Глава 57
После исчезновения Клоинфарна требуется целый час, чтобы отыскать разбежавшихся невест и успокоить воинственный пыл женихов. Слава богам, никто из участников отбора не пострадал! Синяки и ушибы не в счёт. Когда паника спадает, Король выступает с заявлением, что всё случившееся было иллюзией, созданной для испытания, и завтра будут подведены итоги. Конечно, многие не верят в эту наспех придуманную байку, но её прилюдно подтверждает Лиса, а ставить под сомнения слова кронпринцессы Руанда (самой сильной державы материка) не осмеливаются даже отчаянные спорщики.
Всё это время Чонгук не отпускает меня от себя ни на секунду, но я всё же улучаю мгновение проверить свою метку истинности... Она чёрная, без единого алого пятнышка. Это потому что я приняла чувства?
В палатке Лисы проверяют зеркало... Оказывается, что оно зачаровано сложной древней магией, и в любой момент по приказу знающего мага, может превратиться в портал и затянуть в себя того, кто будет рядом. Вот как Лиса оказалась в лесу! Похожим порталом в прошлой жизни Хосок-Бранаур сбежал из горящего замка, бросив меня на смерть...
Пока мы ждём прибытия Юнги, я, обнимая Чонгука, шёпотом пересказываю ему о том, что со мной приключилось. О Бранауре, о Симусе и Наен. И о том, что Лиса всё-таки погибла, а демон помог мне вновь вернуться в прошлое. И что теперь Клоинфарн ушёл навсегда, круг смертей наконец-то разорван! И теперь всё будет хорошо! Обязательно будет! Мы победили. Теперь – окончательно...
Чонгук внимательно слушает, поглаживая мои волосы. Измотанная событиями, я засыпаю в его тёплых объятиях. И мне снится мама. Впервые за долгое время...
В сновидение мы вместе гуляем по солнечной поляне, держимся за руки и разговаривали без слов... лишь обмениваясь тёплыми улыбками и светлыми взглядами. На зелёной лужайке мы садимся под раскидистое дерево. Мама бережно обнимает меня, как в детстве, гладит по голове... а я беззвучно плачу. И снова не нужно слов, мама всё понимает и без них. Своими слезами я рассказываю ей, как мне было страшно! Как я чуть не сломалась, едва не преломилась, как сухой лист! Как сражалась с колючей тьмой, со всеобщей брезгливой жалостью, с презрительными взглядами, что острее ножей!
А потом появился Чонгук... и протянул руку помощи. А я, точно испуганный кролик, боялась эту руку принять. Будто дикий зверёк, раз за разом кусалась и царапалась, пытаясь сражаться в одиночку! Отрицая чувства, что постепенно зарождались внутри.
"Но теперь мы с ним тоже понимаем друг друга без слов, мама", – признаётся моя улыбка.
"Я люблю его. Так люблю..." – шепчут мои слёзы, скатываясь по щекам.
Доброе лицо мамы светится от радости за нас. Мы обнимаемся так крепко, как никогда не обнимались при её жизни! Сердце будто обернули в пуховое одеяло, а в душе наконец-то наступает штиль.
***
Очнувшись от сна, я вижу струящиеся лучи солнца. Они стучатся в окно, проскальзывая сквозь полупрозрачный балдахин, касаются лица, заставляя жмуриться.
Я в своей комнате, лежу на кровати, заботливо укрытая одеялом. И всё так спокойно...
Даже слишком.
Будто ничего и не было.
А если... Если я снова вернулась в прошлое? Что, если Бранаур жив?! А худшее ещё впереди?! В душе невольно вспыхивает страх! Горло сжимает спазмом, воздух отказывается проникать в лёгкие. Я резко сажусь на кровати.
– Проснулась, соня? – Раздаётся рядом голос. Балдахин приподнимается и ко мне заглядывает зеленоглазый оборотень. – Ты чего такая испуганная? – удивлённо спрашивает он.
– Чонгук! – я бросаюсь истинному на шею. Сердце радостно стучит, кровь приливает к щекам. Я снова и снова вдыхаю любимый запах, едва не заваливая мужчину в постель. Когда отстраняюсь, то встречаюсь с голодным волчьим взглядом.
– Ого, – хрипло выдыхает он, счастливо улыбаясь. А потом сам подаётся навстречу, отыскивая мои губы. Мы жадно целуемся, сталкиваясь носами, кусаясь и рыча. В животе сладко тянет, голова наполняется приятным туманом.
Чонгук уже с ногами в моей постели, нависает сверху, такой красивый, что глаз не отвести. Сильный, смелый, любимый! И весь-весь мой! Я искристо смеюсь от этой мысли. Мы обнимаемся, гладя друг друга ладонями, дыша часто и жарко. Внезапно раздаётся вежливый стук в дверь, Чонгук резко выпрямляется и напряжённо оглядывается.
– Леди, вы уже проснулись? Можно войти? – доносится из коридора голос служанки. Принц отрицательно мотает головой.
– Эм-м... я хочу побыть одна. Зайди попозже, – откликаюсь я, с подозрением глядя на своего истинного.
– Должна вам сообщить, моя леди, что через два часа всех участников отбора ждут в главном зале. Будет большое подведение итогов. Поэтому позже я вернусь, чтобы помочь вам одеться.
– Хорошо!
Когда шаги служанки удаляются, я с прищуром спрашиваю у принца:
– А кто пустил тебя в мою комнату?
– Никто, – хмыкает принц, переплетая со мной пальцы. – Сам захотел и пришёл.
– Через тайные ходы? – догадываюсь я.
– Ага, – шепчет он, нежно обнимая за талию и придвигаясь поближе. – Чтобы попасть к тебе, пришлось взломать мудрёный магический замок, но как видишь он меня не остановил. Хотя, этого бы не сделала и глухая стена.
– Не сомневаюсь. Но если тебя здесь застанут, будет скандал.
– Скандал так и так будет. Одним поводом больше, одним меньше... Этот ваш рогатый наделал много шума. От его магии деревья вокруг поляны иссохлись. Да и исчезновение мага-психопата тоже придётся объяснить. В общем, ждите разбирательств... Кстати, ты проспала прибытие моего брата.
– О! Юнги уже в Аштарии?
– Ещё с ночи, – усмехается принц. – Ох, и смешное было зрелище... Представь сурового война, такого с лицом-кирпичом, а потом едва увидел Лису, превратился в радостного щеночка. Впрочем, и она не лучше – расплакалась как малое дитё. И вот как обнялись, так до сих пор и не расцепились. Боюсь, Юнги теперь вообще её от себя не отпустит, будет на руках носить день и ночь, чтобы она не дай боги не перетрудилась. Ну ещё бы! Такие радостные новости...
– Радостные? – не понимаю я. – Ты про что именно?
– Ну так Лиса... это, – Чонгук вдруг словно смущается, – ты разве не чуяла? Вчера уже сильно пахло.
– Чем? – хмурюсь я.
Чонгук приближается и шепчет мне на ухо, словно открывает великую тайну:
– ...она беременна.
– Ох! – я радостно всплёскиваю руками, но следом приходит леденящее кровь понимание... – Все волки способны такое чуять?
– Конечно, все. Не с первых дней, но запах беременности мы замечаем довольно быстро. Особенно если дело касается пары.
– Значит... – у меня не хватает сил озвучить ужасную догадку, и я продолжаю её мысленно: "Значит, тогда, в лесу... Юнги увидел не только погибшую Лису. Но он также учуял, что она была в положении..."
Должно быть, сердце Юнги едва не разорвалось от горя. Неудивительно, что он потерял разум. Боги! Какой же Бранаур мерзавец! Если он был бы жив, я лично поучаствовала бы в пытках! Пусть, ни Лиса, ни Юнги ничего не помнят... но я уверена, на их душах остался глубокий рубец! Такое потрясение не могло пройти бесследно, даже если не осталось воспоминаний!
Я поднимаю взгляд на Чонгука. Судя по его мрачному виду, он думает о том же. Вчера именно эта часть моей истории поразила его больше всего... Он не мог поверить, что Юнги убил Наен и был готов сражаться насмерть даже с братом... Но теперь всё встаёт на свои места.
– Чонгук... без тебя судьбу бы не вышло изменить, – говорю я. – Спасибо, что был рядом. И помог одолеть Бранаура...
– О, прошу, не благодари! Только не за это!
– Я очень боялась.., – тихо признаюсь я, – ...что ты не позволишь мне взойти на сцену... Не разрешишь приблизиться к Бранауру! А я ничего не успею тебе объяснить! Если бы отведённые мне минуты иссякли... я бы погибла!
Чонгук проводит ладонью по своим волосам и опускает голову. Когда он начинает говорить, его голос звучит глухо, будто из-под толщи воды.
– Когда ты сказала Хосоку, что согласна выйти него... Это было очень... сложно вынести. Удар ножом пережить легче.
– Извини, я просто не знала как ещё...
– Не извиняйся, я понимаю, – останавливает мои оправдания принц. – Просто в первый момент я и правда был способен наделать глупостей. Но потом... Ты бы видела своё лицо! Белое как мел, сосредоточенное до сжатых губ. Ты будто шла не к жениху, а поднималась на эшафот. И твою руку в кармане я тоже заметил, и то как ты рассматривала Хосока – цепко, внимательно, будто искала слабое место... Но, кроме твоего взгляда и лица, я прислушался к нашей истинной связи. И ощутил... твой грызущий душу ужас, ледяной и бескрайний как океан.
– Ох...
– Мне хватило мгновения, чтобы осознать – ты в беде! Но что делать и как помочь, я не имел понятия. И решил просто держаться рядом, чтобы успеть защитить тебя, если что-то случится.
Я сама не замечаю, как на глаза наворачиваются слёзы, а сердце наполняется теплом.
– Спасибо, – бормочу, ещё крепче обняв Чонгука поперёк груди и уткнувшись носом в ключицу: – Спасибо... Я ничего бы не смогла без тебя! Мне так повезло... Мне достался самый лучший истинный!
Принц целует мои волосы, успокаивающе гладит по спине.
– Я всегда буду рядом. Ты можешь на меня положиться во всём, – хрипло говорит он. – Больше ни тебе, ни Аштарии ничего не угрожает... Бранаур отправился в преисподнюю. Демон ушёл. Еноторий больше не опасен...
– Не опасен? – встревоженно переспрашиваю я. – А что они всё-таки замышляли?
– Шпионили за вами... Оказалось, Хосок раскрыл магам Енотория информацию про алтарь. Передал доказательства, что из артефакта вот-вот должен вырваться демон и якобы он уничтожит чуть ли не полконтинента. Поэтому Симусу дали задание – разузнать про артефакт, и если дело плохо, принять любые срочные меры. Прибыв сюда, Симус попал под влияние Бранаура. Тот с помощью магии внушил ему, что время идёт на секунды, и единственный шанс выполнить задание, натравить Руанд на Аштарию, погубив Лису.
– Не понимаю! – восклицаю я. – Зачем Бранауру это было нужно? Ведь круг смертей и так привёл бы меня к алтарю.
– Думаю, он хотел ускорить события. Возможно, если бы они шли своим чередом, то ему пришлось бы ждать пару лет.
– Нда... – хмуро соглашаюсь я, вспоминая, что в видениях о прошлых жизнях, что хранились в алтаре, мы с Чонгуком и правда словно были старше. – Значит, Симус не виноват? Его отпустят? – спрашиваю я.
– После смерти Бранаура его разум очистился. Он вообще не помнит, что произошло с момента, как сюда прибыл. Даже не знаю, что с ним делать... Наверное, оставим в покое. А в сам Еноторий уже направили дипломатическое письмо в весьма нелестных тонах. Юнги собирается заглянуть к ним на беседу...и она не понравится их правителю. Но ему ещё очень повезло! Нынче у брата и кроме карательных походов забот навалом... Честно сказать, я очень рад за Юнги, но...
– Но?
– Но за себя я рад больше, – хмыкает Чонгук и вкрадчиво говорит. – Признайся, Дженни... всё-таки кое-что ты от меня утаила, да?
Не расцепляя объятий, я запрокидываю голову, чтобы заглянуть в хитрое лицо принца.
– Ты о чём?
– Ты стала вести себя со мной... иначе. Куда как свободнее, чем раньше. И возникает вопрос... между нами что-то было? Что-то о чём я забыл?
О-о-о! Я понимаю, к чему ведёт принц. Расцепив руки, чинно отодвигаюсь подальше, а сама чувствую, что к щекам приливает краска. От внимательного взгляда Чонгука хочется спрятаться под одеяло. Только теперь мне становится очевидно, что для Чонгука мы ещё не переходили на "следующий уровень", а значит, всё моё поведение должно казаться ему вульгарным! Ох, ужасно неловко! И как теперь быть?!
– Э-м... – нервно заправляю прядь за ухо, – Нда-а. Кое-что было.
– ... и что именно? – мягко спрашивает принц, пытаясь посмотреть мне в глаза.
Но я смущённо отвожу взгляд.
– Ну... там в лесу... ты признался мне в любви.
– И?
– И поцеловал!
– А дальше?
– Это всё!
– Всё? – насмешливо переспрашивает Чонгук. – Но твоё поведение говорит, что и ты призналась в любви мне. И возможно, даже завалила прямо в снег!
– Нет!
– Нет? – он вдруг подаётся вперёд, сверкая зелёными глазами. Резким движением заваливает меня на подушки так, что я оказываюсь прямо под ним. Фиксирует запястья над головой.
– Признавайся, хитрый кролик, – шепчет, жарко целуя в шею, в скулу, в уголок губ.
По телу прокатываются горячие волны желания. Чонгук смотрит голодно, жадно, из его глаз выглядывает волк, мышцы на мужских плечах и руках натягиваются жгутами. Я начинаю дышать часто и глубоко, моя грудь вздымается, касаясь накаченной груди принца. Он гораздо сильнее меня, но мне совсем не страшно. И... я совершенно не хочу, чтобы он останавливался! Наоборот, хочу почувствовать его ближе.
– Ты вырываешься очень неубедительно, – рычит принц, прикусывая шею. Его руки уже не держат, а скользят по моему телу, нагло забираясь под ночную сорочку. Я выгибаюсь навстречу настойчивым горячим ладоням. – Если не оттолкнёшь, я буду считать, что мне всё можно. Ой...
– Что?!
Мы оба замираем, с удивлением глядя, как помещение начинает наполняться золотым светом... который исходит от моей кожи! Жар желания немедленно уступает место нарастающему страху.
– Ого! – выдыхает Чонгук, отодвигаясь.
– Что со мной! – паникую, испуганно встряхивая руками. От пальцев веером расходится золотая пыль. – А-а-а!
– Тс-с! – зажимает мне рот Чонгук. – Это просто магия! Непроизвольный выброс. Такое бывает у магически одарённых детей.
– Ам ум взростыхм?! – мычу ему в ладонь.
– Только у таких милых принцесс-кроликов, как ты, – смеётся он, а потом принимает наигранно хмурый вид. – Что ж, у меня есть для тебя хорошая новость и плохая! С какой начать? – он убирает руку.
– С хорошей!
– Поздравляю! Твоя магия снова с тобой! И ты очень-очень сильный маг света!
– А плохая?
– Пока не научишься контролировать силу, – он нежно берёт моё лицо в ладони, – будешь светиться как солнышко при каждой яркой эмоции, – и нежно целует губы.
Я зажмуриваюсь от удовольствия, и даже сквозь веки вижу, что в комнате становится ещё светлее. Когда он отстраняется, я облизываю вспухшие губы, а принц жадно следит за движением моего языка. Сглатывает, и его кадык дёргается вверх-вниз.
– Как бы мне не хотелось остаться... я пойду, – хрипло выдыхает он.
– Уже?
– Твоя служанка скоро придёт... Я слышу её шаги в коридоре. Не переживай, мы увидимся совсем скоро, принцесса, на подведении итогов отбора. А после... после ты официально станешь моей.