Глава сорок третья
Муслим завёл автомобиль и вместе с семейством Алуевых направился в Грозный. Рахим пытался остановить Ясмину, но девушка его даже слушать не хотела. Мужчина понимал, что сам виноват в этом, но сдержаться не смог. Как только он видел свою маленькую девочку с другими, ему просто срывало башню. В этот раз всё было слишком подозрительно. Глаза его друга и жены слишком долго смотрели друг на друга. Он ещё и узнал, что Муслим был тайно влюблен в Ясмину. Тут уже Джамал постарался, который решил неожиданно ему написать. Рахим сначала не поверил брату, но когда увидел тех вместе, то всё сложилось. Алуев понимал, что разрушил их семейное счастье, но он сделает всё, чтобы вернуть любимую.
***
— Проходи, девочка моя, — проговорила Зухра, пропуская Ясмину вперёд. Вслед за девушкой в дом вбежала маленькая Айшат. — Присаживайся, я сейчас подойду.
— Мам, это Рахим. Он ударил её, — ответила Мадина на немой вопрос матери. — Давай пройдём в дом и всё подробно узнаешь.
Женщины вошли внутрь и направились на кухню.
— А теперь, рассказывайте, дочки, что случилось, — начала Зухра, переводя взгляд на девушек сидящих перед ней. — Что значит Рахим ударил?
— Это всё его гнев, мама, — ответила Мадина, держа бедную девушку за руки. — Он приревновал наш цветочек к своему лучшему другу! Рахим посмел подумать себе, что она водит его за нос и тайно встречается с Муслимом. Скажу сразу, повода не было. Да ты и сама знаешь, какой он у нас вспыльчивый. Из-за любого косого взгляда может в драку полезть. А сейчас дело дошло и до нашей девочки.
— Да, сынок, натворил ты дел. Сейчас он где?
— Он остался дома. Пытался удержать меня, но я не смогу вернуться к нему, — ответила Ясмина с опущенной головой. Она пыталась сдержать слёзы. — Я не смогу простить его! Я лучше всю жизнь одна буду, чем с человеком, который может в любой момент меня ударить! Извините.
— Не за что извиняться, дочка! — ответила женщина, обнимая невестку. — Ты всё правильно сделала! Мы в нашей семье не терпим насилия на девушками. Мой муж никогда не поднимал на меня руку, и также он воспитывал наших сыновей. Но, видимо, Рахим решил принебречь этим. Мы тебе поможем, чем сможем, дочка. Можешь жить у нас, сколько потребуется.
— Спасибо вам большое! Я долго вас не стесню! Как только разведусь с ним, тут уже уеду.
— Ты решила всё-таки разводиться? Ну может оно и к лучшему. Найдёшь себе ещё достойного человека, который не посмеет на тебя руку поднять. У отца есть знакомый юрист, возможно он поможет сделать всё побыстрее.
— Ещё раз вам спасибо! Я наверное пойду поспать, устала очень. Сегодня слишком много нервничала.
— Конечно, иди, моя дорогая. Я уже постелила в комнате Мадины!
Ясмина вышла из-за стола и направилась в комнату. Она действительно очень устала. Сначала Вадим отказался от неё, теперь любимый человек обидел. Слишком много нервов за один день.
***
В дом вошёл Муслим. Он хотел поговорить с девушкой перед отъездом. Тогда в коридоре мужчина рассказал о своих чувствах Рахиму, и она всё слышала. Ему нужно было хоть как-то объясниться и с ней.
— Добрый вечер! — поздоровался Муслим, проходя внутрь. — А где Ясмина? Я бы хотел с ней поговорить.
— Ох, совсем не добрый он, Муслим, — ответила женщина, сидя на кухню с дочерью. — Она в комнате Мадины, проходи. Только не очень долго, бедная девочка устала.
Мужчина кивнул и поспешил к Алуевой. Перед входом в комнату он постучал и как только услышал положительный ответ, вошёл.
— Извини, ты уже спать наверное ложилась? — спросил Муслим, аккуратно проходя внутрь.
— Вообще да, но ты проходи, — ответила девушка, поправляя платок. — Ты что-то хотел?
— Я хотел узнать как ты. Да и поговорить нужно.
— Сейчас уже лучше. Хорошо, что малыш не беспокоит. Я уже испугалась, что снова в больницу лягу. А поговорить о чём?
— Об этой ситуации, в коридоре. Извини, что так всё получилось. Я не смог удержаться. У тебя очень красивые глаза.
— Не извиняйся. Он сам виноват во всём. Если бы не сейчас, то думаю позже, это случилось бы.
— Ясмина... Ты же всё слышала, верно?
— Слышала что? О твоих чувствах ко мне? Да. Впервые я о них услышала от Джамала... тогда не предала этому значения, мало ли что мог сказать этот человек. Но когда ты сам рассказал... Я очень удивилась на самом деле. Я не думала, что всё это время нравилась тебе.
— Да тебе и не надо было думать об этом! У тебя муж, скоро родится ребёнок. Я не имею права претендовать на тебя. К тому же ты жена моя лучшего друга. У меня старший брат юрист, если хочешь, то он с радостью может тебе с разводом. Может представлять твои интересы, например. Тебе наверное будет лучше лечь в больницу, ради малыша. Всё-таки слишком много переживаний за такой короткий промежуток. К тому же тебя только выписали с больницы. Лучше не рисковать, милая. Ой, извини!
— Ничего страшного, — девушка улыбнулась. Муслим был слишком любезен с ней. Мысль о том, что она разбивала ему сердце, гложила её. Даже несмотря на то, что Ясмина не знала и любила другого.— Спасибо за помощь! Я наверное так и поступлю. Ай! Походу всё-таки нервы дали о себе знать. Позови кого-нибудь, пусть скорую вызывают! Ай! Живот! Ну быстрее же!
Мужчина испугался. Он сорвался с места и поспешил на кухню, где сидела Зухра и Мадина.
— Там... Ясмине плохо... Живот тянет... Нужно в больницу везти! — наконец произнёс запыхавшийся Муслим. Мужчина волновался за возлюбленную и её малыша.
— Мадина, ты помоги ей одеться. А ты заводи машину, скорее! Пока мы дождёмся скорую может быть поздно! — скомандовала женщина и побежала собираться. Муслим выскочил на улицу и побежал заводить свой автомобиль. Он снова чувствовал вину, только теперь зато, что довёл её до такого состояния, пускай и косвенно.
Ясмину вывели на улицу и посадили в машину. Зухра держала невестку за руку, пытаясь её успокоить. Мужчина нажал педаль газа, и они все вместе двинулись в сторону больницы.
***
— Ну что там, доктор? Как она? — поинтересовалась обеспокоенная женщина. Она искренне переживала за свою невестку.
— Так, был риск преждевременных родов. На тридцатой неделе это довольно опасно, но сейчас всё в порядке. Но девушке нужно будет лечь на сохранение. Лучше до конца беременности. Ей сейчас нельзя нервничать. Иначе следующий раз может привести к преждевременным родам, в последствие с летальным исходом не только малыша, но и матери, — ответил врач, смотря на Зухру. — Вы можете сейчас её навестить, но не надолго. Ей нужен полный покой сейчас. Девочка устала очень.
— Спасибо, доктор! Мы быстро! — поблагодарила Алуева, и они втроём направились в палату к девушке. — Как ты, девочка моя? Тебе уже лучше?
— Да, лучше, — ответила Ясмина, грустно смотря на родственниц. Ей взгляд упал на Муслима, но она тут же отвернулась. — Врач мне всё рассказал. Наверное и правда мне лучше остаться тут.
— Конечно, так будет лучше и для тебя, и для малыша! Ладно, мы пойдём, нам ненадолго разрешили зайти. Завтра мы заедем ещё! Привезём тебе витаминов. Может ты что-нибудь хочешь?
— Нет, спасибо. Витамины бы и правда не помешали.
— Ну хорошо. Ты лежи, отдыхай. А мы пойдём.
— Муслим, останься, мы не договорили.
— Ты уверена? Может в другой раз лучше? — спросил мужчина. Он не ожидал, что девушка захочет продолжить с ним разговор именно сейчас.
— Да. Пару минут всего, — ответила Ясмина, смотря на женскую часть семейства Алуевых. — Я недолго.
Зухра с Мадиной кивнули и покинули палату, оставив их наедине.
— Что ты там говорил насчёт старшего брата? Может представлять мои интересы? — поинтересовалась девушка, смотря на Муслима. Она никогда не замечала, какой он красивый. Обычно Ясмина на другого человека, с которым сейчас собиралась разводиться.
— Да. Я с ним поговорю, и Ислам всё сделает! — ответил мужчина. Он присел на кровать девушки и аккуратно провёл пальцем по её щеке. Раньше бы Муслим никогда не посмел бы так сделать. Но сейчас, ему будто развязали руки. — Хочешь приглашу его завтра сюда? Вы всё обсудите, и он расскажет что и как будет происходить.
— Хорошо. Тебе пора идти. Ещё раз спасибо!
— Не за что! Завтра он будет у тебя!
Ясмина кивнула и мужчина покинул её палату, оставляя девушку наедине со своими мыслями. Он коснулся её. Наконец-то коснулся. Муслим был слишком счастлив, будто тот поцеловал её, а не всего лишь погладил по щеке.
***
Прошёл целый месяц с начала бракоразводного процесса. За это время Рахим не раз пытался вернуть возлюбленную, но та была непоколебимой. Мужчина приходил к ней в больницу почти каждый день до тех пор, пока Ясмина не запретила его сюда пускать. Больше она своего мужа тут не видела. Оно и к лучшему. Меньше нервов. Зато Алуев согласился на развод, что было ей на руку. Значит весь процесс пройдёт недолго.
— Честно, я даже рада этому. Меньше проблем будет, — произнесла Ясмина, поедая йогурт, который ей принёс Муслим. За последнее время они заметно сблизились, но рамки приличия не были нарушены. Он всего лишь помогал ей с разводом, не позволяя себе ничего лишнее.
— Ну это да. Главное сейчас, чтобы ты не нервничала лишний раз, — ответил Муслим, смотря возлюбленной в глаза. Они по-прежнему завораживали. А эти губы цвета спелой вишни с каждым днём манили всё сильнее и сильнее. Но ему нельзя больше касаться этой девушки, по крайней мере пока она замужем. — Ты решила, как малыша назовёшь?
— Да, мы ещё вместе с ним решили. Не хочу менять. Алуев Сайфулла Рахимович. Наверное красиво звучит.
— Да, красиво. А что насчёт жилья?
— Я не знаю... Жить у родителей Рахима, я не смогу. К брату поехать тоже. Только если снимать на те деньги, что он платить будет, но зная его доходы, ничего нормального я не найду.
— Я могу предложить свою квартиру в Москве, а сам буду снимать, мне то без разницы где жить. А тебе сейчас с малышом нужно будет хорошее жилье!
— Не нужно, спасибо. Я буду чувствовать себя слишком виноватой, если соглашусь буквально выгнать тебя.
— Ты не будешь виноватой. Я сам предложил. К тому же, если захочешь, можешь просто снимать у меня квартиру. Раз бесплатно не захочешь жить. Цену я поставлю не дорогую. Сможешь оплачивать с тех денег, что мой друг будет тебе пересылать. Либо если не хочешь меня выгонять на улицу, то можешь только комнату снимать. Так и тебе будет помощь! Она будет необходима тебе в первое время, по крайней мере я так думаю.
— Спасибо, это очень мило с твоей стороны. Наверное я соглашусь, но временно! Пока не найду какое-то ещё жильё. Не хочу тебя вечно стеснять, особенно с грудным ребёнком.
— Ты не будешь меня стеснять никогда. Поверь мне. Я буду только рад, если ты и малыш будут находиться в безопасности и жить в хороших условиях. А квартира у меня двухкомнатная. Вам уступлю свою спальню, а сам поселюсь в гостиной.
— Ещё раз спасибо! Я очень ценю твою помощь!
Мужчина улыбнулся. Он очень рад, что сможет помочь возлюбленной. Муслим искренне хотел это сделать, зная всю ситуацию, произошедшую с бедной девушкой за последнее время. Проблема с жильем сейчас одна из самых важных для неё. И мужчина готов сделать всё, чтобы помочь с решением всех её проблем.
***
Ещё один месяц пролетел незаметно. Наступил сентябрь. Точнее уже середина. У Ясмины приближалась предполагаемая дата родов. Но самая главная новость: она теперь официально разведена. Старший брат Муслима помог ей, представляя её интересы в суде.
— Ну что, теперь ты официально свободна, не знаю даже радостная эта новость для тебя или нет, — произнёс Муслим, как только вошёл в палату. — Как ты себя чувствуешь?
— Я в порядке, малыш вроде тоже, только пинается сильно, наружу хочет, — ответила девушка с улыбкой на лице. Её рука лежала на животе, и она могла чувствовать, как её сын пинается. — Хочешь почувствовать?
— А можно?
— Конечно, теперь точно можно. И никто по лицу не ударит.
Мужчина присел на кровать Ясмины и положил руку на живот. Он почувствовал пинок и улыбнулся. Ему бы очень хотелось также почувствовать, но уже их малыша или малышку. Но это оставалось всего лишь несбыточной мечтой.
— Прям настоящий борец, будет маму защищать от всяких нехороших дядей, — произнёс Муслим, смотря в глаза возлюбленной. Ему с каждой секундой всё больше и больше хотелось её поцеловать, но он боялся спугнуть девушку. К тому же только развелась, а уже с другим целуется... Что о ней могли подумать люди. Вот увезёт их в Москву, там уже не страшно будет мнение людей. Их там почти никто не знает.
— Да, маме защитник не помешал бы, особенно в последнее время. А то всяких нехороших дядей развелось. Обижают маму твою, малыш.
— Ничего, дядя Муслим их всех накажет и твою маму больше никто обижать не будет.
Ясмина подняла глаза и посмотрела на мужчину сидящего перед ней. Неужели он настолько сильно её любил.