Твое присутствие
Сама того не замечая, вернулась на старт. Но я не верю, что судьба преподнесла мне третий дар. Имею ли я права отступиться и в этот раз, если на то пошло ?
Как в старом сне, над головой отбивает свой ритм медицинский аппарат, который, по-моему, уже не раздражал меня. Да и на это не обращаешь должного внимания, потому что есть вещь хуже - в каждом движение непонятная ломка, будто я сломала себе все кости и не пользовалась мышцами лет так десять. Но поднять веки оказалось довольно простой задачей, хоть и сначала всё начало мерцать из-за дневного света. И об этой боли я почти забыла, когда сумела разглядеть окружающий мир.
Подобно лёгкому поцелую, мою ладонь окутали тёплые руки, и холод покинул меня. Электрические волны по всему телу раздали тепло, а где-то внутри появилось прекрасное чувство умиротворения.
И самый лучший подарок - образ благовеянного Зейна перед глазами. В этот миг я повела себя как самая истеричная дама, ибо меня прорвало на слёзы, когда наши взгляды встретились. Вместо ожидаемой злости и холодности, меня встретили тёплые огоньки, что с моей души так и пал камень. Да вот только лицо молодого джентльмена выглядело нездоровым образом: сероватый оттенок делал черты резче, под глазами были заметны тёмные мешки из-за недосыпания и переутомления. Самое важное, что перекрывало все признаки усталости, это янтарные очи искрящиеся жизнью.
Навязанные обществом нравственные устои, ставили между нами барьер, так что я никак не могла заставить себя обмолвиться добрым словом и просто со слезами броситься в его объятия.
Малик тоже сдерживался. Я, в свою очередь, мечтала о том, чтоб он сорвался. В какой-то миг брюнет быстро и нетипично неуклюже смахнул с глаз пелену слёз, затем стыдливо улыбнулся. Но все же на одном дыхание пролепетал, отчего захватило дыхание:
— Как хорошо, что ты со мной... — мужчина крепче сжал мою ладонь, а я пыталась ухватиться за этот момент, чтобы только не забыть.
— Прости... — жалкий шёпот сорвался с губ, и я поджала их, понимая, что это совсем не то, ведь я должна рассказать ему обо всём на свете. — Я должна... должна сказать те...
Не желая обижать меня, мистер Малик натянуто сложил губы в полуулыбке, но глаза выдавали парня полностью: живость преобразилась болью такой, будто я сумела перевернуть его внешнюю оболочку и дотянулась до внутренней.
— Тихо-тихо, бэмби, — кареглазый не выдержал и едва ощутимо смахнул с моих щёк дорожку слёз, в то время как я инстинктивно прижалась к тёплым ладоням. Пакистанец дрожащим голосом всё ниже шептал, пытаясь совладать над собой: — Всё в порядке, просто позволь насладиться моментом, пока я единственный, пока не пришёл за тобой твой муж, хорошо ?..
Сердце защимило, заставляя меня давиться слезами. А тот продолжал свою пытку:
— Не плачь, я ведь рядом.
— Нет, Зейн, послушай ! За мной не приедет ни мой муж, за которого меня выдали насильно, ни мой опекун, потому что они оба за решеткой до окончательного приговора суда, благодаря Дженсену, моему дядю, который спас меня из всего ужаса. Понимаешь ? — как можно понятнее быстро сообщила основную информацию. По правде, я ещё все же не готова делиться всей правдой, мне для начала нужно свыкнуться тем, что об этом знает Джей.
Молчание тянулось так, как древние песни, в которых каждую ноту делали максимально протяжным. Затем время настало для очередной пытки, когда кареглазый недоверчиво всматривался в мои глаза, сведя брови к переносице. В тот момент, когда я уже была готова поклясться в том, что молодой человек не верит ни единому моему слову, мужчина выдохнул, рухнул на колени, а его голова медленно опустилась к моим ладоням. Зейн долго не вставал, в то время как я лежала и боялась сделать неверное движение. Мне оставалось только наслаждаться приятной, хоть и колючей лёгкой растительности.
— Я уверен, ты не заслужила ничтожного обращения... — это было не похоже на поддержку или утверждение, скорее, прозвучало так, будто взрослый парень был обижен и сокрушён моими словами, будто я заслуживала всего прекрасного и положительного и никак иначе. Сейчас молодой джентльмен предстал в образе мальчика, который разочаровался в Санте. И мне хотелось приласкать его, успокоить добрым словом, но я могла только наблюдать.
— Прости за ложь, — казалось, я проглотила не просто ком в горле, а целую груду камней, когда прошептала.
— Не надо просить прощения, — британец поднял голову, чтобы попытаться улыбнуться, но будто всё его тело говорило мне, что он в тот роковой день в кофейне воспринял слишком близко к сердцу мои слова, а от резких слов мужчину останавливали обстоятельства. Возможно, парень и не простит меня. — Тебе следует отдохнуть...
— Мне действительно жаль, Зейн. — всё моё тело поддалось судороге при мысли о том, что мистер Малик покинет меня из-за моей ошибки. Что я без своего ангела-хранителя ? Теперь я осознаю, что ложь - это всегда неверный шаг в любых отношениях. Прибегать ко лжи с целью оттолкнуть и защитить, на самом деле, паршивый вариант.
— Теперь я точно буду не в силах оставить тебя. — лёгкий поцелуй стал подтверждением слов брюнета. Казалось, слова могли дотянуться до самых потаенных уголков моей души. И самое главное, я не боялась такой близости.
— Мне безумно повезло с тобой...
Малик усмехнулся, затем любезно спросил:
— Тебе что-нибудь нужно ?
— Да, ты не мог бы позвонить моему дяде, Дженсену Эклзу, и передать, что со мной все хорошо. Я продиктую его номер. — я поджала губы, представив то, как Джей будет зол, когда узнает правду. Уверена, что это будет похоже на бомбу замедленного действия. Я рассматривала вариант, в котором можно не говорить про похищение, но раненная рука не исчезнет по волшебству. Поэтому рассказать правду - лучший вариант. —Расскажи ему все, он поймёт.
— Поймёт ? — переспросил Зейн, вскинув бровь. — Неужели это стало обычной ситуацией ?
Нервный вздох сорвался с моих уст, и, чтобы не последовали иные расспросы, я откинула голову назад, притворяясь, что мне требуется отдых. Моя жизнь, как и предполагалось, покажется нормальному человеку слишком неправильной, так что я не буду винить его, если Зейн не примет меня. Он сделал достаточно для меня.
— Я обещаю, что расскажу тебе обо всем, но, пожалуйста, дай мне время...
— Конечно, — еле выговорил кареглазый, сжав челюсть.
После этого последовала очередная пытка со стороны Зейна Малика. Он о чем-то долго и тщательно размышлял, стараясь найти самый правильный вариант. Но, чаще всего, пытаясь сделать верное решение, сходишь с ума. К счастью, мужчина не поддался сладкому забвению. Кареглазый выпрямился, улыбнулся так, будто готов был нести все невзгоды этой жизни, лишь только близким жилось легко, и наклонился настолько, что я чувствовала каждый взмах длинных ресниц. Вот англичанин поддаётся порыву души, когда нежно проводит ладонью по моей щеке и моему подбородку, когда целует меня в лоб трепетно и мягко, будто вкусив запретный плод. Жест одновременно забирал все мои силы, передавая их эмоциям, которые также покидали меня, и придавало такое легкое состояние душе, что хотелось просто прыгать и бегать от счастья.
— Я целую вечность ждал дня, когда смог бы увидеть тебя, бэмби. — выдохнул на одной ноте брюнет, оторвавшись от меня.