38
— Ты почему молчишь?— наконец спросила она, не выдержав. Он пожал плечами.
— Потому что не вижу смысла.
— Какого смысла? Мы должны что-то решить, Глеб!
— Да что решать?— его голос был сухим и раздражённым,— Мы ссоримся, ты опять на меня наезжаешь, я отдаляюсь, и ты снова начинаешь свои вопросы! Что тут решать?
— Почему ты так говоришь? Ты как будто хочешь, чтобы я тебя бросила,— он резко встал и шагнул к ней.
— Ты всегда задаёшь мне эти вопросы, как будто я что-то должен!— Мареся отступила назад, но не отводила взгляда.
— Ты не понимаешь! Мне нужно чувствовать, что ты рядом! А ты всё время в своём мире. Ты не хочешь открываться, не хочешь говорить. Ты закрываешься и оставляешь меня одну!
— Я не закрываюсь. Я просто не понимаю, почему ты постоянно переживаешь за то, что со мной. Я хочу немного побыть одним,— Мареся почувствовала, как по её щёкам скатываются слёзы.
— Я переживаю, потому что мне важно, что с тобой. Я хочу быть рядом. Но ты всё время отталкиваешь меня!
Глеб замолчал, его лицо исказилось от внутреннего напряжения. Он пытался что-то сказать, но слова не шли.
— Так почему ты не говоришь мне, что с тобой? Почему не объясняешь? Почему молчишь, когда я спрашиваю, почему не хочешь быть со мной? Почему не хочешь быть рядом, когда я нуждаюсь в тебе?
Он закрыл глаза, словно пытаясь собраться. Потом сказал:
— Потому что я не знаю, что ответить. Потому что я не понимаю, что с нами.
Мареся не могла выдержать. Вся боль, вся обида, все её вопросы, наконец, вырвались.
— Это не нормальные отношения, Глеб! Это не нормально! Мы всё время ссоримся, ты не объясняешь, что происходит, я не знаю, как с тобой быть, как быть с нами. Всё это кажется… неправильным.
Он замолчал.
— Ты права. Это не нормально.
Она просто стояла, чувствуя, как внутри что-то ломается. Всё, что она хотела — это быть рядом с ним, а вместо этого она чувствовала, что их отношения ускользают, как песок через пальцы.
— Может, мы просто слишком разные, Глеб?— её голос был тихим и дрожащим.
Он молчал. В этот момент, стоя перед ним, Мареся поняла, что не будет больше пытаться понять. Она не могла продолжать жить в отношениях, которые приносили ей столько боли. И если Глеб не хотел бороться, если он не мог объяснить, что с ним, что с ними, то, возможно, пришло время отпустить.
Она сделала шаг назад.
— Я больше не могу,— прошептала она, и в её голосе была такая тихая боль, что даже Глеб почувствовал её.
И когда она развернулась, чтобы выйти с комнаты, он не сказал ни слова.