игра
–что?– прошептав, половина мыслей из головы улетучились. Уже не волновало моё здоровье, самочувствие и так далее.
В голове было одно, что будет дальше.
Какой следующий ход? Чья это игра? С кем я играю и почему всё ещё не сделала ни единственного хода.
Резко вспомнился сегодняшний сон. Меня кинуло в холод, который пробирал до костей. Мысли о том, что мне начинают сниться вещие сны пугала ещё больше.
–что с ним произошло? Как умер?– голос дрожал, голова не варила. В горле что-то бурлило, но мне не хотелось об этом думать. – что..
Из меня вырвался кашель. Он буд-то душил меня, не давая и шанса вздохнуть. На постель брызнула кровь.
Конец..
–твою ж мать. – Адидас младший встрепенулся, не зная что делать. Он прекрасно понимал, что кашель с кровью это очень и очень плохо.
Из моего носа снова потекла тонкая струйка. В глазах стояла полная темнота, поэтому я даже не могла зажать нос, дабы прекратить кровотечение. А в следующую секунду, всё провалилось во мрак.
***
Всю следующую неделю я провела как белка в колесе. Мне наконец-то сняли швы, но появилась другая проблема - неизвестная болезнь. Как бы мы с Наташей не старались понять, что со мной такое, всё было тщетно.
Я кашляла кровью, падала в обморок и всё время мёрзла, не в силах согреться. В больнице разводили руками и говорили ложиться в стационар.
А у меня просто не было времени на это. Мне нужно было решать много вопросов, в том числе и вопрос о моей жизни. На похороны жёлтого я не пошла, как бы меня не упрашивал весь оставшийся домбыт.
Моё состояние с каждым днём ухудшалось, но об этом знали только я и Наташа. Марату я сказала, что это последствия стресса, умалчивая о том, что медленно умираю.
Когда Рудакова сказала, что мне прогнозируют дай бог пол года если не взяться за лечение, что-то во мне разбилось. Меня убьёт либо тот, кто активно за мной охотиться, либо болезнь. Она рыдала у моей койки целыми днями, умоляя меня взяться за лечение.
Но я не хотела умирать от безысходности в кровати, мне нужно было решить все дела, а уж потом браться за здоровье.
Теперь мы каждый день проводили дома у Ромы, сидя за столом и обсуждая дальнейший план. Никаких угроз мне не поступало, поэтому мы пришли к мысли, что этот человек ожидает мой ход.
Это походило на безумную игру, где выиграть можно только убив другого. И самое страшное было, что я не знала с кем играю и почему вообще вступила в эту игру. Мы подозревали весь домбыт, Хади-Такташ и вышку, которая была связана с этими группировками.
Я стала потехоньку отдаляться от Суворова младшего, дабы защитить его. Не открывала двери, когда он ждал меня в подъезде два часа, не брала звонки и старалась полностью избегать его, сгорая внутри от ненависти к себе.
Любовь это яд, который отравляет сначала голову, потом тело. Застилает глаза, толкает делать не правильные решения и заставляет оступаться. Я не могла позвонить кому-то убить его, поэтому нужно было отпустить.
Я канула в бесконечную яму, из которой выбраться можно было лишь только отрастить крылья, но мои мне вырвали ещё в юношестве, заставляя познать чудовищность этого мира. Возможно я просто ребёнок без выбора, возможно я сама отрезала себе пути отступления, возможно их никогда и не было.
–катя. – из мыслей меня вырвал голос Ромы. В руках дымилась чашка горячего кофе, которая стала мне спутником. – всё нормально?
–да. – я потёрла переносицу, снова устремляя взгляд на бумаги на столе. Битых два часа мы пытались связать людей с судимостью между собой, но что-то явно упускали.
Вова о чем-то глубоко думал, крутя мой нож между пальцев. Цербер читал бумаги, каждый раз матерно выражаясь себе под нос.
–он хочет насолить только Кате? – Адидас опустил взгляд на стол. – тогда понятно, почему мы не в игре.
–думай шире. – лысый откинулся на стуле, припадая к бутылке пива. – мы руководим из тени. Так у нас больше шансов угадать его ход.
–а как нам сделать ход, если мы не знаем куда давить? – мои нервы сдавали. Целая неделя обсуждений и поисков не принесли плоды. – это игра в одни ворота.
Я легонько хлопнула по столу ладошкой, отпивая кофе. Мой организм требовал сон, но в тоже время я не могла уснуть уже неделю. Спала по три часа под утро, просыпалась и сразу же бежала к Роме на сборы.
–мне шестнадцать лет..– нервно выдохнув я снова пробежала глазами по бумагам. – не должны дети таким страдать.
–надо с лисицей связаться. – цербер взял в руку несколько листков. – нужно выйти на людей, которые рассказали мне о её участие.
За эту неделю мы смогли понять, что Рому и Иру связывают одни и те же люди. Они обвели всех нас вокруг пальца буквально ничего не делая. Но что б выйти на них, надо было собрать достаточно информации и не факт, что нас не будут поджидать милиция.
–на счёт домбыта. – Суворов недовольно кинул нож на поверхность, поднимая глаза на друга. – долго молчать собираешься? Может просветишь наконец?
Это была ещё одна проблема. После смерти жёлтого, у домбыта было всего два пути: распад или выбор нового автора. Так как я не совершеннолетняя, мне даже не надо было заботиться об этом. Через день после похорон Вадима, избрали цербера.
–я ещё до конца не знаю. – Рома опустил голову. – Кате надо будет приступить к обязанностям со мной.
Я резко подскочила со стула, ставя кулаки на стол. Металлический привкус крови тут же образовался во рту, но об этом надо было молчать и не в коем случае не показывать.
–какого хрена?!– под кожей бурлила злость. – избери кого-то другого, возьми шестёрок, да любого из домбыта!
–сядь. – ледяной голос адидаса резал воздух. Я сверлила друга взглядом, ожидая ответов.
–катя. – Рома поднял взгляд, сжимая стеклянную бутылку. – ты автор мать его, это твоя обязанность!
–чёрта с два!– резко двинув ногой, мой стул с громким звуком упал на пол, вызывая у всех ещё большее раздражение.
Обойдя рабочий стол, я схватила свою пачку и двинулась к окну, желая выкурить каждого в этой комнате.
В горле снова начал затягиваться ядовитый узел, который каждый раз вызывает кровяной кашель. Сжав зубы я запустила руку в карман и достала блистер белых таблеток, выдавливая две на ладонь.
–что это?– лениво поинтересовался Вова.
–от давления. – сухо соврала я, закидывая таблетки в рот и запивая кофе.
Вернувшись к начатому и открыв окно на проветривание, губами вытянула сигарету и подожгла её.
–кать. – Рома стал рядом, кладя руку на плечо.
–нет. – я выдохнула дым ему в лицо. – я не готова и не буду готова никогда. Избавь. – поведя плечом, он убрал руку, всё ещё сверля меня взглядом.
Волосы неприятно лезли в лицо, из-за своей длины. Марат взял с меня обещание, что ради него я не буду их стричь. Конечно я уже десять раз пожалела, но хотя бы это обещание согревало наши души.
–мне абсолютно посрать, готова ты или нет. – почуяв что-то не ладное, Адидас поднялся и подошёл к нам, угрожающе смотря на лысого. – ты придёшь и встанешь к обязанностям как моя правая рука, ясно?
Я засмеялась, выдыхая дым и отрицательно матая головой. Вступить в домбыт означало бы предательство универсама, что меньше всего хотелось.
–кать, так надо. – обречённо сказал Суворов. Мы всё понимали, что мне прийдется, что мои отступления заведут меня в тупик. – весь домбыт уважает меня.
–посрать. – последний раз затянувшись, голова снова начала болеть. – мне нет восемнадцати, никто ребёнка и близко не подпустит к этому всему.
–теперь я глава домбыта и мне решать. – так же холодно сказал Рома, закрывая окно. Я успела выкинуть бычок и пошла обратно к столу, поднимая стул.
–я безответственная. – грустно сказав я осушила чашку. – мне страшно.
–тебе пришлось рано повзрослеть, мы все это понимаем. – Вова по отцовски положил руки мне на плечи. – но такова жизнь, мы все через это прошли.
–доставай вторую стопку. – сказала я церберу, сгребая бумаги в одну кучу и кладя на пол. – мы не встанем пока не найдем хоть какую-то зацепку.
Спустя ещё четыре часа всё были без сил. Я сплюнула кровь со рта в раковину, тут же смывая и смотря в отражение. Мешки под глазами от недосыпов, бледная кожа, кровоточащие губы и красные глаза.
Восьмая чашка кофе уже не спасала. Я буквально падала с ног от усталости, но не позволяла себе оставить всё как есть.
Мы наконец-то смогли связаться с теми людьми, договорились о встрече на после завтра. Лисицу решили не брать с собой, нам больше не нужны были трупы.
Меня душил кашель, в глазах темнело, а руки дрожали. Я никак не могла осознать, что умираю. И буду умирать долго и мучительно, если не смогу всё решить.
Умывшись холодной водой я пошла обратно в комнату. Вова положил голову на руки, облокотившись на стол и слушая речь Ромы о том, как хорошо было раньше.
–сколько мы ещё будем сидеть?– я подхватила чашку и отпила глоток, смотря на темноту за окном. Время было без десяти одиннадцать и мы все дружно решили, что переночуем здесь, что бы с утра снова сесть по новой.
–хрен его знает, завтра соберу сборы домбыта. – зевая, сказал лысый. – пол часа ещё посидим и спать.
–задрали. – улыбаясь, сказал адидас, мешая ложкой свой чай.
В дверь позвонили. Я судорожно обернулась на друзей, встречая такой же не понимающий взгляд.
–я открою. – стоило двинуться к двери, как цербер остановил меня, протягивая револьвер.
Проверив барабан и сняв предохранитель я пошла открывать дверь. В ушах стучала кровь, но надо было взять себя в руки.
Заглянув в щель между дверью и косяком, там никого не оказалось. Внутри нарастала тревога и я осторожно шагнула за порог, держа ствол на готове.
Оборачиваться назад было плохой идеей. Я сажала рот рукой, держась, что бы не блевануть. Глаза судорожно бегали, пытаясь прочесть написанное.
–идите сюда. – крикнула я, отходя подальше.– срочно!
Ко мне тут же подбежали парни и проследили за моим взглядом.
На двери Ромы тянулась огромная красная надпись, по запаху написанная свежей кровью.
"Я жду твой ход".
–твою мать. – лысый схватился за голову, с перепугу присаживаясь на корточки.
Теперь он знал где живёт Рома. Мы всё стояли в оцепенение, не в силах пошевелиться. Слёзы скатывались по щекам, капая на бетонный пол подъездной клетки.
Игра стала набирать обороты. Мне нужно действовать, но времени осталось немного.
———————
Эта глава разбила мне сердце. Очень грустно об этом говорить, но мпм подходит к концу, ещё глав 7-8 и всё.
Спасибо за актив, всем чмок<3
Подпишешь на тг канал
https://t.me/snburnkvs