24 глава
Лиса
– А давно вы с Чонгуком познакомились? – звякнув фенечками на руке, протянула мне пиво Дженни.
Я задумчиво покрутила прохладную бутылку. Черт, а ведь прошло-то всего две-три недели. Обалдеть!
– Около месяца, – уверенно ответила я. И ведь почти не соврала.
Девушка приподняла бровь и, сделав быстрый глоток, улыбнулась.
– Чонгук очень редко знакомил нас со своими девушками.
Я хмыкнула.
– Теперь понятно, почему на меня смотрят, как на Мату Хари в подполье.
Когда Дженни представляла меня своим друзьям, каждый второй удивленно округлял глаза, услышав, что я девушка Чонгукп. Что же у него за репутация? Брутального самца-одиночки, бросающего девушку после первого же секса? Если так, то я точно не вписываюсь в его систему координат - секс-то у нас уже был…
Я практически кожей почувствовала на себе взгляд Чонгука. Он стоял с друзьями в другом конце комнаты и не сводил с меня улыбающихся глаз. Сердечко предательски заколотилось.
Черт.
– Потанцуем? – потянула я Дженни в центр комнаты.
Мне вдруг срочно понадобилось затеряться в толпе, рассмеяться, сделать вид, что меня совершенно не трогает то, как нежно и сосредоточенно смотрит этот парень. Что внутри не обрывается от предчувствия чего-то необыкновенного…
Зарывшись руками в распущенные волосы, я откинула голову и, прикрыв глаза, страстно отдалась музыке, разрывающей изнутри низкими частотами. Я стала совершенно невесомой, свободной и хрупкой. По телу пробежала дрожь. Я почувствовала Чонгука за секунду до того, как он коснулся меня.
– Можно мне с тобой? – скользнув губами по моим волосам, прошептал парень и, не дожидаясь ответа, обвил своими длинными руками. Дыхание перехватило.
Проведя ладонями по широким плечам, я поймала восхищенный взгляд карих глаз и тихо рассмеялась.
– Это же не медляк, – медленно проговорила я, лаская взглядом красивое расслабленное лицо Яна. Я вдруг заметила крохотный шрамик под его правой бровью, и этот факт показался мне безумно восхитительным.
– Меня это не остановит, – расплылся Чонгук в довольной ухмылке и уверенно обнял меня за талию.
Я огляделась. Почти все гости дико отрывались под ритмичную заводную музыку, не жалея ни сил, ни соседей снизу. Мы же с Чонгуком выглядели очень странно, стоя в самом центре, обнявшись и склонившись друг к другу. Мне стало смешно.
Уткнувшись в мужскую шею, я легонько коснулась губами гладких ключиц и улыбнулась. Кадык на мощной шее дернулся. Опустив ресницы, Чонгук прижал меня к себе и, наклонившись, мягко поцеловал в висок.
– Не помню, когда в последний раз танцевал медляк, – признался он, покачивая меня в легком танце.
Я промолчала, кайфуя от запаха разгоряченной кожи и одеколона, ставшего уже моим любимым. Черт, хочу, чтобы все мое тело пропиталось этим ароматом! Хочу, чтобы мои волосы, руки, губы пахли Чонгуком…
Закрыв глаза, я обняла парня за шею и прижалась щекой к широкой груди. Равномерный стук сердца отдавал в плечо, вызывая в теле легкую дрожь. И даже оглушительные аккорды танцевальной музыки не могли заглушить первобытный ритм. В этот момент Чонгук казался мне таким близким и уязвимым.
– Твои друзья поверили, что мы встречаемся? – подняла я глаза. Чонгук перехватил мой взгляд и улыбнулся своей самой хулиганской улыбкой, которая ему так шла.
– Еще как! И все, как один, заявили, что я этого не заслужил.
Откинув голову, я рассмеялась.
– У тебя очень умные друзья!
Чонгук гневно цокнул языком и уставился на меня сверкающим взглядом.
Люди вокруг уже давно перестали для нас существовать. Громкая музыка звучала где-то на периферии сознания. Стук сердца (Его? Моего? Да какая разница!), словно метроном, отсчитывал секунды.
Сглотнув, я медленно облизала губы. Больше всего я хотела, чтобы Чонгук поцеловал меня, как свою девушку, - собственнически, требовательно, ненасытно. На глазах у всех. Чтобы позволил зарыться пальцами в его густые волосы и бесстыже застонать в рот от наслаждения. Чтобы закрыл ото всех своим мощным телом и прошептал на ухо что-то нежное и пошлое одновременно.
Чонгук прочитал это в моих глазах. Обхватив мое лицо большими ладонями, он осторожно погладил меня большими пальцами и, наклонившись, прошептал:
– Весь день я мечтал, как сделаю это.
И поцеловал. Так, как я и хотела, - жадно и упоительно. До боли сжав в своих сильных руках.
Судорожно вздохнув, я привстала на цыпочки. В голове не осталось ни одной мысли. Только горячие губы, тяжелые ладони на моей спине, прерывистое дыхание и пьяные черно-карие глаза.
– Боже, Лиса… – выдохнул Чонгук, с трудом отрываясь от моих губ и упираясь лбом о мой лоб. – Если мы не остановимся, то произойдет очень большой конфуз, и все еще очень долго будут вспоминать этот праздник.
Прикрыв глаза, я обняла Чонгука и прижалась к нему всем телом. Он не шутил. Наш поцелуй не на шутку распалил его.
Черт.
В этот момент я очень пожалела, что вокруг было так много людей.
– Холодный душ? Разговор о квантовой физике? Плэйстейшн? – улыбнулась я, положив ладони на мужскую грудь. И, не сдержавшись, спустилась чуть ниже. Пресс Чонгука, спрятанный под рубашкой, запросто можно было выдавать за произведение искусства и брать деньги за его просмотр.
– Мне уже ничего не поможет, – с тяжелым вздохом простонал Чонгук, скользя рукой по моему бедру. – Только ночь с тобой. Много ночей. И утро. И день. Короче, я попал…
Последнюю фразу парень выдохнул с такой тоскливой безысходностью, что я прыснула от смеха.
– Пойдем на балкон, – бросила я и потянула Чонгука за руку. Свежий воздух нам определенно не помешает.
– Я бы предпочел спальню где-нибудь в заброшенном доме, – пробормотал парень, переплетая наши пальцы и послушно следуя за мной.
Улыбаясь, я лавировала между танцующими людьми, периодически ловя на себе заинтересованные взгляды. Кажется, друзей Чонгука удивляло то, как он в открытую позволял мне делать с ним всё, что я захочу. Но я не тешила себя надеждами. Не думаю, что это надолго. Рано или поздно Чонгуку надоест эта игра. Поэтому надо быть готовой в любой момент сдать свои карты и выйти из игры с гордо поднятой головой…
– А вот и наши Ромео с Джульеттой! – посмеиваясь, встретили нас несколько парней, курящих на застекленном балконе.
Меня с ними уже знакомили и, кажется, они работали вместе с Тэхеном в банке.
– Зависть не красит, – усмехнулся Чонгук, доставая из кармана джинс пачку сигарет и зажигалку.
Я тем временем встала возле раскрытого окна и, глубоко вдохнув, подставила лицо холодному ноябрьскому воздуху. Мои щеки пылали, а губы горели и пульсировали так, что мне казалось, это видят все вокруг.
– Лиса, а у тебя есть свободные подруги? – выдохнув дым в сторону, спросил один из парней. На вид ему было лет двадцать пять. Высокий, крепкого телосложения, с легкой щетиной и ухоженной стрижкой футболиста-метросексуала.
Я подумала, что Розэ он вряд ли приглянулся бы. Она не переваривала мужчин, использующих гель для волос. Вот Чимин - другое дело! Мой брат из косметики признавал только мыло, и слава богу, если не хозяйственное! Помню, как-то в гостях он случайно помыл голову мылом для собак и потом долго всем рассказывал, как у него распушились волосы, и как люто возненавидел его хозяйский пёс.
– Свободных нет, – улыбнулась я, разворачиваясь к парням лицом. Переглянувшись, они печально вздохнули.
Чонгук, опустив руку с зажженной сигаретой, шагнул ко мне ближе и приобнял за талию.
– Не холодно? – тихо спросил он, ласково проведя носом по моей щеке. Этот жест показался мне до ужаса интимным. Мое лицо снова начало пылать.
По-моему, мы оба слишком усердно исполняли свои роли. Я уже сама начинала верить в то, что Чонгук - мой парень.
– Может, уединитесь в хозяйской спальне, голубки? – грубовато хохотнул рыжеволосый парень с бутылкой пива в руке. Судя по помятой белой рубашке с закатанными рукавами и небрежно торчащему из кармана брюк галстуку, на праздник он пришел прямо с работы. И уже успел изрядно выпить.
– Иди в пень, – беззлобно послал его Чонгук.
Затянувшись, он ненадолго отпустил меня и присел на свободный стул. И тут же за руку потянул к себе, усаживая на колени. Перехватив заинтересованные взгляды парней, я неловко одернула поехавшее вверх платье. Черт, и зачем я его сегодня надела? Хотя понятно, зачем…
Дразнить Чонгука мне нравилось даже больше, чем поедать мороженое за просмотром сериала. Ради сверкающих карих глаз и крепко сжатой мужественной челюсти я готова была стать девочкой-припевочкой в мини-юбке. И это я еще не признавалась парню, что на мне то самое бледно-розовое белье. Но это откровение я оставлю на сладкое. В идеале - за пару секунд до того, как захлопнуть перед ним дверь своей спальни. Если только мне хватит силы воли не впустить его…
Чонгук, не подозревавший о моих коварных планах, убрал руку с дымящейся сигаретой подальше и уткнулся лбом мне в плечо.
– Обожаю, как ты пахнешь, – пробормотал Чонгук, кладя свободную руку мне на колено.
Парни тут же отвели глаза от моих конечностей и завели между собой какой-то разговор. Я слегка расслабилась.
– Кстати будешь сам объяснять Чимину, почему от меня несет никотином, – злорадно проговорила я, откидывая волосы назад и приобнимая Чонгука за плечи.
Посмотрев на меня снизу вверх, он вызывающе усмехнулся.
– Я скажу, что ты подцепила двухметрового наркодилера и утащила у него пачку сигарет.
– Так тебе достанется в первую очередь, что не уследил, – расхохоталась я.
Чонгук, задумавшись, глубоко затянулся.
– А ты как всегда права, – наконец, проговорил он, выдыхая клубы густого дыма и глядя на меня мерцающими глазами.
Я торжествующе прищурилась. Для любой женщины эти слова были слаще любой музыки.
Краем глаза я заметила, как на балкон зашел еще один парень. Кажется, он пришел на вечеринку со своей девушкой, но сейчас был один.
Перехватив мой взгляд, он слегка улыбнулся и протянул мне невскрытую бутылку пива.
Я помотала головой.
– Нет, спасибо.
– А вот я не откажусь, – хмыкнул Чонгук, бросая на меня хитрый взгляд.
Взяв бутылку, он зажал сигарету в уголке губ и легко свинтил крышку.
Парень (если не ошибаюсь, его звали Хосок) взял у парней сигарету и прислонился плечом к оконной раме.
– Давно ты с Нью-Йорка вернулся? – спросил он у Чонгука, делая первую затяжку.
Чонгук не торопился с ответом. Убрав изо рта сигарету и медленно отпив пива, он, наконец, ответил:
– Полтора месяца.
И снова я почувствовала, как неприятно ему говорить про эту поездку. Плечи, которые я обнимала, слегка напряглись, а прищуренные глаза похолодели на пару градусов. Всё дело в отце? Или была еще какая-то причина?..
Плавно поднявшись с колен Чонгука, я отошла к окну и замерла, разглядывая теряющийся в сумраке двор. Колючий влажный снег торопливо ложился на землю, мельтеша в скудном свете уличных фонарей. Какой-то случайный прохожий, скукожившись и натянув капюшон куртки, спешил домой. Невольно поежившись, я обняла себя руками и прислонилась лбом к прохладному стеклу. После горячих объятий Чонгука возле открытого окна было холодно и зябко.
– Я слышал, ты уже восстановился в универе, – услышала я очередной вопрос Хосока.
В отражении темного окна, подсвеченного огоньками тлеющих сигарет, я видела, как Чонгук посмотрел на меня. Спиной я почувствовала его долгий взгляд. Зажав сигарету в длинных пальцах, он почесал лоб ногтем большого пальца.
– Да, безо всяких проблем восстановился.
Хосок усмехнулся.
– Твой отец, наверное, в ярости.
Вместо ответа Чонгук медленно поднялся со стула и, выкинув недокуренную сигарету в окно, подошел ко мне вплотную.
– Нет, Хосок, всё хорошо, – повернув голову, улыбнулся он парню. А потом, глубоко вздохнув, крепко обнял меня со спины и прижался губами к шейным позвонкам.
Я вздрогнула от тока, пробежавшего по венам.
– Попалась, – с нежностью прошептал Чонгук, покрывая медленными чувственными поцелуями мою шею.
Заёрзав в жарких объятиях, я прерывисто вздохнула и закрыла глаза. Снег продолжал сыпать, задувая в приоткрытое окно, но мне уже было не холодно. Совсем.