Метелица
для меня важно
чтобы вы оставляли
звезды и комментарии,
этим вы помогаете продвигать
историю, и мне от этого
безумно приятно, спасибо❤️
____________________________________
Я лежала ещё несколько минут, вдыхая его запах, пропитавший всё постельное бельё, и слушала, как за стеной шумит вода. Валера уже был в душе — слышно было, как тяжёлые струи бьют по кафелю, а потом вдруг стихли, и на смену пришёл ровный, уверенный звук шагов по деревянному полу.
Я медленно поднялась, завернувшись в одеяло, и с тихой улыбкой оглядела спальню. Было утро, за окном тянулся холодный зимний свет, от которого стены казались чуть мягче, а воздух — плотнее. Я решила, что он не уйдёт на работу без завтрака, и выбралась из постели.
На кухне было прохладно — плиту ещё не разогревали, а с улицы тянуло свежестью. Я достала с полки чугунную сковороду, почувствовала её вес в руках и поставила на плиту. Запах масла, растаявшего от первого жара, наполнил комнату. Я нарезала хлеб, поставила чайник, потом достала яйца, зелень, кусок сыра. Руки работали уверенно, а в голове всё время был он — как он смотрел на меня вчера, как держал, как шептал в волосы.
Когда я переворачивала омлет, услышала его шаги. Он вошёл в кухню уже одетый: тёмное пальто, строгий свитер, шарф небрежно наброшен на шею. В волосах ещё блестели капли воды, от него шёл лёгкий запах свежести и дорогого парфюма, смешанный с тем самым его теплом, которое ни с чем не спутать.
— Ты решила меня баловать? — голос был чуть хриплым после утра, и от этого он казался ещё ближе.
— Ты же на работу, — пожала я плечами, аккуратно выкладывая омлет на тарелку. — Это элементарная забота.
Он сел за стол, положив ладони на край, и наблюдал за мной, как будто я делала что-то куда более важное, чем готовка. Я поставила перед ним тарелку, налила чай и села напротив. Он взял вилку, попробовал, и уголки его губ чуть приподнялись.
— Красивая, — сказал он, глядя прямо на меня, — если так будет каждое утро, я вообще перестану выходить из дома.
Я засмеялась, отводя взгляд, чтобы он не видел, как мне тепло от этих слов. Он ел медленно, будто растягивал момент, а я просто смотрела, как он сидит здесь, напротив меня, в нашем доме, и понимала — вот оно, настоящее утро, которого я ждала.
Он допил чай, поставил чашку на стол и бросил короткий взгляд на часы.— Мне пора, — сказал он, и в голосе было то самое твёрдое «надо».
Он поднялся из-за стола, накинул пальто, поправил шарф и направился к двери. Я тоже встала, почти машинально, и пошла за ним, хотя знала, что он спешит. На пороге он остановился, повернулся ко мне и задержал взгляд.
— Не скучай, Красивая. Вернусь вечером.
— Ты уверен, что вечером? — спросила я тихо, глядя прямо в глаза. — Ты уже два дня как постоянно где-то, а я... — я замолчала, не договорив.
Он чуть прищурился, будто взвешивал, что ответить, потом шагнул ближе, и его ладони обхватили моё лицо.
— Я знаю. — Его голос стал мягче. — Но ты должна понимать: сейчас я собираю всё, чтобы нам с тобой потом никто и никогда не смог помешать. Я хочу, чтобы ты жила спокойно. Чтобы мы просто были дома.
— Я и так спокойна, когда ты рядом, — выдохнула я, и в горле защипало.
— Вот и будь, — он улыбнулся краешком губ, но глаза при этом оставались серьёзными. — Вечером я посвящу тебе всё время, которое ты захочешь.
Я не хотела отпускать его, но знала, что остановить сейчас — значит, сорвать что-то важное. Поэтому просто обняла его за шею, прижалась и на несколько секунд закрыла глаза, вдыхая его запах.
— Ладно. Вечером ты мой. Без отговорок.
— Договорились, — ответил он, поцеловал меня в висок и аккуратно высвободился из объятий.
Он открыл дверь, и в дом ворвался холодный воздух, пахнущий снегом. Я стояла на пороге и смотрела, как он садится в машину. Перед тем как захлопнуть дверь, он ещё раз посмотрел на меня и кивнул так, что в этом простом жесте было больше уверенности, чем в сотне слов.
Машина завелась, и звук мотора быстро растворился в тишине улицы. Я осталась стоять у двери, сжав пальцы на шарфе, и почувствовала, что в доме стало пусто.
Когда я закрыла дверь, в доме стало так тихо, что слышно было, как где-то в батареях тихо булькает вода. Валера уехал, а внутри всё ещё было ощущение его присутствия — в чашке на столе, в запахе его парфюма, в чуть примятой подушке на диване.
Я решила, что не хочу просто сидеть и ждать.
Пошла в ванную, набрала горячей воды, так что зеркало сразу затянуло лёгким паром. Сняла тёплую пижаму, шагнула в ванну и погрузилась в воду, чувствуя, как всё тело расслабляется после холодного воздуха из прихожей. Закрыла глаза, вспомнила, как он только что держал моё лицо в ладонях, и на губах сама собой появилась мягкая улыбка.
Минут через двадцать я выбралась, обернувшись большим полотенцем, и пошла в спальню. В шкафу аккуратно лежали мои вещи — всё, что он успел сюда привезти. Я долго вертела в руках свитер, потом отложила и достала тёплый, мягкий, серо-голубой, который шёл мне к глазам. К нему — тёмные джинсы и любимые сапоги.
Пока сушила волосы, в голове вертелась мысль: куда поехать? Можно к Крис , не тусили с ней давно, а я соскучилась. Можно просто прокатиться по городу, чтобы проветрить голову, а потом заскочить к ней.
Я быстро накрасилась — лёгкий макияж, чтобы выглядеть свежо, волосы мягко разлеглись по плечам, сумку на плечо, телефон в карман. На улице снег шёл тихо, лениво, и я, стоя у двери, на секунду задержалась — проверила, всё ли взяла.
Закрыла дверь за собой, спустилась по ступеням и вдохнула холодный воздух. Машина Валеры стояла у ворот, но ключей у меня от неё не было. Придётся вызвать такси... или, может, Винта попросить.
Я ещё не решила, куда именно поеду, но внутри уже было это приятное ощущение движения, как будто день только начинается, и впереди что-то хорошее.
Я как раз достала телефон из кармана и начала прокручивать в голове, что скажу Винту, чтобы он не начал бурчать, когда вдруг за спиной тихо скрипнула калитка, и знакомый голос лениво бросил:— Кого там собралась поднимать на уши с утра?
Я резко обернулась, даже подпрыгнула немного. Винт стоял, закатав рукава куртки, и держал в зубах сигарету, не спеша её прикуривать.
— Да я как раз тебе хотела звонить! — выдохнула я, сунув телефон обратно в карман.
— И что прикажешь делать? — он прищурился с видом начальника караула, хотя в голосе проскользнула смешинка.
— Мне нужно к Крис, — сказала я уверенно, будто собиралась на важное совещание.
Он пару секунд смотрел на меня, потом ухмыльнулся, вытряхнул сигарету из пачки и сунул в карман:— Ну тогда садись. Чего стоишь?
Я, не скрывая радости, махнула рукой и почти бегом бросилась к машине. Морозный воздух резанул по лицу, волосы выбились из хвоста и липли к щекам, но мне было всё равно — хотелось скорее вырваться из этой тишины дома и хоть немного отвлечься.
Щёлкнула дверца, я устроилась на переднем сиденье, хлопнула её с лишней силой, и Винт скосил на меня взгляд:— О, уже хозяйка. Теперь понятно, кто здесь рулит, а кто только за баранкой.
— Не начинай, — я фыркнула, пристёгиваясь.
Он сел, завёл двигатель, и охрана из будки махнула, открывая ворота. Машина мягко выехала на улицу, снег хрустнул под колёсами.
Первые пару минут мы ехали молча, я смотрела на серое небо и редкие силуэты прохожих, а Винт то и дело косился на меня с этим своим хитрым прищуром, как будто собирался что-то ляпнуть.
— Ну чё, как оно? — протянул он наконец. — Чувствуешь теперь, что ты жена главной мафии Москвы?
Я так резко повернула голову, что он рассмеялся:— Ты серьёзно сейчас? — я возмутилась.
— А чё? Всё по делу. — Он пожал плечами, но уголки губ дрогнули, выдавая, что он нарочно меня дразнит.
— Винт! — я хлопнула его по плечу. — Ты нормальный вообще?
— Да ладно тебе, — он засмеялся открыто, — я шучу. Хотя, если подумать... скоро все тебя так и будут звать.
Я закатила глаза и отвернулась к окну, но не смогла сдержать улыбку.
Дорога заняла чуть больше получаса. Когда машина плавно остановилась у знакомого подъезда, Винт заглушил мотор и, не оборачиваясь, сказал:— Смотри, чтоб тебя никто не спалил. Ты ж теперь важная птица.
Я снова фыркнула, открыла дверцу и выбралась наружу. Холодный воздух обдал лицо, но я только плотнее запахнула куртку и захлопнула за собой дверь.
Винт провёл меня взглядом, но ничего не сказал, только хлопнул по рулю в такт какой-то мелодии и прикурил сигарету.
Я подняла голову на окна дома, где жила Крис, и впервые за утро ощутила, что действительно стало легче на душе.
Я поднялась по знакомым ступеням на третий этаж, привычно обходя те самые две ступеньки у края, которые всегда предательски скрипели, и остановилась перед дверью Крис. Сердце почему-то слегка ускорило ритм —может, от общего переполняющего беспокойства, которое за эти дни ещё не улеглось.
Сделав глубокий вдох, я постучала. Три чётких удара — и почти сразу послышались лёгкие шаги, быстрые, нетерпеливые, и щёлкнул замок.
— Саша! — Крис даже не дала мне толком что-то сказать, просто распахнула дверь так, что она ударилась о стену, и тут же обняла меня. Я даже не успела снять куртку, как её руки обхватили меня крепко. — Ну наконец-то! Я уже думала, что ты сегодня не приедешь!
— Да я... — я рассмеялась тихо, освобождаясь из её объятий, — только вот решилась вырваться из дома.
— Заходи, не стой в коридоре, — она махнула рукой, уже убегая вперёд, а я зашла, закрыла за собой дверь и начала снимать куртку, шарф, аккуратно стряхивая снег на коврик, который Крис, видимо, недавно вымыла — пахло порошком и чем-то травяным.
Я прошла внутрь, в её уютную квартиру с потёртым ковром в гостиной и яркими шторами, которые Крис сшила сама. С кухни доносился лёгкий запах свежего хлеба и кофе — видимо, она только недавно завтракала.
— Пошли на кухню, — позвала она, мельком выглядывая из-за угла.
Я улыбнулась и пошла за ней, чувствуя, как на душе становится теплее.
На кухне Крис поставила чайник, задвинула на место кружки, которые кто-то оставил на столе, и, обернувшись, подмигнула:— Садись, не стесняйся. Ты ж тут почти хозяйка.
— Ой, — я фыркнула и села за стол, положив локти на столешницу и чуть опершись щекой на ладонь. — Как же я соскучилась по твоему дому.
— А я по тебе, — она улыбнулась и поставила передо мной вазочку с печеньем.
Пока вода закипала, мы разговорились — сначала о каких-то мелочах, как всегда: кто что видел, кто чем занимался, кто в селе что нового придумал. Смеялись, перебивая друг друга, обсуждали даже то, как Вахит ругался вчера, что она утащила из кухни весь сахар.
Но когда смех немного улёгся, я, задумчиво ковыряя пальцем кружевную салфетку, вдруг тихо сказала:— Мне скучно.
Крис на секунду замолчала, потом поставила заварку на стол и села напротив.
— Ну так это дело поправимое.
Я удивлённо подняла взгляд:— Что ты предлагаешь?
Она хитро прищурилась, будто только и ждала, когда я спрошу:— Сгонять куда-то. Ну, в клуб, например. Потанцевать, развеяться. Мы с тобой давно так не выбирались.
— В клуб? — я переспросила, но внутри что-то приятно кольнуло.
— А что? — Крис развела руками. — Мы заслужили нормально отдохнуть. Тебе это точно нужно.
Я пару секунд молчала, потом не выдержала и улыбнулась:— Ты права.
Крис тут же хлопнула в ладони:— Вот и всё! Сегодня вечером едем.
Я неожиданно почувствовала прилив энергии, даже на стуле выпрямилась, словно наконец-то что-то сдвинулось с места.
Крис, не дожидаясь моего ответа, уже потянулась к шкафчику, достала маленький блокнот с оторванным уголком и карандаш, который выглядел так, будто пережил уже не один десяток подобных планов. Она швырнула его на стол и села напротив, подперев подбородок рукой, будто собиралась писать что-то судьбоносное.
— Значит так, — её голос стал серьёзным, но глаза блестели от предвкушения, — во‑первых, клуб. Ты хочешь, чтобы было людно, весело, с музыкой до утра? Или что-то камерное, где можно просто посидеть и отдохнуть?
Я задумалась на секунду, а потом улыбнулась:— Знаешь... я хочу, чтобы всё было шумно, чтобы танцы, чтобы свет, чтобы музыка так била в грудь, что всё внутри просыпалось. Мне так не хватало движения.
Крис довольно кивнула, начеркала пару быстрых линий в блокноте и снова подняла на меня взгляд:— Отлично. Значит, нужно подобрать что-то в центре. Я знаю пару мест, там всегда топ.
Я рассмеялась, наблюдая, как она серьёзно записывает всё подряд, даже те пункты, которые явно никто не собирался проверять:— Ты планируешь наше веселье, как военную операцию?
— Ну а как иначе? — она подняла брови и изобразила надменное выражение лица. — Чтобы отдых был идеальным, нужна подготовка.
Я взяла кружку с только что заваренным чаем, подула на него и, глотнув, откинулась на спинку стула, позволяя теплу разлиться внутри. Это мгновение простого, живого разговора с подругой было настолько родным, что я даже поймала себя на мысли, что давно так спокойно не чувствовала себя.
— Так, — Крис подняла голову, — теперь наряды.
Я чуть не поперхнулась чаем:— Подожди... мы прям серьёзно будем заморачиваться с этим?
— Конечно! — она даже не дала мне шанса возразить. — Когда ты последний раз выбиралась куда-то, чтобы реально почувствовать себя свободной?
Я чуть отвернулась, сделав вид, что смотрю в окно, и тихо усмехнулась:— Если честно, даже не помню.
Крис прищурилась, глядя на меня внимательно, но ничего не сказала. Она просто кивнула и, перевернув страницу блокнота, начала что-то писать снова, но уже медленнее, словно её мысли тоже стали серьёзнее.
— Тогда сделаем этот вечер особенным, — тихо сказала она и отложила карандаш. — Не для кого-то, а для тебя.
Я улыбнулась ей в ответ, почувствовав, как где-то глубоко внутри защемило что-то тёплое.
— Хорошо, — ответила я и добавила чуть громче: — Давай, показывай, что ты там придумала.
Крис тут же хлопнула ладонью по блокноту:
— Ладно, но предупреждаю, план грандиозный.
— Только не говори, что ты там даже маршрут расписала, — я хмыкнула, но знала, что так и есть.
— Ну... почти, — она хитро улыбнулась.
Мы ещё минут двадцать перебирали разные варианты клубов, спорили, какой из них лучше, смеялись, когда Крис начинала слишком увлекаться описанием ди-джеев и света. Но мне нравилось это. Мне нравилось чувствовать, что впереди вечер, который не о боли, не о страхе, не о воспоминаниях, а просто о том, чтобы жить и радоваться.
_____
Когда я вернулась домой, внутри всё ещё гудел лёгкий азарт, который оставила наша болтовня с Крис. Казалось, что её энергия перескочила на меня, и я даже не чувствовала усталости после дороги. Закрыв за собой дверь, я поставила сумочку на тумбу и прислонилась к косяку, прислушиваясь к тишине дома. Валеры не было, и это давало ощущение полного пространства для моих мыслей — без чьего-то строгого взгляда и внимательных вопросов.
Я прошла на кухню, налила стакан холодной воды и, сделав пару больших глотков, почувствовала, как внутренняя дрожь постепенно стихает, уступая место чистому предвкушению. Сегодня я хотела действительно почувствовать себя свободной, без страха и постоянной тяжести за плечами.
Я поднялась в спальню и открыла большой шкаф. Сотни вешалок с идеально выглаженной одеждой, аккуратно сложенные полки — Валера, как всегда, всё продумал, даже мою половину гардероба. Я провела пальцами по плечикам, чувствуя разные ткани: шелк, хлопок, атлас... но ни одна вещь не казалась «той самой». Хотелось чего-то, что не просто красиво выглядит, а напоминает, что я могу быть невестой, женщиной, человеком, который живёт для себя, а не только как чья-то цель, чьё-то сокровище, которое надо охранять.
Я достала пару платьев и разложила их на кровати. Первое — тёмно-синее, облегающее, с открытыми плечами, второе — короткое, серебристое, которое чуть искрилось при свете лампы. Я стояла между ними, как между двумя дорогами. Синее было элегантным, но слишком серьёзным, а серебристое... оно было дерзким, как будто создано, чтобы бросать вызов. Я усмехнулась:
— Ну и что ты выберешь? — пробормотала я сама себе и тут же представила, как Крис закатывает глаза и говорит: «Конечно, второе!».
Решение стало очевидным.
Я аккуратно повесила синее платье обратно и оставила серебристое на кровати.
Следующим был макияж. Я поставила на столик косметичку и открыла её, перебирая кисти и тени, выбирая нечто среднее между лёгким и ярким. Я не хотела выглядеть вызывающе, но и простое — не для этого вечера. Накрасив глаза чуть более смело, чем обычно, я посмотрела в зеркало и не узнала себя — не потому что выглядела чужой, а потому что выглядела живой.
Когда я уже собиралась сушить волосы, за окном раздался тихий сигнал машины. Я выглянула — у ворот стоял чёрный седан, и Винт, привычно откинувшись на сиденье, курил и что-то листал в телефоне.
Я схватила сумочку и, уже почти выбегая из дома, громко крикнула в сторону кухни, будто Валера был там:— Я ненадолго, просто к Крис!
Конечно, ответить было некому, но так было легче на душе.
Я захлопнула за собой дверь, ощущая, как внизу живота всё ещё стягивает легкое волнение. Морозный воздух обжёг щеки и, будто специально, втянул в себя остатки тепла из дома. Шаги по крыльцу отдавались звонким эхом, и я, прижимая к себе сумочку, быстро направилась к воротам, где уже стояла машина Винта.
Щёлкнула ручка дверцы, и я скользнула на переднее сиденье. Внутри пахло смесью табака, бензина и холодного металла — этот запах всегда почему-то напоминал мне, что я нахожусь под его защитой, даже если спорю с ним по пути.
— О, ну наконец-то, — усмехнулась знакомая голосовая интонация сзади.
Я обернулась, и мои глаза округлились: на заднем сиденье уже сидела Крис. Она была вся как с картинки — волосы аккуратно завиты, на шее тонкая цепочка, платье сидит идеально, а на коленях маленький клатч, который она держала так уверенно, будто с ним можно идти на красную дорожку.
— Ты уже готова? — я приподняла брови, даже не пытаясь скрыть удивление.
— А ты думала, я буду ждать, пока ты час собираешься? — она фыркнула, но улыбка всё равно дрогнула на губах. — Я уже полчаса тут сижу, терплю его музыку.
— Эй, — Винт, который как раз вытряхивал пепел из окна, даже не повернулся, но выразительно поднял руку. — Это не музыка, а шедевры.
— Шедевры? — Крис рассмеялась и посмотрела на меня. — Сама послушай, что он гоняет.
— Нет-нет, спасибо, — я подняла руки в защитном жесте и уселась поудобнее. — Я лучше переживу эту поездку в тишине.
— Никакой тишины, — буркнул Винт и вставил кассету обратно в магнитофон, но звук не включил. — Ладно, куда вас везти, мои леди?
— В клуб, — почти одновременно ответили мы с Крис.
Винт замер, а потом медленно перевёл на меня взгляд.
— В какой клуб?
— В нормальный клуб, — пожала я плечами, делая вид, что не понимаю, о чём он.
— Ты в курсе, что твой муж меня за это не просто прибьёт, а по кирпичику разберёт?
— Винт, — я глубоко выдохнула, стараясь не сорваться, — я не должна отчитываться за каждый шаг, и уж тем более не собираюсь сегодня сидеть дома, пока он работает.
Крис в этот момент едва заметно усмехнулась и тихо подтолкнула меня локтем в бок, как будто поддерживая мой настрой.
— Ага, — протянул Винт, хмуро глядя вперёд, — так и запишем: "не должна отчитываться". Только когда он узнает, я скажу, что предупреждал.
— Так и скажи, — ответила я, глядя на дорогу перед нами. — Но сейчас заводи.
— Нет, — он включил поворотник, но не тронулся. — Я вас, конечно, отвезу, но пойду с вами.
— В смысле? — Крис перегнулась вперёд. — Ты серьёзно думаешь стоять возле бара, как телохранитель?
— Ага, — Винт скользнул по нам взглядом и снова вернул его к дороге. — Именно так и думаю.
— Винт... — я уже собиралась возразить, но он перебил:
— Послушай, Саша, я могу позволить вам делать всё что угодно, но только не позволю, чтобы потом мне звонили из морга. Уж извини.
Эти слова на секунду повисли в воздухе, и я, хотя и понимала его по-своему, всё равно не удержалась от тяжёлого вздоха.
— Ладно, — произнесла я уже спокойнее. — Только не вздумай стоять у стены и всех строить. Сделай вид, что ты просто отдыхаешь.
— Договорились, — кивнул он, и машина мягко тронулась с места, выезжая на широкую московскую улицу, подсвеченную жёлтыми фонарями.
— Ну что, девочки, — усмехнулся Винт, переключая передачу. — Куда едем?
— "Метелица", — уверенно сказала Крис.
Я удивлённо посмотрела на неё:— Серьёзно?
— Серьёзно. — Она кивнула и расправила плечи. — Если уж гулять, то нормально.
Винт молча усмехнулся и нажал сильнее на газ.
Машина тронулась, и я устроилась поудобнее на переднем сиденье, прижимая перчатки к коленям, чтобы согреть пальцы, которые никак не хотели согреваться, несмотря на тёплый салон. Крис сзади уже успела достать из сумочки помаду и в полумраке поправляла цвет на губах, иногда наклоняясь ближе к стеклу, чтобы поймать слабое отражение своего лица в нём.
За окном Москва лежала вся в свете фонарей — тёплые жёлтые круги рассыпались по снегу, скользили по крышам припаркованных машин и стекали на тротуары, где почти не было людей. Снег шёл редкими, лёгкими хлопьями, и от каждого фонаря тянулись вниз тонкие золотистые нити.
— Красота, да? — произнёс Винт, лениво крутя руль одной рукой и второй постукивая по панели в такт музыке, которая едва слышно играла из динамиков. — Снежок, огоньки... Тянет на романтику.
— Романтику? — Крис тихо фыркнула и подняла глаза на его отражение в зеркале заднего вида. — Ты ещё стихи начни читать.
— Могу, — не моргнув, ответил он. — Но тогда придётся вас обеих влюбить в себя разом, а я, как ты понимаешь, не хочу рушить чужие семьи.
Я не удержалась и рассмеялась, повернувшись к нему:— Ты с таким серьёзным лицом это сказал, что почти поверила.
— Почти? — Винт покосился на меня и сделал обиженный вид. — Оскорбляешь меня, Красивая.
— Всё, всё, заткнись, — улыбнулась я, не переставая смотреть на улицы за окном.
Мы проезжали мимо рядов одинаковых пятиэтажек с узкими окнами, в которых местами теплился свет, а за ними вдруг открывался широкий проспект с подсвеченными рекламными щитами — на одном крупными буквами красовалось объявление о гастролях какой-то группы, на другом — реклама жвачки. Машин на дороге было немного: одинокие «Волги», редкие «Жигули», временами встречались грузовики с брезентовыми тентами. Их фары резали сумерки яркими белыми лучами, отражающимися в мокром асфальте, где местами проступали тёмные разводы растаявшего снега.
— И всё-таки скажите мне, — не унимался Винт, — что мы там делаем? Ну клуб и клуб, что такого особенного?
— Ты скучный, — протянула Крис, убирая помаду обратно в сумочку. — Мы едем не просто в клуб, а в «Метелицу». Это место, где можно хотя бы чуть-чуть расслабиться.
— Расслабиться? — усмехнулся он. — С вашим начальником? Сомневаюсь.
Я скосила на него взгляд и покачала головой:— Он даже не узнает.
— Вот именно, — поддержала меня Крис, и мы обе переглянулись, как будто только что провернули маленький заговор.
Винт вздохнул, но спорить не стал, лишь нажал чуть сильнее на газ, и мотор отозвался тихим ровным рыком.
Мы выехали на более широкую улицу, где по обе стороны стояли высокие здания с яркими витринами.
— Ну вот, — Винт внезапно кивнул вперёд, — приехали почти.
Я подалась чуть ближе к стеклу, и вдалеке, среди белых сугробов и неоновых вывесок, действительно уже вырисовывался клуб. Большая светящаяся надпись «Метелица» переливалась голубыми и белыми огнями, а под ней толпились десятки людей в длинных пальто и шубах. Некоторые курили, оставляя в морозном воздухе тонкие облачка пара, кто-то уже пританцовывал под доносящийся изнутри глухой ритм басов. Перед входом стояли два массивных охранника в чёрных куртках, рядом мигали фары припаркованных машин.
— Ничего себе очередь, — тихо протянула Крис, подаваясь вперёд, чтобы рассмотреть. — Вот это движ.
— Ну хоть не зря едем, — ухмыльнулся Винт и плавно свернул на парковку.
Как только машина мягко затормозила у тротуара, клуб «Метелица» уже сиял впереди, словно огненный остров посреди ледяного города. Огни вывески резали морозный воздух, отражаясь в снежной каше под ногами и плясали в стёклах припаркованных машин. У входа суетилась толпа — кто-то курил, кто-то громко смеялся, кто-то спорил с охраной, но все стояли. Все ждали.
А мы нет.
Я распахнула дверь, шагнула на асфальт в сапогах на каблуке, пальто мягко колыхнулось. Снег закружил в воздухе, ветер облизал щёку, но не остудил. Позади хлопнула дверь, и Крис догнала меня, сверкая серьгами, вся собранная, эффектная, как всегда. Мы с ней переглянулись и почти одновременно усмехнулись. Винт обошёл машину и встал рядом, кинул взгляд на очередь, потом на охрану.
— Проходите, — сказал один из амбалов у входа, едва мы приблизились. Он чуть наклонил голову. — Добрый вечер, мисс Туркина.
Я остановилась на долю секунды, меня дернуло. Это прозвучало так, будто весь вечер был подготовлен под меня. Как будто имя моё весит больше, чем сотня этих людей в очереди.
— Мисс Туркина... — повторила Крис вполголоса и тут же посмотрела на меня с ехидной ухмылкой. — Ну всё, теперь ты точно не отмажешься. Жена мафии.
Я закатила глаза, но губы сами расползлись в улыбке.
— Проходите, — снова сказал охранник, открывая дверь. Металлический блеск пропускной рамки, сверкание огней внутри. Звук музыки ударил изнутри, как волна — низкий, басистый, живой.
— Я просто пришла потанцевать, — бросила я на ходу, поправляя волосы.
— Вы пришли как королева, — подкинул Винт, закрывая за нами дверь. — Осталось только трон найти.
Мы вошли внутрь и шум улицы сразу отрезало. Нас окутало тепло, музыка, свет, запах духов и алкоголя. Всё смешалось, всё закружилось. Крис расстёгивала шубу, я сняла перчатки, Винт сразу свернул в сторону, видимо, на разведку.
А мы шли вперёд, сквозь этот гул, сквозь свет, как две тени, что точно знают, чего хотят от этой ночи.
__________
ТГК: Пишу и читаю🖤
оставляйте звезды и комментарии ⭐️
