Лес ведьм

Ровно в двенадцать тридцать следователя по особо важным делам, капитана юстиции Архипова Эдуарда Борисовича вызвал в кабинет начальник. Архипов хорошо запомнил время — он как раз вернулся с обеденного перерыва, минута в минуту, как всегда без опозданий.

Обычно прокуратура редко занималась массовыми убийствами — своих дел хватало. Но здесь был исключительный случай.

— Восемь трупов, — сухо констатировал факты майор юстиции Верещагин. — Все мужчины. Возраст — от девятнадцати до двадцати пяти. Семеро обнаружены в гараже. Множественные телесные повреждения: переломы,черепно-мозговые травмы. Судя по характеру, избивали долго. По предварительным данным, травмы наносились подручными предметами. Возможно, арматурой, возможно, деревянными битами. Восьмого обнаружили через двое суток в десяти километрах от населённого пункта, в лесополосе у старой трассы.

Верещагин перестал читать, сделал паузу и глоток воды.

— А восьмой? — спросил Архипов, решив что пауза слегка затянулась. — Тоже следы избиения?

— Характер повреждений отличается.

— То есть?

— То есть его именно убивали, – Верещагин оторвал глаза от папки. — Из-за нанесенных травм возникли сложности с опознанием. Все убитые знакомы между собой. Местные. Одна компания.

— Есть свидетели?

— Свидетелей нет. В селе все молчат. Очевидно, напуганы.

— Бандитские разборки? – предположил Архипов.

— Они самые, – устало подтвердил начальник.

— Известно, кто устроил побоище?

Верещагин медленно кивнул.

— По всей видимости, ноги растут из нашего города. Все указывает на Владимира Николаевича Трофимова. Более известного как Вован Базука. Знакомый тебе персонаж, не так ли?

Архипов не стал подтверждать очевидное. Этот субъект давно находился в поле зрения Управления по борьбе с организованной преступностью и недавно заинтересовал областную прокуратуру.

Эдуард Борисович мог по памяти воспроизвести характеристику Трофимова — отчасти потому, что сам её и составлял, — перечислить все имеющиеся эпизоды. Этот преступник отличался нечеловеческой жестокостью и звериным чутьем, не оставлял следов. Но в этот раз что-то пошло не по плану — он оставил после себя целую гору трупов.

— Ещё кое-что. В ночь избиения пропали две несовершеннолетние девушки. Обе из того же села. Возраст — семнадцать лет. Одна вернулась через двое суток. Местонахождение второй до сих пор не установлено.

— Её допросили?

— Нет. Местный райотдел проигнорировал её исчезновение в ту ночь.

— Понятно, — тихо произнес следователь.

— Твоя задача — доказать причастность Трофимова. Пора закрывать этого товарища. Выяснить обстоятельства исчезновения девушек и установить местонахождение второй.

— А где сейчас сам подозреваемый? Есть какие-либо сведения?

— На следующий день после преступления он вылетел из страны. По имеющимся данным, находится на своей даче — в Пальме-де-Майорке.

— Затаился. Ждёт, пока всё уляжется.

— Скорее всего. Поэтому лишнего шума не поднимай.

— Есть, — кивнул Архипов. Он и сам понимал: если Базука узнает, что под него копают, — заляжет надолго.

— На помощь местной милиции не рассчитывай, — предупредил майор. — Райотдел не справляется. Давлением мы ничего не добьемся. Будь осторожен.

— Есть основания им не доверять?

Начальник задумался.

— Оснований нет. Но ... не стоит вводить их в курс дела. По официальной версии ты проводишь внеплановую прокурорскую проверку. Понимаю, это создаст неудобства по ходу расследования, но это также твоя страховка.

— Всё предельно ясно, товарищ майор. Сроки?

— Ещё вчера, — попытался пошутить Верещагин. — Ты командирован на две недели. Дело очень не простое. На тебя одна надежда, Эдуард.

— Приложу все усилия, Виталий Юрьевич.

— В районном СИЗО находится задержанный из окружения основного подозреваемого, — добавил начальник. — Молчит. В ночь преступления находился в доме одного из убитых. Напал на пожилого мужчину, запер в подвале. Там же находилась одна из пропавших — Полина Кравцова, та, что вернулась. Задержанный от дачи показаний отказался. Есть адвокат из области — работает грамотно: жалобы, ходатайства, требует проверки содержания и перевода дела в область.

— Значит, признательных показаний от него не будет. Он боится не наказания, а того, кто оплатил адвоката.

Разговор был окончен. Архипов поднялся и направился к двери.

— Будь осторожен, Эдик, — забыв о формальностях, попросил начальник.

Ни он, ни его лучший сотрудник ещё не знали, с чем столкнулись на самом деле.

Эдуард Борисович сухо кивнул, даже не подозревая, во что его только что втянули.

На сборы дали час. Служебная машина уже ждала у подъезда.

Архипов любил ездить один и работать тоже. Майор предлагал взять водителя, но тут же получил вежливый отказ. Следователь всегда предпочитал одиночество. Он понимал — это не лучшее качество, но ничего с собой поделать не мог. Удивительно, что с таким характером Эдуард всё же сумел создать семью и, как сам считал, был хорошим семьянином.

Надя удивилась раннему возвращению мужа с работы. Обычно раньше девяти он не появлялся.

— Эдик, что случилось? — спросила она встревоженно.

— Срочно отправляют в командировку, — коротко пояснил вернувшийся муж.

Надежда не стала расспрашивать куда — прекрасно знала, что ответов не получит.

— Иди пообедай. Как раз борщ готов, — она поспешила на кухню.

— Боюсь, некогда, — Эдуард повесил куртку и направился к шкафу в гостиной.

Надя быстро накрыла на стол — он даже саквояж с верхней полки достать не успел.

— Эдик, поешь нормально. Я сама вещи соберу. Не в первый раз это делаю.

Эдуард спорить не стал и полностью доверился жене.

— На сколько дней ты уезжаешь?

— На две недели.

— Ого... — Надежда, конечно, возмутилась, но виду не подала. — Ладно, тогда бери сумку побольше. Ту, что летом в Ялте купили, чтобы все ракушки и подарки привезти.

— Согласен. Она удобная.

Надя принялась искать черную спортивную сумку, а Эдуард поспешил на кухню поглощать борщ.

Тарелка была почти пуста, когда из школы вернулась Кристина.

В отличии от матери, она не удивилась раннему возвращению отца. В последнее время девушка вообще мало чему удивлялась, полностью погруженная в свои подростковые проблемы.

— Привет, пап, — бросила она на ходу и быстро прошмыгнула в гостиную.

Эдуард старался не удивляться периодически странному поведению дочери подростка, изо всех сил убеждая себя, что это нормально. Их Бусинка выросла, у нее начинается своя жизнь.

Вдруг из гостиной раздался крик.

Эдуард вскочил и бросился туда.

— Эдик! — обратилась к нему Надежда в поисках поддержки. — Ты только посмотри, что она с собой сделала!

Она четко указывала на дочь. Как ни старался Эдуард рассмотреть причину крика и ужаса в глазах жены — в упор ничего не видел и растерянно моргал.

— Ты только посмотри, что она сделала со своими волосами! — едва сдерживая слёзы, воскликнула Надя.

И только тогда Эдик заметил причину. Прежде темно-русые, мягкие и прямые волосы дочери стали грязно-желтыми, цвета чахлой травы, похожими на старую, изношенную мочалку.

— Мам, ну что такого?! — вспыхнула Кристина, то ли от негодования, то ли от стыда. — Все сейчас так ходят. Это просто ты ничего не понимаешь!

— Кристина, детка! Ну скажи мне, как тебе только такое в голову взбрело? Ну почему ты с нами не посоветовалась?

Кристина насупилась и молчала.

— Эдик? — Надежда всё ещё ждала поддержки от мужа.

Но времени на семейные разборки и воспитательные беседы не осталось.

Эдуард быстро схватил сумку, чмокнул жену и дочь в щеки.

— Мне пора, — сказал он, убегая. — Приеду — позвоню!

Натянул куртку и выскочил прочь, на прощание хлопнув дверью.