Без доверия нет любви

Доехав до дома, я пулей вылетела из машины и торопливо направилась к подъезду. Часы показывали, что время еще есть, но в голове уже крутился лихорадочный калейдоскоп мыслей о предстоящем вечере.

«Только не паникуй, Изи. Это просто ужин. Семейный ужин. С лучшей подругой и её семьей, которая знает тебя сто лет», — успокаивала я себя, нажимая кнопку лифта. Но сердце все равно колотилось где-то у горла.

Войдя в квартиру, я сразу же погрузилась в приятный хаос выбора наряда. Шкаф распахнулся, и началась примерка.
И— Это слишком скучно... Это слишком празднично... А это вообще на похороны, — бормотала я под нос, отбрасывая одно платье за другим на спинку кровати.
Наконец, мой взгляд упал на то самое платье. Идеальное. Я с удовольствием надела его, чувствуя, как ткань приятно холодит кожу.

Обувь стала последним, но самым важным штрихом. Я открыла коробку и с нежностью погладила лакированную кожу.
И— Ну что, красавицы, сегодня ваш звездный час, — прошептала я, обращаясь к туфлям Dolce & Gabbana. Сестра подарила их мне на восемнадцатилетие, и они были моим талисманом, моей маленькой боевой раскраской для ног. Пятнадцатисантиметровая шпилька делала походку уверенной, а образ — вульгарно-деловым. Кажется, сегодня мне удалось поймать этот баланс.

Собрав сумочку, я машинально сунула туда паспорт. Странное решение, внутренний голос шепнул: «Возьми, пригодится». Я не стала спорить с интуицией.
Закрывая квартиру на ключ, я уже вызывала такси через приложение.
И— Черт! — выругалась я, увидев время ожидания. — Надо было заказывать пять минут назад, а я тут сцену из «Золушки» устроила.
Пришлось присесть на лавочку у подъезда, болтая ногой и гипнотизируя экран телефона, где медленно ползла машинка таксиста.

Дорога до ресторана заняла ровно 24 минуты. Нам повезло — центр города, а пробок не было, словно сам воздух расчищал мне путь.
Выходя из такси и поправляя платье, я краем глаза заметила знакомый силуэт. Леона, мама Беллы, захлопывала дверцу представительского Кадиллака, а её муж Риккардо — нет, Рико — ждал её, закуривая сигарету и выпуская дым в вечернее небо.
Они выглядели прекрасно. Леона в элегантном костюме, Рико — воплощение сдержанной мужской силы.

Леона заметила меня первой, и её лицо озарила та самая теплая улыбка, от которой на душе становилось спокойно и уютно. Она помахала рукой, подзывая к себе.

И— Леона! Риккардо! — я подошла ближе, чувствуя, как волнение отступает.

Л— Привет, дорогая! Давно не виделись. Я так рада, что у тебя получилось приехать на наш семейный ужин, — сказала она, и в её голосе слышалась неподдельная искренность. Она слегка коснулась моего плеча, и от этого жеста стало еще теплее.

Р— Привет, Изи, — кивнул Рико, делая последнюю затяжку и туша сигарету в урне.

И— Здравствуйте! — выпалила я на одном дыхании. — Я безумно рада вас видеть. Спасибо огромное за приглашение. Вы сегодня просто потрясающе выглядите, Леона. И вы, Риккардо, — вырвалось у меня, прежде чем я успела подумать. Это была чистая правда.

Л— Спасибо, милая. Ты сегодня просто сияешь, — Леона обняла меня, и я утонула в облаке её легких духов. — И платье чудесное.

Р— Скажу то же самое, что и Леона, — усмехнулся Рико, пряча в уголках губ нежность. — Но, Изи, ну сколько можно? Зови меня Рико. Мы же не первый год знакомы, а ты всё официальничаешь, будто я твой строгий учитель.

Я смущенно улыбнулась, чувствуя, как щеки заливает легкий румянец:
И— Постараюсь, Рико. Обещаю. А бабушка Габриэла и дедушка Сандро уже здесь?

Л— Да, они уже внутри, ждут нас, — ответила Леона, беря мужа под руку. — Пойдем?

Мы направились ко входу в ресторан. Стеклянные двери бесшумно распахнулись перед нами, и приветливый менеджер в идеальном костюме, едва взглянув на Леону, тут же проводила нас к личному лифту, ведущему на VIP-этаж.

«Территория избранных», — пронеслось у меня в голове. Я знала, что этот ресторан славится своей недоступной роскошью, что очередь на обычное бронирование растягивается на год. Но VIP-этаж... это была совсем иная лига. Здесь воздух, казалось, был гуще, пропитанный деньгами и властью. Цены, конечно, были заоблачными, но кто здесь смотрит на цены?
Я вспомнила, как мы с Беллой однажды обедали здесь, в основном зале. Впечатления от той еды до сих пор жили в моей памяти, заставляя желудок довольно сжиматься в предвкушении.

Когда мы подошли к нашему столику в отдельной зоне с панорамными окнами, я сразу увидела бабушку Габриэлу и дедушку Сандро. Они были одеты с той безупречной элегантностью, которая приходит только с годами и истинным вкусом. А рядом с ними сидела Белла.
Она была прекрасна. Вечернее облегающее платье подчеркивало её фигуру, волосы струились по плечам, а глаза сияли при виде меня.

И— Здравствуйте, Габриэла, Сандро, — произнесла я, чувствуя, как при виде этих людей меня наполняет спокойствие и радость. Мы дружили с Беллой с восьми лет, и я провела у них в гостях столько времени, что они стали мне почти родными.

Г— Привет, дорогая! — Габриэла жестом подозвала официанта, который уже стоял навытяжку в ожидании заказа. — Иди к нам, детка.

Габриэла взяла равиоли, Сандро — пасту с креветками. Они оба, не сговариваясь, заказали белое вино. Белла выбрала цезарь и, поколебавшись, ткнула пальцем в меню:

Б— А давай вот это... оранжевое вино? Никогда не пробовала. Звучит интригующе.

Л— Я буду пасту с белыми грибами и красное вино, — Леона вопросительно взглянула на мужа, продолжая листать меню. — А ты, милый?

Р— Мне бараньи ребра и виски. Односолодовый, пожалуйста, — ответил Рико и перевел взгляд на меня. — А ты, Изи? Что будешь брать? Не стесняйся, заказывай всё, что захочешь.

И— Я, наверное, ризотто с белыми грибами и... розовое вино, — ответила я, чувствуя себя совершенно счастливой.

Пока мы ждали заказ, за столом царила легкая, непринужденная атмосфера. Мы болтали обо всем на свете: о последних новостях, о путешествиях, о смешных случаях.

Б— Изи, Изи, смотри! — Белла толкнула меня локтем и зашептала на ухо, кивая в сторону соседнего столика, где сидела эффектная дама в огромных серьгах. — Ты видела эти серьги? Мне кажется, еще один чих — и камни просто оторвут ей мочки! Они же весят, как моя сумочка!
Я фыркнула, прикрыв рот салфеткой:

И— Ахахах, и не говори! А ты посмотри на ту, справа. У неё такое выражение лица, будто повар лично пришел и плюнул ей в десерт. Какая драма!

Г— И не говорите, девочки, — неожиданно подключилась к нашему шёпоту Габриэла, поправляя очки. Она кивнула на мужчину за столиком в углу. — А у того господина борода такой длины, что, когда он наклоняется к тарелке, она, наверное, буквально купается в супе. Надеюсь, он заказал что-то не слишком жидкое.

Мы с Беллой прыснули со смеху, стараясь не рассмеяться слишком громко. Бабушка Беллы была сокровищем.

Но смех застрял у меня в горле в ту же секунду, как я подняла глаза.
Весь вечер меня не покидало странное ощущение, будто кто-то сверлит меня взглядом. Я старалась не обращать внимания, списывая на паранойю. Но сейчас, когда я наконец позволила себе оглядеть зал, я поймала его.

В толпе людей, за столиком в полумраке, сидел мужчина. И его глаза — глубокие, карие, почти черные — смотрели прямо на меня.
Этот взгляд был противоречивым до дрожи. В нём чувствовался лёд, стальная сдержанность и опасность, но вместе с тем — какое-то необъяснимое, обволакивающее тепло. Собственническая сила, от которой по спине пробежал холодок, но в груди, наоборот, разлился жар.
Я утонула. Провалилась в эту глубину, забыв, где нахожусь, кто я и что только что смеялась над чьей-то бородой. Весь мир сузился до этих двух точек — его глаз.

Б— Изи? Изи! — голос Беллы ворвался в моё сознание, как спасательный круг. — Эй, ты в порядке? Ты уже минуту смотришь в одну точку, и я даже не могу понять, куда именно. Что случилось?
Я моргнула, с трудом возвращаясь в реальность. Голос прозвучал хрипло, словно чужой:

И— Д-да, всё в порядке. Всё хорошо.
Я обернулась. Столик в полумраке был пуст. Только остывший кофе и скомканная салфетка. Загадочный мужчина с карими глазами исчез, словно его и не было.

«Может, просто игра воображения? Переутомилась?» — лихорадочно думала я, пытаясь унять бешено бьющееся сердце. Но вопрос, оставшийся без ответа, жег изнутри. Нет. Это была не иллюзия.

И— Белла, — тихо спросила я, всё ещё глядя на пустой столик. — Ты видела того мужчину? Вон там, в углу?

Белла проследила за моим взглядом и вздрогнула, что было на неё совсем не похоже.

Б— Видела, — ответила она шепотом. — Он какой-то... жуткий. От него мурашки по коже. Я не знаю, кто это, но он внушает мне страх.
Это признание поразило меня. Моя всегда смелая, бойкая и бесстрашная Белла испугалась.

Но для меня тот взгляд значил совсем другое. В нём не было жути. В нём было больше тепла, чем холода. Он окутывал меня странной, почти завораживающей аурой, от которой сердце билось чаще, а в висках стучала только одна мысль: «Кто ты?».