Глава 25. Наказание
Он швырнул дверь, даже не прикрыв за собой. Ладонь всё ещё горела от напряжения — не от удара, а от того, что он мог ударить. Гнев кипел, не отпускал.
Лиза. Где она?
Он достал телефон — не брала. Час назад говорила, что поедет «развеяться».
Куда? К кому?
И тут — в ленте сторис мелькнуло. Кирилл. Тот самый, которого он считал своим другом.
Фоновое фото: бокалы, плед, чьи-то ноги на диване. Слишком узкий ракурс — но он понял.
Она у него.
***
Егор влетел в подъезд без звонков, без предупреждений. Кирилл жил на третьем. Дверь была приоткрыта — видимо, ждали еду или курьера. Он толкнул её — зашёл внутрь, как буря.
И застыл.
Лиза сидела на коленях у Кирилла. Точнее — он обнимал её за талию, прижимая к себе. Она смеялась, но как-то через силу, и в этот момент увидела Егора.
Тишина. На пару секунд, но она была звенящей.
— Егор... — Лиза встала.
— Я тебя пять часов не мог найти, — голос его был низким, угрожающим, почти спокойным.
— Я не обязана отчитываться.
Кирилл поднялся, пытаясь что-то сказать, но Егор на него даже не взглянул. Только шагнул к Лизе.
— Ты решила, что если я с той сучкой в одной постели, то можешь сесть первому встречному на колени?
— Это не твоё дело. — она стояла прямо, не сдаваясь.
— Ты, блядь, думаешь, я не знаю, зачем ты сюда пришла? Чтобы я увидел? Чтобы меня зацепить?
— Ты вёл себя как мудак. Я просто...
— Ты наказание решила себе устроить, Лиз? Через другого? — он стоял слишком близко. Она не отступала, но дыхание сбилось. — Ты хочешь, чтобы я тебя забрал прямо сейчас, показал, чья ты?
Кирилл вскинулся:
— Эй, не перегибай!
Егор резко повернул голову.
— Закрой ебальник. Если хочешь зубы себе оставить.
Тот отшатнулся.
Лиза попыталась уйти в сторону, но Егор поймал её за запястье. Не больно, но твёрдо.
— Мы не закончили.
Она смотрела на него с вызовом.
— Нет, ты не закончил. А я — устала.
Он молчал. Секунду. Потом отпустил руку, но не отступил.
— Я шёл к тебе, потому что хотел извиниться. За всё. Даже за то, что не должен. А ты здесь, на его коленях, как будто мы — никто.
— А ты видел во мне кто? — резко. — Когда позволял той бабе лезть к тебе в постель?
Он подошёл ближе, дыша тяжело, почти в лицо:
— Я хотел тебя. Всегда. Но, сука, не брал. Даже когда мог. Потому что ты — больше, чем тело. Только ты этого, видимо, не поняла.
Он развернулся и вышел, громко хлопнув дверью. Слишком гордо, чтобы остаться. Слишком сломан, чтобы снова бороться.