Опасный контракт

Максим всегда считал свою команду своей второй семьёй. Вне льда они были как братья, поддерживая друг друга как в победах, так и в поражениях. Однако в последнее время он чувствовал, как эта сплочённость начинает обретать новую форму — форму вмешательства. Его личная жизнь, казавшаяся некогда чем-то интимным, вдруг стала объектом обсуждений, а его друзья начали действовать в её рамках, будто они имели на это право.

После того как Максим открыл Алисе своё прошлое и признался в своих чувствах, он думал, что, возможно, на какое-то время ему удастся найти покой. Но его коллеги по команде, как оказалось, не собирались оставлять его в покое.

В раздевалке, во время утренней тренировки, Максим почувствовал, как на него устремляются взгляды. Это было обычным явлением — хоккеисты всегда обменивались множеством фраз и шуток перед выходом на лёд. Но сегодня всё было по-другому.

— Ну что, Макс, как там дела с твоей писательницей? — заговорил Игорь, один из его старых друзей, с хитрой улыбкой на лице.

Максим едва заметил, как его лицо побледнело от удивления и недовольства. Он знал, что Игорь был мастером подшучивать, но этот вопрос задел его за живое. Он никогда не любил, когда люди вмешивались в его личные дела, особенно когда речь шла о чём-то таком деликатном.

— Что тебе до этого? — ответил он сдержанно, пытаясь скрыть раздражение.

Игорь не отставал. Он был одним из тех людей, которые не могли не вовлечься в обсуждения, если что-то шло не по плану.

— Да ну, ты ведь не скажешь, что тебя это не интересует, — продолжил Игорь с усмешкой. — Всех нас тут интересует, как ты её обрабатываешь. Мы ведь все знаем, что ты не такой уж романтик.

Максим почувствовал, как на него наваливается давление. Его мысли вернулись к Алисе и тому разговору, который они вели несколько дней назад. Ему казалось, что теперь, после откровения, он мог немного отстраниться от мира, но друзья не давали ему покоя. Это беспокойство начало нарастать.

Не успел он ответить, как к разговору подключился другой его товарищ по команде, Андрей, известный своей прямотой и критичностью.

— Так, может, расскажешь нам, Макс, почему ты так долго с этой девчонкой не общался? Ты ведь с ней не первый месяц? Или ты просто боишься, что она не поймёт твою "красную линию" в отношениях?

Максим почувствовал, как в груди начинает сжиматься чувство дискомфорта. Он вообще не был готов к такой откровенности. Он всегда ценил дружбу с ребятами, но сейчас эта забота о его личной жизни казалась слишком назойливой. Он хотел защищать свою связь с Алисой, но одновременно чувствовал, как его пространство сужается. Его отношения стали предметом обсуждения не только с ней, но и среди его друзей, что заставляло его чувствовать себя уязвимым.

— Ребята, давайте без этого, — ответил он, всё ещё стараясь сохранить спокойствие. — Моя личная жизнь — это моя жизнь. Мне не нужно, чтобы вы решали, как мне с ней быть.

Однако Андрей не остановился.

— Мы просто переживаем, Макс. Ты ведь сам знаешь, что тебе нужно разобраться в себе. А Алиса — она хорошая, но ты же сам знаешь, что бывает, когда ты слишком долго ждёшь. Женщинам нужно больше, чем просто слова, и они не всегда терпят.

Эти слова задели Максима. Он никогда не был уверен в своём умении открыться, а теперь и его друзья, казалось, сомневались в его способности быть с кем-то. В его голове начали бороться две мысли: с одной стороны, он понимал, что они переживают за него, а с другой — это вмешательство начинало его выводить из себя. Он хотел защитить свою связь с Алисой, но одновременно чувствовал, как его пространство сужается.

Но неожиданно, в этот момент, Илья Фёдоров, новый нападающий, вступил в разговор.

— Ребята, вы точно хотите обсуждать это прямо сейчас? — его голос был твёрдым, но с нотками беспокойства. — Макс сам взрослый человек. У него есть свои причины, и это не наша работа вмешиваться. Мы должны поддерживать его, а не давить.

Все повернулись к Илье. Его новизна в команде не позволяла ещё полностью оценить его мнение, но слова были уместными. Он недавно присоединился, но быстро завоевал уважение за свою прямоту и серьёзный подход к делу.

— Он прав, — добавил Дмитрий «Дима» Кузнецов, капитан команды, который всегда был на стороне справедливости. — Мы все взрослые люди. Личную жизнь не обсуждаем, если сам человек не захочет. Макс, если хочешь — говори, не хочешь — значит, не говори. У нас нет права навязывать своё мнение.

Роман «Рома» Дёмин, защитник и близкий друг Максима, тоже поддержал.

— Илья, Дима — правы. Мы все должны помнить, что на льду и в раздевалке мы команда, а вне её — каждый решает за себя. Если ты хочешь поговорить, мы здесь, но не надо навязывать что-то Максу. Пора оставить его в покое.

Максим почувствовал, как тяжесть с его плеч начинает спадать. Он знал, что его друзья поддержат, но не ожидал, что они так решительно выступят в его защиту. Это был важный момент — момент, когда он почувствовал, что может довериться своей команде, что ему не нужно быть всегда в поисках одобрения, особенно в таких личных вопросах.

— Спасибо, ребята, — сказал он, облегчённо выдохнув. — Мне это действительно важно.

Когда разговор успокоился, и все разошлись, Максим остался в раздевалке один. Он думал о том, как его жизнь переплетается с жизнью других людей и как важно для него иметь таких друзей. Но мысли о Алисе не покидали его. Он знал, что не собирается сдаваться. В его жизни появился человек, которого он хотел удержать, и он был готов бороться за неё.

Он снова набрал номер Алисы, надеясь, что этот разговор будет последним шагом в их отношениях — шагом, который принесёт ему ответы и, возможно, решение.

Когда Максим снова вошел в раздевалку, его мысли были сосредоточены на том, как вести себя с Алистой. Он знал, что разговор с ней был неизбежен. Он понимал, что её молчание — это не просто дистанцирование, а сигнал того, что она сама переживает. Он чувствовал, как его окружение начинало влиять на его собственные сомнения, особенно после того разговора с друзьями. Но они всё равно были на его стороне, и это дало ему силы.

Когда он подошёл к шкафчикам, он заметил, что Илья и Дима, стоя рядом, переглядывались с выражением готовности поддержать его.

— Макс, ты ведь не будешь их слушать? — Илья, всегда прямолинейный, смотрел на него с сочувствием.

— Не знаю, Илья, — Максим тяжело вздохнул. — Может, я сам не знаю, что мне делать. Я не хочу её потерять, но я не могу заставить её доверять мне. Она видит только моё прошлое.

Дима, капитан команды, подошёл ближе, положив руку на плечо Максима.

— Ты переживаешь, что она снова уйдёт, не так ли? — его голос был мягким, но уверенным. — Но вот что я скажу, Макс: ты сам решаешь, что делать. Ты и только ты. Если хочешь, чтобы она поверила, покажи это через действия. Не верь тем, кто говорит, что ты не способен на это. Я тебя поддерживаю, брат.

Максим благодарно кивнул, ощущая теплоту от этих слов.

— Ты прав, — сказал он, уверенно глядя на своих друзей. — Я не собираюсь сдаваться. Я её не отпущу.

Илья хмыкнул, с любопытством наблюдая за Максимом.

— Да ты не такой уж и прямолинейный, Макс, но мне нравится, что ты не хочешь отступать. Не зря же ты самый стойкий на льду. Так что теперь тебе нужно взять себя в руки и поговорить с ней. Без игры в молчанку и без того, чтобы откладывать.

— Ладно, ладно, я понял, — улыбнулся Максим, стараясь скрыть напряжение, которое ещё оставалось. — Не буду тормозить, обещаю.

— Не стоит бояться, Макс. Ты точно знаешь, что ты хочешь, а она… Она просто боится. Если она тебя действительно любит, она будет бороться за вас двоих, — сказал Рома, подходя к группе.

Все молчали, чувствуя, как в воздухе повисло какое-то неписанное единство, подкрепленное не только поддержкой, но и настоящей дружбой.

Максим снова посмотрел на своих друзей и почувствовал уверенность, которая раньше казалась недостижимой. Его команда, его братья на льду, всегда были рядом, и теперь он чувствовал, что не один в этой борьбе за своё счастье.

— Ну, что, ребята, давайте вернёмся к делу, — сказал Дима, капельку изменив свою серьезность. — Когда тренировка, а не разборки?

Максим рассмеялся, отпуская напряжение.

— Спасибо вам, правда, — сказал он, чуть улыбаясь.

Когда все разошлись по своим делам, Максим остался в раздевалке на пару минут. Он понимал, что перед ним предстоит сложный разговор с Алисой, но теперь он знал, что это решение не только его. Он был готов сражаться, потому что не хотел снова терять того, кого любил.

Он достал телефон и набрал её номер. Когда она ответила, в её голосе всё равно звучала настороженность, но теперь он был решителен. Он не собирался отступать.

— Алиса, нам нужно поговорить, — сказал он, чувствуя, как его сердце бешено колотится.