Глава 6
Кира
Прошёл год. Целый год с того дня, как я, сломленная и потерянная, нашла убежище в этой долине. Время здесь текло иначе - медленно, как смола по стволу сосны, подчиняясь лишь смене сезонов, а не звону колокола, призывающего на очередную вылазку.
Моя жизнь изменилась до неузнаваемости. Я больше не была той беспомощной, слабой девушкой, что не могла поднять ведро с водой. Тренировки с Иоанном и спарринги с Рейном сотворили чудо. Моё тело, хоть и не вернуло себе прежнюю солдатскую мощь, обрело иную силу - гибкую, текучую, основанную не на напряжении мышц, а на расслаблении и инстинкте. Я научилась двигаться бесшумно, чувствовать землю под ногами и предугадывать атаку ещё до того, как противник успевал её начать.
Мои волосы теперь были полностью белыми. Цвет пепла стал моим. Я больше не вздрагивала, видя своё отражение. Эта белизна стала частью меня, как и шрамы, скрытые под одеждой, как и кулон Леви, который я никогда не снимала.
Сегодняшний спарринг с Рейном был особенно напряжённым. Мы кружили друг против друга на утоптанной земле импровизированной тренировочной площадки. Воздух был прохладным и пах прелой листвой. Рейн, как всегда, был сосредоточен, его голубые глаза внимательно следили за каждым моим движением. Но я больше не боялась этого взгляда. Я научилась читать в нём малейшие изменения, улавливать едва заметное напряжение в его плечах перед атакой.
Он ринулся вперёд - быстро. Но я была готова. Я не стала отступать или ставить блок. Вместо этого я шагнула ему навстречу, проскальзывая под его рукой, и нанесла короткий, хлесткий удар по ноге. Он потерял равновесие лишь на мгновение, но этого было достаточно. Я развернулась, готовая продолжить, но он остановил меня, подняв руку.
- Достаточно, - выдохнул он. На его лбу блестели капельки пота. - Ты стала быстрее.
- Ты меня научил, - ответила я, пытаясь унять сбившееся дыхание.
Мы стояли близко друг к другу. Слишком близко. Я чувствовала тепло, исходящее от его тела, видела, как вздымается его грудь. Его взгляд изменился. Холод в его глазах отступил, уступив место чему-то иному - тёплому, глубокому, немного растерянному.
- Ты изменилась, Кира, - тихо сказал он. Его голос был ниже, чем обычно, с лёгкой хрипотцой. - Стала сильной. Не только телом.
Я не знала, что ответить, и просто смотрела в его глаза, чувствуя, как напряжение между нами нарастает, становясь почти осязаемым. Он медленно, почти незаметно, сократил расстояние между нами.
- Ты заслуживаешь того, чтобы быть счастливой, - прошептал он. - Заслуживаешь забыть всё то, что причинило тебе боль.
Его рука осторожно коснулась моей щеки, его пальцы были тёплыми и немного грубыми от работы с металлом. Он медленно убрал прядь моих белых волос, упавшую мне на лицо. Моё сердце пропустило удар. Я стояла, как заворожённая, не в силах пошевелиться. Его лицо начало медленно приближаться.
На одно ужасное, предательское мгновение я этого захотела. Я хотела забыться. Хотела утонуть в тепле его взгляда, позволить его прикосновениям стереть боль прошлого. Я так устала быть одна, устала от этой вечной тоски по Леви, которая разъедала меня изнутри. Может, это и есть мой новый путь? Отпустить прошлое и начать заново, здесь, с этим человеком, который был рядом, который понимал мою боль...
Его губы были уже в нескольких миллиметрах от моих. Я чувствовала его дыхание. Я даже прикрыла глаза, готовая поддаться этому искушению...
И тут, словно вспышка молнии в тёмной комнате, в моём сознании возникло его лицо. Леви. Его серые, пронзительные глаза, в которых всегда было больше чувств, чем он позволял себе показать. Его рука, крепко сжимающая мою. Его тихий шёпот в темноте: "Ты моя".
Я резко отшатнулась, словно очнувшись от наваждения. Моё сердце бешено колотилось, но уже по другой причине. Вина и стыд обожгли меня. Что я чуть не сделала?
Рейн замер, его рука повисла в воздухе. Выражение его лица мгновенно изменилось. Тепло исчезло, уступив место прежнему холоду, но теперь в нём была и горечь. И едва уловимая злость.
- Что такое? - ровным тоном спросил он, но я услышала в его голосе стальные нотки.
Я не могла смотреть ему в глаза. - Прости, Рейн... я... я не могу.
Он несколько секунд молча смотрел на меня, и его взгляд становился всё тяжелее.
- Это из-за него, да? - это было больше утверждение, чем вопрос. - Ты всё ещё думаешь о том капитане.
Я сглотнула, чувствуя, как к горлу подступает ком. Я должна была сказать ему правду. Он заслуживал этого. Я подняла на него глаза.
- Да, -тихо, но твёрдо ответила я. - Прости. Я пыталась... пыталась забыть, но я не могу..Не могу забыть его, не могу отпустить. Я не хочу давать тебе ложную надежду. Прости меня.
Лицо Рейна стало похоже на каменную маску. Он ничего не сказал. Ни упрёка, ни вопроса. Он просто смотрел на меня ещё несколько долгих, невыносимых секунд. А затем, так же молча, развернулся и ушёл, оставив меня одну на тренировочной площадке. Его спина была прямой и напряжённой, и я знала, что своим отказом я не просто оттолкнула его. Я причинила ему боль.
Я опустилась на землю, обхватив колени руками. Слёзы, которые я так долго сдерживала, наконец-то хлынули из глаз. Я плакала не от обиды или страха. Я плакала от осознания того, насколько сильно моё сердце всё ещё принадлежало Леви. И от того, что я, пытаясь убежать от одной боли, чуть было не причинила другую человеку, который спас мне жизнь.
Ночь не принесла облегчения. Я лежала в своей постели, уставившись в тёмный потолок, и снова и снова прокручивала в голове наш разговор с Рейном. Его лицо, искажённое болью и разочарованием, стояло у меня перед глазами. Я поступила честно, но от этой честности на душе было только тяжелее. Я причинила боль хорошему человеку, тому, кто спас меня, просто потому, что моё глупое сердце отказывалось отпустить призрак прошлого.
Усталость медленно брала своё, и я, наконец, провалилась в беспокойный, поверхностный сон. И там, в туманной дымке между явью и грёзами, он ждал меня.
Сначала это был лишь знакомый запах - терпкий аромат чёрного чая и чистоты. Затем я почувствовала знакомое прикосновение. Его руки, сильные и уверенные, скользили по моей спине, прижимая меня к себе. Я открыла глаза и увидела его. Леви.
Мы были в его комнате в штабе Разведкорпуса. Тусклый свет луны пробивался сквозь окно, освещая его лицо, такое до боли родное. Он смотрел на меня сверху вниз, и в его серых глазах не было ни холода, ни гнева. Только тёмное, всепоглощающее желание.
- Я скучал, - прошептал он, и его голос, низкий и хриплый, вызвал по моей коже волну мурашек.
Он наклонился и поцеловал меня. Сначала нежно, словно пробуя на вкус, а затем всё более требовательно и страстно. Я ответила ему с такой же силой, с отчаянием, накопившимся за этот бесконечно долгий год. Все мои страхи, вся боль разлуки растворились в этом поцелуе. Были только мы. Здесь и сейчас.
Его руки блуждали по моему телу, исследуя каждый изгиб, словно пытаясь убедиться, что я настоящая. Он целовал мою шею, плечи, ключицы, и каждое его прикосновение было клеймом, заявляющим права на меня.
- Никогда тебя не отпущу, - выдохнул он мне в губы, и эти слова были для меня дороже всех признаний в любви..
Я обвила его ногами, притягивая ещё ближе, желая почувствовать его всем своим существом. Я помогла ему избавиться от рубашки, мои пальцы скользили по его рельефным мышцам, по шрамам, оставленным десятками битв. Он был совершенен в своём несовершенстве. Он был моим.
Его губы снова нашли мои, и мир сузился до этого мгновения. До жара его тела, до вкуса его губ, до тихого стона, сорвавшегося с моих губ, когда он...
Но внезапно, всё изменилось в одно мгновение.
Его руки, только что нежно гладившие мою кожу, вдруг сжали мои плечи с жестокой, причиняющей боль силой. Я вскрикнула, резко открывая глаза, мой взгляд впился в его лицо... Оно было другим. Черты исказились, а в глазах вместо желания теперь плескалась ледяная ярость и бездонное, чёрное отчаяние.
- Почему? - прорычал он, и его голос был похож на скрежет металла. - Почему ты ушла?
Его хватка стала сильнее, пальцы впивались в мою кожу, как когти. Я пыталась вырваться, но его сила была непреодолима.
- Леви, что ты делаешь? Мне больно! - закричала я, но он, казалось, не слышал.
- Тебе больно? - он злобно рассмеялся, и от этого смеха у меня застыла кровь в жилах. - А каково было мне, когда я проснулся, а тебя не было? Ты хоть представляешь, что я чувствовал?
Его лицо приблизилось к моему, и я увидела в его глазах ярость и боль. Его голос сорвался на крик.
- Каждый чёртов день я просыпался и засыпал с мыслью о тебе! А ты... ты просто сбежала!
- Я сделала это ради тебя! - выкрикнула я в ответ, чувствуя, как по щекам текут мои собственные слёзы.
- Ради меня?! - взревел он. - Ты трусиха, Кира! Ты сбежала, потому что испугалась! Ты предала меня! И это...это я никогда тебе не прощу.
Его слова были как удары хлыста. Он тряс меня, и мир вокруг начал распадаться, комната поплыла, стены покрылись трещинами. - Я ненавижу тебя! - его лицо исказилось от боли, и он замахнулся...
Я резко проснулась, подскочив на кровати. Тяжёлое дыхание вырывалось из груди, сердце бешено колотилось, а всё тело покрылось холодным потом. Я была в своей маленькой комнате в деревне. За окном царила глубокая ночь. Это был всего лишь сон. Кошмар.
Я обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь. Но образ Леви, его глаза, полные ненависти и отчаяния, стояли у меня перед глазами. Его слова - "Ты предала меня..", "Я никогда тебе не прощу..", "Я ненавижу тебя.." - эхом звучали в моей голове.
Сон был ложью. Но чувства, которые он вызвал... они были настоящими. Это была его боль. Боль, которую я ему причинила своим уходом. Я думала, что спасаю его, а на самом деле я просто вонзила ему нож в спину и сбежала, оставив его истекать кровью в одиночестве.
Я больше не могла сдерживаться. Глухие, удушающие рыдания вырвались из моей груди. Я уткнулась лицом в подушку, чтобы никто не услышал, и плакала. Я плакала о нём, о себе, о том, что мы потеряли. И я поняла, что, как бы далеко я ни убежала, от его боли мне не скрыться. Потому что его боль была и моей тоже. И она будет преследовать меня до конца моих дней.