Глава 26
У меня лишь миг, чтобы решить, как действовать. И я решаю!
Скинув обувь, задвигаю её под кровать, а потом зажмуриваюсь и... призываю зверя. Стискиваю зубы, а моё тело уже выкручивается, сжимается под воздействием силы, данной мне с рождения.
Силой, способной обратить меня в кролика.
Одежда падает шуршащим ворохом. Теперь размер моего тела с три ладони. Маленькое сердце стучит в груди как молоточек. У меня мягкие лапки и длинные белые уши, круглое тельце, покрытое густой короткой шерстью. Цвета становятся ярче, а звуки раскатистым громом ввинчиваются в мозг.
Не теряя времени, я запрыгиваю под кровать. Повернувшись, впиваюсь зубами в край своего платья и затаскиваю его следом, подальше от случайных взглядов. И успеваю вовремя.
Чонгук широким шагом заходит в спальню и замирает на пороге.
Я замираю вместе с ним.
Не вижу лица принца, но отчётливо чую его мужской запах, ясно слышу глубокое дыхание и размеренный стук волчьего сердца.
Тум-дум... тум-дум...
Под кроватью темно и прохладно, у ножек собрались сизые комья пыли, ближе к стене лежит колба с зелёной жидкостью и письмо. Левее скомкано платье, в нём нижнее бельё, а рядом сиротливо брошены туфли-лодочки. Время растягивается, будто резина, закручивается удавкой на шее.
Чонгук делает задумчивый шаг. Его ботинки будто гончие, водят чёрными носами, заглядывая под кровать. Ещё немного, и я увижу своё отражение в их начищенных до блеска боках.
"Сейчас он поймёт! Сейчас заметит!" – надрывно стучит в висках. Я вспоминаю про отодвинутый стол и про смятый зачерканный лист. Где он сейчас? Упал или остался лежать на столешнице?
На ум приходят первые строчки из детской считалочки-страшилки, которую ночью шёпотом рассказывают друг другу дети:
Найдёт, не найдёт? Поймает – сожрёт!
Укусит, раскусит и кровью запьёт.
Чонгук меряет шагами помещение, а я всё жду, что сейчас он поймёт, что тут кто-то был. Но принц не подходит к столу и, похоже, даже не смотрит в его сторону, вместо этого садится на кровать. Матрас прогибается под его весом.
Принц прямо надо мной, слишком близко. Слишком опасно!
Я вижу обтянутые штанами крепкие мужские голени и полоску голой кожи на щиколотке.
Ситуация похожа на абсурд. Чонгук сидит на кровати, а я в обличьи кролика прячусь под ней, дрожа от кончиков ушей до трусливого хвоста. Сердце колотится так громко, что, кажется, Чонгук вот-вот его услышит.
В голове одна паническая мысль: "Я пропала-пропала-пропала! Надо сейчас же бежать! Бежать что есть сил! Скорее! СКОРЕЕ! Пока ещё не поздно!"
"Стоп! – приказываю себе, прорываясь сквозь ревущую панику: – Всё будет в порядке! Он меня не услышит, у волков слух хуже, чем у кроликов, а мой запах надёжно спрятан. Он меня не найдёт! Надо просто немного подождать... Что ему делать в спальне? Он обязательно скоро уйдёт! И я смогу убежать! Даже если Чонгук обнаружит, что кто-то украл письмо, он не догадается, где искать. Ему и в голову не придёт, что вор до сих пор здесь! Принц выйдет в коридор, чтобы позвать стражу, и этого времени хватит! Мне всего-то и надо, что выскочить в гостиную, да шмыгнуть в кладовку!"
– Как же бесит, – вдруг рычит Чонгук, вновь поднимаясь на ноги.
От его ярости у меня шерсть встаёт дыбом. Я неотрывно слежу за ботинками принца, принюхиваюсь к эмоциям. Чонгук пересекает комнату, от стены к стене. Пинает кровать, под которой я сижу.
– Всё идёт наперекосяк! – на выдохе рычит он. – Ты уверена, что правильно расшифровала видения?
– Уверена, – вдруг отвечает ему женский голос.
Я вздрагиваю. Кто это говорит?! Чонгук ведь в комнате один! И запахов новых нет! Как такое может быть?!
Прижимаюсь к полу животиком и лапками, каждая жила в теле натянута до предела. Инстинкт принуждает бежать, спасаться, но я держу зверя в узде.
– Ты выглядишь слишком бледным, Чонгук, – продолжает голос. Женский, мелодичный, с повелительными нотками, но при этом какой-то пустой, будто мёртвый. – Как твоё самочувствие? Неужели, снова...
– Нет, – быстрый ответ, – просто не выспался.
– Ты бы не стал скрывать от меня, если бы что-то было не так, правда? – вкрадчивый вопрос, от которого мороз по коже.
Молчание в ответ.
– А как там поживает всеми любимая кронпринцесса? – женщина меняет тему. Её голос сочится сарказмом.
Чонгук садится на кровать, отвечает спустя несколько секунд.
– Нормально. Что-то подозревает, но ещё верит мне. Пока не увижу алтарь, трогать её не буду.
– Но что, если кто-то настроит Лису против? Это может стать проблемой.
– Такого не случится. Я никого к ней не подпущу.
– Будущее меняется, Чонгук. Лучше действовать на опережение, – снисходительно замечает собеседница: – Разберись с Лисой сегодня! И без промедления займись остальными. И не проси, а требуй, сила на твоей стороне.
"Они сейчас про покушение говорят?" – проносится в голове мысль, дрожь волной прокатывается по мышцам.
– Я сам решу, – раздражённо парирует принц, снова поднимаясь на ноги. Он беспокойно проходится по комнате и замирает возле зеркала.
"Зеркало, – понимаю я. – Неужели... он говорит с ним?"
У меня больше нет сомнений, Чонгук и есть убийца! Похоже, он действует не один. Чем быстрее я смогу добраться до Лисы и рассказать обо всём, тем лучше!
– Почему ты сопротивляешься? – неодобрительно спрашивает женщина. – Не доверяешь собственной матери?
– Тебе честно ответить или соврать?
– Я желаю тебе лишь добра.
– Давай, не будем снова начинать этот разговор, – сдержанно говорит Чонгук. – Не сейчас.
– Ты не осознаёшь в какой ситуации находишься. Побеждает тот, кто первым загрызёт врага, и сейчас ты отстаёшь на целый ход! Твоё упрямство дорого обойдётся.
– Твои методы тоже не очень-то работают. Посмотри, где ты.
– Да, однажды я ошиблась! Но...
– Это теперь так называется? – в голосе принца злая усмешка. – "Ошиблась"?
– Чонгук, послушай... я ведь дольше живу, многое повидала. Оглянись вокруг, разве не замечаешь ядовитых взглядов? Этот замок кишит крысами! Здесь никому нельзя доверять. Не стоит здесь никого жалеть, любой может нарушить планы! Любой. Выживут либо они, либо ты! Если не поторопишься, всё пойдёт прахом.
– Ты, как обычно, драматизируешь.
– Драматизирую?! Ты едва не погиб на озере! А то что с тобой случилось перед поездкой?
– Хватит...
– Ты уже забыл, каким приполз ко мне?! Забыл, о чём просил?!
– Хватит! – рявкает принц.
– Уверена, за тобой уже следят! – настойчиво продолжает женщина. – Каждый твой шаг под прицелом, каждое слово разбирают по слогам!
– Это полная чушь!
– Неуж-жели? – шипит жуткий голос.
– Ты, похоже, теряешь рассудок в своей стеклянной коробке! Я уже совершенно не уверен, что мы хоть что-то делаем правильно.
– А если поймаешь шпиона, поверишь мне?
– Что? – в голосе Чонгука проскальзывает удивление.
– Будет ли этого достаточно, чтобы ты признал мою правоту? – вкрадчиво спрашивает женщина.
– К чему этот вопрос? – рычит Чонгук.
Я внутренне напрягаюсь, тревога обхватывает душу липкой паутиной, сдавливает до боли.
– К тому, что ты беспечен, будто глупый щенок, – в голосе собеседницы улыбка, какая может быть у голодного демона. – А между тем, уверен ли, что прямо сейчас нас никто не слышит?
– Уверен.
– И зря. Один маленький любопытный кролик вполне мог бы поместиться под твоею кроватью, Чонгук.
"Что?!" – вопят мысли.
Один удар сердца ничего не происходит. А потом Чонгук резко поднимается на ноги. Я тоже вскакиваю, готовая бежать, а в следующий миг, принц заглядывает под кровать.
Наши глаза – мои звериные, его изумрудные – встречаются.
Ужас стискивает лёгкие.
Я срываюсь с места.