Desiderium Intimum

«Я не коснусь тебя там,

Пока ты не попросишь меня об этом,

Мальчик...»

— Я выбираю тебя.

Слова слетели с его губ сами собой, как будто обладали свободной волей и хотели быть высказанными. Гарри всмотрелся в строгое лицо мастера зелий. Чёрные глаза блестели, а уголки сжатых в тонкую линию губ чуть дрожали. Сидящий перед ним мужчина не выглядел удивлённым. В его взгляде была... непоколебимая уверенность в себе, триумф. Как будто он знал наперёд, что всё так и будет. Однако это выражение тут же исчезло, и Гарри засомневался, не показалось ли ему.

Гарри медленно опустил руку, но был не в силах отвести взгляд. Мастер зелий прищурился и смотрел на него так внимательно, словно бы хотел прочитать его мысли. Но в этом не было необходимости — Гарри чувствовал, что все его эмоции написаны у него на лице, а скрывать их у него не было сил.

Тёмные проницательные глаза смотрели на него, гипнотизировали, затягивали в свою бездонную глубину. Гарри ощутил, как его помимо воли охватывает дрожь. Когда же его колено случайно коснулось скрытых тяжелой чёрной тканью коленей мастера зелий, тело Гарри пронзил неожиданно болезненный разряд.

Снейп был так близко... Стоило лишь руку протянуть. Но Гарри боялся даже пошевелиться. Он боялся, что его отвергнут.

— Вы собираетесь стоять так и смотреть на меня всю ночь, Поттер? — мрачный голос разорвал воцарившуюся в комнате тишину так резко, что Гарри чуть не подскочил на месте. Однако в его интонациях не было злости. Гарри уловил только желание... подбодрить, а на лице Снейпа отразилось нетерпение.

Гриффиндорец отреагировал мгновенно.

Его ноги сами собой шагнули вперёд, руки обвили затянутые в чёрное плечи, а через секунду Гарри уже сидел, раздвинув ноги, на коленях у мастера зелий.

Гарри сам испугался собственной смелости, и его сердце билось как безумное. Теперь, когда Снейп был так близко, Гарри мог разглядеть пламя, разгорающееся в глубине похожих на чёрные бездонные колодцы глазах мастера зелий. Гарри задрожал; хорошо, что он уже сидел, не то ноги наверняка бы его не удержали.

В этот миг Снейп оторвал пылающие, как угли, глаза от лица Гарри и медленно перевёл взгляд ниже, остановившись на его... чёрт! — заметной выпуклости в паху. Щёки Гарри вспыхнули помимо его воли. Близость Снейпа всегда действовала на него одинаково — он просто терял над своим телом всякий контроль.

Губы мастера зелий тронула усмешка. У Гарри закружилась голова.

Почему это насмешливое выражение на лице Снейпа всегда на него так действует?

— Я вижу, Поттер, что ваша проблема находится немного ниже... — мягко сказал Снейп, а в его глазах мелькнули недобрые искорки. Гарри нахмурился, пытаясь понять, о чём говорит профессор. И тут он вспомнил.

— Какие-то проблемы с сердцем, мистер Поттер?

Гарри покраснел, но тут гриффиндорская отвага и острый язык взяли своё. Гарри слегка сместил бёдра и ощутил такую же твёрдость, скрытую в брюках Снейпа. В глазах Гарри вспыхнул триумф.

— Мне кажется, подобная проблема возникла не только у меня... — сказал Гарри негромко и улыбнулся. Он увидел, как дрогнули уголки губ мастера зелий, а в чёрных глазах появились весёлые искорки. Ничего похожего на привычную насмешку, нет, это было что-то... новое. Незнакомое. Хорошее.

Тёплое...

Не думая о том, что он делает, Гарри придвинулся ещё ближе и уткнулся лицом в шею, словно желая согреться. Он ощутил, как застыло тело под ним, но Снейп не оттолкнул его. Гарри закрыл глаза, вдыхая аромат горьких трав и сладкий, пряный аромат корицы. В ушах отдавался лишь стук его сердца. Весь мир исчез. Остались только чувства.

Прижимаясь лицом к прохладной шее, Гарри испытывал восхитительные, неведомые до сих пор ощущения, которые теперь переполняли его трепещущее сердце. Он отпустил плечи Снейпа и обнял его за шею, прижимаясь ещё сильнее, словно бы желая любой ценой разрушить разделяющие их барьеры. Все до единого: полные ненависти, жестокие слова, злобные взгляды, причиняющие боль жесты. Он хотел смять их, раздавить в этом объятии, вжимаясь изо всех сил в одетое во всё черное тело, уничтожить раз и навсегда.

Гарри ощутил, что мастер зелий затаил дыхание, он слышал стук его сердца, горько-сладкий запах щекотал его нос. Это было больше, чем близость.

Чувство, которое он испытывал, было бесценно, оно стоило всех его прошлых страданий, за него Гарри был готов отдать всё, что угодно.

— Хочу тебя, — прошептал Гарри на ухо Снейпу. — Я сделаю всё, что ты захочешь... только скажи. — И в тот же миг, ошеломлённый собственной смелостью, Гарри покраснел. Он услышал, как Снейп глубоко вздохнул, но ответа не дождался. Гарри взглянул ему в лицо. Взгляд Снейпа был непроницаемым, но Гарри показалось, что в них промелькнуло что-то тёмное... опасное.

— Вы уверены, что хотите дать мне такую власть над собой, мистер Поттер? — прозвучал глубокий голос. — Вы действительно сделаете... всё, что бы я ни попросил?

— Всё, что ты захочешь, — горячо прошептал Гарри. На лице Снейпа появилось задумчивое выражение, которое затем уступило место чему-то невообразимому... ужасу. Впрочем, это длилось не дольше секунды.

— Я запомню это, мистер Поттер, — тихо произнёс Снейп, и голос его звучал холодно и сдержанно. Казалось, в нём не было даже тени эмоций.

Однако Гарри ощущал, что за этой холодностью скрывается какое-то чувство, которое Снейп пытался спрятать любой ценой.

Но он не мог заставить себя долго размышлять над этим, ни время, ни место не располагали к длительным раздумьям. Гарри должен был действовать, пока у него есть возможность. Он должен рискнуть.

Гарри нежно провёл губами по открытой шее. Осмелев оттого, что Снейп не столкнул его с колен, он сильнее прижался к бледной коже, жадно, лихорадочно целуя её, словно боялся, что в любой момент его могут грубо прервать.

Ещё теснее прильнув к Снейпу, Гарри застонал. Его член, всё ещё скрытый под одеждой, прижался к животу мужчины. От этого прикосновения член затвердел ещё больше, и Гарри впился зубами в мочку уха Снейпа. Всё возрастающее возбуждение подстёгивало уверенность Гарри, и он начал лизать пространство за ухом. С удивлением Гарри увидел, как Снейп откинул назад голову, с его крепко сжатых губ срывались стоны наслаждения.

Кажется, он нашёл чувствительное место... Поощряемый таким ответом, Гарри снова взял в рот мочку и начал жадно сосать, облизывая тёплым влажным языком. Стоны стали громче, а тело под ним непроизвольно выгнулось, словно наслаждение было сильнее любых попыток сохранить хладнокровие. Гарри мысленно возликовал.

Он выпустил изо рта ухо и прижался губами к шее Снейпа и стал жадно сосать небольшой участок кожи, чередуя с нежными прикусываниями. Гарри хотел оставить на ней свой след. Метку Гарри Поттера на Северусе Снейпе. Голова Гарри снова начала кружиться, но в этот миг сильные руки схватили его за плечи, резко отстраняя в сторону. С губ гриффиндорца невольно сорвался возмущенный стон.

Лихорадочно сверкающие глаза Гарри встретили пылающий взгляд Снейпа; его захлестнула лавина эмоций, когда он увидел вспыхнувший в них гневный огонь.

— Что вы делаете, Поттер? — прорычал Снейп, как всегда безупречно владея своим голосом. Гарри восхитился его способностью сохранять контроль, в то время как сам он был готов взорваться от желания. Сопротивление Снейпа действовало на него как тряпка на быка, распаляя всё больше и больше, сводя с ума. Любой ценой он хотел заставить Снейпа сдаться. Он знал, что ему это под силу.

Вырвавшись из сдерживающих его рук, Гарри рванулся вперёд, впиваясь ногтями в плечи мастера зелий, готовый яростно защищаться, если тот снова вздумает оттолкнуть его. Он принялся покрывать шею, подбородок, места за ушами Снейпа жадными, быстрыми, нетерпеливыми поцелуями. Языком он пробовал его кожу на вкус, желая довести Снейпа до того же состояния, в котором находился сам.

Гарри чувствовал, как дрожит под ним тело, слышал с трудом сдерживаемые стоны, и всё это лишь распаляло бушевавшее в нём желание, но тут сильные руки впились в него железной хваткой и оттолкнули от себя. Гарри успел заметить лихорадочный блеск в глазах Снейпа, который тут же исчез.

— Прекрати дразнить меня, Поттер, — холодно бросил Снейп. Он прекрасно умел владеть своим голосом. Сейчас в нём не осталось ни следа эмоций, словно действия Гарри не произвели на него никакого впечатления. Хотя его тело говорило об обратном, и Гарри был хорошо об этом осведомлён.

На мгновенье Гарри опустил веки, пытаясь избавиться от тяжелого чувства, и собрал в кулак всё своё мужество. Затем он глубоко вдохнул, открыл глаза и хрипло прошептал:

— Я хочу тебя... — его голос сорвался, — ... Северус, — закончил Гарри, подчёркивая последнее слово, пристально глядя в чёрные глаза, которые всё это время внимательно следили за ним. Он увидел, что Снейп нахмурился, на его лице отразилось раздражение. Он открыл рот, желая что-то сказать, но потом передумал. Облизал тонкие губы (этот жест заставил Гарри вздрогнуть), а потом на них появилась мрачная улыбка. В ней было обещание.

Гарри ощутил, что его накрывает волна неописуемого жара.

— Вы хотите меня, мистер Поттер? — в голосе Снейпа слышался скрытый соблазн. — Так возьмите то, чего вам хочется...

Северус освободил руки Гарри из захвата и опустил свои по обе стороны кресла.

Гриффиндорец несколько раз смущённо моргнул.

Неужели Снейп сам позволил ему делать, всё что хочется?

Без долгих раздумий Гарри скользнул дрожащими руками по груди Северуса и начал неловко расстёгивать длинную черную мантию. Получалось у него не очень хорошо: его руки дрожали так сильно, что он, наверное, не смог бы удержать даже палочку. Его глаза загорелись. Черная ткань раскрылась, обнажая бледный гладкий торс. Это зрелище заставило Гарри задрожать ещё больше, кровь закипела в его венах. Горя от нетерпения, он оставил в покое пуговицы и слегка откинулся назад, чтобы можно было наклониться. Он схватил полы мантии Северуса, раздвинул их и затем прижался приоткрытыми губами к прохладной коже. Он сосал её и нежно касался языком, пробуя на вкус, — она была солоноватой. Руки Гарри задрожали, когда он раскрыл мантию ещё больше и увидел тёмно-розовый сосок. Кровь ударила в голову Гарри, напрочь лишая его способности соображать, когда он наклонился и вобрал его в рот, лаская тёплым языком. Неясный стон наслаждения проник сквозь шум в ушах Гарри. Его кровь вскипела. Он сжал сосок зубами, и Снейп издал резко вскрикнул. Его тело невольно вздрогнуло.

Гарри улыбнулся про себя. Оказывается, самообладание Снейпа иногда изменяет ему. И Гарри знал, как разрушить этот барьер. В конце концов, Снейп позволил ему делать всё, что он хочет. Гарри всё ещё боялся, что его оттолкнут, если он зайдёт слишком далеко. Но приближаться к запретной грани было так возбуждающе.

Что ещё он может себе позволить?

Гарри надеялся, что Северус не будет упрямиться и наконец начнёт касаться Гарри так, как он делал тогда, в классе, но ничего не происходило. Снейп сидел неподвижно, отдаваясь неумелым жадным ласкам, но не выражал ни малейшего желания вернуть их.

Гарри так хотел ощутить холодные пальцы на своей горячей коже. Он хотел коснуться прижатого к нему холодного тела, но Северус просто сидел и, видимо, не собирался ни в чём ему помогать. Словно он таким образом хотел наказать Гарри. За отсутствие на уроках, за попытки избежать его, за ложь, за сопротивление. За всё.

Гарри с трудом оторвался от покрасневшего соска и мутными глазами взглянул прямо в тёмные, сияющие, полуприкрытые от удовольствия глаза. Гарри понял, что если он желает получить то, что хочет, он должен взять это сам.

В отчаянии он схватился за свой свитер и одним быстрым движением снял его через голову. Потом, даже не озаботившись тем, чтобы расстегнуть рубашку, он сорвал её и отбросил от себя как можно дальше.

Глаза мастера зелий лихорадочно сверкнули. У Гарри закружилась голова. Он хотел увидеть это ещё раз. Он хотел, чтобы Северус желал его так, как прежде. Хотел сломить его сопротивление!

Гарри соскользнул с колен, не обращая внимания на то, что его ноги дрожали и подкашивались, быстро избавился от ботинок и носков. Затем принялся расстёгивать пояс. Заметив, что глаза Снейпа внимательно следят за каждым его движением, он позволил брюкам медленно соскользнуть вниз, открывая превосходно заметный сквозь бельё твёрдый, напряжённый член, который будто бы жаждал Северуса, стремился ощутить прикосновение его рук и языка как можно скорее.

Мысль об этом заставила Гарри задрожать.

Затем он положил руки на резинку трусов, чтобы снять и их тоже, но... заколебался, охваченный парализующей волной стыда.

Вот он стоит посреди гостиной мастера зелий и раздевается у него на виду. Тёмные, блестящие глаза жадно скользят по его телу, омываемому светом горящего пламени в камине. Их испытывающий взгляд исследует каждую линию, каждую выпуклость, каждый участок юного стройного тела. На щеках мальчика вспыхнул румянец, который он был не в состоянии скрыть.

Но довольно было лишь одного взгляда горящих, как угли, глаз и движения чуть приподнятой брови, побуждающей поторопиться, чтобы чувство неловкости исчезло без следа. Пожирающий его огонь желания разгорелся с новой силой, уничтожая последние доводы рассудка и толкая тело всё глубже и глубже в хаос унизительной покорности.

Гарри расстался с последней деталью костюма и некоторое время стоял неподвижно, покорённый алчным выражением, появившимся на лице Снейпа. Тёмный, пронизывающий взор медленно скользил по юному телу, обнимая его во всей его красе, а затем снова переместился вверх, остановившись на глазах Гарри. Это было почти как ласка...

Стыд тут же уступил место желанию действовать, все сомнения растаяли как дым, заставляя Гарри приблизиться к закутанному во всё чёрное мужчине и снова опуститься к Северусу на колени. Ткань брюк царапала кожу. Светлое тело мальчика резко контрастировало с чёрной мантией мастера зелий, и Гарри вдруг осознал, что сидит на его коленях совершенно голый — и это снова повергло его в дрожь, а сердце, казалось, подпрыгнуло к самому горлу.

Он придвинулся ещё ближе и застонал, когда его обнажённый член коснулся шершавой ткани мантии. Чёрные глаза пылали, пристально следя за каждым движением Гарри, скользя по нагому телу, и от этого взгляда кожа начала гореть. Гарри увидел, как тонкие губы тронула мрачная усмешка, и вздрогнул, когда Северус пробежал по ним кончиком языка. В этот миг Гарри ощутил, что сойдёт с ума, если не попробует эти губы на вкус, но в последний миг остановил себя. Он помнил, чем всё закончилось в прошлый раз. Эту границу он не имел права переступать.

Гарри так хотелось, чтобы Снейп коснулся его, чтобы прекратил, наконец, эту обжигающую пытку.

— До... дотронься до меня, — выдохнул Гарри, краснея ещё больше и опираясь на руку Северуса.

— В каком месте я могу дотронуться до вас, мистер Поттер? — томный голос раздался прямо у его уха. Тело Гарри пронзил болезненный разряд. Желая справиться с неконтролируемой дрожью, Гарри крепче вцепился в Северуса и бессвязно застонал:

— Там, коснись меня... т-там.

На губах мастера зелий появилась усмешка.

— Там? Где же именно? Вы должны показать мне это место, мистер Поттер.

Гарри понимал, что Снейп дразнит его, но обжигающее желание, снедавшее его сейчас, заглушало все прочие чувства. Закрыв глаза, он взял руку Северуса и осторожно положил её на свой умоляющий о прикосновении член.

В тот миг, когда холодные пальцы сжались на его пенисе, Гарри показалось, что он погружается с тёплую, всеобъемлющую бездну наслаждения. Его тело затопила жаркая волна, а из горла вырвался протяжный стон, утонувший в ткани чёрной мантии, куда Гарри спрятал красное от смущения лицо. Гарри вдыхал смесь сладкой корицы и горьких трав, и этот аромат лишь ещё сильнее разжигал его возбуждение. Этот запах всегда заставлял его терять голову, а сейчас он был так близко к его источнику... мог вдыхать его полной грудью, упиваться им.

Когда сводящая с ума волна возбуждения чуть ослабла, позволив немного осознать происходящее, то, что он обнаружил, ему не понравилось. Гарри застонал и нетерпеливо качнул бёдрами, пытаясь заставить Снейпа перестать дразнить его и наконец начать двигать рукой. Но ничего не добился. Холодная рука лишь сжимала его член, который умоляюще пульсировал.

Задыхаясь, Гарри оторвался от Северуса и посмотрел на него из-за запотевших очков затуманенными глазами.

— Сделай это... — прошептал он. Каждое слово давалось ему с трудом. Мастер зелий приподнял бровь.

— Что вы хотите, чтобы я сделал, мистер Поттер?

В голове Гарри стоял такой же туман, как и в его глазах.

Снейп хотел подчинить его, унизить...

Но он не мог сопротивляться. Только не сейчас.

— П-прикоснись к н-нему... — чуть не плача, Гарри опустил глаза и посмотрел на ладонь Северуса, сомкнувшуюся на его возбуждённом, пульсирующем члене. Длинные, тонкие пальцы полностью покрывали его. Это зрелище заставило Гарри содрогнуться. — Прошу... — добавил он, зажмурив глаза и чувствуя, как защипало под веками.

Почему Снейп так мучает его?

— Покажи мне, — от горячего шёпота Снейпа лицо Гарри запылало. — Покажи мне, как я должен это делать.

В голосе Снейпа Гарри услышал желание мягко подтолкнуть его к действию. И восторг.

Проглотив горькую обиду, он накрыл своей ладонью руку Снейпа и, не открывая глаз, начал медленно двигать её вверх-вниз. Под веками Гарри вспыхнули искры. Холод пальцев Снейпа обжигал, усиливая все ощущения в его теле и доводя его возбуждение до горячечного состояния. Каждой клеточкой он ощущал, что эти чудесные глаза упиваются каждой вспышкой эмоций на его лице.

Он не мог этого больше вынести. Он разжал пальцы и вцепился в чёрную ткань мантии мастера зелий, желая кричать и царапаться от наслаждения, но в этот же миг рука на его члене застыла.

С огромным трудом Гарри приоткрыл веки и увидел злые искорки во взгляде Снейпа, который заставил его выпустить сквозь зубы воздух и зажмуриться, ощутив всепоглощающую жажду этих покоряющих прикосновений, повергающих его в состояние экстаза.

Доведённый до крайности, Гарри оттолкнул тонкие пальцы, обхватил пульсирующую эрекцию собственной рукой и начал быстро двигать ею, подстёгиваемый кипящим в крови желанием. Конечно, ощущения не шли ни в какое сравнение с теми, что вызывали в нём умелые руки Северуса, но Гарри сейчас было довольно даже прикосновений его одежды, его тепла и быстрого горячего дыхания, окутывающего лицо Гарри.

Откинув назад голову, Гарри мастурбировал всё с возрастающей скоростью; из горла вырывались хриплые стоны, пальцы свободной руки впились в плечо Снейпа. Внезапно завесу липкого, обжигающего наслаждения разорвал властный голос:

— Смотри на меня!

Тело Гарри отреагировало инстинктивно, хотя сознание кричало от стыда. Он знал, что он делает и на чьих глазах он это делает. Но остановиться не мог. Он поднял глаза и задохнулся от потрясения, когда на него обрушился сокрушительный, пылающий лихорадочным огнём тёмный взгляд. Гарри подумал, что если он сейчас же не получит этого мужчину целиком и полностью, он просто взорвётся от желания.

Гарри поднялся, встал перед Снейпом на колени и дрожащими руками потянулся к застёжке на его брюках. От нетерпения пальцы не слушались Гарри, и он, наверное, целую минуту возился с молнией, но в конце концов он сумел пробраться внутрь и обхватить твёрдый пульсирующий орган.

Он был такой горячий и гладкий на ощупь. Совершенно не похожий на остальные части тела мастера зелий. Гарри осторожно освободил его от одежды, и все его мысли рассыпались целым морем искр, вспыхнувшим перед его глазами, когда он увидел твёрдый багровый член Снейпа.

Гарри почувствовал, словно снова попал под действие зелья Desiderium Intimum. Все вокруг поплыло, и единственным, что он видел ясно, был эрегированный пылающий пенис, которые едва помещался в его ладони. Он был именно таким, каким Гарри его помнил. И только теперь, держа его в руках, Гарри осознал, насколько он по нему скучал.

Он перевёл взгляд на лицо мастера зелий, выражение которого наконец-то начало выдавать признаки желания, которое снедало его. Гарри видел это желание. Он держал его в своей руке — горячее и готовое войти в него.

Гарри знал, что делать. Он начал озираться по сторонам.

— Вы ищите это, мистер Поттер? — голос Снейпа привлёк его внимание. Только Снейп мог говорить так насмешливо и при этом — соблазнительно. Когда Гарри поднял глаза, он увидел в его руке небольшой флакон и почувствовал, что на щеках снова вспыхнул уже знакомый румянец. Однако Гарри быстро овладел собой. Пылающее внутри него желание было сильнее всех прочих чувств.

Даже если бы Рон и Гермиона под предводительством Дамблдора появились в этот миг в комнате, он попросил бы их тихо прикрыть дверь и не беспокоить его.

Гарри снова устроился на коленях Снейпа и взял из его руки флакон. Он знал, что Северус не собирается помогать ему. Наоборот. Этот вредный ублюдок наслаждался тем, что мучил его своим безразличием, глядя, как Гарри унижается перед ним.

Когда он это осознал, необъяснимая волна огня опалила низ его живота с такой силой, что он застонал.

«Как это возможно, чтобы?..» — Гарри так испугался, что не смог закончить свою мысль. Он загнал её как можно глубже, в самый отдалённый угол своего сознания, и сосредоточился на происходящем.

Руки Гарри дрожали, когда он налил немного жидкости в ладонь и аккуратно нанёс её на член. От удовольствия Северус на миг прикрыл глаза. Потом, сгорая от стыда, Гарри отвёл руку назад и направил влажный палец в ложбинку между ягодицами. От обжигающего холода Гарри застонал, но он больше не мог сдерживаться. Направляя пульсирующий член к входу, Гарри проваливался в бездну удушающего влажного сладострастия.

Он знал, что будет больно. Но он также знал, что эта боль — ничто в сравнении с ожидающим его наслаждением. Гарри чувствовал устремлённый на него напряженный взгляд. Северус наблюдал за каждым его движением с лицом человека, перед которым разыгрывается очень интересное и приятное представление.

Возбуждённый мыслью, что за ним наблюдают, Гарри стиснул зубы, принял нужное положение и толкнулся бёдрами вниз.

Взрыв боли и крик, сорвавшийся с его губ, смешались с глубоким, полным наслаждения стоном мастера зелий. Перед глазами Гарри поплыли красные пятна, но он опускался всё ниже, желая полностью ощутить в себе член. Он закрыл глаза и крепко схватился за плечи Северуса, словно желая разорвать ткань и впиться в кожу.

Гарри слышал глубокие низкие звуки, которые издавал Снейп, но не мог открыть глаза. Под веками жгло всё сильнее, бёдра Гарри дрожали от напряжения, но он не обращал на это внимания. Медленно, дюйм за дюймом, он насаживался на твёрдый, как железный прут, член мастера зелий. Гарри прижался взмокшим от пота лбом к груди Северуса и старался дышать глубже.

Затем он снова толкнулся вниз.

Гарри накрыл взрыв боли, и он попытался сдержать крик, крепче стиснув зубы. В этот же миг он ощутил прикосновение магии. С трудом приоткрыв глаза, он увидел, как Снейп опускает палочку.

И быстро сообразил, что Снейп наложил заглушающее заклинание.

Гриффиндорец почувствовал, что снова краснеет, и решил, что в дальнейшем будет лучше контролировать себя.

Как бы то ни было, оказалось, что это невозможно, когда горячий пульсирующий член проник в него ещё глубже и по телу начали распространяться приятные ощущения, постепенно вытесняющие боль. Волны дрожи охватывали всё его тело, по которому разливался жар. Желая подавить рвущиеся из него крики, Гарри прикусил губу почти до крови, но тут его слуха коснулся глубокий голос Северуса:

— Не останавливайся. Я хочу слышать, как ты стонешь...

Эти слова взорвали сознание Гарри, погружая тело в море огня. Гарри вцепился в чёрную ткань мантии зубами и последний раз толкнулся вниз. И в этот миг все его чувства обострились до предела, повергнув Гарри в агонию удовольствия, когда кончик члена задел простату. Гарри заскулил, будучи не в состоянии владеть ни собственным голосом, ни телом, которое невольно дёрнулось и толкнулось вниз, требуя большего... Гарри стонал в плечо Снейпа, стараясь обуздать дрожь, которая исходила от паха и распространялась по всему телу. Очередной взрыв удовольствия обдал его жаром, заставляя его зажмуриться; из глаз брызнули слёзы. Кусая мантию Снейпа, вонзая ногти в его тело, Гарри позволил наслаждению управлять собой, заставляя приподнимать ягодицы и снова опускать их, стремясь к центру удовольствия. С каждым толчком по его телу прокатывалась волна боли, но постепенно физическая боль уступала место боли от наслаждения и окутывала его мозг горячим влажным туманом. Гарри едва слышал тяжелое дыхание Снейпа и вырывающиеся из его горла стоны.

Гарри с трудом открыл глаза и был сражён обжигающим огнём, что пылал в черных глазах Северуса; эти глаза следили за каждым его движением, скользили по его обнажённому тонкому телу, которое двигалось вверх и вниз по его горячей эрекции. Жадные глаза Снейпа пожирали Гарри. «Должно быть, это было и впрямь возбуждающее зрелище», — пронеслась мысль в голове Гарри, но затем следующий удар по простате лишил его возможности дышать и думать. К пробегавшим по его телу волнам удовольствия добавилась целая гамма новых ощущений.

Гарри начал двигаться быстрее, насаживаясь на член Снейпа сильнее и глубже. Уткнувшись в плечо Северуса, он стонал и задыхался. Он ощутил, как спину щекочут сбегающие вниз капли пота, а обессиленные бёдра сковала парализующая боль; с каждым подъёмом ягодиц они дрожали всё больше и больше.

Гарри понял, что не способен удовлетворить пылающее в нём желание, и замер, хватая воздух ртом. Стук его сердца отдавался в ушах, глаза заволокло туманом. Он поднял голову и простонал хриплым срывающимся голосом:

— П-прошу... трахни меня.

Глаза мастера зелий грозно вспыхнули. К удивлению Гарри, Снейп поднял тонкую руку, снял с него очки и отложил их в сторону. Изображение перед глазами Гарри стало таким расплывчатым, что он почти ничего не видел.

А потом до него дошло. Снейп не хотел, чтобы Гарри видел его лицо во время оргазма.

Он ощутил, как сильные руки обхватили его задницу, и в тот же миг мощный толчок лишил Гарри возможности думать, видеть и говорить. Шквал удовольствия обрушился на его бёдра и в мгновение ока охватил всё тело, а затем эти руки подбросили его вверх, как тряпичную куклу.

Гарри всхлипывал и стонал, когда Снейп приподнимал его безвольное тело вверх, а затем мощным быстрым движением опускал прямо на твёрдый скользкий член. Каждый раз пенис задевал простату Гарри, заставляя его хрипло кричать, словно в попытке поскорее погасить это болезненное наслаждение, сжигающее его тело изнутри. Сознание Гарри полностью погрузилось в глубины страсти.

Северус подхватил его за бёдра, удерживая их стальной хваткой, и толкался в него так сильно и резко, что обнажённое тело Гарри дрожало и покрывалось гусиной кожей. Теперь его стоны сменились криками, в которых мешались боль и наслаждение.

Снейп погрузился в Гарри по самые яички. Мальчик хрипло вскрикнул, когда первые волны оргазма охватили его дрожащее тело. Голова его откинулась назад, оцепеневшее тело выгнулось дугой. Следующая волна оказалась гораздо более мощной: она затопила каждую клеточку его сотрясаемой сладкими судорогами плоти, сожгла дотла, лишила рассудка. Из полузакрытых глаз Гарри хлынули горячие слёзы.

— О-о-о-х, Северус...

Гарри не сразу понял, что когда он простонал это, тело под ним напряглось. Сквозь застилавший его глаза туман он видел, как опустились веки Снейпа, а рот открылся в безмолвном крике.

Гарри ощутил, как внутри него разливается что-то горячее, ещё больше усиливая наслаждение от оргазма. Охваченный страстью, он воспользовался тем, что Снейп был слишком поглощён ощущениями, рванулся к нему, обхватил руками его лицо, прижался дрожащими губами к приоткрытому рту и проскользнул языком в тёплую глубину. Гарри жадно исследовал горячим языком нёбо, впивался острыми зубами в мягкую плоть. Губы Северуса были сладкими и терпкими. Пальцы Гарри вплетались в гладкие шелковистые волосы, в то время как его язык пытался проникнуть как можно глубже, словно Гарри хотел ощутить вкус его души. Все недели страданий, неудовлетворённых желаний, притворства, отчаянной борьбы с собой и со Снейпом — он вложил в этот поцелуй всё, всю свою страсть, всё отчаяние. Отчаянное желание близости, которой, как бы далеко они ни зашли, он не добился и вряд ли когда-нибудь добьётся...

Северус замер, впившись пальцами в ягодицы мальчика. Через некоторое время гриффиндорец ощутил, что тело Снейпа начало расслабляться, когда оргазм стал постепенно стихать. Однако Гарри никак не мог успокоиться, он кусал губы Северуса и стонал ему в рот, ощущая, как вязкая жидкость вытекает из его истерзанного ануса.

Внезапно его жадное упоение было грубо прервано. Гарри ощутил, как его схватили за волосы, а потом сильно дёрнули назад, отрывая от лица Северуса. Он застонал от боли.

— Я не позволял тебе этого, Поттер! — прорычал Снейп, в голос которого вернулись угрожающие интонации. Тяжело дыша, Гарри зажмурился. Гневный тон Снейпа отрезвил его, и тут на Гарри с огромной силой обрушилось понимание того, что он сделал.

Он преступил черту.

Глаза неприятно защипало, когда тёплый пенис выскользнул из него.

Гарри боялся. Он не хотел открывать глаза. Всеми силами Гарри пытался отогнать тяжёлое чувство, сдавившее его сердце. Он не хотел, чтобы всё закончилось так. Но он не мог оттягивать этот миг вечно. Гарри глубоко вдохнул, медленно поднял голову и посмотрел прямо в чёрные глаза, пристально глядящие на него. Без очков Гарри ничего не мог в них прочесть.

— Одевайся! — прошипел мастер зелий, выпуская его волосы. Желание, страсть, экстаз — всё исчезло. В голосе Снейпа сейчас он слышал только презрение. — Твоя отработка закончена.

Тело Гарри охватила ледяная дрожь, не имевшая никакого отношения к желанию, которое согревало его совсем недавно. Он открыл рот, желая объяснить:

— Я не хотел...

— Вы не слышали, что я сказал? — резкий голос ударил как хлыст.

Гарри отвернулся и закусил губу, не желая, чтобы Снейп увидел в его глазах боль. Не говоря ни слова, он соскользнул с колен и повернулся к нему спиной, пытаясь совладать с подкашивающимися ногами. Затем он медленно стал одеваться, стараясь унять жжение под веками.

Тишина, воцарившаяся в комнате, подавляла.

Дрожащими руками Гарри застегнул брюки. Наклонившись, поднял с пола рубашку и свитер. Стараясь не обращать внимания на бившую его дрожь. Ему показалось, что в комнате стало невыносимо холодно.

Пошатываясь, Гарри пошёл к двери, желая убраться отсюда как можно скорей. Но в тот миг, когда он положил руку на дверную ручку, послышался холодный спокойный голос:

— Вы ничего не забыли?

Гарри обернулся с опущенной головой, чтобы Снейп не смог увидел выражения его лица. В руке мастера зелий что-то блеснуло, отражая исходящий от камина свет. Гарри сжал кулаки и заставил себя подойти. Попытки удержать на лице холодную маску стоили Гарри стольких сил, что он едва не упал. Потянулся за очками. На долю секунды его рука коснулась холодных пальцев Снейпа. Гарри едва удержал рвущийся с губ дрожащий стон. Он закрыл глаза, затаил дыхание и, изо всех сил пытаясь побороть слёзы, быстро отвернулся.

Ни разу не оглянувшись, Гарри подошёл к двери, открыл её и, стараясь не упасть, пересёк кабинет. И только лишь закрыв за собой дверь кабинета и выйдя в коридор, он выдохнул, дав волю слезам.

Гарри не знал, как он нашёл в себе силы сделать следующий шаг и начать долгий путь обратно в башню.

Внутри не было ничего. Словно кто-то высосал из него все эмоции, оставив в сердце лишь холодную зияющую пустоту. Горячие слёзы текли по щекам, но Гарри не обращал на это внимания.

Всего лишь недавно в нём пылали чувства, сжигая его сердце, его тело, его рассудок, но сейчас он ощущал, что всё это сгорело и внутри не осталось ничего.

Сквозь застилавший глаза туман Гарри смотрел, как его ноги делают маленькие, неуверенные шаги, и ему казалось, что они ему не принадлежат. Очки он по-прежнему держал в руках.

Одевайся. Твоя отработка закончена.

Эти слова убили все прочие воспоминания, превратив их в маленькие, жалкие, стонущие существа, которые Гарри загнал в самый дальний угол своей памяти. Они причиняли ему одну только боль.

Пытаясь побороть головокружение, Гарри зажмурился.

Чего ещё он ожидал? Он должен был знать...

Внезапный удар сбил его с ног. Гарри больно ушибся коленями о каменный пол и ободрал локоть, стараясь прикрыть лицо. Прежде чем он понял, что происходит, что-то чёрное накрыло его с головой, лишая возможности видеть.

За первым ударом немедленно последовал второй. В шею.

Гарри ударился об пол головой. Он даже не успел закричать. Чьи-то руки схватили его за плечи и потащили по полу.

Захлопнулась дверь.

Считать следующие удары он уже был не в состоянии.

"Ты отталкиваешь и притягиваешь меня,

Заставляя терять рассудок.

Скажи, я напрасно теряю время?

Ты ведёшь себя так, словно я — твой,

И я убегаю.

Смотри, я ухожу.

Я слышу тебя за моей спиной.

Ты ведёшь себя так, словно я — твой,

Как будто ты управляешь мной.

Ты сорвал с меня мою честь,

Но я даже не представляю,

Как мне вырваться из этой изощрённой игры.

Ты даришь мне странные отношения.

Боль и наслаждение, каких я никогда не знал.

Что-то прекрасно, но, вместе с тем, так неправильно... "