My neighbour |J.H|[ЗАКОНЧЕН]

- Джей... - Джейд надеялась, что она взвизгнула от возмущения, но визг больше походил на стон.

- Ишь чего удумала... сбежать решила.

Вот в этом он был абсолютно прав. Паркер развернулась, но так стало ещё хуже. Хосслер прижимал её к столу, а вот столкнуться с его лицом в миллиметре от себя она оказалась не готова. Тело жадно молило о прикосновениях, хотелось зарыться пальцами в чужие волосы и притянуть к себе, целуя жадно и взасос. Дорваться до чужих плеч, спины, забраться под футболку, ощутить под пальцами гладкие мышцы, просто охренительный торс...

Паркер буквально затрясло от желания, выплёскивая из берегов. Если бы трусики могли жить отдельной жизнью и не подчиняться воле хозяйки, они бы сейчас слетели и пробили пол на глубину нескольких метров у длинных упыриных ног.

- Я... - прохрипела Паркер, обильно краснея и отводя голову.

- Похоже, у кого-то температура поднялась, - насмешливо выдал Джей и, склонив голову, неожиданно провёл пальцами по её щеке. Пальцы были мокрые, испачканные, и оставили на щеке след и зёрнышки риса. Джейден наклонился и слизнул. Джейд просто выгнуло, бросая в жар.

- Будем лечить, - пробормотал Джей, нагло прихватывая губу, проскальзывая внутрь языком...

Паркер совершенно сошла с ума, не смогла оттолкнуть - ответила жадно, впиваясь в Джея, заглатывая, накидываясь, раскрываясь навстречу, обхватывая обеими руками, боясь потерять, и позволяя себе, наконец, дотронуться. И как дотронуться - совершенно спятить, пачкая футболку, проскальзывая ладонью вниз в шальной попытке расстегнуть ремень, ширинку, начиная ласкать каменный член. Стояк у Джея был не меньший, чем у Паркер. Ощущался сквозь штаны.

- Бляааа... всё... не могу! - простонал Джейден, притягивая её к себе, буквально размазывая по собственному телу, срываясь в ответ страстным ураганом. Сжимая, измучивая ладонями, впиваясь губами в шею, целуя, переходя вниз, лаская пальцами изнывающие под одеждой соски, всё, до чего успевал дотянуться, пытаясь добраться до кожи.

Рассудок отключился, клапана сорвало. Единственное, о чём могла думать Паркер - выпрыгнуть из одежды, и прямо на столе... Вжик молнии на спортивной кофте (в общении с упырём ей приходилось экипироваться по полной, чтобы предательское тело не подвело) вернул в действительность. Джей раздевал её, ни на секунду не прерывая поцелуев. Зарылся лицом в майку, прикусывая губами, пытаясь нащупать застёжку бюстгальтера...

ДА ЧТО ЖЕ ЭТО?

Паркер залепила ему по лицу изо всей дури, и начала орать, отбиваясь руками и ногами.

- Ты что творишь?

Джей охренел, отшатываясь назад, пытаясь защититься от натиска.

- Я творю? - от несправедливости у него лицо пошло пятнами. Глаза стали совершенно шальными, пьяными. Он смотрел на Джейд, не отрываясь, загипнотизировано, попытался вернуть их позиции, не веря, что ТАКОЕ можно прервать.

Но новый вопль сотряс стены кухни. Паркер поспешно застёгивала кофту трясущимися руками, стараясь не смотреть на чужую расстёгнутую ширинку и выпирающий оттуда бугор...

Ни один стриптиз в мире не стоил этого зрелища!

- Сама накинулась! - с трудом приходя в себя, отозвался Джей хрипло.

Дышал он тяжело, бешеный пульс не желал униматься и приходить в норму. Паркер выглядела не лучше. Их тянуло друг к другу магнитом, и перебороть открывшееся физическое притяжение казалось непосильной задачей, откровенно нелепой, безумной затеей. Именно так выглядит возвращение с небес на землю, падение ангелов из рая, ушат ледяной воды. Джейд определённо точно это поняла, а Джей просто взорвался обидой:

- Да что происходит?!! Что происходит, твою мать!

На секунду показалось, что он сейчас заплачет, только плакать Джей определённо не собирался - попытался обнять.

- Пошёл вон! - завизжала Паркер и запустила в него первым, что попалось под руку.

Это оказался стакан с водой. Он врезался в скулу Джея, с силой ударяя, расплёскиваясь, и разбился об пол на осколки.

- Ебанутая, - простонал Джей, хватаясь за лицо. Сморщился от боли, глянул, словно ударил, ожёг просто злостью, - Хочется, а колется, да? - прошипел с тихой яростью, пугая Паркер нереальной проницательностью. - Ты прежде, чем на парней прыгать, в себе разберись, или просто на передок слаба? - он похабно улыбнулся.

- Убирайся! - Паркер потянулась к новой чашке и, не найдя ничего, принялась швырять в Джейдена всем что подворачивалось под руку, заставляя отступить и попятиться в направлении коридора.

- Совсем спятила? - заорал подросток.

Чувствовалось, что он испугался этой вспышки ярости. Паркер и сама не могла её объяснить. Желание трансформировалось в агрессию, ей стало стыдно за себя, собственную реакцию и, желая заглушить страх, сама не понимая, что с ней творится, она выплеснула вину на Джея:

- Пошёл отсюда... Вон! Убирайся! Не смей ко мне приближаться!

Джейд дралась и крыла матом, буквально вынудив парня оказаться у дверей. В последний момент Джей схватил её за запястья и просто вздёрнул в воздух, оставляя дрыгать ногами и пинаться.

- Я ещё раз повторяю, - по слогам отчеканил он, как следует встряхивая и заставляя Джейд умолкнуть. Сжимал он больно. Очень больно, но в припадке ярости боль не сразу ощутилась, - В себе разберись, а не еби мозги. Я тебе не Пэйтон!

Последнее он буквально выплюнул в лицо и, оставив Паркер в коридоре, развернулся и вышел, с силой захлопнув дверь. Джейд рухнула на колени и, прикусив ладонь, разревелась, сама не понимая, что с ней творится.

Что на неё нашло и... Пиздец, просто полный пиздец!

За стенкой было слышно, как Джейден зло матерится, не стесняясь в выражениях, высказывая всё, что он по этому поводу думает. Потом раздался звук удара - он что-то сломал. Тихое чертыхание, и через несколько минут квартиру сотряс мощный звук Линкин Парк.

***

- Джейд, давай поговорим. Нормально поговорим. Клянусь, никакого стёба. Просто поговорим. Объясни мне, что происходит?

Впервые Хосслер попытался наладить мосты первым. Даже вырубил свою сраную музыку, чутко реагируя на появление Джейд. Чтобы успокоиться, Паркер пришлось около часа проплакать в ванной.

К Эдди идти не хотелось. Она просто не представляла, как сможет ей о таком рассказать. Педофилка, извращенка, мать его. На шестнадцати летнего пацана запала. Как будто в мире других не осталось. И главное, на кого... на Хосслера... На хренова, чёртова ублюдка, который отравил всю её жизнь... или не всю?