Прощание
Чуть ранее.
Лу́на спустилась на первый этаж, села медленно на диван в гостиной, забираясь на него с ногами, тяжело вздыхая и даже не включив свет. Через какое-то время за окном скользнула тень, девушка вся сразу поёжилась, чувствуя покалывания внизу живота, и резко обернулась по сторонам, надеясь увидеть одного из охранников, как вдруг входная дверь негромко хлопнула. С её стороны раздавались тяжёлые и медленные шаги, из-за которых Лу́на начала дышать быстрее. Она смотрела в сторону звукa, стараясь вдыхать ровнее и замерла, когда перед ней предстал силуэт. Девушка не моргала и не отводила взгляд от человека. Его лицо полностью скрыто в тени, и зрение сфокусировать не удавалось.
— Почему ты здесь? — её сердце вдруг начало выдавать бешеный ритм, словно собралось пробить грудную клетку, а учащенное дыхание резко замерло, и лёгкие, кажется, больше не принимали воздух.
— Тэхён... — проговорила она безумно тихо и сама своего голоса не слышала.
— Надеялась увидеть кого-то другого? — он вошёл тяжёлой походкой, по пути снимая с ног обувь и стягивая с себя пиджак.
— Где ты был всё это время? — Лу́на старалась не показывать, насколько она сейчас взволнована.
— Не делай вид, что тебе не всё равно. Ты меня боишься также, как и все, — Ким громко хмыкнул и повернул к ней голову.
— Я волновалась,— резко выдала она, — ты был чёрт пойми где, а я сходила с ума, хоть и совсем не должна была этого делать, — но он ничего не говорил, лишь отвёл взгляд обратно и молчал.
— Уходи, — Тэхён подошёл к окну, засунув руки в карманы брюк.
— Спокойной ночи, — Лу́на медленно поднялась с дивана и направилась в сторону лестницы.
— Нет, ты не поняла.
Ким повернулся, останавливая её своим голосом, девушка замерла, посмотрев на него через плечо, и развернулась лицом.
— Ты можешь уйти. Совсем.
— Что? — она не верила сказанному, обнимая себя за плечи.
— Через несколько дней я убью Чимина, ты мне больше не нужна. На улице мой телохранитель, скажи ему, что я тебя отпустил, и он отвезёт тебя к Чонгуку.
Тэхён выпалил предложение, как заученный текст, и прошёл мимо, а Лу́на, посмотрев ему в след, неуверенно вышла на улицу, вдыхая холодный ночной воздух, встречаясь взглядом с курящим мужчиной.
— Правильно ли я поступил, аджума? — спросил он у горничной, стоящей рядом, смотря на девушку, садящуюся в машину.
— Всё, что велит ваше сердце — правильно, — ответила женщина, забирая из его рук пиджак.
— Почему мне так больно от этого?
— Потому что вы не хотите отпускать Лу́ну, но понимаете, что так ей будет лучше, — машина скрылась за большими воротами, а Тэхён всё стоял около окна, — вы влюблены, господин Ким.
Ничего не ответив, он поднялся на второй этаж. Тэхён сидел на кровати девушки в комнате, где она жила всё это время. Он провёл аккуратно пальцами по подушке, на которой она не так давно спала. Его сердце в груди ныло и медленно билось, словно хотело затихнуть без человека, который почему-то стал родным. И этот человек Лу́на. Тэхён не понимал, где просчитался, что его чувства взяли верх над ним. Ведь разве возможно полюбить человека так быстро, при этом толком даже не разговаривая? Но парню было достаточно только её присутствия и мимолетного взгляда, пусть и не всегда доброго.
Тэхён поднялся с места, подходя к окну. Он потянул шторы к середине, закрывая его и опуская комнату в полный мрак, который снова начал закрадываться в душу. Как вдруг дверь позади него открылась и свет влился с новой силой, рассеивая собой каждую тёмную частичку. Ким развернулся и застыл, точно, как и она в дверном проеме. Он в ступоре, не знал, что сказать и не отводил от девушки взгляд ни на секунду, то открывая, то закрывая рот.
— Я уже думала, ты снова куда-то уехал, — выдала она тихо и в несколько шагов преодолев дистанцию между ними, сжала Тэхёна в своих объятиях.
Он отшатнулся чуть и неуверенно положил руки ей на талию, всё продолжая смотреть тупо на место, где она только что стояла. Лу́на гладила его дрожащими пальцами по волосам на затылке, Ким ближе жал её к себе до хруста рёбер, потому что думал, что это сон и стоит ему хоть немного ослабить хватку, как она расыпется в его руках.
***
Солнце медленно садилось оранжевым полукругом, показываясь далеко на горизонте. На кухне царила лёгкая атмосфера. Сейчас спокойно и тихо. Лу́на с Тэхёном сидели друг напротив друга который час и практически ни о чём не говорили, наблюдали за тем, что происходит за окном.
— Скажи, — парень повернулся к ней, допивая остатки виски в стакане, а девушка медленно опустила свой бокал с вином, тихо поставив его на стол, и посмотрела на Кима, — почему ты решила вернуться тогда, четыре дня назад, когда я тебя отпустил?
— Это тебе правда интересно? — Тэхён кивнул, пронзив Лу́ну интересующимся взглядом, и поглядывал из-под волнистой чёлки, ожидая ответ. — В первый день, как ты меня привёз сюда, я боялась тебя до спазмов в теле. Я ненавидела тебя, и ты сам знаешь, почему. Я не скажу, что внутри меня по отношению к тебе всё сильно изменилось. Но сейчас я смотрю на тебя по-другому. В тебе есть больше, помимо всей этой жестокости, злости и агрессии, но чувство, будто ты не хочешь показывать это кому-либо, — она дёрнула уголками губ, поднимая глаза на взволнованное лицо. Сделала паузу, покручивая бокал в руках и делая глоток. — Не думаю, что могу сейчас верно ответить тебе на этот вопрос.
— Пойдём со мной, — Тэхён поднялся со своего места и подошёл к девушке, протянув руку.
— Куда? — неуверенно она вложила свою ладонь в его.
Он не ответил, только улыбнулся мягко и потянул её за собой мимо кухни и они прошли в конец коридора. Пара остановилась у светлой двери, в которую Лу́на ни разу не заходила. Тэхён открыл дверь, входя в комнату спиной, повернувшись к девушке лицом, наблюдая за реакцией, и держал за руку, пока она смотрела по сторонам.
— Я попросил это подготовить для тебя, — парень включил свет, а дыхание Лу́ны тут же остановилось.
В центре стоял большой мольберт с новым белым холстом на нём. Возле одной стены огромный шкаф с разными красками от акварельных до масляных. Рядом с ним несколько полок с различными карандашами, а сверху баночки с кисточками разной толщины и размеров. Повсюду были небольшие горшочки с цветами, а у ещё одной стены стояло большое комнатное дерево с маленькими зелеными листиками. У огромного окна, что растянулось практически от одного конца к другому, стоял стол с множеством блокнотов и листов.
Лу́на повернула к Тэхёну голову, который смиренно ждал того, что она скажет и, счастливо улыбнувшись, потянула его на себя, вовлекая в поцелуй. Девушка совсем не давала отчёта своим действиям. Эмоции переполняли, били о края её сознания, выливаясь наружу, и выпитое вино тоже помогало этому случиться. Она тонула в этом всем и прекрасно понимала, что может пожалеть. Тэхён прижал её к себе за талию, медленно ведя пальцами к лопаткам. Он не верил в то, что происходит, боялся спугнуть и сделать что-то не так. Губы, слитые в простом касании, приобрели жар, рождая страстный поцелуй. Поцелуй в котором они всецело отдавались наслаждению, теряя контроль над сознанием. Они оба чувствовали этот трепет, отдачу тел, прижимающихся, сплетающихся в объятиях друг друга.
Лу́на резко отстранилась от него, выскользнув из рук и, посмотрев опешившим взглядом, извинилась, быстро скрывшись с глаз. Парень не решился идти за ней.
***
— Чимин, я...
— Что ты? — переспросил парень, всматриваясь в её лицо, видя, что Юни замолчала.
— Нет... ничего... — она опустила глаза вниз и помотала головой, ведь хотела что-то сказать, но не решилась.
— Тебя ребята отправили ко мне? Ты же не по своей воле пришла сюда? — вопрос с подвохом, он словно знал эту девушку наизусть, все повадки и мысли, если она сказала, что хочет его смерти, значит так оно и есть, а сейчас говорит противоположное, видимо, и правда что-то тут не так.
— Тебя же не переубедить, да? — Юни не стала отвечать на его вопрос, ведь понимала, что он знал уже ответ, она подняла встревоженный взгляд на парня, смотря ему прямо в чёрные глаза.
— Юни, понимаешь... — Пак наклонился к девушке ближе, склонив голову на бок, — я устал от всего этого, очень сильно устал... Я хочу покоя... Я просто умру, теперь уже по-настоящему, и Тэхён больше никого не тронет: ни тебя, ни твоего сына, ни остальных. И я со спокойной душой уйду в иной мир... Но у меня есть одно желание перед смертью...
Чимин приложил ладонь к щеке Юни, от чего она вздрогнула, не сводя глаз с парня, сердце девушки перестало биться. Прикосновение любимого человека — это что-то волшебное и неописуемое.
— Поцеловать тебя...
— Чимин...
— Любимая, только одно желание... — Чимин обнял Юни за затылок, зарывшись пальцами в её волосы, встал с кресла, девушка поднялась за ним.
Парень накрыл своими губами её и робко поцеловал, опасаясь, что она оттолкнёт его, но Юни с удовольствием ответила на такой желанный поцелуй.
Внутри обоих что-то перевернулось, неземная сила притягивала их друг к другу. Запах родного человека задурманил голову Юни, теперь она хотела чего-то большего, чем просто поцелуй. Девушка гуляла руками по подтянутому телу, нащупывая края его футболки и, разорвав поцелуй на пару секунд, на раз-два стянула её с парня, открывая себе вид на безупречное тело Чимина. Она выдохнула ему в губы перед новым, более раскрепощённым поцелуем. Этот поцелуй слаще карамели.
Чимин уложил Юни на кровать и навис над девушкой, покрывая шею нежными поцелуями. Она таяла под натиском столь умелых ласк, а сердце трепетало. Чимин медленно стянул с неё майку, кусая мочку уха. Юни потянула к себе парня для новых поцелуев. Это всё так нежно и слишком чувствительно. Влажный язык парня рисовал множество узоров на бледной коже. Чимин поцеловал её в щёку и разделся полностью. Она привстала на локтях, наблюдая мгновенную, но эстетичную композицию: мышцы на руках напряжены, взгляд устремлён лишь на девушку.
Чимин толкался медленно, плавно, для него главное не срывающий крышу оргазм, а удовольствие во время секса. Для него сейчас важнее эмоции Юни и ощущения — он дарил ей всю свою любовь и ласку каждым движением бёдер. Если она сидела на нём сверху, он обнимал девушку крепко, целовал в шею, ключицы, грудь и сам вёл её тело, приподнимая его вверх и опуская вниз. Они не стонали громко, на всю комнату, лишь дышали тяжело и прижимались друг к другу ближе, руками оплетая свои тела, будто лианами, крепко, желая слиться в одну сплошную субстанцию из нежности и трепетных друг к другу чувств.
***
Юни лежала головой на крепкой обнажённой груди Чимина и вырисовывая пальчиком узоры. Оба молчали, словно думали об одном.
— Чимин... — тихо позвала она его.
— Да, милая, — ответил парень, поглаживая нежную кожу ладонью между её лопаток на спине, сам смотрел в потолок, размышляя о чём-то.
— Может ты всё таки передумаешь? — она подняла голову и взглянула на парня, внутри неё смешивались все чувства, которые Юни сейчас испытывала. — Ты нужен друзьям... Ты нужен Лу́не... Чонгук найдёт способ спасти её... И ты нужен нам с Ёнгом... Прошу тебя, не ходи к Тэхёну... Не умирай ради нас всех... Ты нужен нам всем живым...
По щеке Юни потекла слеза, сердце словно растаяло от большого количества льда, вызывая потоп слёз и чувств. Юни обняла Чимина так, будто не хотела никуда отпускать, словно в последний раз эти объятия с ним.
— Чимин, пожалуйста, останься с нами... Пообещай, что не уйдёшь больше от нас...
— Обещаю... — это всё, что ответил Чимин, он потянул Юни на себя для поцелуя, прильнув нежно к её губам, на последок почувствовать нежность любимой женщины.
***
Юни еле открыла глаза, солнце слепило её через окно. Девушка приняла сидячее положение и осмотрелась по сторонам, но Чимна в комнате не оказалось.
— Чёрт... Чимин... — тихо проговорила Юни, закрыв лицо руками, понимая, что он её обманул.
Но она не знала, что парень всю ночь не сомкнул глаз, раздумывая над всем, что сказала ему Юни. Он долго гладил любимую по волосам, рассматривая спящее её лицо. Ему казалось, что он делает всё правильно, таким и должен быть мирный сон и спокойствие всех, кто ему дорог. И за это он заплатит своей жизнью.
Девушка слезла с кровати, поспешно натянула на себя одежду и спустилась вниз, даже не расчесав волосы.
— Чонгук! — крикнула она уже на первом этаже.
Юни забежала в гостиную, где уже ребята распивали виски. На их лицах была физиономия, словно они были в трауре и уже похоронили друга.
— Где Чимин?
— Он уехал на встречу с Тэхёном... — ответил Чонгук и залпом выпил алкоголь из стакана. — Чимина больше нет...
— Всё кончено, Юни, — слово вставил Хосок, который тушил сигарету в пепельнице.
Лишь Юнги промолчал, развалившись в кресле, он почесал голову, взъерошив на себе волосы.