Никогда

Каждое утро Чимина было не то, что похоже, а идентичное предыдущему: ему нужно проснуться раньше всех, привести себя в порядок, приготовить завтрак, разбудить мужа, затем, пока Юнги будет собираться, разбудить детей и привести в порядок их, что бы отправить в детский сад.

Когда все в сборе завтракают за столом, омега может ненадолго расслабиться, если, конечно, Ёнг не перевернет свой завтрак на пол, заставив этим Хи плакать. И вот сейчас старший сын снова разбаловался.

— Ёнг, я же говорил больше так не делать, — Чимин встал со своего места, вздыхая, и принялся убирать недоеденный завтрак.

— Ёнг, ты хочешь снова остаться без сладкого? — строго спросил Мин, подняв бровь. — Ты же знаешь, что так делать нельзя.

— Я просто больше не хочу, — показывая передние зубки, оправдался альфочка. Сидящий рядом Хи поджал губы, а глаза его наполнились слезами. — Плакса Хи, — хмыкнул старший альфочка, заставляя младшего начать плакать.

— Боже, — вздохнул омега, поднимаясь на ноги. — Юнги, скажи что-то своему сыну, — он посмотрел на мужа, который взял младшего ребенка на руки, пытаясь успокоить.

— Ёнг, я не понимаю тебе, что, так нравится доводить нас до белого каления? — Мин-старший устремил взгляд на сына, вкладывая в него все свое недовольство. Альфочка молчал, смотря на свои колени. Он, конечно, знал, что родители его любят, но такие выходки бесследно не проходят.  — Ты знаешь, что я могу пойти на перекор твоему папе и действительно наказать тебя.

— Не нужно, Юнги, — Чимин попытался успокоить вспыхнувшего альфу, пока это было возможным. Он осторожно дотронулся до его руки, но запах меда, который стал горчить и оставаться неприятным привкусом на языке, показывал, что его муж зол.

— Ты знаешь, что вы с Хи для меня одинаковые, — продолжил Юнги, не обращая на слова мужа внимания. — Вы обои мои дети  и я вас люблю одинаково, но не думай, что твои выходки останутся безнаказанными. Если такое еще раз повториться, ты останешься без похода в парк аттракционов на выходных, — Ёнг поднял голову, глядя на отца слезящимися глазами. — И не нужно будет винить в этом меня. Только себя. А пока ты лишаешься сладкого на неделю, — альфа поставил младшего сына на пол. — Идите берите свои рюкзаки.

Когда дети оставили родителей одних, Чимин поджал губы, глядя на мужа.

— Юнги, — вздохнул он, беря руку альфы в свою. — Не слишком ли жестоко так с ребенком?

— Ты же сам попросил что-то сказать Ёнгу, — хмыкнул Мин.

— Но я просил, что бы ты объяснил, что так делать нельзя, а не угрожал ему походом в парк аттракционов, — мягко произнес омега.

— Он сам виноват, — отрезал Юнги. — Это повторялось не один раз и я больше терпеть это не собираюсь.

— Ты завезешь их в сад или мне самому? — Чимин решил перевести тему, что бы не нагнетать.

— Я отвезу, — альфа положил руки на талию мужа, притягивая ближе к себе и с блаженством вдыхая запах липы. — Какие планы на сегодня?

— Убраться дома, приготовить еду и дописать диплом. Мне на следующей неделе его защищать, — вздохнул Чимин. — У тебя что?

— Отец хочет, что бы его бизнес преуспел не только в Китае, но и в Корее. Каждый день звонит и на мозги капает, — вздохнул Юнги. — Не вериться, что прошло почти шесть лет с того момента, как я узнал о твоей беременности, — улыбнулся он, поглаживая щеку мужа.

— Да, нашим детям уже пять лет и им скоро в школу, — согласился омега. — Помню, как хотел убить тебе после того, как увидел две полоски. Кстати, если бы не учитель Ю, я бы так и не догадался, что беременный.

— Почему ты не рассказывал об этом?

— Не знаю, — пожал плечами младший. — Но он тогда читал нам книгу и там как раз было то, что я заметил утром: набор веса. Также была тошнота, но первый раз меня стошнило... — задумался он. — В тот день, когда был матч. Помнишь?

— Не напоминай. Я тебя чуть не ударил, — скривился альфа. — Но я так зол был тогда. Еще и Хёнджин тогда пострадал.

— Ты всегда, когда зол, угрожаешь убить, — хмыкнул омега. — Скольким ты угрожал?

— Многим, — Юнги поцеловал мужа в губы, требовательно сминая. Руки спустили на задницу Чимина, но тот прикусил его губу, вынуждая вернуть руки обратно на талию. Отстранившись, он прошептал: — Мне пора. Дети, наверное, уже ждут в прихожей. До вечера, мой омега.

— До вечера, — вздохнул младший, больше не чувствуя больших рук мужа на своем теле.

***

— Я беременный! — радостно воскликнул Тэхён. Ребята выпучили глаза, глядя на омегу, который достал снимок УЗИ и положил на стол.

— Ничегошеньки, — шокировано произнес Мин, глядя на друзей, который широко улыбались. К сожалению это был его максимум, что бы выразить предел своего удивления, так как рядом были его дети и племянник.

— Ого, — Чимин открыл рот в форме буквы «о».

— Ох ты ж бля-я-я, — вместе протянули Джин с Намджуном.

— Эй! В смысле? Почему мне нельзя матерится при детях, а им можно? — возмутился Юнги.

— Джин-хен, Намджун-хен! — нахмурился Чимин.

— Простите, вырвалось, — извинился Ким и бросил взгляд на детей, которые были заняты своими делами и им не было совершенно никакого дела до взрослых.

— Это просто неожиданно, — объяснил Сокджин. — Я бы никогда не подумал, что вы решите все-таки завести ребенка. Вы — люди, которые обожают вечеринки и путешествия.

— Для нас самих это было неожиданно, — Чонгук обнял своего омегу, который положил руку на плоский живот, широко улыбаясь. — Но мы хотели этого. Я так вообще еще с того момента, как Чимин был беременным. Помните? — все дружно агакнули. — И вот, наконец-то, это случилось.

Поздравив будущих родителей, друзья продолжили свои обсуждения, пока дети не начали клевать носом.

— Похоже, нам пора домой, — Сокджин взял четырехлетнего Джимина на руки. — Дорогой, поехали.

— Да, мы тоже, наверное, — Чоны поднялись со своих мест. — Пока, ребят.

Проводив гостей, пара вернулась в гостиную, на полу которой спали в обнимку их дети. Улыбнувшись друг другу, они подняли их на руки и отправились в детскую, что бы уложить альфочек спать. Поцеловав их в лобики, Мины пошли в свою комнату. Забравшись на кровать, пара устало поцеловалась и, обнявшись, уснула.