32.
POV Лера.
"Пока я рядом с Лерой, вам не о чем беспокоиться".
Черт, эта фраза, словно заноза, въелась в сознание. Что Вика хотела сказать? Что значит, "пока я с ней"? Неужели я всего лишь временная гавань, пристанище на период затишья? Замена? Невозможно.
"А если что-то изменится, вы первый об этом узнаете".
Каждая фраза – как ледяной душ. Я для неё – пустое место? Или… наоборот? Голова раскалывается от противоречий. Что, черт возьми, она подразумевала? Какие чувства она на самом деле питает ко мне? Питает ли вообще?
Я стиснула виски ладонями, раскачиваясь из стороны в сторону. Абсурд. Почему в моей жизни вечно всё кувырком? "Потому что ты сама себе создаешь проблемы", – как сказала бы Таня. И, как назло, в этот раз я с ней согласна.
//
Примерно час назад.
Даже в самых смелых фантазиях я не могла представить, что юбилей отца обернётся таким столпотворением. Я металась по залу, пытаясь отыскать Вику в этой людской реке. Куда она запропастилась? Я потеряла её из виду, пока отец, распинаясь, хвастался своей драгоценной дочерью перед своими партнерами. Нужно ли мне это было? Всё, чего я хотела, – быть рядом с Викой. Только она имела значение. Ещё минута – и я сойду с ума от тревоги.
Прошло, кажется, целая вечность, прежде чем до меня дошло: веранда! Конечно же. Она наверняка там. Я рванула к выходу и уже занесла ногу за порог, когда меня остановили обрывки чужого разговора.
– Поправьте меня, если я ошибаюсь, вы предлагаете мне деньги?
Вика разговаривает с моим отцом? О каких деньгах идет речь? Что вообще здесь происходит?
– Хорошая попытка, Игорь Витальевич, но… Пока я рядом с Лерой, вам не о чем беспокоиться.
– Вика, я не это…
– О, я думаю, я прекрасно вас поняла. А если что-то изменится, вы первый об этом узнаете.
По чёткому стуку каблуков я поняла, что Вика направляется ко мне. Вот чёрт.
– Вика, я надеюсь, этот разговор останется только между нами.
Я не стала дожидаться ответа. Схватив со стола две бутылки вина, я пулей вылетела в свою комнату. Мне нужно было время, чтобы всё обдумать. Но чем больше я думала, тем острее становилась боль.
"Пока я рядом с Лерой, вам не о чем беспокоиться".
Что она имела в виду?
//
Мои терзания прервала Вика. Она вошла, и её бездонные темно-карие глаза, перед которыми я никогда не могла устоять, встретились с моими. Она медленно перевела взгляд на бутылку в моей руке.
– Решила начать без меня? – изогнув бровь, она подошла и отобрала бутылку. – Почему ты сбежала от меня?
Я молчала, зачарованная её красотой в этом тёмно-синем платье. Поднявшись и пройдя мимо неё, я закрыла дверь на замок. Повернувшись, я снова утонула в её взгляде. Её глаза… казались почти черными от желания. Мой разум затуманился. Вместо того чтобы поговорить, прояснить ситуацию, я жаждала лишь одного: её прикосновений.
Это была моя первая ошибка, повлекшая за собой необратимые последствия. Знала бы я тогда…
Я притянула Вику к себе и впилась в её губы. Это был долгий, медленный поцелуй, наполненный тоской, нежностью и чем-то ещё… чем-то похожим на отчаяние. Неужели это конец? Когда Вика отстранилась, её колени слегка дрожали.
– Господи, Лера, такое ощущение, что ты прощаешься, – прошептала она дрожащим голосом.
Вместо ответа я обрушила на её губы шквал поцелуев, грубых и страстных, в которых не осталось и следа нежности. Прижавшись бёдрами к Вике, я заставила её выгнуться в спине. Услышав её стон и почувствовав напряжение в её теле, я прижала её ещё сильнее к себе. Вика была полностью в моей власти, так же, как и я – в её. В этом мы были равны.
Желание было таким всепоглощающим, что я задыхалась от нетерпения. Руки дрожали, когда я срывала с неё одежду. Я хотела заполучить Вику всю без остатка – хотя бы на мгновение.
Освободив её от последних лоскутков ткани, я толкнула её на кровать и накрыла своим телом. Сквозь пелену страсти я услышала её приглушенный стон. Я пыталась растянуть удовольствие, нежно лаская каждый сантиметр её тела, но это было выше моих сил. Вика была на грани и почти сразу достигла оргазма. Поцеловав её в шею, я легла рядом и крепко обняла.
Вика мгновенно уснула в моих объятиях, в то время как я мучительно искала выход из этого лабиринта. И ближе к утру я приняла решение. И это была моя вторая ошибка…
Легкий свет пробивался сквозь неплотно задернутые шторы, рисуя полосы на обнаженной коже Вики. Ее волосы рассыпались по подушке темным облаком, и во сне она казалась безмятежной. Глядя на нее, я чувствовала, как решимость, созревшая за ночь, крепнет. Я не позволю ее словам – или, скорее, их двусмысленности – разрушить то, что между нами есть. Или то, что я надеялась, что между нами есть.
Аккуратно высвободившись из ее объятий, я поднялась и оделась. Нужно действовать, а не тонуть в сомнениях. Наскоро набросав записку Вике, я оставила её на самом видном месте, словно маяк в пучине комнаты. Спешно собрав свои вещи, я, крадучись, выскользнула за дверь, стараясь не нарушить тишину.