энтропия

Они быстро достигли нужной поляны. Во время ходьбы Сакура часто оборачивалась назад, ища глазами лагерь и Рея, а так же наблюдала за идущим следом Мадарой. Парочка находилась всего в пятидесяти ярдах (п.а.: примерно 45 метров) от лагеря, добраться назад и защитить сына вполне возможно.

       Сакура признавала, что чего-то в глубине души ожидает, поэтому старалась ускориться и отдалиться от Учихи. Конечно, ей никак не хочется испытать очередное изнасилование, это что-то совсем другое. Однако, испытать то, что она уже пережила однажды, — хоть и благодаря этому на свет появился Рей, — совсем не хотелось.

       Но уже совсем скоро женщина остановилась и повернулась к Мадаре. Ониксовые глаза мерцали при лунном свете, но она чувствовала, что мужчина начинает хмуриться. Прикосновение к этому телу вызвало бурю эмоций. И сейчас Сакура дрожала от страха, но, сделав несколько глубоких вздохов, успокоилась.

— Я спрошу тебя ещё раз, — холодно начала розоволосая. — Чего ты хочешь?

— Я хочу свою семью, — Мадара поднял одну бровь, явно не впечатлившись резкой уверенностью. Это лишь развеселило его.

       Харуно напряглась. Ни Рей, ни сама Сакура не являются ему семьей. Но Харуно-младший хочет этого, не так ли? Напоминание о стоящей проблеме отразилось болью и страхом в душе, но и вариантов её решения было не так уж и много.

— Допустим, — сквозь зубы прошептала куноичи. То, что так долго не могла сказать и признать, в принципе. — Может, Рей и поддастся тебе, но, боюсь, что я — нет.

       Мадара в упор смотрел на неё. Сложилось впечатление, что он просто читает её. Видит всю правду, чтобы она не сказала. Однако, если Сакура не хотела присутствия Учихи рядом с собой, то это ещё не значит, что и Рея это касается. Ему-то она никак не может отказать в этом.

— И ты оставишь нашего сына без отца?

       Розоволосая напрягла челюсти, стоило ей лишь услышать эти слова — «нашего сына». Рей никогда не увидит её такой. Он всегда хотел, чтобы в их жизни появился отец — глава семейства, как и положено, даже не задумываясь о возможной «борьбе» между его матерью и Мадарой Учихой.

       В груди словно образовалась дыра, тихо гудящая и ноющая от боли. Однако, было Харуно известно и то, что в ней достаточно сил, чтобы дать сыну его отца. И она сделает это. Всё для Рея.

— Нет, не оставила бы, — женщина выдохнула и тихо заговорила. — Рей хочет обрести папу, независимо от того, заслуживает он это или нет, — брови Учихи угрожающе нахмурились, но Сакура лишь продолжила говорить. — Вот почему мы собираемся обсудить всё это и прийти к соглашению и созданию… — лишь на секунду Харуно замолчала. — семьи.

       Мадара был согласен с ней. Хотя зеленоглазка не была уверенна в его осознании и принятии сказанного. Он не такой человек, но спокойно принял равенство между ними.

       Между ними повисло молчание и оно уже начало затягиваться. Сакура продолжала о чем-то упорно размышлять, пытаясь правильно изложить свои правила, а Учиха же спокойно ждал этого. Собирается ли он игнорировать всё то, что она сказала и ещё скажет? Будет ли поступать так, как хочет? Или же действительно будет относиться к ней, как к равному, как к самому себе, как к матери родного сына?

— Если ты согласишься на мои условия и будешь следовать им, то я позволю тебе остаться рядом с нами. В противном случае… исчезнем с лица земли, и ты никогда не сможешь найти нас.

       Казалось, что он этого и ожидал, поэтому спокойно кивнул в ответ. Его молчание уже начало беспокоить больше, чем она предполагала.

— Во-первых, — начала Сакура решительно. — Ты не тронешь меня без моего же на это согласия. Вообще. Если ты этого не сделаешь, то сделка отменяется.

       И тут Харуно ожидала перебивания, но мужчина просто выжидающе смотрел на неё.

— Я хочу, чтобы Рей был гражданским… Но я знаю, что ты этого не допустишь и достойно обучишь всему. Пусть будет так, но до тех пор, пока не потребуется убить кого-то. Я не буду об этом беспокоиться, но никаких убийств. Так же ты будешь выполнять часть домашней работы, будешь относиться ко мне с уважением. Рей явно не потерпит твоего плохого отношения ко мне. И, если ты хочешь каких-либо отношений с ним, то скажи об этом сейчас.

— Я требую равенства во всех бытовых вопросах. Конечно, где-то мои обязанности превосходят твои, но всё же. Всё, что связанно с Реем, можно обсудить, но если мое слово будет проигнорировано или отклонено без компромисса, то уговор разрывается. Он и мой, и твой сын, — продолжала пересказывать свои мысли Сакура. — И со временем мы можем прибегать к этому договору, если что-то пойдет не так.

— Это всё, кажется, идет в твою пользу, — прокомментировал её речь Мадара.

— Да, это так, — тут же ответила Харуно. — Раньше я не часто говорила о подобном, но на этот раз, если мы собираемся пойти на это, я просто хочу убедиться, что мой голос будет услышан и уважаем.

       После этого на поляне снова воцарилась тишина, а Сакура лишь затаила дыхание, ожидая его ответа.

       Учиха не был в себе уверен, даже не знал как ему реагировать — злиться или гордиться?
      Конечно, он возмущен тем, что она отвергла его при встрече. По крайне мере, это была первоначальная реакция, но стоило начать разговор, как Мадара увидел в куноичи то, чего никогда ещё не видел, услышал то, чего ещё никогда не слышал. Может быть в этом виноваты прожитые годы, которые послужили на пользу, но с возрастом к мужчине пришла настоящая мужественность, и всё это он должен просто принять.

       Мадара знал, что причинил Сакуре боль, знал, что самому не нравится это делать. Но тогда, много-много лет назад, он был ещё слишком молод и слеп. Он не видел той жизни, которую пришлось увидеть. Раньше он не обращал внимание на чувства Харуно и всякий раз, когда она проявляла их, лишь только возмущался.

       Вспомнились свои первые суждения о собственничестве и гневе. Лишь поняв, что у этой девушки может быть ребенок совершенно другого человека, он был готов убить малыша, напрочь забыв обо всем. Это значило бы, что все те границы будут стерты окончательно, и ничего более не останется. Но Мадара всё ещё чувствует её. А учитывая тот факт, что Рей именно его сын, что он слышал обиду, боль и гнев в словах розоволосой, что он пытается как-то огородить мальчика, вызывало новую волну чувств. Сложилось впечатление, что он никогда ничего не делал для неё.

Уважение.

       Уважение к матери, женщине, которая сделает всё для своего ребенка. Женщина, которая готова на всё, чтобы сберечь сына от отца. Мадара всегда знал, что Сакура сильна, но для неё так важно показать ему это.

       Эту силу он может оценить помимо всех остальных.
      Остальные просьбы Харуно не были необоснованными. Учиха пообещал сам себе, что со временем она примет его не только как отца своего дитя, но и как мужа. Пусть на это уйдет много времени, но он покажет ей, что больше не собирается причинять боль.

       Именно поэтому Учиха Мадара согласился на все условия. Но как он был ошеломлен, заметив, что Сакура заплакала.

       Услышав рыдания, Рей тут же прибежал на поляну, чтобы самому убедиться, что с его матерью всё хорошо. Сакура же просто обняла его, продолжая плакать. Женщина тихо шепнула ему, пообещав, что всё будет хорошо. Так же она попросила его передать привет отцу. И, когда она называла Учиху отцом, запнулась на слове, и мальчик заметил это. И уже тогда он понял, что им понадобится много времени, чтобы приспособиться к этому.

       У Мадары ещё остается время побыть с ними — Эдо Тенсей никогда не позволит ему умереть, если только он сам этого не пожелает. И когда время Сакуры и Рея закончится, он всё равно будет рядом с ними.

       Мальчик подошел к нему и поклонился, представившись как Харуно Рей. Мужчина лишь только приоткрыл губы и напомнил себе, что ни один его ребенок не будет носить другую фамилию, кроме как Учиха. И когда он сказал парнишке об этом, то сам Рей тут же надулся.

       Сакура внимательно наблюдала за ними и тут же засмеялась, увидев реакцию их сына.

       Со временем они обязательно станут настоящей семьей.

ЭПИЛОГ

       Когда Сакура умерла в возрасте восьмидесяти шести лет, то оставила подле себя мужа, сына, невестку, трое внуков и уже их мужей и невест, а так же пятеро правнуков. Оставила без какого-либо сожаления.

       После первых пяти лет совместной жизни с Мадарой она наконец-то поняла, что он тот, кто останется рядом навсегда. Мадара зарекомендовал себя как замечательный отец для Рея, так же стал намекать, что представляет из себя нечто большее и для розоволосой. Потребовалось время, чтобы Сакура смогла согласиться с этим — он стал искренним и постепенно развивал и показывал себя с других и новых сторон. Но до конца своих дней куноичи так и не смогла полностью доверять этому человеку, как бы не старалась. Прошлое сильно вцепилось в душу, но и без этого у них состоялись крепкие связи.
      Оказалось, что он больше не мог прикоснуться к ней на интимном уровне. Эдо Тенсей не нуждается в продолжении рода или возбуждении вообще. Мертвый человек уже не мог продолжить род. У Мадары не было никаких побуждений коснуться Сакуры в сексуальном плане, да и она этого не хотела, независимо от того, сколько всего они пережили вместе.

       Но рано или поздно что-то должно было произойти, и это случилось. Оказалось, трудно долгое время быть одинокой, без того, благодаря чему появился на свет Рей.

       Она состарилась, а он оставался всё таким же молодым. Женщина думала, что когда ей стукнет уже сорок, он хоть немного, но изменится. Однако этого не произошло. Мадара полюбил её именно в таком диком облике и долгое время оставался в нем. Чистое безумие, но она не любила Учиху, но его присутствия рядом и общения было достаточно. Возможно, будь у них больше времени, это бы изменилось.

       За шестьдесят лет Сакуре не удалось сделать многого, но она была убеждена, что это не надолго.

       Рей закричал, когда изумрудные глаза его матери медленно закрылись. Его жена дернулась, а внуки открыто заплакали. Рей и Айшин влюбились ещё совсем юными, всё время навещали родителей вместе. А затем начали приходить в гости уже с детьми, которые резвились и носились по всему родительскому дому.

       Эта жизнь была наполнена как болью, так и счастьем.

       Иногда зеленоглазая куноичи задавалась вопросом об иной жизни. Чтобы произошло, если бы рядом был Тобирама, а не Мадара? Что было бы, родив бы она ребенка от него? Но уже в скором времени женщина отгоняла от себя эти мысли. Всё произошло так, как и должно было произойти, нравится ей это или нет. Именно поэтому Сакура погрузилась в вечный сон, довольная тем, что все закончилось.

       А потом она увидела его, любовь прошлой жизни.

— Привет, Сакура, — сказал глубокий голос. Он выглядел не старше, чем в тот день, когда она встретила его. А потом, когда оглядела саму себя, то поняла, что выглядит так же молодо.

— Тобирама… — прошептала она. — Что… что происходит? Я же умерла…

— Ты… — его голос стал холоднее, чем раньше, но Сакура этого даже не заметила.

       В темноте не было ничего и никого, кроме бывшей Харуно и Сенджу. Она хотела увидеть его снова, но не таким образом.

— Прости, — вдруг сказала девушка после долгого молчания. Изумрудные глаза устремились куда-то вниз. — Прости, что я выбрала не тебя.

       Тобирама рассмеялся:

— Это не имело бы значения. Мы были другими, Сакура. Ничего из этого не могло бы выйти, хотя я бы хотел, чтобы Рей был моим сыном.

— Как ты узнал о Рее? И что ещё знаешь? — она посмотрела на него.

— Когда кто-то умирает, если у них есть привязанность к кому-то, которую так и не смогли отпустить, у них есть уникальная возможность следить за теми, пока не обретут свой покой. Я признаю… увидев тебя с ним, до сих пор не обрел покоя.

— Согласна, — кивнула розоволосая. — Ты не… не знаешь, насколько я хотела бы быть рядом с тобой.

— Этого бы никогда не произошло, — сказал парень, хотя мысленно, наверное, согласился с ней. — Я никогда бы не пожелал тебе счастья с этим ублюдком, но, видимо, судьба не обратила на это внимания. В конце концов, я просто рад, что ты не прожила остаток жизни в боли и горечи, как я.

— Мне очень жаль… — на глаза навернулись слезы. И затем, в припадке эмоций, побежала к блондину и обняла.

— Всё в порядке, Сакура, — он легко обнял девушку. — Я нашел свой покой. Теперь и тебе нужно найти его.

       Именно тогда она осознала, что душа в руках начала исчезать. Харуно стала сильнее обнимать парня, но руки проходили сквозь.

— Куда ты? Что происходит? — отчаянно вскрикнула розоволосая.

— Я нашел свой покой, — повторил Тобирама. Его голос становился всё тише. — Но теперь ты должна найти его!

— Мой мир здесь! С тобой! — сердито воскликнула она, но душа уже исчезла, и она обнимала теперь только себя, а не свою любовь.

       Любовь, о которой она никогда не могла забыть, видимо, даже после смерти.

       Но вскоре она почувствовала тягу. Сперва такую легкую, почти не осязаемую, но потом она стала сильнее. Что происходит? Сакура чувствовала, как её тянет куда-то вниз. Она смутно что вообще понимала. Неужели она отправится в ад за то, что сделала с Тобирамой Сенджу?

       Внезапно девушка ощутила тело и то, как она смотрит на свою семью. Целую и огромную, как это бывало в последние двадцать лет.

— Мама! — раздалось сразу несколько криков. Сакура почувствовала, что её уже обнимают. Все, кроме Рея, Айшины и… Мадары. Чьи пальцы всё ещё находились в финальной печати Эдо Тенсея.

— Я дома, — прошептала она, так и не отрывая взгляда от Учихи.

— Добро пожаловать домой.
      Кажется, ей уже давно пора найти свой покой.

Не уходи безропотно во тьму,

Будь яростней пред ночью всех ночей,

Не дай погаснуть свету своему!

Хоть мудрый знает — не осилишь тьму

Во мгле словами не зажжёшь лучей —

Не уходи безропотно во тьму,

Хоть добрый видит: не сберечь ему

Живую зелень юности своей,

Не дай погаснуть свету своему.

А ты, хватавший солнце налету,

Воспевший свет, узнай к закату дней,

Что не уйдёшь безропотно во тьму!

Суровый видит: смерть идёт к нему

Метеоритным отсветом огней,

Не дай погаснуть свету своему!

Отец, с высот проклятий и скорбей

Благослови всей яростью твоей —

Не уходи безропотно во тьму!

Не дай погаснуть свету своему!

© Дилан Томас

Как то грустно заканчивать этот фанфик. Может я созрею, чтобы написать альтернативный конец. Заготовки уже есть