чём, правда? – проговорила Поппи, широко улыбаясь.
- Не говори. – вздохнула Гвен, - Хотела бы я быть настолько же беззаботной, как они.
- Да уж. – подтвердила пуффендуйка, Поппи немного помолчала, поглаживая Крылану по клюву, - Мне жаль, что тебя не выбрали чемпионкой. Говорят, твой факультет очень расстроился.
Гвен посмотрела на подругу. И, к своему удивлению, улыбнулась. Давление, ожидания, требования. Всё, что возлагалось на неё, действительно могло разбиться о невиданное им обстоятельство – выбор свыше. И странное, нежданное облегчение словно добавило объём в её легкие.
- Знаешь, я ведь и не хотела участвовать. – вдруг спокойно ответила рыжая, - Это другие хотели, чтобы я участвовала.
- О-о. – удивилась Поппи, - А разве это не... неправильно? Это ведь должен быть твой выбор.
- Ты права. Должен быть. И я не захотела. – осознание упавшего с плеч груза рисовало мягкую неброскую улыбку на её светлом лице.
- Хорошо, что ты не поддалась. – заключила Добринг, - Я никогда не сталкивалась с таким, но... думаю, это было сложно. Кристофер очень способный, тем более, никого более похожего на представителя Когтеврана я не встречала.
Гвен усмехнулась.
- Я тоже. – потом наклонила голову и посмотрела на подругу, - Спасибо.
- За что? – удивилась девушка.
- За то, что не упрекаешь меня.
- С чего мне тебя упрекать? – улыбнулась Поппи, пожав плечами, - Я вот вообще ненавижу соревнования. Не знаю, зачем их придумали, это портит отношения между людьми.
Гвен положила свою голову на пернатую гриву Калиго. Он повёл глазами, но тут же снова их зажмурил.
- Вот гиппогрифы никого никогда не упрекают. Им всё равно, участвую я в Турнире или нет, хочу или нет. Им всё равно, что я... - она запнулась, мысль о Викторе Руквуде всё ещё жгла её, всплывая в сознании, - Жаль, я не могу забрать тебя с собой, когда закончу школу. – проговорила она тихо, проведя рукой по клюву Калиго, - Ты моё большое пернатое счастье, мой самый мягкий друг. – прошептала она.
- Зря ты, может быть, можно? – сказала Поппи, хоть на душе у неё и заскребли жмыры. Ей бы самой очень хотелось увезти Крылану с собой или остаться с ней здесь. И никогда больше не расставаться. Но даже она, живущая в деревне с бабушкой, не решилась бы забрать свою подругу из её родных мест.
- Здесь поля, реки, горы, луга... А в Лондоне тесные улицы, толпы людей и совсем нет места, чтобы летать и быть незамеченным. – грустно проговорила рыжая и сильнее притёрлась щекой к перьям, - Остаётся только наслаждаться настоящим.
Поппи посмотрела на Гвен. Мало кто из одноклассников разделял с ней такую же любовь к животным. И не просто готов был погладить, но и готов был взять ответственность за кого-то из них. И глядя на подругу, Поппи снова осознавала, как это больно понимать, что это странное нечеловеческое существо стало слишком важным для тебя, чтобы просто оставить его.
- Знаешь, у нас ведь впереди ещё целый год. – проговорила пуффендуйка, сглатывая собственную горечь, - Я думаю, они оба будут рады, если мы будем навещать их чаще. Что скажешь?
- Отличная идея. – подтвердила когтевранка, оторвав голову от оперения, - Может быть, каждый вечер, например, вторника?
- Лучше среды. – подхватила Поппи, - Там день тяжелее. Будет вдвойне приятнее увидеться.
- Давай.
Вдалеке забили часы хогвартской Часовой башни. Гвен выпрямилась и посмотрела в сторону замка.
- Уже шесть.
- Тебе куда-то нужно? – спросила Добринг.
- Да, мы договорились встретится нашей компанией.
- Эх, жаль, я думала, мы полетаем. – вздохнула девушка, - Ну, значит в среду?
Рыжая улыбнулась.
- Да, в среду. – кивнула она подруге.
Оминис и Анна уже подходили к школе после прогулки по Хогсмиду. Они шли, держась за руки, и Анна несла в руке маленький бумажный пакетик с подаренными Оминисом сладостями из «Сладкого королевства».
- Гаррет перевернул его прямо на ковёр! Этот едкий сладкий запах выветрился только к утру! Даже спать было невозможно. – рассказывала Анна, звонко смеясь, - Он говорил, что это «веселящее пиво», и оно станет популярнее сливочного.
- Вот уж сомневаюсь. – проговорил Оминис, тоже улыбаясь, - После его последней выходки на Зельеварении, Шарп перестал нам давать на дом практические задания.
- А я думаю, что при таком усердии, Гаррет многого добьётся. – заключила гриффиндорка, - Натти считает, что если он не приготовит пиво, то откроет хотя бы лекарство от прыщей.
- Ха. Вполне возможно. – кивнул Оминис.
Ему нравилось слушать её рассказы. В них было столько школьного быта и столько абсолютно обычных вещей, которые вызывали в ней неподдельный детский восторг, что голос её звенел, будто задорный колокольчик. И эхом отражался от него, вызывая улыбку. И он только сильнее сжал её руку от переполняющего его тепла. Взгляд Анны встрепенулся и взлетел к его умиротворённому лицу. Она улыбнулась ещё шире и прислонилась к его плечу.
- Тебе не интересно? – спросила она тихо.
- Интересно. – улыбнулся он, - Если бы ты ничего не рассказывала, мы бы скорее всего молчали, потому что я говорить не мастак. Я рад тебя послушать.
- Хорошо. – довольно кивнула она.
Они почти ступили на лестницу возле Северного входа, как забили часы. От неожиданности Оминис вздрогнул, он так глубоко погрузился в это бархатное и приятное чувство, которое поглощало его в такие простые моменты.
- Мне надо идти. – сказал он, нехотя отпрянув, - Я обещал встретиться с Себастьяном и Гвен в крипте.
- О-о. – разочарованно протянула Анна.
- Ты можешь пойти со мной. – осторожно предложил он, после короткой паузы.
- Нет. Не могу, ты же знаешь. – тихо ответила она, замявшись, - Я просто не смогу сидеть там и делать вид, что меня это всё не волнует. И не злит.
- Знаю. – вздохнул Оминис, - Тогда извини, я должен идти.
- Ладно.
Она отпустила его руку, и он, поцеловав её в щёку, уже сделал шаг вверх по лестнице с вытянутой в руке волшебной палочкой, как Анна всё-таки произнесла кое-что ещё.
- Знаешь, я всё же немного надеялась, что ты меня поддержишь.
Она сказала это не зло, но как-то разочарованно и печально. Будто уже почти приняла его решение, но почему-то не смогла сдержаться.
- М? – он обернулся к ней, - Поддержу в чём?
- В... Ну... в моей позиции относительно Турнира. Ты же сам знаешь, что это не просто конкурс. – она опустила взгляд.
Оминис спустился с большого каменного крыльца и подошёл к ней.
- Анна, я прекрасно понимаю, почему ты держишься особняком, но... В общем, я говорил тебе уже.
- Да, говорил. Но мне всё равно грустно. – она потёрла ладонью плечо, - Просто... ты... мы вроде как вместе. И мне бы хотелось, чтобы ты был на моей стороне.
Оминис терпеливо вздохнул.
- Здесь нет стороны, Анна. Себастьян мой друг, ты – моя девушка. Я не вижу тут поля для выбора. Вы оба дороги мне, я понимаю и твой, и его выбор. Почему это должно значить, что я не на твоей стороне?
- Ну...
- Как и с Себастьяном. Я не одобряю его выбора, но не перестану же я дружить с ним из-за этого? Тем более, что...
- Как Гвен, да? – пробормотала она, - Ты говорил, что она вроде как не поддерживает его решение, но не отворачивается.
- Ну да. – просто кивнул он, - И я здесь полностью с ней согласен.
Девушка помолчала, покачав головой, словно решая, говорить или нет. Но всё же...
- Почему её слова звучат для тебя убедительнее, чем мои? – вдруг выпалила она.
Оминис оторопел.
- Анна... Перестань, пожалуйста. Ты говоришь так, будто Гвен или мы с тобой имеем право Себастьяну что-то разрешать или запрещать.
- Нет, но иногда мы должны останавливать его.
- Пожалуй, но почему...
- Или ты забыл, что случилось в прошлый раз? С реликвией?
- Анна...
- Никто не поддержал его, но все остались рядом. И вот, что получилось. И кстати, Гвен была в первых рядах. – щёки Анны раскраснелись.
- Анна, ты несправедлива. – твёрже ответил Оминис, - Никто не хотел такого исхода.
- И всё-таки, если бы... - голос её стал громче.
- Он бы натворил глупостей намного больше. И ты не можешь не знать это. Ведь именно из-за того, что Соломон не слушал его, Себастьяну пришлось действовать самому.
- С каких пор ты так заговорил? – бросила она, - Ты сам считал, что лекарства нет, как и все мы.
- Я ошибался. И сюда по тому, что мы сейчас всё-таки говорим с тобой, Себастьян был прав, что продолжал искать!
- И в своих поисках он... совершил чудовищную ошибку. – Анна немного понизила голос, но мягче он не стал, - И сейчас он действует также – опрометчиво, опасно. Мой брат не умеет вовремя остановиться, и ты это знаешь, но ничего не делаешь!
- Он не умеет останавливаться, когда дело касается тебя! – выпалил Оминис и тут же осёкся.
- Что? – Анна опешила и отступила назад, - Меня?
Оминис сжал зубы. Себастьян точно не обрадуется этому.
- Да. – обречённо выдохнул Оминис.
- Так это я виновата? Так получается?
- Анна...
- Я не просила его об этом. Не просила лезть в этот дурацкий Турнир!
- Я согласен, но он просто...
- Почему ты его защищаешь? Я ведь переживаю за него. Хочу, чтобы он перестал поступать так... Перестал, так нелепо рисковать. А вы... Ты и Гвен... Вы не помогаете. Вы просто лезете с ним в самое пекло! Как полные идиоты! Это безрассудство!
Оминиса обдало волной. Не то ледяной, не то жаркой. Виски его странно запульсировали, а тонкие губы сжались вслед за зубами. Грудь словно вдавилась куда-то вглубь, навалившись на слишком быстро бьющееся сердце.
- Безрассудство? – желваки Оминиса зашевелились на его побледневшем лице, светлые брови уже давно сомкнулись и пугающе нависали над невидящими глазами, - Что именно? Позволить другу участвовать в Турнире, если он того хочет?
- В опасном Турнире, Оминис.
- А как же Натти? – холодно заметил он, - Ей тоже нельзя участвовать?
- Она...
- Я слышал твой голос в толпе, я всегда его слышу. Когда назвали её имя. Твои радость и поздравления. – продолжал он жёстко, - И потом, как ты говорила про неё. И с ней. Выходит, ей можно так нелепо рисковать?
- Натти...
- Ей можно, а Себастьяну нет? – он сделал шаг вперёд, - Тебе можно поддерживать её, а нам Себастьяна нельзя?
- Это другое!
- Да – это лицемерие!
Всё произошло слишком быстро. Быстрее, чем Оминис успел понять. И хлёсткий, громкий шлепок наполнил звенящий от их голосов воздух.
Оминис пошатнулся.
Жгучая боль охватила его правую щёку.
Сердце Анны словно остановилось. Она резко подняла ладони к губам, правая из которых горела после удара.
Он поднял руку к лицу, словно пытаясь понять, что происходит. Почему его жжёт, почему так больно?
Дыхание прервалось, так сильно сжались лёгкие от осознания произошедшего.
- Оминис... - сорвалось с дрожащих губ Анны.
Он не ответил. Желваки снова зашевелись на его лице, и он опустил руку, сдерживая бурю внутри себя.
Анна шагнула к нему, но именно в этот момент он шагнул прочь. Молча. Сжимая кулаки. Он поднялся по каменным ступеням к огромным дверям.
И скрылся за ними.
Оставив Анну там. Наедине с её пульсирующей ладонью.
Себастьян сидел на диване, закинув локти на спинку и лениво потягивал чай. Гвен сидела на спинке, глядя на лежавшую на коленях книгу. Книгу по древней магии. Давно она не держала её в руках, с тех пор она даже покрылась пылью. Друзья решили, что самым надёжным место для её хранения будет крипта, по очевидным причинам. Тут она и ждала их до конца лета, хотя Себастьян то и дело косо поглядывал на неё, когда бывал здесь во время каникул.
- Думаешь, пора вернуться к изучению? – сказала Гвен в продолжение их разговора.
- Я думаю, не нужно прекращать. – протянул Себастьян, - В твоих руках, считай, огромная неизведанная область магии. И мы можем её изучить... то есть, ты можешь научиться владеть ею. Разве это не захватывающе?
- Захватывающе. – улыбнулась девушка, - Особенно, когда ты так говоришь. Но я всё ещё чувствую себя слепым котёнком, каждый раз, когда пытаюсь что-то понять.
- Ну, для этого есть я. – уверенно сказал он и улыбнулся, - Я же обещал тебе помочь. Ничего страшного, что информации много. Я же говорил, я изучал разную магию, в том числе и забытую, годами. Вместе мы разберёмся.
Их глаза встретились. Его косая ухмылка и самодовольный взгляд. Кого-нибудь они наверняка раздражали. Но почему-то именно этот взгляд убеждал Гвен, что всё получится, что им любая проблема по плечу. Ведь как это может быть не правдой, если он в это верит? И чем дольше они смотрели друг на друга, тем теплее становились его глаза, цвета спелого каштана. И тем медленнее становилось его дыхание, от этой мягкой тонкой улыбки, с которой она рассматривала его лицо.
- Так... - Гвен почти робко отвела синий взгляд, - Ты думаешь, это пригодится мне против Теодоры?
- Может быть. – пожал плечами он, не желая отводить глаза, - Мы пока совсем ничего не знаем о её замысле.
- Если он есть вообще.
- А он есть. – заключил Себастьян, - Таких совпадений не бывает. Вдруг Блэк решает провести Турнир, и вдруг ему помогает в этом Министерство. А от Министерства вдруг приезжает Теодора Руквуд. Сестра Виктора Руквуда. Как по мне, похоже на котёл на дереве.
- Маглы говорят «рояль в кустах». – Гвен наклонила голову и смущённо улыбнулась, она всегда смущалась, сравнивая свой мир и мир волшебников, но чем больше она это делала, тем больше понимала, что хотя различия есть, их не так много, как ей казалось.
- Забавно. – усмехнулся он мягко.
Себастьян, особенно после того, как побывал у Гвен дома, всегда старался подчёркивать свою лояльность к маглам в общении с ней. Не потому, что боготворил их или ненавидел на самом деле, а потому что мечтал убедить её, что не видит в этом ничего страшного. И правда не видел. Хотя, спроси его кто об этом года три назад, его ответ был бы совсем другим.
- Знаешь, что я заметила?
Себастьян, и так не отрывавший от неё взгляд, обратился в слух.
- Когда Блэк вещал свою речь в первый вечер в школе, он упомянул, что ему подсказал идею о Турнире какой-то его знакомый.
- Думаешь, это была Теодора? – предположил он.
- А почему бы и нет? – задумчиво проговорила она, - Если это была она, то может быть её влияние на директора куда больше, чем мы думаем.
- Но точно мы этого не знаем.
- Не знаем. – согласилась рыжая, - И эти люди в Хогсмиде, про которых говорила Сирона. И мистер Мэри...
- Тут определённо есть связь. Но какая?
- Оминис говорил, что они с Анной пойдут сегодня в Хогсмид. Может быть, спросим у него? Может он заметил что-то необычное.
- Отличная идея. – сказал Себастьян и тут же осёкся. Взгляд его изменился, и он опустил лицо. Он попытался собраться и снова встряхнуться, но почему-то это было труднее, чем всегда.
Он снова скучал по Анне. Снова.
Но теперь он хотя бы знал, что даже если его нет рядом, она может улыбаться, жить. Даже если ему вдали от неё очень тяжело.
- Себастьян? – спросила Гвен.
Но на свой вопрос она услышала только скрип поднимающейся решётки. И в крипту вошёл Оминис. Он шёл довольно целеустремлённо, держа в вытянутой вперёд руке волшебную палочку, пульсирующую красным светом.
- Явился не запылился. – язвительно бросил Себастьян, тут же улыбнувшись.
- Простите, я опоздал. – бросил Оминис сжато.
Оминис сел. Ноги Гвен, опущенные на диван, как раз оказались между Себастьяном и Оминисом. И она опустила книгу вниз перед собой. Вид у слизеринца был напряжённый. Он всегда ходил не быстро, садился медленно, двигался с некоторой осторожностью, словно прощупывая мир, прежде чем что-либо сделать. Но сейчас он опустился на диван слишком быстро, неосторожно, словно пытался от чего-то убежать, прежде чем вошёл сюда.
- Гвен сказала, вы с Анной собирались сходить в Хогсмид. – сказал Себастьян.
Оминис вздрогнул. Сдавленно, сдержано, но Гвен и Себастьян переглянулись.
- Ты не заметил там ничего необычного? – продолжал он, пристально всматриваясь в невидящее лицо друга.
Оминис сделал глубокий медленный вдох через разомкнутые губы. Сейчас хорошо было видно не разгладившуюся морщинку между его светлых бровей, опущенных слишком низко. Близи можно было заметить, как его обычно бледные щёки ещё слегка розовые. А плечи так напряжены, шея невольно кажется короче прежнего.
- Нет. – ответил он медленно, словно взвешивая это слово, - Вроде всё, как всегда. Хотя...
Себастьян выпрямился и придвинулся.
- Так?
- Там было два человека, которые показались мне странными. – сказал он размеренно, будто мысль углублялась, пока он произносил её, - Не знаю, как они выглядели, но голоса у них были... холодные. И они хотели купить что-то в «Тимофиллах и поганках». Это показалось мне очень странным.
- Почему? – удивилась Гвен.
- Они сначала сказали что-то о завалах в пещерах. А потом про то, что-то из «Тимофиллов и поганок» им поможет.
- Пещеры? – хором спросили Гвен и Себастьян.
- Да. – кивнул Оминис.
- Ты думаешь о том же, о чём и я? – спросил Сэллоу, посмотрев на Гвен.
- Гоблинские шахты. – кивнула она.
- Вы так уверены? – скептически наклонил голову Мракс.
- Не на все сто. – покачала головой Гвен, - Но что-то мне подсказывает, что догадка верная. Узнать бы, что за растение они купили.
- Можем пойти в Хогсмид и спросить мадам Зелень. – предложил Себастьян.
- Да. Пожалуй. – согласилась девушка, - Думаю, завтра после уроков можно сходить.
- Так и поступим. – кивнул слизеринец, - Ты с нами Оминис?
- Я?
Друзья уставились на него. Он не склонен был так глубоко улетать в раздумья, чтобы не слышать внешнего мира. Кто-кто, но не Оминис. Слишком уж многое зависело в его жизни от его способности слышать мир вокруг.
Гвен наклонилась к нему.
- Ты в порядке? – спросила она.
- Что случилось, Оминис? – спросил Себастьян.
Оминис отреагировал не сразу, он даже сначала открыл рот, чтобы ответить. Но промолчал. Грудь его была сдавлена с такой силой, что дышать было почти невозможно. Ему хотелось сорвать галстук с шеи, пуговицы с воротника, словно это могло помочь. Но он сидел. Под пристальными взглядами друзей.
- Нет. – наконец произнёс он, - Мы с Анной... поссорились. Сильно.
- О-у... - выдохнул Сэллоу.
- Из-за чего? – тихо спросила Гвен.
- Разве это не понятно? – жёстко проговорил Себастьян, - Из-за меня.
Гвен повернула взгляд к Оминису.
- Это правда?
- Да. – кивнул он.
- Оминис... - начал говорить Себастьян, но запнулся.
А что он мог сказать? Извиниться? За участие? Оминис знал его причины и сам выбрал не отстраняться, не осуждать. За что Себастьян был ему бескрайне благодарен, хоть и не говорил этого. И, хотя он чувствовал себя виноватым в том, что теперь не только он, но и его лучший друг страдают из-за позиции Анны, он решительно не знал, как и чем может помочь.
- Я тебя не виню. – сказал Мракс ровно, - И тебе не стоит.
- Да ну? – сдавив челюсти процедил слизеринец.
- Не стоит. Может быть... - он резко выдохнул, - Мне просто не стоило начинать эту тему. Я сам виноват.
- Так что произошло? – аккуратно повторила вопрос девушка.
Оминис поник головой. Громкие крики Анны, её смех, обратившийся надрывом. И звонкий хлопок по его лицу... Всё это испепеляющим эхом отозвалось внутри него. И он потёр правую щёку ладонью.
- Я даже и не понял... Как... - пробормотал он, - Анна хотела, чтобы я занял её сторону. А я не смог. И... словно за слово. Она... - он снова потёр лицо.
Глаза девушки расширились.
- Она ударила тебя?
Оминис сжал зубы. Неужели это так заметно? Гнев, стыд, боль. Всё смешалось. Он хотел было возразить, сказать, что Гвен ошибается, и Анна, его Анна, та самая Анна, никогда бы не сделала ничего подобного, никогда бы не поступила так с ним.
Но язык не повернулся произнести ни слова лжи. И он резко отвернул краснеющее лицо.
Гвен обеспокоенно взглянула на Себастьяна. Тот выглядел растерянным не меньше неё, но теперь на его лице появилось ещё и удивление. Он знал Анну с рождения, и они часто дрались, часто ругались. Оба вспыльчивые, оба горячие. Но Оминис... он не мог, никак и никогда своим поведением заслужить пощёчины. В этом он был уверен, куда больше, чем во многом другом.
- Эй. – попытался изобразить приободряющий тон он, но тут же осёкся. Себастьян решительно не знал, что принято говорить в таких случаях. Особенно, когда девушка друга – твоя сестра. И тон его сменился. – Мне жаль, Оминис.
- Да, я знаю. – отмахнулся тот, - Мне тоже.
Гвен слегка, едва заметно, улыбнулась Себастьяну и кивнула, мол, неплохая попытка, молодец. И наклонилась к Оминису. Она положила ладонь на его напряжённое плечо и сжала его покрепче, на что он повернул лицо, и мог бы бросить косой взгляд назад, если бы видел.
- Вы помиритесь, я знаю. – тихо и мягко сказала она.
- Может быть. – уныло проговорил он.
- Нет, точно. Оминис, Анна любит тебя, я не сомневаюсь. – спокойно произнесла она.
Но от этих слов внутри Оминиса всё сжалось до предела. Дышать было и так тяжело, но сейчас стало просто невозможно. Даже невыносимо. Несмотря на всё, что было между ними, на всё, что они месте пережили, это всё ещё казалось таким... нереальным, невозможным, даже неправильным. Анна. Та самая Анна Сэллоу, с которой они играли здесь в плюй-камни будучи детьми. Она? Любит его? Тогда почему она...
- Если так, тогда почему она... - произнёс он вслух, но не смог договорить.
- Скорее всего, что-то из твоих слов невольно задело её. И она вспылила. Такое бывает. – говорила она также мягко, и её взгляд сам собой встретился с глазами Себастьяна, - Иногда, в уязвимые моменты, люди могут причинить боль другим, особенно близким. Просто, когда мы злимся, нам сложно вспомнить, что лучшее, что есть в нашей жизни, стоит прямо перед нами.
Между карими и синими глазами возникла странная пауза. Тонкая, наэлектризованная, ощутимая кожей, но незримая. И от неё оба содрогнулись где-то внутри.
- Я не могу быть для неё... - хотел было возразить Мракс.
Гвен медленно отвела взгляд от Себастьяна и чуть ниже наклонилась к Оминису.
- Я не так хорошо знаю Анну, как вы оба, но из того, что я всё-таки знаю, могу сделать вывод: она не стала бы встречаться с тобой, если бы это было не так.
Дыхание Оминиса перехватило, и он сжал зубы.
Нет. Так не бывает.
Она не может так... чувствовать к нему.
Никто не может.
Он точно знает.
Но словно почувствовав это, Гвен подняла правую руку и переложила на его правое плечо, а на тёплое место от собственной ладони опустила левую. И так же крепко сжала его плечи. И почему-то именно этот жест, именно та безусловная уверенность Гвен в них позволяла воздуху наполнять его лёгкие. Её ровный голос не дрогнул, не запнулся, не замялся. Он всегда поражался её умению убеждать, но теперь, для него, она будто вышла на новый уровень. Будто... её руки могли впитать в себя все те беды, которые мучили его изнутри.
Оминис поднял ладонь и накрыл ею тонкие пальцы Гвен, сжимающие его понемногу опускающиеся плечи. Внутри Себастьяна что-то больно дрогнуло. Резко, быстро, но неприятно.
От чего он отвёл взгляд. И не мог понять, то ли от того, что Оминиса успокоил не он, то ли от того, что Оминис и Гвен... слишком...
- Так ты пойдёшь с нами к мадам Зелень? – спросил Себастьян, попытавшись улыбнуться.
- Да. – ответил Оминис не таким сжатым тоном, - Пойду.
- Отлично. – кивнула девушка, - Тогда завтра после уроков.