И мат
Я переоделась в лёгкое платье цвета солнечного крема, надела белые кроссовки и накинула джинсовую куртку. Волосы просто завязала в небрежный пучок - не хотелось лишней сложности. Мне казалось, что если я наряжусь слишком сильно, магия исчезнет.
Кайл ждал у входа. В чёрной футболке, джинсах и с повязкой на запястье, которую я когда-то сшила для него, он выглядел... просто. Но глаза - глаза были другими. Глубже. Мягче.
- Готова? - спросил он, чуть наклонив голову.
- Готова. Только если ты пообещаешь не говорить, что я милая, - усмехнулась я.
- Ладно, - ухмыльнулся он. - Тогда просто скажу, что ты сносишь мне башню.
Мы вышли на улицу.
Мадрид дышал жарким воздухом и музыкой.
Где-то вдалеке играла гитара, на площади смеялись туристы, витрины кафе отливали приятный запах.
Брусчатка тёплая под ногами. Люди улыбаются. Слышно испанскую речь. Всё было живым. Ярким.
- Хочешь мороженое? - спросил он.
- Если ты будешь есть первым. Проверю, не отравлено ли, - хмыкнула я.
- Ах вот как? - Кайл закатил глаза. - Хорошо. Только знай: я беру клубничное. Ты обязана удивиться моему выбору.
Мы шли, ели мороженое, обсуждали глупости.
Как выглядит утка на шпильках. Почему шорты у туристов всегда такие нелепые. И кто придумал слово "коктейль".
Я впервые за долгое время смеялась. Не громко. По-настоящему.
- Ты часто вообще гуляешь просто так? - спросил он.
Я задумалась. И, сама удивившись, ответила:
- Раньше - нет. Всё время шила. Планировала. Бежала.
А сейчас - да. Потому что рядом кто-то, с кем можно не бежать.
Он не сказал ничего, просто взял меня за руку.
Я не отдёрнула.
Просто посмотрела на наши переплетённые пальцы. И поняла: мне не страшно.
---
Мы свернули с шумной улицы в один из переулков, и вдруг - музыка. Живая. Настоящая.
Парень лет двадцати пяти играл на гитаре под свет фонаря, а рядом стояла девушка с микрофоном. Её голос был словно мед. Бархатный и чистый.
Кайл остановился.
- Знаешь эту песню? - спросил он.
- Конечно. "La vie en rose". Песня про то, как смотришь на кого-то - и мир окрашивается в розовый.
- Подходит под настроение?
Он не ответил, просто посмотрел на меня с какой-то почти детской улыбкой.
И тут - резкое движение.
Он взял меня за руку и, ни слова не говоря, повёл на середину этой импровизированной сцены.
- Что ты делаешь?! - прошептала я, слегка испуганная.
- Танцую, - ответил он просто. - А ты со мной.
Я не сопротивлялась.
Люди вокруг обратили внимание. Но мне было всё равно.
Он держал меня за талию, а я положила руки ему на плечи. Медленно, шаг за шагом, под музыку, мы просто кружились.
Как будто в кино.
Как будто всё, что было - боль, недосказанность, обиды - оставалось где-то за кулисами.
А на сцене были только мы.
- Тэйт, - прошептал он, приближаясь ближе.
Я подняла взгляд.
- Что?
- Не думал, что ты способна на такую мягкость.
- Я тоже, - честно ответила я.
Он улыбнулся.
- Мне повезло.
Я не знала, что ответить.
Может, ничего и не нужно было говорить.
Мы просто стояли посреди Мадрида, под звуки гитары, как два персонажа из истории, которую сами же и пишем.
---
Как только последняя нота затихла, небо будто решило: хватит вам романтики на сухом воздухе.
Сначала кап-кап... потом всё сильнее. Ливень. Настоящий. Тёплый, безумный - по-мадридски щедрый.
- Ты издеваешься?! - закричала я, глядя вверх. - Вселенная решила: «О, они сблизились - пора ливень!»
- Это испытание, - с серьёзным лицом сказал Кайл. - Насколько ты готова быть мокрой рядом со мной?
Я закатила глаза, хохотнув.
- Ты опять про свои намёки?
- Кто сказал, что это намёк? - он пожал плечами. - Может, это философия жизни.
- Ты странный, Кайл.
- И ты это говоришь, танцующая в переулке с полусухими волосами и мокрой спиной.
- А что, сексуально?
- Опасно, - прошептал он с той самой улыбкой, от которой мои щёки сами собой розовеют.
Мы забежали под козырёк маленького кафе.
Внутри - тусклый свет, пар из чашек, и запах свежей выпечки.
Кайл встряхнул волосы, как пёс после ванны.
- Вот и всё. Моё Евровидение окончилось. Теперь меня помнят как мокрого участника с ужасной укладкой.
- А я? - усмехнулась я. - Как твой личный зонтик, который не справился?
- Ты мой личный шторм. Зонт бы не помог.
Я смотрела на него и не могла понять: как он всегда умудряется превратить момент в магию?
Мы заказали по чашке горячего шоколада.
Он коснулся пальцем моего носа.
- Всё, теперь ты официально промокшая Тэйт. Можно поздравить.
- Кошмар. Осталось, чтобы ещё фото где-то всплыло.
- Тогда сделаю его сам, - сказал он, доставая телефон.
Я прикрылась салфеткой.
- Убирай! Я как пельмень после варки!
- Пельмень, но мой, - прошептал он, и я не смогла сдержать смех.
В этот вечер не нужно было глянца, макияжа, сцен.
Были мы. Дождь. И чуть-чуть горячего шоколада.
Когда дождь немного утих, мы решили идти обратно пешком.
Кайл взял меня за руку. Не спросил. Просто взял - и я не отняла.
- Ну что, мокрый Евровидений, куда ведёшь? - пошутила я, поправляя его воротник, который окончательно потерял форму.
- В отель. Пока тебя не унесло очередной эмоцией или спонтанным танцем под фонарём.
- Я, между прочим, контролирую себя.
- Ах да. «Контролирую» - твоё второе имя.
Он прищурился и усмехнулся.
- Особенно когда ломаются брелоки, карандаши, двери и я почти получаю по лицу за поцелуи.
- Окей, ладно. Контроль - это миф.
Я хохотнула.
- Но ты признаешь, что ты был бы не ты, если бы не проверял мои границы.
- Признаю. Но ты была бы не ты, если бы не отодвигала эти границы обратно.
Мы шли неспеша, улицы Мадрида уже сияли влажным камнем под ногами.
Где-то вдали пел саксофон. Город жил, но у нас будто был свой - отдельный ритм.
- Знаешь... - он остановился и посмотрел на меня.
- У нас всё как у героев фильма. Только без титров и саундтрека.
Я сделала шаг ближе.
- Уверен? По-моему, у меня в голове играет La La Land с начала поездки.
Он засмеялся.
- Тогда давай сделаем финальную сцену достойной, мисс Гомес.
И прежде чем я что-то ответила - он обнял меня. Не спеша. Плотно. Так, как будто знал: сейчас я не оттолкну. И я действительно не хотела.
Мокрые. Немного растрёпанные.
Но настоящие.
---
В отель мы вернулись уже ближе к полуночи.
В холле нас окликнула Элис:
- Вы где пропадали? Вас уже искали!
Я переглянулась с Кайлом и сдержанно ответила:
- Искали? А мы... находились.
Она что-то буркнула про «бразильский сериал опять начался», но махнула рукой.
А мы?
Мы поднялись на свой этаж.
И стояли у моей двери.
- Спасибо за этот вечер, - сказала я тихо, глядя в его глаза.
- Даже если мы оба сейчас простудимся.
- Простуда - ничто по сравнению с тем, что я чувствую, когда ты вот так смотришь.
Я чуть улыбнулась, и он провёл пальцем по моей щеке, убирая прядь с мокрого лица.
- Спокойной ночи, Тэйт.
- Спокойной... - выдохнула я.
Он не поцеловал. Не стал торопить.
Именно это - и было самым тёплым прикосновением.
---
Как только за мной закрылась дверь номера, я вздохнула глубоко. Всё, сцена закончена. Камеры выключены. Маски можно снять. Хотя сегодня - я была настоящей, как никогда.
Я сбросила туфли, не включая свет. Прямо в темноте прошла в ванную.
Вода... Я хочу воды. Горячей, обволакивающей. Как мягкое одеяло после урагана.
Пока набирался душ, я сняла мокрую одежду. Все движения были почти механическими - я будто всё ещё не вышла из этой волшебной прогулки. Из его взгляда. Из его прикосновения.
Тепло капель коснулось кожи - и с первой секунды я почувствовала, как напряжение начинает сходить.
Капли бежали по плечам, по шее, по спине.
Смывали усталость. Тревогу. Сомнения.
Я просто стояла под душем.
Молча.
Иногда с закрытыми глазами.
Иногда - шепча себе:
«Ты справилась. Всё хорошо. Он рядом. Ты не одна.»
Я провела пальцами по волосам. Они спутались после дождя, но мне было всё равно. Впервые за долгое время я позволила себе быть просто женщиной. Не дизайнером. Не бойцом. Не «стеной из сарказма».
Просто собой.
Я вышла из душа, закуталась в полотенце и подошла к зеркалу.
Глаза были уставшие, но светились чем-то новым.
Нежностью?
Надеждой?
«Тэйт, ты влюбляешься», - прошептала я своему отражению.
Сушу волосы. Медленно. Не спеша.
Словно в этом ритуале я наконец нашла покой.
И чуть-чуть счастья.
Я лежала на кровати, укрывшись тонким покрывалом, и смотрела в потолок.
Завтра - Швейцария. Последняя остановка. Финальная точка в этом сумасшедшем путешествии.
В голове крутился весь маршрут, как калейдоскоп:
Амстердам. Лёгкость. Первые взгляды.
Лондон. Боль. Молчание. Слёзы.
Мадрид. Примирение. Смех. Поцелуи под дождём.
Я провела рукой по подушке. Здесь недавно лежал Кайл. Его запах всё ещё витал в комнате - смесь чего-то древесного, уютного и невероятно родного.
Я прикрыла глаза.
Улыбнулась.
Сердце уже не сжималось, как раньше. Оно билось... ровно. С уверенностью.
> «Я не одна. И я больше не притворяюсь, что мне всё равно.»
И это давало силу.
Швейцария будет последней. Но я чувствовала, что на самом деле - это только начало.
Нас.
Нового «я».
И, может быть, новой жизни, где я не боюсь быть любимой.
Я потянулась, достала свой блокнот и открыла его на чистой странице.
Записала:
> "Быть сильной - не значит быть одинокой.
Быть настоящей - это и есть победа.
И если завтра всё рухнет - я всё равно буду собой.
Снова. И снова.
Потому что я - Тэйт."
Я закрыла блокнот.
Улыбнулась.
Меня обхватила бессонница.
Слишком быстро я привязываюсь. Слишком быстро начинаю нуждаться.
Я злилась на себя - ещё вчера хотела держать дистанцию. А теперь...
Теперь без него не засну.
Я переворачивалась с боку на бок в своей кровати. Белая пижама, волосы ещё чуть влажные после душа, прохладные простыни - всё это не спасало.
В голове крутилось одно:
> «Ну почему именно он. Почему теперь всё так тихо без него».
Я села. Глубоко вдохнула.
Плевать. Не хочу снова бороться с собой.
Я встала, накинула на плечи тонкий кардиган и вышла из номера босиком. Полы были прохладными, и это как будто отрезвило.
Но не остановило.
Я дошла до его двери.
Постояла пару секунд.
> «Это безумие, Тэйт. Просто развернись и вернись в кровать».
Но рука уже поднялась.
Стук. Один. Второй.
Тихо.
Он открыл почти сразу.
Немного растрёпанный, в футболке, с сонным взглядом.
Мы посмотрели друг на друга секунду. Или вечность.
- Я... - я подняла взгляд. - Мне всё равно. Я буду спать у тебя.
Он моргнул. Потом криво улыбнулся.
- Жить уже без меня не можешь, да?
Я фыркнула.
- Просто ты - как Wi-Fi. Если рядом - спокойно. Если нет - всё бесит.
Он отступил в сторону, давая пройти.
Я вошла. Комната была чуть прохладнее, чем моя. Пахло им. Привычным, уютным.
Он закрыл дверь и тихо спросил:
- Тэйт, всё в порядке?
Я уже залезла под одеяло с одной стороны кровати.
- Нет. Но рядом с тобой хоть чуть-чуть легче.
Он не сказал ничего. Просто лёг рядом.
Я почувствовала, как его рука легко коснулась моей. Не навязчиво. Просто чтобы я знала - он рядом.
Я повернулась к нему.
- Кайл?
- Мм?
- Я боюсь привязываться.
- А я боюсь потерять тебя, даже если ещё не до конца получил.
Молчим. Несколько долгих, теплых секунд.
Потом я зарылась носом в его плечо.
- Просто обними меня. И не отпускай до утра.
Он притянул меня ближе, укрыл нас одеялом, и прошептал:
- Ни за что.
И только тогда я позволила себе уснуть.
---
Темнота. Только свет улиц пробивается сквозь щель в шторах.
Мы лежим рядом, почти не двигаясь.
Тепло. Тихо. И так спокойно, что я чувствую, как внутри что-то тает.
- Ты спишь? - его голос едва слышен, почти шёпот.
- Нет. Думаю, как я дошла до такой жизни. - усмехнулась я. - Лежу в постели с поп-звездой.
Он фыркнул.
- Поп-звездой? Обидно. Я больше по смыслу, чем по попсе.
- Да-да. По смыслу. В кожаных штанах и со стразами на груди.
- Прости, что не вышел в монахи, Тэйт, - сказал он с ироничной тоской. - Хотя знаешь... в монахах такого бы тела не было.
Я прыснула со смеху, пытаясь скрыть, как резко вспыхнули щеки.
- А ты всегда флиртуешь перед сном?
- Нет. Только с теми, кто лежит в моей постели в белой пижаме и пахнет ванилью.
Я замерла.
Он чуть повернулся ко мне.
- Правда. Ты пахнешь как... покой. Как дом.
Я не знала, что сказать. Просто смотрела на него.
- Что? - спросил он. - Это слишком?
- Нет, - прошептала я. - Просто... не привыкла, что меня сравнивают с домом.
Он коснулся моей щеки.
- Привыкай. Я планирую повторять это часто.
Я закатила глаза.
- У тебя какие-то идеальные реплики в запасе, да?
Он рассмеялся:
- Нет. Всё рождается спонтанно. Я импровизирую. Но если хочешь, могу делать заметки.
- Только если будешь зачитывать их с испанским акцентом.
Он приблизился чуть ближе, ухо почти у моего лба:
- Mi amor... estás increíble esta noche...
Я замерла.
- Это ты сейчас о чём?
- О том, что если ты продолжишь смотреть на меня вот так, я забуду, что обещал быть джентльменом.
Я зажала лицо в ладонях:
- Господи, Кайл, ты невозможный.
- Именно поэтому ты здесь, - усмехнулся он, обняв меня крепче. - Признайся, тебе нравятся невозможные.
Я не ответила. Только прижалась ближе.
И спустя минуту - прошептала:
- Да. Но особенно один.
- Ты хоть понимаешь, насколько сильно ты меня сбила с курса? - его голос стал хрипловатым. Низким. Почти животным.
Я повернула голову на подушке.
Он лежал рядом. Лицо в полумраке. Но глаза светились. На грани. Между нежностью и желанием.
- Кайл...
Он перебил. Мягко. Не грубо - уверенно:
- С первого дня, Тэйт. С первой реплики, с первого твоего взгляда.
Как будто кто-то включил ток в мою жизнь. И всё стало иначе.
Ты меня бесила, сводила с ума, злила...
А потом - цепляла. Так, что я задыхался.
Я молчала. Потому что внутри всё сжималось. И пульс в ушах бил громче слов.
- Я привык быть в центре. Привык, что за мной бегают.
А тут - ты. Ты уходишь, когда все хотят остаться.
Ты смотришь так, будто читаешь меня до костей.
Ты целуешь - и потом делаешь вид, что ничего не было.
Ты...
- Ты кто, Тэйт? - он подался ближе.
- Ведь точно не та, кто просто шьёт костюмы.
Я прошептала:
- А если скажу, что сама не знаю, кто я?
Он обнял меня одной рукой, пальцами прошёлся по моим волосам.
- Тогда будем искать ответ вместе. Ночь за ночью.
По миллиметру.
Я сглотнула.
- И ты правда...
- Я хочу тебя. Не просто в постели. Я хочу тебя в жизни.
С твоим сарказмом, истериками, шальными идеями и разбитыми брелками.
Я хочу просыпаться и видеть твоё растрёпанное «доброе утро».
Хочу держать тебя, когда ты на грани.
Хочу быть рядом.
И знаешь что?
Я повернулась полностью к нему.
Он смотрел так, будто я была всей его реальностью.
- Я буду рядом. Даже когда ты захочешь меня оттолкнуть.
Потому что, Тэйт... ты уже моя.
И я не собираюсь делать вид, что это не так.
Мурашки пробежали по коже.
Я прижалась к нему, глядя в его глаза. И впервые за долгое время - ничего не боялась.
- Тогда не отпускай, - прошептала я.
- Не собирался.
И в этой ночи - мы больше не говорили.
Потому что слова были лишними.
Были только мы. Тепло. Дыхание. Прикосновения.
И правда. Ночь за ночью. По миллиметру.