Тёмный Город.

На первом этаже я схватила нож, упала возле кухонного шкафчика и начала рыдать. Дрожащими руками я достала телефон из кармана, два раза неправильно ввела пароль, потом зашла в список контактов и, вспомнив наставления отца, в первую очередь позвонила Тони.

Что и кто это был? Чем ему не угодила именно я? Почему этой ночью он выбрал меня? Должно быть, убийца и правда очень хитёр, выбрал ту самую ночь, когда в доме я была совершенно одна. Но как он мог знать об этом? Ужас окатывал меня с головы до ног. Если он нарисовал метку, значит он был в доме, может ли это означать, что он всё ещё здесь?

- Тони, - громко зарыдала я в телефонную трубку, когда он, наконец, ответил. - Быстрей!

- Белл, что случилось?

Я не могла связать слов, вместо этого просто рыдала и кричала. Это был мой первый приступ паники в жизни.

- Быстрей, - еле как смогла я выговорить.

- Я уже выезжаю.

Дорога от участка до моего дома занимает всего семь с половиной минут пешком, на машине это заняло бы едва минуту. Особенно, если Тони ехал с бешеной скоростью. Но я, в страхе и ужасе, сидела на полу в кухне и не могла даже понять, сколько примерно прошло времени. Для меня оно тянулось долго и мучительно.

Всё время, что отряд полиции мчался ко мне, я держала нож строго перед собой, будто отпугивая кого-то. В голове у меня крутились мысли,а может ли быть так, что убийца действительно Самитьер. Сейчас он возникнет из темноты, и мы впервые посмотрим друг на друга спустя долгий год, что его нет. Я была ничем не виновна перед ним, единственное, за что он мог ненавидеть меня, так только за то, что я не могла постоять за себя самостоятельно. Я пряталась за спиной брата, но он не накажет его, потому что сумел наказать при жизни, а вот я, я совсем другое дело, если он убьёт меня сейчас, то сломает Брэдли второй раз.

А если это просто человек, то зачем ему убивать меня? Только из-за того, что сегодня выдался удачный день для моего убийства? Маньяк сломал меня достаточно, когда покончил с семьёй Браунов. Теперь же он рушил нашу семью. И что мне теперь делать? Опять убегать и скрываться? Вряд ли у меня это получится. Ещё никто не уходил от убийцы, он убивал всех, кому оставлял метки.

Мысленно я похоронила себя. Хотя у меня ещё оставались светлые надежды на то, что я ещё буду жить. Мне не хотелось так просто умирать. Я только вернулась со школьной вечеринки, я поссорилась с другом, я стала королевой осеннего бала, на следующей неделе я должна была писать контрольную по французскому, я мечтала о поездке во Флориду с друзьями, впереди у меня были планы и надежды, а теперь их просто не станет? Меня тоже просто не станет?

Двери громко распахнулись. Тони выломал их ногой и вбежал в дом, за ним ещё четыре копа. С ружьями в руках, кто в чём одет, они побежали на второй этаж. Тони первый заметил меня, он подхватил меня, что-то говоря, пытаясь успокоить меня. Я обняла его, не хотя отпускать никуда. В нём я видела своё спасение, если он был рядом, значит у меня уже был шанс, не так уж я была и безнадёжна. Я крепко ухватилась за его плечи, и он, должно быть, почувствовал боль, но ничего не сказал.

- Всё хорошо, - сказал он. - Мы здесь.

Наш дом осмотрели вдоль и поперёк. Все замки и окна были целы. Полиция пришла к выводу, что убийца умел открывать замки самостоятельно. Мне долго задавали вопросы, но мне казалось, что всего, что прошло пару минут назад, уже не было. Точнее было, но с того момента прошло порядком несколько дней. Я вспомнила, что, забегая домой в суматохе и панике, совсем не обратила внимания на то, что двери открылись без ключа. Началось долгое обследование моего дома. За это время Эрика позвонила мне несколько раз. Перезвонив ей, я сказала, что у меня всё хорошо, я вызвала полицию, как она и просила, и мне совершено ничего не угрожает. Только позже она узнала, что в ту ночь я была в зоне риска убийства.

- Ты звонила отцу? - подошёл ко мне Тони.

- Всё никак не могла найти время.

- То есть ты сперва позвонила мне, потом подруге, а про него совсем забыла?

- Он сказал, - я проглотила ставший в горле ком, - чтобы я сперва звонила тебе. Я не могла сразу же набрать и его номер. Я была слишком напугана, чтобы отвлекаться на дисплей экрана.

Тони кивнул, будто понимал меня.

- Я наберу ему сейчас, - сказала я, по прежнему роняя слёзы. Я не успела сделать это, к нам подошёл один из рабочих отца.

- В доме никого нет, - сказал он. - Советуем запереться и включить сигнализацию.

- Она и так включена, - сказала я.

- На данный момент нет.

С утра отец специально проверил все соединения и исправность. Неужели убийца умел взламывать и это?

- Белл, сегодня ты сможешь стать отличной приманкой для убийцы, - сказал сотрудник папы, Паркер Робинсон. В нашем городе он был единственным человеком, который умел определять местонахождение людей через компьютерные программы. Ему достаточно было знать номер телефона, чтобы словить сигнал, который исходит от него. Он умел отслеживать звонки, магазины, в которых человек тратился с кредитки, но, как правило, в Тенебрисе в этом не было необходимости, поэтому он занимался обычными поисками улик. Последний раз он работал по специальности, когда семилетний мальчик потерялся в лесу, и его долго не могли найти. Тогда, приложив немного сил, он словил сигнал, исходивший от его мобильника.

- Приманкой? - удивилась я.

- Он вернётся за тобой, тогда у нас будет шанс поймать его.

- Думаю, что отец Белл будет против, - сказал Тони.

- Его здесь нет, - сказал Робинсон.

- Я не буду его приманкой! - со слезами громко крикнула я.

- Она не будет приманкой, - повторил Тони. - Если мы хотим осуществлять что-то подобное, нам стоит дождаться родителей Белл. Только они теперь могут решать её дальнейшую судьбу. Мы сами работает в органах, мы знаем законы, один из низ гласит, что ни один человек не обязан подвергать свою жизнь опасности. Особенно, несовершеннолетний человек.

В ответ мы услышали лишь долгое молчание.

- Поедешь в участок? - спросил папин помощник. - Или мы можем приставим к тебе охрану.

- Охрана, думаю, подойдёт, - сказал Тони.

- Что скажет она сама.

Ребята устремили на меня свой взгляд полный ожидания.

- Я... Я не против.

- Райт, оставайся с ней ты, - скомандовал коп. - Если что, объявляй о подкрепленит. На протяжении всей ночи держи нас в курсе дела. Объяви, когда шериф вернется домой.

Да, я была трусихой. Я могла помочь следствию, но испугалась. Я знала, что отряд будет рядом в любом случае, и я знала, что убийства могли прекратиться, но всё равно отказалась. Я была слишком слаба, слишком напугана и труслива. Может маньяк правильно выбрал себе жертву. Такой, как я, можно было бы и умереть.

В доме воцарилась тишина, когда машины полиции отъехали. Тогда я поняла, что у меня до сих пор подкашивает колени, и пробегают мурашки по телу.

- Я не хочу оставаться здесь, - сказала я. - Разве это не опасно сидеть в доме, который пометили?

- Если ты не против, можем поехать ко мне. Не думаю, что убийца знает, где я живу.

- Что, если он знает всё?

- Я живу за пределом Тенебриса.

Я удивилась, но в тот же момент и обрадовалась. Это был мой единственный выбор, который хотя бы казался мне достаточно безопасным.

Мы сели в машину, на которой Тони приехал сюда, и он повёз меня за пределы города. Я написала в чат Эрике и Грейс, что сейчас еду к нему домой. Никого из них не было онлайн, поэтому они не донимали меня вопросами, зачем я отправляюсь ночью в дом двадцатилетнего мужчины. Если они и спросили, я бы не сочла нужным отвечать. Я всё ещё была шокирована тем, что увидела у себя в комнате. Я ехала и не могла вспомнить мельчайшие детали своей жизни. Например, я долго вспоминала в каком году родился Брэдли, и сколько уроков в школе у меня бывает за один день. Тони объяснил, что это обычное состояние паники или шока и уверил меня, что это пройдёт.

- Почему ты живёшь не в городе? - спросила я.

- Здесь не сдают жилищ.

- А за линией?

- В основном там дачные участки, поэтому я посчитал, что это достаточно хороший вариант.

У Тенебриса есть небольшая часть, которую нельзя назвать отдельным городом, поэтому, она считается якобы его пригородом. Мы остановились возле небольшого деревянного домика. Внутри было холодно и темно. Была всего одна гостиная с большим диваном, кухни и прочих комнат не было, холодильник стоял возле дивана, разбросанные повсюду вещи создавали атмосферу обычной студенческой комнаты. Второго этажа и подвала тоже не было, как и балкона, зато был второй вход, в котором Тони не нуждался. Если бы мне было двадцать, и я точно так же приехала на два года в чужой город, я бы тоже предпочла такой скромный и довольно тесный вариант жилья.

- Здесь уютно, - улыбнулась я.

- Я бываю тут редко, в основном провожу время на работе. А по выходным уезжаю домой.

Я села на диван, единственное место, где можно было сидеть.

- Наверное, ты хочешь спать, - сказал Тони.

- Серьёзно? - нервно спросила я. - Думаешь, я усну после такого?

- Не знаю, могу принести снотворного.

- Мне не надо снотворного, - снова дала волю слезам я. - Мне надо лишь убраться подальше от сюда, или хотя бы узнать, что кто-то решил пошутить надо мной, или стать свидетелем того, как этого маньяка поймают. Да хоть что, я просто хочу чувствовать себя в безопасности.

На уроках в полицейской академии Тони учили тому, как успокаивать панические атаки потерпевших, он был прилежным учеником, слушал все лекции, но, как оказалось, на деле же всё оказалось куда сложнее.

- Его поймают. А ты останешься живой и невредимой, - присел рядом со мной он.

- Просто не понимаю, зачем ему понадобилось убивать меня.

- Ты же дочь шерифа, он близок к разгадке, маньяк просто хочет сломать его.

- А что, если моя смерть даст ему прилив сил. Что, если он по уши уйдёт в работу, чтобы отомстить.

- Да, маньяк рискует, но на то он и злодей, чтобы принимать сложные решения.

Играло ли роль то, что я была просто-напросто дочью шерифа? Мы с Тони пытались догадаться, зачем ему нужно было это. Зачем вообще нужны были эти убийства. Одно я знала точно: моего отца сложно сломать. И моя смерть не стала бы одной из причин. Скорее, он сломался бы, когда, отомстив, потерял бы стимул и какую-либо цель в жизни. Тогда, я думаю, он уехал бы в другой криминальный город и мстил там. И пусть убийца будет совсем другой человек, с другими мотивами, он в каждом будет видеть именно нашего маньяка, маньяка из Тенебриса.

- Надо позвонить родителям, - поднялась я с дивана.

- Ты всё ещё не сделала это? - удивился Тони.

- Я совсем не соображаю сейчас, поэтому и кажусь такой рассеянной.

Отец ответил не сразу. Когда он поднял трубку, он решил, что я звоню для того, чтоб спросить, как подключить телевизор к интернету.

- Пап,- сказала я. - Я объясню тебе всё позже, и ты сможешь наказать меня снова, но сейчас мне страшно.

- Что-то случилось?- послышался сзади голос мамы. Я удивилась, почему она не спала в такое позднее время.

- В нашем доме метка. Прям над моей кроватью...

Мой шёпот оглушил их комнату.

Чтобы доехать от Сиэтла до Тенебриса должно было затратиться как минумум час с половиной. Хоть мой отец и спешил, он не мог бы приехать быстрее. Почти каждые десять минут ему приходилось донимать Тони о том, что происходит вокруг нас. Но всё было по-обычному. Единственное, что было не так, атмосфера, которая создалась в комнате. С Тони мне было комфортно, и я была бы не против остаться здесь ещё надолго. Лишь бы он просто был рядом, так же нелепо шутил и пытался внушить мне, что я не умру.

- Чем ты вообще занимаешься в Тенебрисе?- поинтересовалась я.

- Сижу в участке.

- И всё? Никаких знакомств и прогулок с друзьями?

- Я не нашёл здесь друзей. Но, как я уже говорил, мне хватает общения с друзьями из Нью-Йорка.

- В нашем городе правда невозможно подружиться с кем-то?

- От сюда же все убегают.

Я кивнула, потому что он был прав. Я уже давно заметила, что в нашем городе есть только взрослые люди, подростки, которые в своё время не уехали в другой город, маленькое число детей, чьи родители по какой-то причине всё ещё остаются здесь. У нас не было поколения молодёжи. Абсолютно никого, кому уже было за двадцать, но не более тридцати пяти.

- Куда уедешь ты, когда закончить школу? - спросил он.

- В Сиэтл.

- К брату?

- Не знаю ещё, просто хочу туда, потому что это самый большой город в округе, и именно туда собираются поступать все мои друзья.

- Туда и бежит весь Тенебрис?

- Да. Но не многие уживаются там. Есть некоторые, которых ломает шум мегаполиса и они выбирают место поскромнее. Иные возвращаются в Тенебрис, но им, как правило, уже давно за тридцать.

- И ты знаешь их всех.

- Это не сложно. Ты бы тоже знал всех, если бы с детства рос в месте, подобно этому.

Тони улыбнулся. Ему никогда не понять, что значит выйти на улицу и встретить почти всех своих знакомых. Раньше он даже не знал, что можно подойти к абсолютно чужой тебе компании и начать разговор, без знакомства, потому что вы уже знаете друг друга, поэтому вам не нужны эти прелюдии, вы просто можете идти гулять, называя друг друга по имени. Мы, те, кто воспитывался здесь, сами по себе одна большая компания, мы знаем всех, и это пугает нас, мы скрываем свои секреты в два раза тщательнее, мы боимся оступиться, нам важно всё, потому что, не сумев сделать что-то, об этом узнают все. Даже покинув город, мы не перестаём быть частью этой компании, о нас по-прежнему знают, и мы по-прежнему знаем о других. Мы знаем, кто в каком городе и в каком университете, через соц сети мы видим, как меняются жизни наших людей, мы знаем всё, а потому, мы до сих пор та большая компания из Тенебриса.

Я внимательно осмотрелась по сторонам. На журнальном столике возле дивана лежали газеты и записки, среди всего этого куча мусора. Это было самое обычна жилище студента. Он не убирался, наверное, с первого дня своего пребывания здесь, у него даже не было в доме пылесоса. Если бы моя мама, самый чистоплотный человек, которого я знаю, увидела это, то её мир перевернулся бы с ног на голову, потому что она до сих пор не понимает, как возможно, что бы человек жил без пылесоса. Я заметила среди бумаг на столике карты.

- Может поиграем? - улыбнулась я, беря в руки колоду. - На раздевание?

Тони усмехнулся, но в его глазах я увидела небольшой блеск. Мне показалось, он был рад услышать флирт с моей стороны.

- Нет, - тут же сказал он.

- Боишься проиграть?

- Скорее, боюсь выиграть.

- Ну да, - я улыбнулась. - Мой отец даже не будет задавать тебе вопросов, если увидит что-то подобное.

Понемногу я начинала жалеть, что вообще решила проявить к нему хоть какую-то симпатию. Я знала Тони только в том плане, что он приехал к нам в город только на один год и ещё не завёл друзей, но ведь это не весь Тони Райт, есть ещё Тони, который живёт в Нью-Йорке и там у него есть друзья. И почему я не задавала себе вопросов, что там у него, возможно, имеется и девушка?

Наверное, потому что до этого дня он мне не был так сильно симпатичен, как именно сегодня. Именно в эту самую ночь, когда он спас меня.

- А куда определили твоих друзей? - спросила я, чтобы узнать о нём что-то ещё.

- Тоже в небольшие города, где произошли убийства.

- И они уже раскрыли дело?

- Да, уже раскрыли.

- Только полиция Тенебриса не может справиться со своей работой.

- Ты так говоришь, потому что...

- Не потому что мой отец шериф, а потому что весь отряд - это девять человек, которые за всю жизнь смогли только разгадать дело о пропаже сумки. Отец просил о подкреплении, но так и не получил ответа, соседние города не считают должным помочь городу подобно нашему. А мы ничего не можем сделать. Так что, убийства продолжаются.

- Я думал об этом же.

Я улыбнулась. Мне уже хотелось спать. Страх постепенно ушёл. Если бы я знала, что родители не приедут в ближайший час, то была бы не прочь поспать.

- Можно я вздремну, пока родители не приедут? - спросила я.

- Конечно. Я буду сидеть здесь на случай, если убийца будет рядом.

- Спасибо, - улыбнулась я. - Ты лучший.

Тони слегка осветился улыбкой. Мне он казался очень заботливым и очень добрым. Это привлекало меня в нём больше всего. Простой и хороший мальчик,от которого я начинала сходить с ума. Он сел на кресло, чтобы охранять мой сон, и я спала бы спокойно, но...

- Здесь прохладно, - сказал Тони. - Надо закрыть форточку.

Он подошёл к окну, отодвинул шторы и недоверчиво протёр стекло.

- Белл, - сказал он.

Я приполнялась с дивана.

- Только не волнуйся.

На улице стоял он, весь в чёрном, в шлеме для мотоциклистов, в руке он держал пистолет. Он увидел нас и пошёл ко входу в дом...