46 часть
Вся ночь в слезах.
Лизи отчаянно пыталась успокоить меня, но не вышло.
Уснула лишь под утро с опухшим лицом и болью в голове.
Больше не хочу вспоминать это.
Даже не буду называть Его имени.
Все.
Наплакалась, настрадалась.
Что сделано - то сделано.
Все ведь всегда происходит к лучшему, да?
Выхожу на кухню только к 12 часам дня.
Проспала две лекции.
Зато мне уже легче.
Лизи пьет кофе, протягивает второй стакан из Старбакс мне.
Она уже успела куда-то сходить?
Вся кухня освещена теплыми солнечными лучами.
- Солнышко сегодня тоже хочет порадовать тебя, - произносит подруга, пытаясь меня подбодрить.
Она просидела со мной почти всю ночь, хоть я и просила ее идти спать.
- Порадуюсь, когда сдадим экзамены и оплатим твои кредиты, - улыбаюсь я чувствуя, что голос охрип после этой ночки, - Снова устроюсь на работу, разберемся.
- Это ни к чему, - сдерживая свою радость и даже гордость, произносит Лизи, - Я уже все оплатила.
- Оплатила? - удивленно кошусь я на подругу.
- Да, - кивает она, - Прости меня, еще раз.
Лизи спрыгивает со стула и целует меня в щечку.
У меня как камень с души упал.
Фух.
Мне все равно где она нашла эти деньги, главное, что никаких долгов больше нет.
А я могу спокойно готовиться к экзаменам.
На третьей паре у нас церемония награждения.
Награждают лучших студентов университета.
Такая фигня происходит каждые полгода.
Целый зал студентов, все болтают друг с другом, обсуждют кого-то, хотя ясно кого: вот Эрик, как обычно сияет, в костюмных брюках, сером джемпере, под ним виднеется аккуратный галстук.
Руки по карманам, а походка и силуэт у него, как у успешного бизнесмена.
Проходит через зал к свободным креслам.
Бок о бок с ним идет Трой. У него как обычно взъерошены волосы, губы более алые, чем у остальных людей почему-то, я всегда это замечала.
Возможно так кажется из-за его довольно бледной кожи, что свойственно чистокровным англичанам.
Оба чувствуют на себе много внимания, поэтому голову держат высоко, улыбаются, переговариваясь о чем-то. Садятся рядом со сценой.
К ним подваливают Людвиг с Лиамом и Харви.
Назревает вопрос, где же "гвозь программы", но я обещала себе блокировать любые мысли о нем.
Я сажусь рядом с Максом. Он выбрал место дальше ото всех, ближе к выходу из зала.
Смотрит на меня вдумчиво некоторое время.
Видимо по мне заметно, как я провела прошлый вечер.
Тогда я улыбаюсь ему, мол "все окей", и он улыбается в ответ.
Церемония длится уже полчаса.
Один за другим выходят студенты, которых хвалят и награждают за то, за это.
Вообщем скукотища, но Максу интересно.
Он не отрываясь наблюдает за происходящим, всем хлопает и даже, кажется, сделает мне замечание, если я начну болтать.
Глаза случайно падают на кого-то, кто сидит несколькими рядами ниже нас.
Кто-то в капюшоне серой толстовки, прикрывающем верхнюю часть лица, развалился лениво на сидении.
Мое внимание привлекают лишь его руки, которые я могу видеть сзади.
Вернее фаланги пальцев и пястные кости, которыми наносят удар при сжатии руки в кулак - они все в синяках и ссадинах.
Это почему-то завораживает меня.
Молодая заместитель директора, объявляющая имена, берет очередной диплом, медаль, читает имя и на ее лице расплывается улыбка.
- Следующий студент, - меняет она свой тон на более томный, слегка прокашлявшись, - бесспорно заслуживает звания быть в числе лучших преуспевающих студентов Оксфорда: десять побед в соревнованиях по фехтованию, пять выигранных олимпиад по ораторскому искусству, поразительная успеваемость по экономике, политике и делопроизводству - Дезмонд Блейк!
У меня екнуло сердце от этого имени.
Все начинают хлопать в восторге, оборачиваясь и разыскивая глазами наменируемого, но никого не видно.
Вдруг тот, на чьи избитые кулаки я залипала снимает нехотя свой капюшон, встает медленно с кресла и идет к сцене.
А вот и "гвоздь программы".
Все это время он был так близко.
Сидел даже не с бунтарями?
Как же я не узнала его руки?
Он одет совсем не по парадному, идет небрежной, спокойной походкой без каких-либо эмоций на красивом лице, но зал все равно в восторге.
Точнее женская его часть.
Парни из клуба бунтарей по волчьи воют, в поддержку "босса".
Кроме Эрика, разве что.
Он смотрит на друга со скрытым переживанием.
Заместитель обескуражена рядом с Блейком.
Мне не нравится как нежно она одевает на его шею медаль, пристально смотрит, хлопает глазками, вручает грамоту, протягивает микрофон, вынуждая что-либо сказать.
Сжимаю зубы от душащего комка в горле.
Я не могу оторвать от него глаз, хотя пытаюсь.
Не могу не вспоминать то, что было вчера.
Боль на его лице, его испуг, когда я сказала, что уеду.
Сейчас это лицо не сильно изменилось.
На нем ни радости, ни заинтересованности всеми этими наградами.
До него каждый студент говорил довольно длинную речь передавал привет маме, папе, хвалил преподавателей и все такое.
Ден же лишь подносит микрофон к губам и произносит тихое, безэмоциональное, но все равно вежливое, бархатное:
- Спасибо.
Откладывает микрофон, уходит обратно в зал.
Я не могу спокойно сидеть после того, как всего лишь увидела его.
Встаю, пробираюсь сквозь сидящих людей, выскакиваю прочь из зала.
Прикрываю лицо, глаза уже намокли.
Дохожу до шкафчиков, упераюсь рукой об один из них. Делаю глубокие вдохи.
Пожалуйста, соберись.
Да, это непросто, но не вздумай снова раскисать.
Зачем он так с собой, что с его кулаками!?
Рядом звучат шаги.
Это Макс догоняет меня.
Подбегает, смотрит с заботой.
- Микаэлла, тебе плохо? - спрашивает он взволнованно.
Мотаю головой в стороны.
- Все хорошо, - вытираю я несколько слезинок с глаз и пытаюсь спокойно улыбнуться.
Отпусти это!
Просто забудь.
Ты не любишь Его.
Ты Его не любишь.
Люби Макса.
Ведь рядом лишь он.
Вдруг из дверей зала начинает валить народ.
Церемония закончилась.
Я хочу поскорей уйти, чтобы не видеть Его больше.
Но как на зло одним из первых появляется Эрик.
А вместе с ним и Тот самый человек.
Вид спокойный, но озадаченный.
В руке несколько грамот, на шее медаль.
Он что-то серьезное обсуждает со Стинсоном.
Проходя мимо, видит первым делом Макса, только потом замечаетт, что рядом я, задерживает на мне взгляд с каким-то особым смыслом, замерев.
Не моргает, рот приоткрыт.
Будто хотел что-то сказать, но забыл.
Заставляет себя снова посмотреть на Макса, ничего не понимающего.
- Макс, помнишь про сегодня? - спокойно хрипит Он, глядя на Робертсона исподлобья.
- Помню, - отвечает Макс.
Кивает довольно и они с Эриком идут дальше.
Ни взгляда на меня больше.
- Ден говорил тебе, что уходит со своего поста? - просто пытается поддержать со мной беседу Макс, после затянувшегося молчания.
Не надо, не произноси его имя!
Я чуть было не выкрикнула это вслух.
Сумасшедшая.
- В смысле? - не понимаю я.
Какого еще поста?
- Лидер клуба теперь Эрик вроде как. Сегодня у нас посвящение.
Вот как.
Что же заставило Его сделать это?
Я думала Он обожает быть главарем среди этих парней.
А вообщем это уже и не мое дело.
- Я с ним не общаюсь больше, - произношу я, давая понять, что не стоит продолжать этот разговор.
Макс смотрит на меня с одобрением и скрытой радостью.
- Этот день становится все лучше, - усмехается парень.