Глава 31
Лиза услышала, как открылась дверь, но не знала, кто вошел: повернуть голову ей мешал шейный корсет. Медсестры переложили ее на каталку, но ничего не подложили под голову, так что она могла видеть лишь потолок.
– Ира?
– Она сейчас подойдет, – сказал Владимир. – Операционная уже готова, и я хочу, чтобы ты отправилась туда немедленно.
– Почему?
В этот момент вошла Ира. Она сразу наклонилась над Лизой и улыбнулась ей.
– Привет. Ты в порядке?
– Да, – девушка попыталась улыбнуться, но из-за сильного отека правой щеки мышцы справа на ее лице двигались с трудом. Она подняла руку, и Ира сразу взяла ее в свою. – Какие у меня повреждения?
Владимир встал поближе к ней с другой стороны каталки. Теперь Лиза могла видеть отца, но его лицо ничего не выражало. Он снова тщательно осмотрел ее лицо, как и в тот момент, когда он зашел в помещение «скорой помощи», куда ее привезли в самом начале.
– Томография груди показала, что там нет ничего страшного. У тебя трещины в девятом и десятом ребре с правой стороны, но с легкими в целом все в порядке: есть утолщение плевры, но признаков внутригрудного кровотечения нет.
– Этот ублюдок ударил меня ногой.
Ира изо всех сил постаралась, чтобы на ее лице не отразился весь ужас и ярость. Она с удовольствием бы расправилась с человеком, посмевшим поднять на Лизу руку. Мысль о том, что кто-то мог дотронуться до Лизы, особенно стремясь ей навредить, могла свести ее с ума.
– Однако у тебя переломы скуловой кости и дна глазницы справа, да еще со смещением, – бесстрастно продолжил Андрияненко. – Нужно делать операцию, причем сегодня же.
– Ир, – Лиза снова безуспешно попыталась повернуть голову, – ты видела снимки?
Ира не отреагировала на удивленное бурчание Владимира– Да.
– И что думаешь?
– Лиза, я уже сказал тебе... – нетерпеливо начал Андрияненко.
– Милая? – спросила Лиза.
– Нужно делать операцию, солнышко, – мягко ответила Ира. – Особенно требует вмешательства дно глазницы. Твой отец прав, Патрисия тоже так считает.
Владимир наклонился ниже.
– Если кости глазницы не восстановить и если глазное яблоко сдвинется хотя бы на несколько миллиметров, у тебя скорее всего появится двойное зрение, и это положит конец твоей карьере, Лиза, – пронзительным голосом сказал он.
– Двойное зрение может появиться у меня и из-за того, что я как раз занимаюсь хирургией, – заявила Лиза.
Она смертельно устала. Ей было больно, и ей было тяжело думать. Ей нужно было все уладить, но это было так трудно. Лиза попыталась пошевелиться, но почувствовала, как рука Иры удержала ее.
– Я согласна с твоим отцом и Патрисией, любимая, – ласково сказала девушка. – Тебе нужна операция, все будет в порядке.
– Ты будешь в операционной? – спросила Лиза.
– Я буду там все время, – поцеловав девушку в лоб, Ира бросила взгляд на Владимира. – Вы же будете ассистировать?
На его аристократичном лице промелькнуло удивление, но лишь на миг.
– Да, – утвердительно сказал он.
Ира кивнула без улыбки.
– Хорошо.
– Значит, мы готовы? – спросил Владимир.
Ира провела пальцами по волосам Лизы.
– Да, мы готовы.
* * *
Обычно на транспортировку пациента в операционную, всю подготовку и наркоз уходило около часа. Но Лиза лежала на операционном столе уже спустя пятнадцать минут. Рядом стоял завотделением анестезиологии Гарри Иноуи, ему ассистировал Антон. Ира встала в торце стола слева, ее рука лежала на плече Лизы. Патрисия Дювалл и Владимир Андрияненко мыли руки перед операцией.
– Ты готова, Лиза? – спросил Иноуи. В руке у него уже был шприц с нембуталом.
– Да, – ответила Лиза, прижимаясь к руке Иры.
Ира наклонилась к ней и прошептала:
– Я люблю тебя. Мы совсем скоро с тобой увидимся.
– И я... тебя... – пробормотала Лиза, отключаясь.
Как только она уснула, Иноуи ввел ей препараты, парализующие тело. Когда Лиза перестала дышать, он быстро ввел эндотрахеальную трубку ей в гортань, а другой конец трубки присоединил к дыхательному аппарату. Пока он все это проделывал, Антон наклонился к уху Иры.
– Ты не моешь руки? – шепотом спросил он.
– Я не могу, – Ира напоследок погладила Лизу по щеке, уступая ее медсестрам. Теперь она сможет дотронуться до Лизы лишь после того, как все будет закончено. – Сейчас я хочу быть только ее возлюбленной.
– Я тебя понимаю. Я сам с трудом смотрю, когда Стася рожает.
– Спасибо, – тихо сказала Ира.
– Андрияненко будет ассистировать? – фыркнул Антон. – Да он просто кремень – оперировать собственную дочь.
– Он справится, и в данный момент я этому рада. Может, от этого ему станет легче.
– Хм, может быть.
Антон уселся на металлическую табуретку перед аппаратом для анестезии и стал записывать показатели Лизы, препараты, используемые в качестве наркоза, и другие необходимые вещи. Он мотнул подбородком в сторону другой табуретки.
– Поставь ее поближе и устраивайся поудобнее. Возможно, мы здесь задержимся.
– Хорошая мысль.
Ира внезапно ощутила слабость. Она вспомнила, что даже не съела бейгел. Вся ее энергия выгорела от выброса адреналина и приступа ужаса. У нее подкосились ноги, и она грохнулась на табуретку.
– Ты в порядке? – прошептал Антон.
– Да, – Ира сделала глубокий вдох.
В операционную как раз вошли Патрисия и Владимир. Медсестра поспешила к ним со стерильными полотенцами. Теперь в центре внимания была только Лиза.
– Со мной все нормально.
Несколько минут в операционной было тихо: медсестры нанесли Лизе на глаза специальную защитную мазь и протерли ей лицо и волосы раствором бетадина. Когда Владимир повесил стерильную простынь, Ира немного подвинула свою табуретку, чтобы видеть происходящее. Она точно знала, где именно на веках будут сделаны разрезы, какие инструменты будут использованы для того, чтобы приподнять сдвинувшиеся участки дна глазницы, где будут проделаны отверстия, куда специальными винтами прикрепят миниатюрные титановые пластины, которые будут скреплять сломанные кости. Ира уже не раз наблюдала подобную операцию и даже сама проводила ее под контролем. Технически проделать все эти манипуляции было довольно сложно, и поэтому делать тогда ту операцию Ире было интересно. Шрамов почти не будет видно. Но сейчас ничто на свете не могло заставить ее сделать эти разрезы на веках Лизы. У нее бы не поднялась рука нанести новые раны на это лицо, которому и так уже сильно досталось, хотя сейчас это было необходимо.
– А это неплохо, – сказала вдруг Патрисия после довольно продолжительного периода тишины, когда в операционной раздавались лишь тихие просьбы подать тот или иной инструмент, стук стали о живую плоть и монотонное шипение аппарата, подававшего кислород в легкие Лизы. – Дно глазницы разломилось на две больших части. Если мне удастся подвинуть их на место, не сломав, мы можем обойтись без имплантата.
– Такая конструкция будет надежна? – спросил Владимир. – Эти кости выглядят такими хрупкими, как яичная скорлупа.
– Давай посмотрим, что я смогу сделать.
Патриция взяла тонкий серебряный зонд с затупленным концом и с его помощью аккуратно вернула кости на место.
– Похоже, зрачки на одном уровне. Теперь я соединю пластиной латеральный и нижний край глазницы, и они будут держаться. Все будет хорошо.
Все будет хорошо. С ней все будет хорошо. Эти слова эхом отдавались в голове Иры. Она зажмурилась, чтобы сдержать подступившие к глазам слезы. Все, чего сейчас хотелось Ире– чтобы с Лизой все было в порядке. Чтобы ей было не больно, чтобы она была счастлива и чтобы они были вместе. Ира еще никогда и ни в чем не была так уверена – она хотела быть с Лизой.
* * *
Лизе казалось, что она проспала лишь несколько минут. У нее пересохло в горле, и было больно глотать. Ее лицо пульсировало, и Лизе захотелось как-нибудь избавиться от этого ощущения. Она медленно и осторожно провела рукой по шее и подбородку: корсет уже сняли. Когда Лиза попыталась потрогать лицо, вокруг ее запястья сомкнулись сильные прохладные пальцы.
– Пока не нужно трогать лицо, любимая.
– Ира?
– Привет, – сказала девушка и улыбнулась при звуке голоса Лизы. – Ты в послеоперационной палате. Операция прошла успешно.
Лиза нахмурилась, хотя у нее было такое чувство, что ее лицо было полностью неподвижным.
– Все закончилось?
– Да, примерно полтора часа назад.
Ира погладила Лизу по голове, по здоровой щеке, по шее и плечам. Она, казалось, не могла остановиться – ей так хотелось дотрагиваться до Лизы.
– Теперь с тобой все в порядке.
– И как там все было?
Если бы я могла посмотреть. Ире безумно хотелось обнять Лизу. Она опустила металлический поручень койки, чтобы быть как можно ближе к любимой.
– Дно глазницы переломилось на две крупные части. Патрисия довольно легко поставила их на место и обошлась без имплантата, она использовала лишь две пластины.
Лиза закрыла глаза и вздохнула.
– Все должно быть нормально, как думаешь?
У Иры чуть не разорвалось сердце от едва заметной неуверенности в голосе Лизы. Наклонившись, она поцеловала её в уголок рта.
– Да, все будет хорошо, не волнуйся.
– Который час? – вдруг встрепенулась Лиза.
– Начало седьмого, уже вечер.
Лиза напряглась, пытаясь вспомнить, что с ней случилось. Она была за рулем. Остановилась выпить кофе перед платной дорогой. Еще было темно, машин немного.
– Сейчас еще суббота?
– Да, субботний вечер.
– Ты здесь весь день?
– Да.
– Спасибо. Я...
– Ш-ш-ш, я же обещала тебе, что не уйду.
– Я просила их тебе позвонить, – Лиза взяла Иру за руку и сжала ее пальцы. – Твердила об этом все время. Но мне что-то вкололи, и я не смогла их убедить.
Ира постаралась сдержать злость, впервые осознав, какой невидимой их любовь может быть для окружающих. Нет, она этого больше не допустит.
– Придется пришить на твою одежду нашивку с моим именем и номером телефона, – шутливо сказала она.
– Как у Маши? – хрипло рассмеялась Лиза.
– М-м-м, вы мои любимые.
Ира поцеловала пальцы Лизы.
– Я так тебя люблю.
– Я тоже тебя люблю, прости за все это.
– Разве это твоя вина.
Лиза беспокойно заерзала на кровати. С каждой минутой ее сознание прояснялось все больше, наркоз отпускал ее. Каждый ее вдох отдавался жуткой болью в грудной клетке. Голова гудела, словно внутри ее черепа поселилось какое-то злобное существо и долбило изнутри, пытаясь выбраться через глазницы. Больничная койка была холодной и жесткой, верхний свет – слишком ярким и резал глаза. Лизе очень хотелось отсюда выбраться.
– Когда меня отпустят домой?
– Возможно, завтра.
– Почему не сегодня? Мне здесь нечего делать.
– Тебе больно, солнышко? – ласково спросила Ира.
– Немного.
– Завтра наступит совсем скоро.
– Нужно забрать мою машину.
Ира посмотрела на часы.
– Я позвоню в полицию попозже. Они, наверное, ее эвакуировали.
– Какой-то урод пытался взломать мою машину.
Лиза напряглась, вспоминая вспышку обуявшего ее гнева, а потом – ослепляющую боль.
Ира стала гладить ее по шее и не отвела руки до тех пор, пока Лиза не расслабилась.
– Вот идиот.
– Я не заметила его сообщника. У того была бита или что-то вроде того.
Второй угонщик подобрался к ней в темноте, когда она схватила первого и толкнула его на землю. Лиза поморщилась.
– Он ударил меня по ребрам, но моя куртка смягчила удар. Но он сбил меня с ног и ударил ногой в лицо.
Ударь он еще раз, он бы ее убил. Ира покачнулась от этой мысли, к ее горлу подкатила тошнота от ощущения невыносимой утраты. Я только что нашла ее. И нашла себя.
– Эй, малыш, ты почему дрожишь? – пробормотала Лиза.
– Просто от голода, я поесть забыла, – Ира пожала плечами и улыбнулась. – А потом я была немного занята.
– Точно? – Лиза покосилась на Иру, пытаясь сфокусировать здоровый глаз. Во втором все расплывалось от мази. – Ты выглядишь уставшей.
– Я очень волновалась, – тихо сказала Ира и прикоснулась к груди Лизы в центре. Ее сердце билось уверенно и ровно. – А теперь я спокойна.
– Прости меня, – Лиза накрыла ладонь Иры обеими руками, не обращая внимания на трубку капельницы. – Я ни о чем не думала, действовала инстинктивно. Я бы никогда не сделала специально ничего такого, что тебя расстроит.
– Я знаю, все нормально. Просто не могу выносить, когда тебе больно.
– Упрямая моя, – усмехнулась Лиза. – Я тут справлюсь, иди поешь.
– Я скоро пойду.
– Ты не на дежурстве?
– Договорилась с Дзубровым, что он меня подменит. Хотя на самом деле это устроил твой отец.
– Мой отец? – левая бровь Лиза изогнулась от удивления. – С чего бы это?
– Я сама не ожидала, но после окончания операции он сказал, что я должна остаться с тобой. Я ответила, что собиралась это сделать, несмотря на свое дежурство.
Ира вспомнила странное выражение, которое на миг приняло лицо Владимира. Он посмотрел на Лизу, которая еще не начала приходить в себя после наркоза, а потом перевел взгляд на Иру. Его глаза потемнели и были непроницаемы, но заговорил он тихим, почти мягким голосом. Ира никогда не слышала такого голоса у завотделением.
«Вам нужно быть здесь, когда она очнется. Я попрошу доктора Дзуброва подменить вас на смене сосудистой хирургии».
Сказав это, он ушел.
– Я постараюсь поменяться на следующие пару дней, чтобы остаться дома с тобой, – добавила Ира.
– Ты не обязана это делать.
Девушка тяжелым взглядом посмотрела на Лизу.
– Нет, обязана.
– Если тебе не трудно, купи, пожалуйста, что-нибудь поесть. У меня дома шаром покати...
– Значит, вот как ты себе это представляешь, – рассмеялась Ира и покачала головой. – Думаешь, я отпущу тебя домой одну? Ты поживешь у меня.
– У тебя?
– Всю следующую неделю ты будешь сидеть дома и ничего не делать, пока не сойдет отек. Стася будет поблизости и поможет тебе в случае необходимости.
– У нее и без того забот хватает, – возмутилась Лиза.
– Ей же не надо будет одевать тебя, дорогая. И я подозреваю, что поесть ты тоже сможешь сама, – Ира снова потрясла Лизу за руку.
– Спорить со мной бесполезно, ты все равно проиграешь.
– Слушай, я...
– Пожалуйста, Лиз, – мягко попросила Ира, – я не смогу нормально работать, если буду за тебя волноваться. Мне нужно точно знать, что с тобой все в порядке.
– Ну, если ты этого хочешь, – сразу согласилась Лиза. – Но только я буду помогать с Машей или делать еще что-нибудь. Я не собираюсь сидеть сложа руки.
– Если ты этого хочешь, но не раньше, чем начнет сходить отек.
Ира рассмеялась и провела рукой по щеке Лизы.
– Ты даже не подозреваешь, во что только что ввязалась.
– Я все понимаю, – пробормотала Лиза.
Рассмеявшись, Ира уже было наклонилась поцеловать Лизу, когда увидела приближающегося к ним Владимира. Она выпрямилась, но руку Лизы не выпустила. Он встал с другой стороны койки и сначала посмотрел на висевшие над ней мониторы, а уже потом – на Лизу.
– Доктор Лазутчикова рассказала тебе о результатах операции? – спросил Владимир.
– Да.
– Я попросил Ларри Элиота проверить твои глаза, как только сойдет отек. Не думаю, что есть угроза двойного зрения, но нужно убедиться в этом наверняка.
– Мне сложно сказать, что у меня было со зрением до операции, у меня не было возможности осмотреться, – тихо призналась Лиза.
– Патрисия превосходно справилась с восстановлением глазницы. На мой взгляд, в дальнейшем у тебя не должно быть никаких проблем.
– Спасибо, что ассистировал, – сказала Лиза и тяжело сглотнула. Боль в грудной клетке усилилась, но на этот раз не из-за трещин в ребрах. – Мне было... лучше оттого, что я знала, что ты там.
Выражение лица Владимира не изменилось: оно было сдержанным и холодным, как и всегда, но его поза стала не такой напряженной, и он быстро провел пальцами по плечу дочери.
– Ты всегда недооценивала того, как много ты для меня значишь.
Владимир перевел взгляд на Иру, а потом снова посмотрел на Лизу.
– И, кажется, я сам в этом виноват.
– Я не вернусь в Харрисбург, папа, – сказала Лиза. Ее взгляд остановился на Ире. – Здесь у меня так много дорогого моему сердцу.
– Для этого еще придет время, когда ты добьешься успехов в карьере, – возразил Владимир.
– Нет, мы уже и так потеряли слишком много времени, – с улыбкой сказала Лиза, не отрывая взгляда от Иры.
-----------------------------------
Последняя глава осталась