Глава пятьдесят третья
Вечером месяц спустя я, привычно завернувшись в одеяло, уже почти провалилась в сон, когда меня растолкала Джису:
- К тебе пришли.
- Скажи, что я сплю, - буркнула я, переворачиваясь на другой бок. Последние пару недель я из-под полы приторговывала укрепляющими зельями для студентов, и заказчики имели свойство заявляться в самое разное время суток.
- Сказала.
- Ну вот и славно, - натягивая одеяло повыше, ответила я.
- Но это не за зельем.
- Да без разницы, - отозвалась я, снова проваливаясь в сон.
Паладинша еще что-то там говорила, видимо, уговаривала подняться, но услышала я ее только когда она сдернула с меня одеяло.
- Эй! - возмутилась я, моментально проснувшись.
- К тебе пришли!
- Да наплевать! Отдай одеяло!
- Лиса! - соседка сжала кулаки. - Ты просто... просто выйди, и все!
- Отравлю, - пообещала я, испытывая жгучую ненависть к визитерам.
Я накинула свою любимую дырявую, но такую теплую шаль на плечи и распахнула дверь в коридор.
- Ну чего вам? - хмуро спросила я, ища глазами тех отчаянных, кто уговорил Джису растолкать меня.
Стену напротив моей комнаты подпирал Чон Чонгук.
- Привет. - тихо поздоровался он.
И мне сразу стало как-то неловко от своих растрепанных волос, дешевой сорочки из грубой ткани, латанной-перелатанной шали.
- Привет, - мрачно ответила я.
Парень молчал, как-то изучающе рассматривая меня.
- Помогло? - решила поинтересоваться я на всякий случай про антидот. Результатов-то я не знала - о таком в газетах не пишут.
- Да. Отец тебе очень благодарен.
- О. - только и ответила я.
- Оденься, - кинул Чон.
- Зачем? - не поняла я.
- Нужно пройтись.
- Прямо сейчас? - я вскинула бровь.
- Да.
- До утра не потерпит?
- Нет.
Я вздохнула:
- Ладно. Надеюсь, это не очередная задачка на алхимию.
Джису в комнате очень скверно изображала спящую, но и на том спасибо. Разговаривать с ней, предательницей, сейчас у меня не было никакого желания. Я немного поколебалась, стоит ли одеваться тепло или красиво? Но потом одернула саму себя - ну что я, в самом деле. А потому натянула теплый костюм, завязала волосы в тугой узел на затылке и вышла в коридор.
Парень таким родным и привычным движением отлепился от стены и пошел на выход из общежития. На улице тихо шел снег. Большими, красивыми хлопьями он кружился в свете магических светильников, создавая невероятное ощущение уюта. Мы шли по дорожкам академгородка без какой-либо цели. Просто гуляли в первом часу ночи.
- Чонху на той неделе приговорили к казни, - заговорил Чон спустя какое-то время.
- А ребенок?! - ахнула я.
- Приговор приведут в исполнение после родов. Ребенок... если это действительно мой брат, будет принят в семью.
- А если нет? - хмуро спросила я.
- Тогда я позабочусь, чтобы он попал в семью к хорошим людям, - пожал плечами Чон. - Оставлять при отце напоминание о собственном позоре... небезопасно для малыша.
Я молча кивнула.
- Отцу лучше. Я выбрал средний вариант.
- Хорошо, - ответила я.
- Сохён сослали в монастырь.
- Туда ей и дорога, - не удержалась я.
- Я очень сожалею, что меня не было рядом, когда Чонха заявилась в академию, - произнес он.
- Все обошлось. Минхо меня защитил.
Мы снова помолчали, дойдя до той самой лавочки, где Чон орал на меня, красуясь восхитительной синей шевелюрой. Парень вздохнул и впервые за всю прогулку посмотрел мне в глаза.
- Я должен поблагодарить тебя. Но у меня нет слов.
- Простого «спасибо» будет достаточно, - подсказала я.
Чон закатил глаза:
- Манобан, ты невозможная ведьма.
- Почему это? - взмутилась я, собрав снег с лавочки и запустив в мага плохо слепленный снежок. - Очень даже возможная, чувствуешь?
- Нет, - усмехнулся парень, шагнув ко мне.
- Как это нет? - возмутилась я.
- Не чувствую, - тихо произнес он, делая еще шаг. Мой ладони уперлись ему в грудь.
- И даже теперь? - почему-то так же тихо спросила я.
- Может быть, чуть-чуть... - прошептал он, убирая мою прядь волос с лица.
В его восхитительных синих глазах пылало магическое пламя, он наклонялся ближе... ближе... ближе...
- Чонгук... не надо.