Двойняшки.

Мила, ты совсем отощала!  мама щупала мою руку и озадаченно её разглядывала.  От тебя скоро кожа да кости останутся! Ты что, совсем ничего не ешь?

Почему не ем?!  возмущённо пробухтела.  Я вон блинчики доела.

Мама подозрительно посмотрела на меня, будто я сейчас в чём-то криминальном призналась. Украла или убила. Судя по лицу дорогой родительницы, уж лучше бы я убила или украла!

Я тебе принесла их три дня назад  возмущения в голосе было столько, что даже моё классическое ой, всё маму не остудило.  Мне к врачу твоему сходить?

И что ты скажешь? Мам, перестань. Со мной всё хорошо. И с чего ты взяла, что я похудела? Вон отёки какие, я даже кольца сняла.

Вот именно, что отёки. А знаешь какие у тебя пухленькие ручки были, когда ты была маленькой? Пухленькие-пухленькие! Складочки на руках у тебя так и остались, как у младенчика. И сейчас я этих складочек не наблюдаю!

Потому что меня раздуло как тётю Гарри Поттера! Мам!  всплеснула руками и выдохнула.  И вообще, мне нервничать нельзя, а сейчас я

Хорошо, хорошо! Может, прогуляемся? Подышим свежим воздухом?

Издеваешься? На меня пальто уже не налезает. Всё равно что распашонку на глобус натягивать Если выходить, так на пару минут.

Телефон тихо завибрировал: Вика звонила. Она уже вовсю гуляла с малышкой, хотя прошла только неделя с выписки. Но ко мне старалась заходить по возможности. Вот сейчас звонила, что стоит возле ограды.

А впрочем Я тебя провожу, до ограды. И Вика уже пришла. У неё занятная девчушка! Маленькая такая! Вика вон какая огромная, а ребёнок крошка, в папу, видимо, пошла. Не в маму.

Это та баскетболистка? Высокая такая?

Она. Проведывает меня. Людка тоже хотела, но я её отговорила. Успеет ещё сюда попасть. Хватит того, что и так висим с ней на проводе часами.

Я Люду видела, кстати. Она приходила ко мне недавно на работу. Принесла тебе и малышам подарки. Суеверная такая! Даже не красится, я её не сразу узнала

Ну так что, я провожу тебя?

Проводи, проводи  мама встала с банкетки и укоризненно посмотрела на меня.

А Стас где? Опять работает? Или что?

Он занятой человек,  мама многозначительно хмыкнула.  Весь в делах и заботах. Счастливый такой, весёлый и довольный. Прямо расцвёл!

Я взяла маму под руку и пошла в сторону палаты: нужно пальто захватить и сапоги.

Это потому что меня рядом нет. Не нервирую его и не извожу  печально выдохнула.  Ты бы видела, как он тогда перепугался! Нет, ему определённо лучше пока без меня. Вчера вот говорили.

Опять краску обсуждали?

Нет,  мотнула головой. Заскочила в палату и взяла вещи.  Я сдалась. Пусть сам делает. Кухня вон какой вышла! Я сейчас только одного хочу: родить! И в то же время до ужаса этого боюсь

Расслабься, Мила, не успеешь оглянуться, как всё разрешится.

Мне ещё как минимум полтора месяца. Давай не будем торопиться  я укоризненно посмотрела на маму.  Я вот пока не спешу. Чем дольше эти торопыги просидят во мне, тем лучше. Нет, я, конечно, хочу их увидеть  обратилась к животу:Так, бабушку не слушаем! Сидим на месте.

Опять бабушка виновата!

Да ни в чём ты не виновата. Ты не ответила: где Стас? Он должен был позвонить мне сегодня, хотел что-то рассказать.

Не знаю. У него сегодня выходной. Может, он и вправду снова ремонтом занялся?

Мы шли к лестнице. Спускаться было несложно. В полупустом холле мама помогла надеть сапоги, накинула пальто, заботливо повязала шарф и даже шапку водрузила. Я была упакована как капустка: футболка, старый вязаный свитер мамы, спортивные штаны, жилетка, пальто длинный и пушистый шарф, шапка с помпоном. К выходу в космос готова!

Я сейчас сварюсь

Мама торопливо накинула куртку, подвела губы и поспешила подцепить меня под локоть. Хотя моя рука уже просто не сгибалась. Вразвалочку, очень неспешно мы вышли во двор.

Мам, вот у меня сейчас тридцать шестая неделя. А что же будет на сороковой? Я лопну? Или мой живот можно будет возить на тележке подобно барону Апельсину?

Ты доходи до сороковой. Не хочу каркать, но это будет чудом.

Врач сказал, что каждый день беременности будет большим плюсом. Чем больше, тем лучше. Неделя прошла нормально. Если всё будет хорошо, то через две недели будут думать об операции. Дотяну, так прокесарят на сороковой.

Вот и хорошо!

На улице недавно прошёл дождь. прелая коричневая листва выглядела ровным полусгнившим ковром. Лысые деревья, покрытые лёгкой дымкой, казались живыми. Асфальт блестел как новенький. Обходя лужи, мы с мамой шли к ограде. Там вовсю колесила Вика. С коляской она выглядела несуразно. Но с её ростом любая коляска казалась бы игрушечной.

Надя и того казалась лялькой. Маленькая, хрупкая, в комбинезоне, который ей явно был велик. Надя родилась на полтора месяца раньше, но обошлось.

Привет! Твоя малышка уже щёчки отъедает?

Привет!  Вика улыбнулась и поздоровалась с моей мамой.  Ест как саранча! Хорошо в весе прибавляем. Самое главное, что она здоровая, пусть и маленькая. Я ведь её любой любить буду  Вика поправила одеяльце в коляске и встала так, чтобы в неё не задувал ветер.  Ты только по моим стопам не иди. Доходи до последнего.

Вам уже две недели?  мама любопытно заглянула в коляску.

Да, уже две. Не верится

Малышка завозилась в коляске и запищала. Даже не заплакала, а закряхтела, потом чуть ли не замяукала. Голос такой тонкий был, что я даже удивилась.

Не нравится ей, что стоим.

Так идите!  я махнула рукой.  Подышала воздухом и хватит.

Мама вызвалась прогуляться с Викой. Я попрощалась с ними, проводила взглядом, но в больницу не спешила. На улице было хорошо. Прохладно, свежо. Дышала полной грудью, насколько это было возможно, и неторопливо шла к больнице. Хоть пять минут лишних побыть вне этих стен. Можно было бы и домой съездить, но бушующий ремонт и мой подспудный страх все мысли на нет сводили. Пусть будут прокляты эти отёки! Не было печали.

Уже поднимаясь на крыльцо, я почувствовала вибрацию в кармане: телефон. Достала его и улыбнулась, посмотрев на экран. Стас, лёгок на помине!

Привет! И чего не звонишь мне? Куда пропал?

Но голос в трубке был вовсе не Стаса. Звонила Виолетта Романовна.