Часть 82
***
Дазай с Чуей, перекусив внизу, снова поднялись на второй этаж, а когда вошли в свою комнату, в дверь постучали. Чуя открыл и отошёл в сторону, пропуская Накахару внутрь.
— Я хочу поговорить с тобой, — произнёс тот, взглянув на Дазая.
— О чём? — спросил эспер.
— Об Осаму.
— Надо же! — Дазай саркастично усмехнулся. — Неужели Чуя хочет спросить у меня совета о том, как вернуть бывшего парня?
— Я не вижу ничего смешного, — Накахара присел на тахту, посмотрев в карие глаза. — Он хочет уехать, снова, и я не знаю, как его удержать.
— В целом я понимаю его чувства и решение. И думаю, что он прав.
— Ты серьёзно?
— Вполне. Не пытайся его остановить.
— Вообще-то я пришёл сюда не за советом.
— А за чем же?
— Он говорил что-нибудь обо мне?
— Говорил. И не мало. Осаму рассказал мне обо всем, что было до того, как он решил обратно поменять нас местами, ведь это ты, можно сказать, вынудил его это сделать. Знаешь, он будет идиотом, если простит тебя.
— Спасибо за поддержку.
— Не думаю, что тебе следует искать поддержку именно у меня, ведь и мне есть за что на тебя злиться. Пусть я и не помню тех событий, которые произошли после того, как мы с Осаму поменялись, но он мне обо всём рассказал. Я вполне могу представить, что чувствовал тогда, раз уж те события привели меня снова к наркотикам.
— Я знаю, что виноват и перед тобой, и перед Осаму, и прошу прощения за это. Но что же мне делать теперь?
— Ты знаешь, что ты эгоист, Чуя?
Накахара молча смотрел в глаза Дазая, а тот продолжал:
— По-твоему, человек, который способен систематически унижать того, кто его искренне любит, заслуживает любви?
— Дазай, я всё это и сам понимаю, не нужно мне твоих нравоучений.
— Тогда что тебе нужно?
— Я не знаю. Наверное, я зря сюда пришёл, — с этими словами Накахара поднялся с тахты, а Дазай добавил:
— Видимо, так и есть. Но могу дать совет, если хочешь.
— Какой?
— Просто живи своей жизнью. Не пытайся его вернуть, он тебя не простит: слишком много боли ты ему причинил.
— Я смотрю, вы прям говорите одними фразами. Наверное, все кости мне перемыли?
— Да, — Дазай улыбнулся. — Может быть, это прозвучит жестоко, но ты не достоин его, Чуя. Без тебя ему будет лучше. Могу объяснить свою точку зрения. Осаму не такой, как я, он более ранимый и уязвимый. Если ты потом передумаешь, он этого не выдержит.
— Я тебя понял, — произнёс Накахара. — На самом деле не такие уж вы и разные. Ведь ты тоже не выдержал разлуки с возлюбленным.
Накахара прошёл к выходу и направился в свою комнату.
— А я бы не сдавался на твоём месте, — услышал Накахара сказанные ему вслед слова Чуи и слегка замедлил свой шаг, однако не остановился и оборачиваться не стал.
Когда он вышел из комнаты, Чуя приобнял Дазая и прошептал:
— Ты реально думаешь, что Осаму лучше уехать? Ты ведь сам когда-то говорил, что Чуя когда-нибудь поймёт, что любит Осаму, а не тебя. Людям свойственно совершать ошибки, но разве он не заслуживает второго шанса?
— Я вовсе не думаю, что Чуе лучше забыть Осаму.
— Тогда зачем ты ему это сказал?
— Пусть помучается. После того, как он поступил с нами обоими, ему это только на пользу пойдёт. В следующий раз трижды подумает, прежде чем что-то сказать или сделать.
— Но ведь Осаму действительно уехал из Йокогамы, и он снова может это сделать.
— Может, но отъезд это ещё не конец. Им обоим нужно время, чтобы всё обдумать. Иногда на расстоянии это сделать гораздо проще.
— Ладно, как знаешь. Иди ко мне.
Чуя притянул Дазая к себе и прошептал:
— Я так скучал по тебе.
— Я тоже.
Дазай запустил руки в рыжие волосы, перебирая между пальцами длинные пряди, а Чуя потянулся своими губами к его. Пробравшись руками под одежду Дазая, Чуя сбросил на пол его плащ и накрыл чужие уста поцелуем...
***
Накахара вернулся в свою комнату и тоже решил отдохнуть. Время ещё было не позднее, но они все сегодня вымотались. Он надеялся, что сразу уснёт, однако сон не спешил заключать его в свои спасительные объятия. Вместо этого в голову назойливо лезли мысли об Осаму и о Дазае, и о том, что они оба ему сказали.
То, что произошло после встречи с Достоевским и Гоголем, просто шокировало Накахару. Как выяснилось позже, всех спас именно Осаму, чего эспер от него никак не ожидал, а ведь Осаму его уже не раз удивлял. Однако только после сегодняшних событий Накахара поймал себя на мысли, что не может не восхищаться этим человеком.
Его предложение попытаться начать всё заново не было таким уж спонтанным: он уже думал об этом раньше, просто не планировал сделать это именно сейчас. А отказ Осаму по-настоящему обескуражил Накахару. Ну никак он не ожидал услышать от него «нет», ведь был уверен, что Осаму любит его и стоит поманить ему пальцем, как тот тут же упадёт к нему в объятия. Осаму снова удивил, и было не похоже, что он блефует. Накахара понял, что он настроен серьёзно и возобновлять их отношения не намерен. На душе после этого стало как-то паршиво. Его снова отвергли, но на этот раз это сделал тот человек, которого он сам отвергал неоднократно. В своё время Накахара не испытывал к нему жалости и не чувствовал раскаяние, но сейчас осознание того, к чему всё это в итоге привело, кольнуло его в сердце острой иглой. После возвращения во времени на месяц назад Чуя и правда почти уже не вспоминал о Дазае: мысли о нём как-то смог вытеснить Осаму. Когда он уехал, Чуя надеялся его отыскать и поговорить об их отношениях. Он действительно хотел попробовать начать с ним всё сначала, но, видимо, не судьба.
— Так тебе и надо, — тихо проговорил Накахара. — Ты был слишком самоуверен.
***
На следующий день, едва проснувшись, эсперы выдвинулись в путь. Купив лошадей, они довольно быстро добрались до того места, где был спрятан вертолёт.
Как только забрались в кабину, Накахара принялся искать аптечку. Его не на шутку беспокоил бледный вид Осаму. Ещё пока ехали на лошадях, Накахаре показалось, что тому стало плохо.
— С тобой всё в порядке? — спросил тогда он, подъезжая к Осаму ближе.
— Да, всё хорошо, — последовал ответ.
— Ты только что чуть не упал с лошади.
— Всё нормально. Я просто немного задремал, — солгал Осаму, так как и правда чувствовал себя не очень. Его знобило, и в какой-то момент у него довольно сильно закружилась голова. — Я плохо спал этой ночью. Рана жутко болела, — отчасти соврал он. Осаму проспал почти до утра, несколько раз просыпаясь из-за сильнейшего озноба, мирясь при этом с беспокойным сном. Утром после пробуждения его состояние было вполне терпимым, но теперь снова ухудшилось.
Накахара с недоверием посмотрел на Осаму и решил держаться к нему поближе, на тот случай, если тому опять станет плохо.
В вертолёте аптечки не оказалось, и Накахара выругался.
— Как вы могли отправиться в такой путь без аптечки? — спросил он, посмотрев на Дазая. — Ладно он, — эспер кинул взгляд на Осаму, — ведь Осаму не был в этом мире и не знал, что тут не купить лекарств в аптеке. Но ты-то не мог этого не знать!
— Чуя, со мной всё в порядке, — оборвал его Осаму. — Мы скоро будем на месте, а как только вернёмся в наш мир, я обращусь к врачу.
— Ты и правда какой-то бледный, — сказал Чуя, а затем обратился к Дазаю: — Подожди, в этом мире ведь есть...
Ощутимый толчок локтём в бок от Дазая заставил Чую замолчать, а красноречивый взгляд, мимолётно брошенный на него, и слово «заткнись», произнесённое одними губами, посмотреть в карие глаза с непониманием.
— Что «в этом мире есть»? — ухватился за неоконченную фразу Чуи Накахара, но в разговор встрял Дазай:
— Мантикоры, огромные пауки, летающие змеи. Раньше ещё были драконы и приматы, но драконов больше нет, а приматы вряд ли вернутся в эти края в ближайшие годы.
— Да что ты несёшь? — Накахара со злостью посмотрел на Дазая. Он чувствовал, что тот что-то скрывает и, пытаясь обмануть его, просто держит за дурака.
— Чуя, — Дазай повернулся лицом к Накахаре и одарил его холодным взглядом, — не тяни время и садись за штурвал, пора уже улетать. Я знаю, что ты не растерял навыки пилотирования.
— Чего же ты сам не сел за штурвал, умник?
— А не хочу. Когда добирались сюда, я уже управлял вертолётом, мне надоело. Твоя очередь.
— Вот же урод, — буркнул Накахара, а Чуя сказал:
— Эй, полегче.
— Всё нормально, — произнёс Дазай, поглаживая Чую по колену. — Меня таким не проймёшь.
— Я знаю, но всё же мне неприятно слышать, когда кто-то разговаривает с тобой в подобном тоне.
— Да пошли вы оба, — буркнул Накахара, перебираясь в кресло пилота. Обернувшись к Осаму, который откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза, он спросил: — Осаму, с тобой всё в порядке?
— Да, всё хорошо, — ответил тот. — Полетели уже.
— Ладно, — сказал Накахара, надевая наушники и заводя двигатель.