Глава 41
Кристиан потянул меня за собой наверх, в свою комнату. В какой-то момент его хватка стала невыносимой, кожу обожгло, и я попыталась отдернуть руку.
— Кристиан! – я шикнула. – Мне больно.
Мой голос, кажется, привел мужчину в чувства. Он тут же ослабил хватку, но не отпустил. Притормозив, обернулся и виновато нахмурился.
— Прости меня. Розалинда, прости.
— Просто... — я опешила. – Просто будь аккуратнее.
Когда дверь за нашими спинами захлопнулась, Кристиан отпустил меня и судорожно выдохнул. Я потерла кожу запястья и заговорила:
— Что с тобой?
— Ничего, — мужчина взъерошил волосы. – О чем вы говорили?
— Это была простая игра в бильярд, — я повела плечом, не желая вспоминать двусмысленные фразы и замаскированные угрозы старшего брата. – И Стефано проиграл.
— Он никогда не проигрывает, — резко оборвал меня Кристиан.
Некоторое время в комнате царило молчание. Я неловко переминалась с ноги на ногу, не в силах даже посмотреть на Кристиана. Этот фарс с игрой в бильярд нехило выбил меня из колеи, но при младшем брате Фарнезе я не хотела этого показывать.
Очевидно, что Стефано надо мной насмехался. В каждой его фразе, движении, в каждом взгляде таились сплошные издевки и угрозы. Он, подобно жадному до крови волку, вел охоту на свою раненую добычу.
Кристиан же задумчиво глядел в окно, на цветущий сад. Спустя некоторое время он вздрогнул и вдруг опомнился.
— Вообще-то, я искал тебя по другому поводу.
Я с интересом подняла глаза. Кристиан выудил из кармана брюк черную веревочку. Стоило мне приглядеться, как я поняла, что это подвеска.
— Я знаю, что это не то, что тебе нужно... — мужчина подошел ближе, и я смогла рассмотреть кулон на его ладони.
Золотой, явно старый кулон в виде ромба с вычурной резьбой приветственно блеснул в дневном свете. Кристиан попытался объяснить:
— Это амулет воли. Старая вещица, принадлежащая моей семье не первый век. Раньше, когда Фарнезе еще не обладали своей силой, они были уязвимы перед другими магическими родами. Наложить заклятье на ведьму слабее – плевое дело, поэтому им приходилось защищаться. Амулет воли как раз противодействует чужой магии.
Замолчав, Кристиан болезненно сморщился. Вновь дало о себе знать запрещающее заклятье. На самом деле, я все реже замечала на лице мужчины проявление магии. Кристиан умело скрывал свою боль, прятал расчерченную шрамами спину, лишь бы не тревожить меня. Но сейчас, кажется, боль стала невыносимой.
— Кристиан...
— Все нормально, — втянув воздух сквозь сжатые зубы, проговорил мужчина. – Лучше послушай, что я тебе скажу.
Я жадно всмотрелась в подвеску, боясь даже в мыслях предположить, как она может мне помочь. Кристиан озвучил мои догадки за меня:
— Ты сможешь покидать особняк, Розалинда.
Я медленно подняла взгляд с кулона на мужчину и улыбнулась. Сердце сжало от волнения.
— Но лишь особняк, — добавил вдруг Кристиан. – Амулет предназначен для ведьм, а не для людей, поэтому его действие слабее. Территория Фарнезе все равно остается закрытой для тебя.
Я шумно проглотила ком, вставший в горле, и аккуратно, кончиками пальцев, прикоснулась к позолоченному украшению.
— Но я смогу выходить из особняка? – прошептала с надеждой.
— Сможешь.
— Большего мне и не надо.
Слезинка соскользнула с моих ресниц также, как облегчение свалилось на плечи. Я позволила Кристиану завязать шнурок на моей шее и приложила руки к амулету. Захотелось тут же выбежать из комнаты, промчаться по лестнице и очутиться за дверьми особняка. Но я заставила себя остаться на месте и обвить шею Кристиана руками.
— Спасибо... — прошептала, зарывшись лицом в его груди.
Руки Кристиана сомкнулись на моей талии. Он сжал меня так крепко, что на мгновение дышать стало тяжело.
— Я знаю, что это не решение проблемы. Но теперь ты не заперта в доме. Что делать дальше – я придумаю.
— Кристиан, — не успела я и слова сказать, как мужчина меня перебил.
— Твоя главная задача – позаботиться о себе. Розалинда, я прошу тебя снова. Не делай глупостей. Я позабочусь обо всем.
Я лишь закусила губу и сильнее прижалась к Кристиану. Слова возражения так и застряли в горле, не в силах слететь с языка. Я промолчала, хотя всем своим нутром противилась просьбе мужчины. Но так будет лучше. По крайней мере, в этом уверен Кристиан.
Некоторое время мы молчали. Я прислушивалась к мерному биению сердца Кристиана, думая лишь о том, как вскоре смогу покинуть особняк. В это было трудно поверить, тяжело даже представить. Ведь на какое-то мгновение Стефано действительно сломил меня и внушил мысль о моей гибели так глубоко, что я искренне в нее уверовала.
Но еще сложнее было смириться с мыслью, что я пользуюсь магией в собственных целях. Что использую это смертельное оружие, с которым обещала бороться.
До сих пор магия вокруг меня была опасной и непредсказуемой. Она приносила лишь боль, смерть и страдания. Что Мими, что Стелла или моя мать... Габриэлла или даже Жаклин — все они страдали от магии. И невольно я дала себе обещание бороться с тем, что губит все живое вокруг. Теперь же я будто нарушала это слово.
Когда живот скрутило в болезненном спазме, я отшатнулась в сторону. Вспомнила о том, что собиралась на завтрак, который, кстати, должен совсем скоро кончиться.
— Мне нужно идти.
— Хорошо, — Кристиан слабо улыбнулся. – Береги себя.
— И ты.
Я вновь спустилась вниз и зашла в столовую. Повара уже не сновали между столами, закончив выносить блюда и напитки, но персонал еще не покинул своих мест. Я молча прошла мимо горничных, что упорно не замечали меня, и опустилась на скамью.
Не чувствуя до этого момента особого голода, я вдруг осознала, насколько сильно хочу есть. От вида тосканского супа у меня едва не потекли слюнки, а курица каччиаторе в томатном соусе гипнотизировала меня до тех пор, пока я не положила пару кусочков себе в тарелку.
Так что, пока передо мной не оказалась панна-котта со свежей клубникой, я совершенно не обращала внимания на разговоры вокруг. И лишь приступив к десерту, различила тихие переговоры соседок.
— Я все равно ужасно зла на нее, — в полголоса проговорила темноволосая горничная, Анжелика.
— Оно и понятно, — согласилась София. – Но ты же не знаешь, какие у нее были причины.
— Это неважно! Она должна была хотя бы предупредить меня.
Я с тревогой прислушалась к разговору. Первые догадки, словно шестеренки, закрутились в голове.
— Ты не первая такая, — заговорила Инес, хмыкнув. – Помнишь эту девчонку, Мими? Она тоже сбежала, ничего никому не сказав.
— С такой-то напарницей, — Я почувствовала косые взгляды, но упрямо делала вид, что увлечена лишь своим десертом. – С кем мне теперь работать? – Анжелика устало простонала. – Никогда бы не поверила, что Стелла так меня подведет.
Я почувствовала, как ледяные мурашки табуном пробежали по спине. Теперь все ясно. Стелла мертва. Для всех остальных ее исчезновение стало побегом, а для семьи Фарнезе – началом нового этапа. До сентября остались считанные дни, ровно как и до нового приношения.
Я не справилась. Не смогла спасти Стеллу. Ее жизнь растворилась в стенах особняка и стала частью силы Фарнезе. Ее огонек был поглощен чужим пламенем. А история девушки оказалась начисто стерта чужими властными руками.
Еда тут же встала поперек горла. Резко выскочив из-за стола, я поспешила вон из столовой под удивленные переглядывания горничных. Глаза застелила пелена из раскаленных слез, горло сжалось в болезненной судороге. Я шла почти наощупь, стремясь скорее покинуть проклятые своды обеденного зала.
«Если бы они только знали правду!» — гневно думала я. — «Никогда бы не сказали так ни про Мими, ни про Стеллу!»
Но никто кроме меня не знал этой самой правды. Тайна особняка для всего мира оставалась тайной. Только потому, что я не могла с ней справиться. В очередной раз у меня не получилось обыграть семью Фарнезе. Еще одна жертва магической семьи теперь на моей совести. Ведь я все знала, но не смогла ничего изменить.
Пробежав по коридору, я вышла в светлый холл и замерла напротив входных дверей. Мандраж захватил мое тело.
Шаг вперед. Рука сжимает дверную ручку и тянет ее на себя. Поток свежего воздуха бьет в лицо, солнечный свет слепит глаза, и я оказываюсь на улице.