Глава тридцать девятая
Я предполагала, что ужин у таких родовитых господ, это что-то пафосное, много разговоров, мало еды, какой-то церемониал. В действительности все выглядело и проще, и сложнее одновременно.
Мы с Чоном просто зашли в огромный зал под ручку. Никакой церемониймейстер не тюкнул посохом об пол и не гаркнул наши титулы, привлекая внимание общественности. Однако внимание к нам приковано оказалось и без дополнительной помощи.
– Притащил в отчий дом ведьму…
– Ах, если бы была жива его матушка…
– Личная гостья? Личная грелка…
– Парня нужно срочно женить на достойной девушке…
– Говорят, мачеха нашла ему отличную партию…
Эти и менее лестные громкие шепотки сопровождали нашу парочку. Честно говоря, у меня даже возникла крамольная мысль устроить какую-нибудь диверсию, например, плюнуть в чью-нибудь наглую рожу. Но Чон, видимо, разглядев в моем лице непреодолимое желание устроить представление, накрыл ладонью мою руку на его локте и негромко сообщил куда-то в район макушки:
– Баронесса, держите себя в руках.
Я сердито зашипела, а Чон, подумав, добавил:
– Ну или меня.
От этой внезапной шутки я искренне улыбнулась. Ладно, всего один вечер в серпентарии, а потом сбегу в свое поместье (обалдеть!) и буду уже там варить эликсиры для сельхоз нужд.
– Кто все эти люди? – тихо спросила я, пока маг вел меня куда-то меж слонявшихся без дела людей.
– В основном родственники.
– Кошмар, – искренно ужаснулась я.
– Почему? – удивился Чон.
– Потому что как только твоя семья пошатнется, эта стая шакалов налетит вас догрызть.
– Хм… ты удивительно точно описала политическую ситуацию в моей стране, – задумчиво проговорил парень, кивая на ходу каким-то перекошенным от избытка эмоций лицам, – за одним только исключением – моя семья не пошатнется.
– Надеюсь… – вздохнула я. Я ведь теперь тоже как бы подданная этой страны и вообще-то очень заинтересована, чтобы семья Чона уверенно сидела на троне.
Темный маг – преданный верноподданный. Сама в шоке!
Погруженная в мысли о своем внезапно сменившемся социальном статусе, я и не заметила, как Чон подвел меня к паре. Мужчина неопределенного возраста был точной копией Чонгука, только неопределенного возраста за пятьдесят.
– Отец.
Мужчина величественно кивнул и окинул меня любопытным взглядом. Наверное, надо было присесть в реверансе или поклониться, но я подумала и решила, что первое выйдет на потеху публики, а второе не дождутся.
– Отец, это баронесса Лалиса Манобан, – представил меня маг.
Чон - старший моментально поменялся в лице. Только что передо мной был милый дяденька, раздобревший от сытой спокойной жизни, и уже стоит хищник на изготовке перед броском.
– Инквизитор? – спокойно спросила я, склонив голову набок.
– Ве-е-едьма, – протянул мужчина, нехорошо прищурившись.
– Ведьма, – согласился Чонгук. – Моя ведьма.
Я хотела возмущенно рыпнуться, но парень держал цепко. А вот его отец неожиданно понимающе хмыкнул:
– Ничего такая. Твоя ведьма.
Я попыталась возмущенно рыпнуться еще раз, но Чон даже и не думал меня выпускать из рук. Как будто в тот момент, как он меня отпустит, ему всучат какую - нибудь другую девицу. И не просто всучат, а пришьют насмерть.
Тут к Чону - старшему подошла женщина, и я сама вцепилась в Чонгука – не оторвать.
Она была красива. Очень красива. Такой яркой, безудержной красотой, от которой невозможно оторваться. Правильные черты лица, чистая кожа без единой морщинки, полные губы. Огромные глаза смотрели с какой-то наивной хитринкой. Волосы – чистое золото – уложены в простую изящную косу, перевитую нитью с драгоценными камнями. Она выглядела лет на двадцать и лицом, и точеной фигуркой в дорогом, но не безвкусном платье.
Короче, такими женщинами принято хвастаться, как скаковыми лошадьми, особенно если хвастунишка разменял полвека.
– Маменька, – оскалился Чонгук.
О-о-о-о… нет, ну теперь многое вставало на свои места.
Маменька положила наманикюренную ладошку на плечо Чона - старшего и невинным голосом поинтересовалась:
– Чонгук, кто эта прекрасная незнакомка? – мило улыбнулась мачеха парня.
– Это баронесса Лалиса Манобан, – представил меня Чон - младший.
– Манобан… – нахмурила идеальный лобик женщина, – я не помню такого баронства.
– Это новое, – любезно пояснил Чон. – Лиса – моя сокурсница. Вы встретили нас у портала позавчера.
Ага, и орали дурниной. Но, надо отдать дамочке должное, выражение ее идеального лица не изменилось, маска не дрогнула, она продолжала изображать все то же милое, чуть глуповатое радушие.
– Правда? – хлопнула глазами мачеха. – Ох, я тогда так утомилась, что и не помню, в тот день было столько поставок…
– Ну конечно, маменька, – Чонгук продолжал щеголять приклеенной белозубой улыбкой.
– Ох, позвольте вас покинуть, – промурлыкала дамочка в ухо Чону - старшему, – обязанности хозяйки требуют моего присутствия.
Едва мачеха упорхнула, мужчины выдохнули. Старший – блаженно, младший – зло.
– Сынок, надеюсь, когда - нибудь ты найдешь такую же прекрасную женщину, – мужчина похлопал Чона по плечу и отошел к гостям.
Чонгук посмотрел на меня выразительно, а я, старательно пародируя его мачеху, смахнула невидимые пылинки с плеча парня и интимным голосом поинтересовалась:
– Здесь хоть кормить будут?
Чон пытался сохранить серьезную мину, но глаза смеялись, и этого было достаточно. Несмотря на мой острый язык, я вообще-то стараюсь держать его за зубами. А вот о том, что кругом любопытные глаза и уши, забывать не следовало.
– Чонгук, какая встреча! – к нам подплыла впечатляющих размеров дама. – Мальчик мой, как я рада тебя видеть!
– Тетушка Гаын! – пискнул Чонгук, которого сжали в медвежьих объятиях, неуловимым движением оттеснив меня.
– Как ты возмужал! Как похорошел! Почему ты не заезжаешь к своей тетушке? – сыпала вопросами женщина, а я размышляла, надолго ли хватит у парня воздуха в ее лапищах, и дадут ли мне орден за спасение юного герцога от удушения.
– А кто эта миленькая девчушка рядом с тобой? – заворковала тетушка, переключив взгляд синих глаз на меня.
Я решила сразу расставить приоритеты и, во избежание всякого рода тисканий, заявила:
– Я – Лалиса Манобан. Ведьма.
Эффект это имело потрясащий. Меня буквально подхватили подмышки и немного потрясли.
– Ух ты! Настоящую ведьмочку нашел! Какая хорошенькая! – ворковала тетушка Гаын, а я в ужасе смотрела на парня и шептала «Помоги».
– Тетушка Гаын, – мягко попросил Чор, и женщина-таки соизволила опустить меня на пол.
– Хороша! – одобрительно покивала тетушка. И тут же добавила: – Это ведь твоя ведьмочка?
– Моя, – согласился парень, а я лишь закатила глаза.
– Ну вот и славно, – подытожила тетушка. – Жду в гости после получения диплома.
– Хорошо, – покорно согласился Чон.
– С ведьмочкой! – уточнила Гаын и, подмигнув мне, двинулась в сторону обеденной залы, куда уже приглашали всех к столу.
– Как тебе моя семья? – невинно поинтересовался парень, предлагая локоть.
– Впечатляюще, – честно ответила я. – Мы сможем попозже обсудить…
– Приглашение тетушки? – подсказал Чон.
– Ага, – хмуро согласилась я. – Приглашение. Знаешь, мне кажется, это очень подозрительная реакция на темного мага.
– Тетушка Гаын очень прогрессивных взглядов, – тепло улыбнулся парень, и я все-таки сломалась от любопытства:
– А она действительно твоя родная тетка?
Чонгук кивнул:
– Старшая сестра матери.
О-о-о… наверное, и правда близкий родственник.
– Любопытная женщина, – уклончиво резюмировала я, и мы, наконец, расселись за столом.
Порядок был такой: во главе стола сидел Чон - старший с женой, по правую руку от него сидел Чонгук, а дальше… вообще-то, я рассчитывала, что дальше буду сидеть я, но место там уже оказалось занято.
Сохён.
– Чонгук, как я рада! – девушка кинулась на шею Чону.
У меня второй раз за день вырвали парня из рук! Куда это годится?! Нет, с таким подходом к делу, я решительно никогда не обзаведусь мужем. Определенно придется попросить Чона помочь мне подкачать руки…
Меж тем упомянутый Чон отцепил девицу от себя и улыбнулся ей с таким радушием, что я даже засомневалась, видел ли он, как та позволила туману утащить бедолагу.
– Ой, Лиса… тетушка Чонха сказала, что Чон привел домой девицу, но я бы и подумать не могла, что это ты! И что у тебя хватит такта явиться за общий стол, где собирается вся семья!
Тишина вокруг была потрясающая. Мне даже показалось, что я слышу, как кто-то из прислуги протирает бокалы.
Мне очень хотелось раскрыть рот и высказать этой дрянной дряни все, что я думаю о таких людях, но Чонгук мягко, почти нежно произнес:
– Сохён, маменька никогда бы не смогла так скверно отозваться о моей личной гостье. Да, маменька? – парень развернулся к женщине всем корпусом, и та, не теряя своего очарования, величественно кивнула:
– Ты что-то напутала, милая.
«Милая» изрядно так обалдела и даже не пыталась удержать лица. А Чонгук меж тем добил бедолагу:
– И, кстати, здесь занято.
Сохён отмерла, и злость исказила лицо девушки:
– Еще чего! Я всегда сижу по правую руку от тебя рядом с тетушкой Чонхой! И не тебе решать, куда меня пересаживать! А ве… гостью твою посадили там, – Сохён ткнула куда-то в другой конец стола, – где ей и положено сидеть!
– Что ж… – равнодушно пожал плечами Чонгук, – тогда и я пересяду. У моей маменьки ведь в любом месте стола прекрасная еда.
И он взял и пересел. Пересел! В абсолютной тишине зала, под пристальными взглядами каких-то людей я шагала в самом дорогом за всю мою жизнь платье под руку с герцогом в самый дальний конец стола.
– Ты уверен, что совать меня между молотом и наковальней – хорошая идея? – спокойно поинтересовалась я, когда зал наполнился шумом и гамом прислуги, переставляющей тарелки и провизию сообразно статусу сидящего в этом конце стола наследника.
– Ты под моей защитой, – ровно ответил Чон.
Он задумчиво барабанил пальцем по подлокотнику и смотрел на своего отца. Тот словно бы и не заметил перепалку между родным сыном и воспитанницей второй жены.
– Ты понимаешь в чем проблема, да? – тихо спросила я, накрывая его ладонь, выдававшую сильную нервозность.
– М? – парень вынырнул из своих мыслей и тупо уставился на наши руки. – О чем ты?
Я наклонилась к нему и тихо произнесла на ухо:
– Твоя мачеха беременна.