26
Прикосновение рук,
Прикосновение губ,
Прикосновение души к душе,
Ты рядом со мной уже.
Как электрический ток,
Из позвонка в позвонок,
Проходит нежно волна тепла,
О, как долго тебя я ждала.
Ты здесь,
Чувствую я тебя,
Радуясь и любя.
Ты здесь,
Только не уходи,
Все у нас впереди.
ДИАНА ГУРТСКАЯ — ТЫ ЗДЕСЬ
Ксюша
До сих пор не верится, что он здесь. Это не сон, мой Стас вернулся. Пока у нас были гости, я не отпускала его руку, боялась, вдруг мне кажется, и он исчезнет. Сердце так и хотело выпрыгнуть из груди от волнения. Проводив Матвея и Лену, решили дождаться прихода родителей и все им рассказать. Те обрадовались возвращению Стаса и оказались в шоке от услышанного, дядя Витя даже порывался поговорить с моим папой. С трудом переубедили, иначе ситуация могла измениться в худшую сторону. Отец не очень относится к нынешнему маминому мужу, а тут еще и такое совпадение, я в отношениях с его сыном.
Поднимаясь наверх, наконец, понимаю, что этот напряженный день подходит к концу, и можно выдохнуть с облегчением. У Стаса судя по всему другие планы, но мне так хочется узнать об их прозвищах, что я просто достаю его расспросами, и он уступает.
— Мы с Матвеем дружили еще в Ижевске. Помнишь, я рассказывал про аварию, так вот, он один из тех, кто тогда был со мной.
— Ого, у меня в голове до сих пор не укладывается, что этот высокомерный, холодный тип твой друг!
— Это ерунда, если бы ты встретила его несколько лет назад, вот там был тихий ужас. — съежившись от одной мысли, пытаюсь представить куда уж хуже.
— Стас, ты почему мне в прошлый раз про это не говорил? — от возмущения, как обычно, начинаю ходить по комнате, но любимый хватает за руку и усаживает обратно на кровать.
— Я от них отвык! — восклицает он. — А тут увидел его и само вырвалось. Нас было четыре друга: я, Рома, Матвей и Кирилл. Прозвища у нас были в противоположность нам самим: Стас — Старик, потому что я был моложе всех в компании. Рома — Ромашка, он тогда уже народ пугал своей внешностью, а когда говорить начинал... — да уж, я в курсе. — Матвей — Монстряка, он красавчик. И не надо так смотреть, согласись внешность у него безупречная. — запоздало понимаю, что он прав. Если бы его друг молчал, то походил на идеального парня, одна проблема — он не молчит, — Девушки табунами за ним бегали. Только Кирилл — Кар Карыч, он когда был под кайфом, ему все время Смешарики мерещились, мы его Каром или Карычем звали.
— Он кололся? А вы? — какой кошмар!
— Нюхал. Мы не употребляли тяжелые наркотики, могли иногда травку покурить. — настает пауза, прежде чем он продолжает, — Знаешь, мы же дружили с самого детства, и я помню ребят совсем другими, это позже, со временем у каждого образовался свой грешок. — на лице появляется невеселая ухмылка, при этом голос звучит с какой-то грустью, — Я бухал до отключки, Рома гонял как бессмертный, Матвей трахал все, что движется, Карыч употреблял. Конечно, сейчас можно прикрываться проблемами, которые нас поглотили в то время, но честнее будет признаться, что мы просто оказались слабыми, не готовыми к суровой правде жизни. Знаешь, как те птенцы, что неожиданно вываливаются из гнезда и не умеют летать. — я погружаюсь в свои мысли, пытаясь переварить услышанное, — Ах да, Матвей тоже угонял машины, только не как я, а под заказ. Он был одним из лучших в этом деле.
— Да ладно! — просто очередной вечер откровений.
— Ага, какой-то период мы вместе работали, но как он сам говорит до сих пор: «ты натура творческая, тебе нужна свобода». Я сам выбирал машину, чтоб душа к ней лежала, вот ему было по барабану, какую сказали, за той и шел. — не успеваю заметить, как Стас укладывает меня на кровать, — Родная, это последнее о чем я хочу разговаривать на данный момент, давай не будем портить вечер.
— А что... — договорить мне уже не дают, заткнув поцелуем. Жалко, хочется столько всего спросить, да и что сейчас с Кириллом остается загадкой.
Пол ночи Стас показывает, насколько соскучился. Я, конечно, тоже, но он сильно уматывает, даже подумываю отправить его в свою комнату. А после прижав к себе крепко-крепко, как будто тоже боится меня потерять, отключается с умиротворенной улыбкой на губах, пробормотав на последок, что я слишком худая и меня надо откормить. Ко мне же наоборот не идет сон, может от ощущения близости родного человека, которой так не хватало. Я просто лежу и слушаю его размеренное дыхание, едва касаясь пальцами, очерчиваю линии скул, подбородка. И кажется, что сейчас я счастливее, чем когда-либо.
Утром, с трудом встав, забираю вещи и тихонько ухожу в комнату Стаса собираться на занятия, чтобы не разбудить его. Теперь хочется и накраситься поярче, и прическу сделать. Из одежды выбираю светлые брюки, легкую свободную блузку и жакет. И без того приподнятое настроение становится еще лучше от увиденного в зеркале, отражение в котором давно не радовало глаз. Из-за долгих сборов немного опаздываю, поэтому тороплюсь на кухню.
— Ксюш, ты решила в университет ехать? — от неожиданности подскакиваю на месте.
— Ой, Дядь Вить, вы меня испугали!
— Все в порядке? — он с беспокойством смотрит на меня.
— Да.
— Ты не бойся, если что-то надо обращайся, зря отказалась от моего участия. Я бы нашел подход к Петру.
— Не надо, — поспешно пытаюсь отговорить мужчину. — Папа еще с большими усилиями захочет развести меня со Стасом.
— Думаю, сынок не отступится и обязательно найдет выход, у него такие идеи рождались. Ты знаешь о его прошлом?
— Да уж, — нехотя признаюсь я. — Он мне на новый год поведал.
— А он рассказал, как их компания один раз на угнанной машине столкнулись с другой? У второй серьезные повреждения, перед смят. Они были виноваты, на встречку вылетели, за рулем сидел Рома. Ладно хоть этот засранец был трезвый, потому что остальные нет. Стас таких баек наплел, и пострадавший согласился взять деньги. Он мне позвонил, видите ли, им наличку надо было привести. Я приехал в ярости, своих в машину запихнул, деньги отдал. Пока домой вез всю компанию, Стас заявил, что если бы не мое вмешательство, он его дожал и без денег разошлись бы. И водитель пострадавшей машины вообще не возмущался, когда я с ним рассчитывался, даже сказал, что ничего страшного, всякое бывает. Тогда мне было еще неизвестно о том, что машина в угоне, наврали про какого-то хозяина-знакомого.
— Такого не говорил, лишь про то, что чуть человека не сбил. И сколько у него таких историй еще... — самое интересное, когда они закончатся. Наверно, я уже не хочу знать всей правды.
— К сожалению, много. Не уследил я когда-то, вот и результат. — дядя Витя от досады поджимает губы. Судя по всему он до сих пор переживает и винит себя. — Ничего, прорвемся, на крайний случай уедите. Россия большая, искать будут долго. — что ж всем так хочется меня спрятать!
— Спасибо за поддержку, я поеду.
Подхожу к своей машинке, совсем не чувствуя волнения, закидываю учебники и выезжаю. Как же разительно отличается сегодняшнее утро от вчерашнего, теперь я могу дышать полной грудью. Однокурсники сразу замечают перемены, Даша даже угрожает расправой, если не раскрою причину. Приходится сознаться, что Стас вернулся и мы снова вместе, подробности все же опускаю, заставив пообещать пока помалкивать. Инне с Ромой любимый сам расскажет, а девочкам сообщу, когда закончится эта история. Как назло пары тянутся невыносимо медленно, и предметы подобрались одни из самых неприятных, но и это не влияет на мое настроение. После, на всех парах мчусь обратно, предвкушая вечер в приятной компании, если не брать в расчет Матвея. Лена же мне сразу понравилась: открытая, вежливая, уверенная в себе. Когда мы выходили, она даже извинилась за своего мужа.
Дома подготовка идет полным ходом: мама со Стасом трудятся на кухне, а дядя Витя на заднем дворе расставляет мебель. Переодевшись в удобный спортивный костюм, собираюсь помочь с готовкой.
— Наташа, зачем надо было так заморачиваться? Давно существуют службы доставки. — Стас выдает самое страдальческое выражение лица, на которое только способен, поэтому мне приходится усердно сдерживаться, чтоб не рассмеяться от увиденного.
— С салатами и закусками так и сделала, но пирогов, как пеку я, ты нигде не найдешь. Давай, шинкуй капусту и не отвлекайся! — помещение уже наполнено разными ароматами, в том числе и сдобного теста. Деньги наших родителей не испортили, поэтому от похода в ресторан все отказались, захотели устроить домашние посиделки, как раньше.
Между тем, Стас обреченно шинкует овощи и попутно строит мне глазки, пока я принимаюсь за сладкую начинку.
— Такое ощущение, что это вы молодожены! — через какое-то время мама не выдерживает наших пылких переглядываний.
— Мы просто давно не виделись. — парень обиженно ворчит, а я все же смеюсь.
— И что это ты веселишься? Может твой отец еще парочку женихов подберет, как только узнает, что Матвей слился.
— Смотри, как бы тебе никого не нашли, — я перестаю радоваться и огрызаюсь в ответ.
— А что, думаешь, ты одна у нас можешь пользоваться спросом, я тоже еще ничего! Мальчики за мной будут табунами бегать. — Стас весело подмигивает, и настроение возвращается, даже подуться толком не дает, — А если серьезно, думаю нам лучше уехать.
— Ты опять? — что странно, мама молча слушает и не протестует, неужели пока я отсутствовала, сговорились за моей спиной.
— Да. Ты ж у меня в прошлом году собиралась в Питер сбежать, теперь, думаю, настала пора, этот план осуществить.
— И что мы там будем делать?
— То же что и здесь, ты — учиться, я — работать.
— И надолго мы в Питер? — недовольно отвечаю.
— Пока не выйдешь за меня замуж, ребенка еще можно родить для большей надежности. Да ты смотри, в этом плане сплошные плюсы. — Стас не обращает внимания на мой скептический тон и воодушевленно продолжает. — Хотела жить в Питере, пожалуйста, и моя мечта исполнится, диплом получишь как Кузнецова, красота.
— Я не уверенна в твоем гениальном плане.
— Зря ты так. — расстроенно вздыхает парень, — Может тогда хотя бы распишемся? — Стас хватается за последний шанс.
— Нет, я хочу выйти замуж по любви, а не потому что надо от папы отмазаться.
— Разве это не так?
— Так, но я пока не готова. — мама по-прежнему не говорит ни слова, но краем глаза я замечаю, что она смотрит на Стаса и пожимает плечами, мол «не срослось».
— Ох, Ксения Петровна, как с вами сложно, бохатые женихи наперебой сватаются, а вы носом крутите. Кстати, хотел спросить, а что с квартирой, нас ограбили? Я заезжал и увидел там такой разгром.
— Эм, нет. — совсем про нее забыла. Чувствую, как щеки начинают краснеть от стыда. — Это была я. Обещаю навести порядок, просто не могла заставить себя вернуться туда.
— Так! От вас никакой пользы, пожалуй сама справлюсь, идите с кухни. — мама все-таки не выдерживает и выпроваживает нас.
— Действительно. Ты иди, а я останусь помочь. — целую Стаса на прощание и выталкиваю за дверь.
Стас
До прихода ребят торчу с папой на улице, разжигая мангал. Хотим первую партию шашлыков пожарить заранее к приходу гостей. Вскоре подтягиваются Рома с Инной, последняя прям источает гнев. Когда приглашал их к нам, вкратце обрисовал ситуацию, поэтому реакция девушки вполне объяснима: такое скрыли. От греха подальше отправляем ее к нашим дамам, оставшись в чисто мужской компании. Матвей с Леной чуть задерживаются, но приезжают подозрительно довольные, на все расспросы лишь отмахиваются
Вечер пролетает незаметно, домашняя атмосфера располагает к веселому непринужденному общению, даже папа словно помолодел. Лена слегка шокирована, вряд ли ей доводилось видеть такого Матвея. И кто бы поверил, три взрослых парня сидят и бросаются комками из бумажных салфеток, пока не видят родители, да еще прицеливаясь, чтобы попасть точно в голову, сопровождая действо неприличными жестами. Иногда в ход идут оливки и маслины. Отец все-таки замечает, обозвав балбесами, и отвешивает всем троим по подзатыльнику, как в детстве. Только по лицу видно, что он рад за нас, мы смогли преодолеть свои проблемы, реально повзрослели, стали умнее... наверно.
В какой-то момент все разбиваются на небольшие группы по интересам, типа: девочки с девочками, мальчики с мальчиками. Первые обсуждают предстоящую свадьбу, Лена рассказывает каково это, готовиться в строжайшей секретности. Я быстро перестаю вслушиваться, но когда речь заходит о наших с Ксюшей тайных отношениях, мое внимание опять возвращается. Тем более Матвей, Рома и папа снова обсуждают бизнес, а мне это совсем не интересно.
Так вот, оказывается, для моей девочки это было тяжелым испытанием, она боялась реакции родителей. Приходилось от всех скрывать, постоянно быть начеку, чтобы чем-то не раскрыть себя. Бедная малышка, последний год выдался очень тяжелым. Для меня, наверно, тоже, но осознание того, что она рядом и моя, перевешивает все минусы. Наши спокойные посиделки нарушает неожиданный звук взрывающихся салютов, который раздается совсем рядом с участком. Мы все поднимаемся и направляемся к забору, чтобы посмотреть на необычайно роскошное и красочное светопреставление. Девочки радуются как дети. Сразу становится понятно чьих рук это дело. Я подхожу к Ксюше сзади и обнимаю, вдыхая родной запах. Стоя рядом с самыми близкими людьми, чувствую себя по-настоящему счастливым, нас окутывает умиротворенная атмосфера. Надеюсь, соседи нормально отнесутся к такому неожиданному светопреставлению. На минуточку, завтра рабочий день.