Плохой парень | Bad Boy

Все забудется, друг, все останется в прошлом
И любовь, и тоска, и желанья, и стыд.
Это просто понять. Это выдержать сложно.
И душа промерзает, бездонно, навзрыд.
Все забудется, друг. Детский смех, переезды,
Твои руки, в объятьях сжигавшие ночь.
Облака на заре. Сигарета в подъезде.
Все пройдет, уходя в безымянное, прочь.
А в душе все растет безнадежное чувство,
Опадая словами в пустую тетрадь,
И мы греем в руках, осторожно и чутко,
То, что там, позади, не хотим оставлять.

Аль Квотион

Спустя 6 лет...

- Милая, давай уже выходи, папа ждёт, - крикнула мама у входа в дом.

- Иду! - в ответ откликнулась юная девушка.

Подойдя к дверному проёму своей спальни, она огляделась, блуждая взглядом по всем вещам, чтобы в последний раз запечатлеть свою комнату такой, какая она сейчас.

- Я буду скучать...- сказав вслух, она закрыла дверь и пошла на улицу.

Отец девушки положил последние коробки в багаж машины, затем, переглянувшись странным, но что-то обозначаюмщим взглядом с Лейлой, сел за руль дорогого своего автомобиля.

Женщина грустно смотрела на него, словно что-то говоря, и одобрительно кивнула головой. Но моментально смыла горечь с лица и поддельно улыбнулась, подошедшей рядом Изабель. Они обнялись так сильно, словно в последний раз.

- Когда приедишь, обязательно позвони! - воскликнула женщина.

- Конечно, мам, только не грусти, а то не могу смотреть... будто мы впоследнее видимся, - произнесла та с грустью.

- А я разве грущу? - Лейла через силу широко улыбнулась свой дочери. ‐ То от счастья.

- Если тебе что-то понадобится, звони! - требовала девчонка, смотря на мать. А та лишь одобрительно кивнула головой.

Как только машина Томаса скрылась за поворотом, войдя внутрь своего скромного дома, Лейла упёрлась о дверь и отдалась эмоциям.

Изабель не знала из-за чего её мама так грустит, но думала — из-за расставания. Ведь обоим не легко... Она глупо ошибалась... Лейла скрывала от неё очень важную вещь, из-за которой сама, не найдя другого решения, отправила девушку жить к отцу, и понимала... что может... и навсегда...

Covington
State Georgia

"Я снова возвращаюсь к тебе, мой город детства..." - не знаю была ли я рада вернуться сюда снова или нет.

На улице середина осени. Дождь... Хоть Солнце в небе отдаёт свои лучи света, чем освещает всю Землю. Но оно не отдавало другое — тепло, которое тоже не помешало бы жителям городка.

Кто-то, у кого не было с собой зонтика, чем угодно укрывался от мокрых капель, падающих с неба, лишь бы не промокнуть насквозь. Подростки идут с учёбы со смехом и с улыбкой. Дождь не помеха их веселью. А дети — балуются в калюже, радостно смеясь, но а родители однозначно ругают их за это.

Наблюдать за всеми — это вызывает восхищение и восторг. У каждого своя жизнь... своя история..

У кого сладкая, а у кого горькая.

Наконец-то долгого пути — и мы добрались к особняку, который находился возле океана. Дорогой и приличнй раён Ковингтона. Безопасно гулять хоть ночью.

Заглушив мотор, папа вышел из машины и закрыл дверь.

Я вытащила наушники из ушей и вместе с мобильным положила в карман чёрной кожаной куртки.

Набравшись воздуха, я тоже неспешно вылезла из автомобиля, словно меня заставили и подняла взгляд, увидев перед собой особняк. От одного его вида: табун мурашек пробежались по коже, а сердце беспрерывно застучало.

Глядя на него, я вспомнила последние дни, будто бы увидела всю ту картину на яву, как мы в последний раз обнимались и прощались...  И какой злой я была на маму. Я вспомнила тетю Молли.

В детстве тётя Молли всегда меня успокаивала, когда мама с папой ругались, а они часто ссорились, как кот с собакой. Мы с ней были очень близки. Она была будто моей второй матерью.

После развода папа женился... на ней же. Мне было больно... и привыкнуть трудно, но больше всего я волновалась за маму, как ей тяжело дался этот период.

Поначалу я обижалась на всех и была в ярости, но со временем... остыла. Буря стихла внутри. Мне не было смысла не любить тётушку Молли, ведь я любила её с раннего детства. Её добрую душу.

У неё есть сын — Арэн Сэмюалс. Мой лучший друг детства. Когда папа связал свою жизнь с его мамой, то он дал Арэну свою фамилию — Линкольн, чем сильно ранил меня.

Я думала... он обрёл новую семью и забыл про нас с мамой. Забыл меня!

Много мыслей лезли в голову в тот момент... и все они — негативные. Долгое время я плакала в подушку, словно нашла в ней своё успокоение, и не общалась ни с кем. Мы не поддерживали связь с Ковингтоном, поэтому...

Не знаю, хочу ли я увидеть тетю Молли и Арэна... как-то неловко... или просто боюсь... Боюсь, как они отреагируют: позитивно или негативно, особенно парень... И боюсь быть лишней в их маленькой семейке... и забытой... Но я скучала...

Я стояла в ступоре, не решаясь на шаг вперёд и выпав из реального мира.

- Ты иди с чемоданом, а я занесу коробки, а то дождь моросит, - голос отца прервал мои мысли.

До сих пор у меня таилась обида на папу, на его поступки, его слова, которыми он называл меня в детстве. Именно поэтому у нас с ним холодные отношения, не как в других дружных семьях, где мир и понимание. Да и он сам не лучше относился ко мне, поэтому я была больше привязана к маме. Рядом с ним — напряжение и неловкость.

Немного повтыкав, я взяла чемодан за ручку и расправила, ноги еле-еле, по маленьким шагами перемищались всё ближе и ближе к дому... и неуверенно.

Сомкнув глаза, я набрала воздух в лёгкие и неуверенно, медленно открыла дверь дома.

- Бель, милая?.. - подойдя в прихожую, промолвила женщина, оглядывая меня, как и я её. Я и не успела что-либо сказать в ответ, сделать, как вдруг оказалась в крепких объятиях женщины, лишь приуспев отпустить ручку чемодана.  - Неужели это ты, девочка моя!

Я растерялась от такой неожиданной встречи с тётей Молли. Не зная, что делать, как быть... но совсем скоро я расслабилась, закрыв глаза, и обняла её в ответ.

- Да, это я... - тихо промолвила ей в спину

Мы отстранились друг от друга и прошли в гостиную. Свежий ремонт, заметно, но некоторое и оставалось прежним, когда здесь жила я.

- Всё даже и не узнать, - произнесла я, с разочарованием или-то с удивлением оглядываясь вокруг.

- Да, нам пришлось немного освежить особняк внутри и осветлить. Но не узнать тебя! Ты очень изменилась за эти года. Подросла, моя красавица! Как жила? Как мама? Рассказывай, - с заметным любопытством спросила женщина, сев напротив меня и внимательно глядя.

- Хорошо и мама тоже хорошо. А Вы как? - ответила я с улыбкой.

- Я что-ли тебе чужая? Обращайся ко мне на «ты».

-Хорошо, - неловко улыбнулась я.

- У нас тоже всё хорошо. Ты так выросла, с маленькой девочки на настоящую леди, будто не виделись не три года, а целую вечность.

Губы дрогнули в улыбке.

- Конечно, мы же не виделись долго... а помнишь, ты меня называла "моя маленькая принцесса", - я пришла в себя, и уже не чувствовала страх и волнение, как раньше.

- Конечно, помню, моя маленькая принцесса!

- Мо... то есть тётя Молли, - неловко замялась я.

- Нет, ты чего? Называй меня просто Молли, - тепло улыбнулась женщина, отчего я не смогла сдержать улыбку.

Молли по внешности не изменилась, лишь на лице появились слегка заметные морщины. Белые волосы красиво лежали на плечах, видно, что она ухаживает за собой: делает маски, освежает волосы, ходит в салон.

- Как-то так не привычно... Молли. А... где Арэн? - с неуверенностью смолвила.

Арэно Семюалс был мне первым лучшим другом, с которым я могла поделиться буквально любым секретом... и с которым мы не стеснялись ничего друг перед другом. Можно так сказать: мы друзья с пелёнок, точнее он мой друг с пелёнок, потому что он старше меня на два года. Наши родители дружили, именно так мы узнали о существовании друг друга. Потом... в его семье случился несчастный случай... отец мальчишки, Робби, погиб, и они остались одни.

А семья Сэмюалсов жила скромно, все тянул на себе его отец, пока его жена сидела с маленьким ребёнком дома. Как они были после смерти опоры семьи?

Мой папа был не бесчувственным, по отношению к чужим людям, и по той причине, что он дружил с Робби Семюалсом, решил приютить Молли с маленьким малышом к себе жить, взамен предложив ей работу прислуги в особняке.

- Арэн остался на ночь у своего друга. У них завтра контрольная, поэтому готовятся.

- Понятно, - я сморщилась. - А сам он как?

- Он... в порядке, только после твоего уезда, три года назад... он немного замкнулся в себе.

Не думала, что мой переезд принесёт кому-то внутреннее расстройство. Я опечалилась, посмотрев себе под ноги. Хотя... не удивительно.

В детстве я даже не подозревала, что у Арэна есть чувства, больше чем дружба, ко мне, поэтому... так жёстко обошлась с ним, когда мы прощались. Сама виновата! Не думала головой!

Цепочка (половина сердечка с надписью «friends»), которую подарил он, до сих пор у меня, и коробочка с запиской бережно хранятся. А у Арэна должна быть другая половина сердечка с надписью «forever». Наверное, он давно её не носит, или может даже... выкинул.

Попрощались мы не лучшим образом. Всё ещё дрож по коже, стоит только вспомнить и на душе становятся тяжело. После... мы не общались, даже в социальной сети. У меня не было смелости написать Сэмюалсу первой, хоть и заходила на его страницу в Инстаграме... следила, какой он стал. И с тем, как он изменился — я решила не тревожить его, не напоминать о себе. Думала... он давным-давно забыл меня, про моё существование, стёр меня из своей памяти как "плохое прошлое" или "детская любовь и дружба".

Но а вообще поначалу мне хотелось написать ему, но сразу же передумывала. Если он не пишет... значит — и мне нет смысла. Он забыл прошлое. Отпустил.

- А он знает, что я приезжаю? - я приподняла бровь.

- Нет... Я думала, это будет ему сюрпризом.

      *  *  *

Пройдя коридор, я открыла белую дверь. Моя любимая комната. Мой мир. Был. Когда-то...

В углу комнаты стояли белые круглые коробки, с которых вываливались мои детские игрушки. Моя память.

Всё как было. Я провела пальцем по комоду — пыли нет и прошла вдоль спальни. Видно, что готовились к моему приезду... и ждали...

- Мы только сменили цвет стен, навели порядок и подумали, что старая кровать тебе будет маловата, поэтому... купили новую... - Сзади раздался голос отца. Вздрогнув, я повернулась к нему. - Надеюсь, тебе нравится.

- Да! Спасибо.

- Вот твои коробки, правда... они немного намокли... Там, кстати, твои детские игрушки в углу, - папа показал взглядом, - Мы сохранили их, потому что знали, что ты когда-то обязательно вернёшься... и подумали, что ты будешь рада им.

- Спасибо, - я улыбнулась, смотря на игрушки. На меня нахлынули воспоминания — неприятные воспоминания. И ностальгия.

- Можешь сама решить, что с ними делать: выкинуть или отдать, или, может, оставить, - он улыбнулся и ушёл, закрыв за собой дверь.

Я не могла поверить, что я снова здесь. Я дома... Но мне не удалось проговорить «Welcome to Home!».

Всё в Ковингтоне стало чужим... Моё детство было основано тут. Я почти никогда не выходила из своей комнаты. Только раньше это было больше похоже на детскую комнату: в розовых оттенках, наклеина на стенках всякими детскими рисунками, любимыми актерами и певицами, одним словом — дичем. А сейчас — это полупустая комната, с пустым рабочим столом, комодом, шкафом, кровать совсем другая: взрослая. Они попытались оставить мои более неповредимые вещи и картинки, которые меньше всего пострадали от моих эмоций несколько лет назад...

Когда я узнала о переезде, я была сильно зла и весь гнев не поместился внутри меня — я начала крушить всё в своей спальне.

Я упала на мягкую кровать в форме звезды, наблюдая за падением дождя за окном. Капли падающие с неба ударялись об крышу дома, создавая тихий звук. Мне хотелось расслабиться.

        *  *  *

Я приняла освежающий душ.
Тёплая вода лилась по моему телу. Она не могла не расслабиться... но не мой мозг. Спустя двадцать минут я вылезла из тёплого струя воды и направилась к себе.

Идя по коридору, мне на глаза упала одна интересная дверь, отчего я остановилась напротив неё, не решаясь сдвинуться с места.

Спальня Арэна.

С одной стороны мне было любопытно узнать, как у него обстоят дела, но с другой... понимала, что это неправильно.

Потянув за ручку двери, я тихо и незаметно зашла, глядя по сторонам и оставила дверь приоткрытой. Затем включила свет. Комната, которая когда-то была родной, увы, я не узнала. Тёмные тона.

Что случилось с Арэном?..

Мне всё это показалось странным. Я подошла к комоду, тёмно-коричневого цвета, на нём лежала всякая мелочь, но моё внимание привлекла одна фотография. Взяв картинку в рамке, я поморщилась, внимательно разглядывая её.

На ней было изображено целое семейство: папа, Молли и посередине Арэн. Они все тянули улыбку до ушей и одеты нарядно. Фон сзади открывался на океан. Видно, что фотографировал профессионал, а значит — нанимали фотографа.

«Выглядят счастливо. Может... я буду здесь лишняя?..»

Я сразу же ушла, не став рыться в личных вещах Семюалса.

Зайдя в свою спальню, мне на горизонт снова попалась коробка с игрушками, стоящая в углу, будто она так и хочет, чтобы я обратила на неё внимание.

Я увидела карамельного, плюшевого и небольшого мишку, торчащего из неё. Его лицо было наполовину в коробке и наполовину снаружи. Один глаз мишки оказался вне коробки. Он смотрел прямо на меня, по крайней мере, мне так показалось, это ж просто игрушка.

Неторопя взяв его в руки, воспоминание нахлынули.

Мне подарили его на четырёхлетия мама и папа. Тогда мы были дружной семьёй. Без этого плюшевого мишки я не могла заснуть. А перед уездом я бросила его в комнате. Он был особенным, поэтому я дала ему кличку  Тэдди.

- Тэдди... - проговорила я, вытерев выступившую слезу на углу глаза.

Отряхнув его, как на удивление, игрушка оказалась не пыльной, как будто её кто-то недавно стирал... Может, так и есть. Странно, но кому она нужна была?..

Я отошла от реальности, задумавшись глубоко о Тэдди, будто под трансом, смотря ему в чёрные глаза. Резко и неожиданно мои размышления прервал телефонный звонок. От резкого звука я подпрыгнула на месте.

Не долго думая, ответила на звонок, кинув мишку далеко на кровать.

- Алло! Солнышко, как ты там? Уже доехали? - на эмоциях произнесла мама в трубку.

- Привет, мам! Доехали. Я забыла позвонить... Извини, - смолвила я виноватым голосом.

- Всё хорошо, я понимаю. Я уже скучаю, словно не виделись год, - были слышны вздохи по ту сторону связи.

- Я тоже скучаю, - сев на край кровати. - Я нашла плюшевого мишку Тэдди. Помнишь, Вы мне с папой на День Рождения подарили?

- Конечно, помню! Мы тогда с Томом все магазины оббежали в поисках его, - мама засмеялась, вспоминая старые времена. - Ты ещё без него не могла уснуть. Ох! Это не забыть... - но резко затихла, слышно загрустев. - Как там Молли?

- Хорошо, даже почти не изменилась, - я засмеялась.

- Бель! Кушать! - крикнула Молли с первого этажа.

- Ладно, мам, меня зовут кушать, а я зверски голодна. Завтра ещё созвонимся.

- Иди, ешь.

- Пока!

          *  *  *

Я накинулась на еду сразу,
поэтому за секунду съела пол тарелки спагетти.

Папа с серьезным лицом, накручивая на вилку спагетти, прервал напряжение тишину:

- Ты ведь не забыла, что завтра в школу? - переведя взгляд на меня. - Я уже договорился заранее.

Я медленно стала наводить взгляд на отца.

- Блин! А нельзя было пойти в школу через пару дней?! Мне ведь нужно всё-таки отойти после этого переезда в новый-старый город и привыкнуть! - хотела высказаться я, но неуверенно, нахмурив бровь, ответила:

- Нет...

Он ещё серьёзнее посмотрел на меня.

- А мне кажется... забыла. Это, Бель, тебе на какая-то там дешёвая забегаловка, в которую ты раньше ходила... а элитная школа! Лучшая в городе. Я кучу денег вложил в неё, чтобы мои дети набирались знания, а не байдыки били.

Я насупилась, глядя в одну точку.

Снова начинает... а я думала, он изменился...

- Не дави так на девочку, Томми! Как-ни-как новый город, школа, - заступилась за меня Молли, не выдержав. - Она сначала должна привыкнуть.

Мой отец деловая личность. Постоянно в работе. У него есть своя раскрученная компания в городе по маркетингу, и его совсем не волнует моё самочувствие, что я переживаю, его самое главное волновало УЧЁБА.

Я понимаю... он хочет для меня как лучше. Я и сама решила взяться за неё, ведь сейчас нужно думать лишь о будущем, тем более уже средняя школа.

- Я, наверное, пойду... Устала очень, - Не став есть дальше, я вялой походкой пошла к себе, думая о своём.

Папа и Молли о чём-то ещё разговаривали, но в этот момент для меня это был заглушённый звук.

Снова этот мишка...

Не успела я зайти в свою комнату, как он уже кинулся в поле моего зрения, словно следит за мной. Снова воспоминания нахлынули, будто перед моими глазами.

Я, маленькая беззащитная семилетняя девочка, скрутилась, сжалась в своей детской кроватке, сжимая в руках своё единственное успокоение — Тэдди, укрывшись одеялом по голову. Вокруг темно, ночь. Я должна спать, но не сплю. За стенами шум, громкие крики родителей. Ссора. Мама и папа пытаются перекричать друг друга, доказать свою правоту.

- Это всё из-за тебя! - писк за стеной и звук: похоже, что-то стеклянное разбилось об пол.

Я подскочила и полностью дрожу от страха и переживания, сжимая всё крепче и крепче своего мишку. В мою комнату заходит Молли и подходит ко мне. Сев рядом, она начинает гладить меня по голове и успокаивать.

Отряхнув головой, чтобы выйти из плохих воспоминаний, я крепко обнала мишку и легла вместе с ним спать.

Взяв цепочку, висящую на шеи, я вспомнила Арэна. Всё же... я хотела его увидеть. Но из-за прошлого... боюсь.

Что, если он меня всего напросто не узнает и не захочет узнавать... не захочет видеть?..

«Что, если он меня не простит... и всё так же будет зол на меня?»  - с этими мыслями я крутилась и никак не могла удобно улечься на новой кровати, но как-то... через силу... сон взял своё.