|ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ|
Когда я стоял на льду в старом, но родном «Динамо», волнующие мысли постоянно крутились в моей голове. Я уже знал, что, ради своей мечты попасть в КХЛ, я было сделал серьезный шаг. Переход в эту команду не был легким решением. Я переживал, оставляя позади свою прежнюю команду, друзей и знакомую атмосферу. К которой я легко привык, ведь с той командой я был с детства. Почти всю карьеру, и только на последний год, до знакомства с аней, я перешел в кхл. И то в другой клуб, ведь лига большая. Я был в ЦСКА, а я сецчас покал в динамо. Но несмотря ни на что, я знал, что это правильный выбор. Я мечтал о больших турнирах, о мечте, которая горела в моем сердце с детства. И даже попадал сюда уже, но потерял всё из за любви.
Скоро начинался хоккейный сезон, и ужасное волнение сжимало меня за горло. В тот день я узнал, что меня включили в основной состав на матч против легендарного СКА из Санкт-Петербурга. Это была моя первая игра на таком высоком уровне, и малейшая ошибка могла стоить мне всего. Я должен выступить на максимум, и поэтому начал готовиться еще тщательнее, чем прежде, уделяя внимание каждой детали: от поддержания физической формы до тренировки ударов и движения по льду.
Однако в этот период у меня есть еще одна забота. Я уже долгое время испытывю чувства к Альбине, сильные чувства , сильнее чем к Насте. Аля стала для меня не просто соседкой, а человеком, понимавшим и поддерживающим меня во всем. Я понимал, что мне нужно решить, как донести до неё то, что я к ней чувствую. Сложные эмоции наполняли меня, и каждый день разрывающий выбор: признаться ей или оставить всё как есть.
Я наконец собрался с мыслями и пригласил Альбину прийти на мои тренировки, чтобы поддержать меня. Я знал, что она всегда верила в меня, и мне нужно было это партнерство, чтобы успокоиться перед важным матчем. Но всегда боялся позвать её . И вот завел разговор.
Я стоял на краю хоккейной площадки, наблюдая за тем, как лед сверкает под ярким светом уличных фонарей. В воздухе витал запах холодного снега и свежего льда, и я чувствовал, как адреналин начинает разгораться внутри меня.
Я достал телефон из кармана и задумался о том, с кем бы мне хотелось разделить этот момент. В голове сразу возникла ее улыбка - Альбина. Она всегда была рядом, поддерживала меня в трудные времена и разделяла радость побед. Я не мог представить этой тренировки без ее присутствия. Ведь я давно хочу,что бы она побывала на моей тренировки.
Набрав ее номер, я вздохнул и нажал «вызов». Сердце колотилось, когда я ждал, пока телефон соединился. В конце концов, на другом конце раздался знакомый веселый голос.
– Алло? – ответила Альбина.
– Привет, Альбина! Это я, – сказал я, стараясь звучать непринужденно. – Ты не могла бы прийти на стадион? Я тренируюсь, готовлюсь к матчу, и будет здорово, если ты будешь рядом.
Она замялась, но я услышал, как что-то щелкнуло в ее голосе.
– Конечно, мне всегда приятно поддержать тебя. Когда ты начнешь?
– Я уже здесь. У меня ещё пару часов, но мне нужно как минимум одно твоё «молодец» после каждого круга на льду. Это поможет мне.
Я улыбнулся, представляя, как она будет стоять на трибунах, одетая в своей, беленьком свитер, с бесконечным запасом поддержки и ободрения.
– Хорошо, буду! – сказала она с искренней радостью в голосе. – Ты же знаешь, как я люблю наблюдать за твоими тренировками. Да и мне нужно хорошенько замерзнуть на свежем воздухе.
– Отлично, тогда я тебя жду! Буду стараться не подвести.
День обещал быть напряжённым, но с ней рядом всё казалось возможным. Я продолжал разминаться, готовясь к предстоящей тренировке и к тому, что завтра будет настоящая битва на льду.
И ведь к моему счастью, она согласилась. Я был на седьмом небе от радости. Теперь у меня был шанс как показать ей, насколько я предан своему делу, так и, наконец, признаться в своих чувствах.
Когда она пришла на тренировку, я почувствовал прилив энергии. Её улыбка, её поддержка дарили мне уверенность. Я старался на льду, бросал шайбу в ворота с удвоенной силой, но мысли о том, как сказать ей о своих чувствах, не оставляли меня. Он смеялась, пела разные песни и прыгала на трибунах.
В конце тренировки, когда наши взгляды встретились, я понял, что именно этот момент — идеальная возможность.
Но нужно было делать все креативно, и я даже подготовился. Подъехв к ней, я вышел со льда, и дал ей коробку, с женскими коньками ее размера .
Они были блестящие, красивыми и с яркими черными шнурками. Альбина смотрела на них, как будто увидела что-то волшебное.
– Ух ты! Это... для меня? – спросила она с недоумением, и я ощутил мурашки по коже от ее реакции.
– Да! Я думал, что тебе понадобится пара, чтобы покататься со мной, – ответил я с улыбкой. Её глаза засияли, и я почувствовал, как облако напряжения начинает рассеиваться.
Я помог ей обуть коньки, ловко завязывая шнурки. Все это время внутри меня клокотали опасения: она могла упасть. Мы обсуждали фигурное катание, и я помнил, как однажды она показала мне видео где специально упала на тренировке, смеясь потом над своим «трюком». Тогда мне было страшно, хотя она и не получила никаких повреждений.,
– А не страшно? – спросил я, ощущая, как в груди заколотилось сердце от беспокойства.
– Вроде нет, – ответила она, но мне было важно не оставить ее без заботы. Я страховал ее, глядя за каждым ее движением, как будто защищая от падения.
И вот мы вышли на лед. Альбина колебалась, но вскоре смогла поймать баланс, мягко скользя по поверхности. Моя улыбка не спадала с лица, мне хотелось, чтобы этот момент длился вечно.
Но в какой-то момент она, видимо, переоценила свои силы. Я заметил, как она наклонилась и, неожиданно, упала на лед. Я застыл на месте, сердце застучало так, будто кто-то ударил в барабан. Она закрыла глаза, и мне в момент панике показалось, что она не встает.
Я подбежал к ней, крича:
– Альбина! Ты в порядке?!
Как только я подбежал, она открыла глаза и, словно на сцене, расправила плечи.
– Ах, ты зануда! – усмехнулась она, вставая и стряхивая лед со свитера.
Эта её реакция поразила меня. Я был готов разрыдаться от страха, а она просто дразнила меня! Внутри всё закипело от обиды.
– Ты что, не понимаешь, как это выглядит? – воскликнул я, отчаяние заполоняло меня.
Но она лишь засмеялась и, почувствовав мою обиду, как будто стала ещё более игривой. Я развернулся и уехал к краю катка, в голове прокручивая свои чувства.
– Эй, подожди! – послышался её голос позади. Я не хотел оборачиваться. Но она, как всегда, не собиралась сдаваться и догнала меня.
– Давай играть в догонялки! – крикнула она, и я, не ожидая такого поворота, почувствовал, как злость уходит.
Я развернулся, и вдруг в сердце зашевелилось что-то приятное. Я начал бежать от неё, и она помчалась следом. Мы смеялись и, несмотря на всё, были счастливы.
Мы каждый раз, обгоняя друг друга, провоцировали весёлые ситуации на льду, и вскоре забыли обиды. Счастливые моменты возвращались, и я понимал: несмотря на весь страх, альпинизм и дразнилки, с ней было весело. Когда она и я, наконец, уверенно покатались, я не удержался и, поцеловал ее. Это было неожиданно для нас обоих.
– Егор...? — выдохнула она, ее глаза расширились от удивления.
– Что, аль, что? – прохрипел я, придерживая ее за талию, в этом свитере и с моим руками в хоккейной форме, она выглядела слишком милой.
— Я... я влюблён в тебя, — произнес я, чувствуя, как тело наполнилось теплотой. Это сказанное было не запланированным, но так искренним.
Её реакция была немым ответом на все мое волнение. Не могу передать, сколько надежды и ожидания я прирос к этому моменту. Я ждал её ответа, и хотя волнение всё еще терзало меня, но теперь я понимал, что сделал первый шаг к новой жизни — и на льду, и за его пределами.
.
.
.
Не исчезнешь вконец, пока не сгоришь тут дотла
Дальше новая жизнь, но я знаю точно, что там
Всё будет хорошо-о-о...