Часть 41
Эсперы выдвинулись в путь и примерно через час вышли к деревне, о которой говорил Чуя, точнее, к тому, что от неё осталось. Увидев развалины и изрытую глубокими ямами землю, Осаму остановился и с непониманием посмотрел на Чую, который также застыл на месте и встретился взглядом с карими омутами любовника.
— Это и есть та деревня, о которой ты говорил? — задал вопрос Дазай, на что Чуя лишь неопределённо пожал плечами. — Я вижу лишь один дом вдалеке.
— Не знаю, когда я взлетал вверх, чтобы разведать обстановку, то видел с два десятка домов, может, их было больше или меньше, но они тут точно находились.
— Если бы ты не был со мной всё это время, я бы сказал, что это твоих рук дело. Деревню явно кто-то уничтожил, причём при помощи гравитации. Я очень много раз видел похожую картину, после того как ты применял способность, и знаю, какие разрушения остаются потом. Да что я тебе объясняю, ты и сам это знаешь не хуже.
— Верно. Тот грохот, который мы слышали... значит, кто-то как раз именно тогда уничтожал эту деревню и её жителей способностью, очень похожей на мою.
— Скорее всего. Что ж, пойдём к уцелевшему дому. Посмотрим, что там или кто там.
Чуя кивнул, и оба эспера направились к одинокому строению в конце деревни. Подойдя к нему, они осмотрели его снаружи, освещая фонариком на телефоне. Передняя часть дома оказалась полностью разрушена, тем не менее в здании уцелело несколько комнат, точнее, их было две.
Осторожно ступая, стараясь не шуметь, парни прошли в ту часть строения, которая уцелела, но совсем уж неслышно войти у них не получилось, так как на полу валялись обломки здания и битые стёкла. Что-то хрустнуло под ногой Дазая, и он замер на месте; Чуя, который шёл рядом, тоже остановился, настороженно оглядываясь по сторонам и прислушиваясь к звукам, но было тихо.
«Возможно, тот, кто устроил этот погром, убрался восвояси, — подумал Накахара. — Но следует убедиться в том...» — Чуя не успел закончить мысль, так как пространство прорезала разрушительная волна гравитации, и он был отброшен на несколько десятков метров назад, хотя успел активировать способность и защититься ею от возможных травм.
Дазай как стоял на месте, так и остался стоять, гравитационная волна не причинила ему вреда, однако через пару секунд он бросился вперёд и нос к носу столкнулся с кем-то, коснувшись его и обнуляя способность, которая погасла в отблеске яркой белой вспышки.
— Чуя? — не веря своим глазам, прошептал Дазай, поднимая руку и оглаживая пальцами скулу рыжего парня напротив. — Не может быть.
— Дазай? — ошарашенно пробормотал Накахара, окидывая взглядом Осаму.
В следующее мгновение пространство вновь прорезала гравитационная волна, но на этот раз она исходила откуда-то сзади Дазая. Ему снова ничего, а вот Чуя, который стоял рядом с ним, отлетел назад, отброшенный Смутной Печалью. Поскольку Осаму касался его, он не смог защитить себя способностью, но всё же Дазай частично принял на себя удар, немного поглотив его Силу, и Накахара был откинут не так далеко, как мог бы. С криком «Чуя!», Осаму бросился к нему и, подбежав, упал рядом с ним на колени, прощупывая пульс.
Дазай обернулся назад и выкрикнул, предупреждая повторный удар гравитацией, который готовился нанести второй Накахара:
— Чуя, нет! Прекрати!
— Что это значит, Осаму? — спросил альфа, направляясь в сторону Дазая. Ему не было видно в темноте, над кем склонился его возлюбленный.
— Это Чуя, — проговорил эспер, положив голову Накахары на свои колени и вытирая кровь носовым платком, которая тоненькой струйкой стекала по виску эспера: при падении, он стукнулся головой об камень, но Чуя был жив.
— Чуя? Из твоего мира? — задал вопрос альфа, подходя ближе и присаживаясь на корточки рядом с Дазаем.
— Да.
— Он жив?
— Кажется, без сознания. Принеси воды.
— Она пролилась, когда он атаковал меня.
— Вся? Проверь.
Чуя поднялся на ноги и отошёл на некоторое расстояние, затем вернулся с «кувшином», сказав:
— Немного осталось.
Накахара протянул «кувшин» Осаму, вновь присаживаясь рядом.
— Что он делает в этом мире?
— Откуда мне знать? Придёт в себя — спрошу.
— А что ты ему скажешь? И что вообще собираешься теперь делать, после того как вновь встретил его?
— Я не знаю, что тебе сейчас сказать на это, Чуя, прости, — Осаму встретился взглядом с голубыми озёрами, затем опустил их вниз на Чую, голова которого по-прежнему лежала на его коленях. — Всё это так неожиданно, я сам ничего не понимаю.
— Всё-таки ты любишь его, — на удивление голос альфы звучал спокойно, хотя на душе скребли кошки. Он встал на ноги и отошёл в сторону, Дазай поднял голову и снова встретился взглядом с голубыми озёрами.
— Не стоит делать поспешных выводов. Мне очень сложно сейчас ответить на твой вопрос однозначно. Я совсем не понимаю, что у меня сейчас творится в душе и что чувствую. Всё это так странно.
— Я дам тебе время разобраться в себе, — произнёс Чуя и направился прочь от Дазая и своего двойника.
— Стой! Куда ты?
Чуя ничего не ответил, продолжая свой путь. Дазай аккуратно положил голову Чуи на землю и быстро догнал Накахару-альфу, схватив того за руку.
— Не смей уходить, слышишь?
— Какой смысл оставаться? Если ты сам не можешь разобраться в себе и своих чувствах, возможно, если меня не будет рядом, ты сделаешь это быстрее.
— Нет, Чуя. Это глупо. Не уходи! Останься.
— Зачем?
— Потому что ты нужен мне, — Осаму сжал пальцами его руку, глядя в его глаза.
В этот момент послышался стон, и Дазай направился к Чуе, который пытался сесть.
— Не уходи, — обернувшись к альфе, повторил Осаму, а подойдя к эсперу, помог ему сесть и, взяв «кувшин», поднёс его к губам Накахары. — Попей, — произнёс он.
Чуя сделал несколько глотков воды и, посмотрев на Дазая, произнёс:
— Дазай, что ты здесь делаешь? Разве тебя не похитил Фёдор? Да ты ли это вообще?
Пытаясь вернуть ясность ума, Накахара встряхнул головой, которая шла кругом после удара о камни. Затем он перевёл взгляд на своего двойника, который всё же пока не ушёл, наблюдая за происходящим.
— Кто он? — спросил Накахара.
— Твой двойник из параллельной вселенной, — произнёс Осаму. — Поскольку ты меня знаешь, значит, я двойник того Дазая, с которым ты знаком.
Осаму решил не говорить Чуе правду, ведь объяснить всё было бы слишком сложно.
— Вот как? Интересно. Ты действительно так похож на него.
Чуя попытался подняться на ноги, и Дазай помог ему встать.
— Но ты, кажется, ниже ростом.
Осаму пожал плечами.
— Зачем ты здесь? — спросил он.
— Это долгая история, — ответил Чуя. — А вы?
— Видимо, по той же причине, — тихо проговорил Дазай. И уже громче добавил: — Ты говорил что-то о Достоевском?
— Ты знаешь, кто это?
— Конечно. В нашем мире он тоже есть.
Чуя смотрел на Дазая, но не спешил отвечать на вопрос. Он не был уверен, что может доверять ему и своему двойнику. Ведь, несмотря на то, что Дазай был копией того мафиози, с которым Чуя был знаком, а этот высокий рыжий парень — его собственной, Накахара не знал, для чего они сюда явились именно в этот момент и не пересекаются ли их интересы.
— Ты нам не доверяешь? — спросил Осаму.
— А я должен? Вообще-то он напал на меня, — Чуя кивнул на своего двойника, а тот ответил:
— Ты первым нанёс удар.
— Да. Этот мир населяют странные и опасные существа, и любой здешний обитатель может представлять угрозу.
— Это просто недоразумение, — произнёс Дазай. — Ведь нам тоже не было известно, кто ты.
Чуя кивнул и огляделся по сторонам. Единственный уцелевший в этой деревне дом теперь был разрушен. Накахара направился на развалины, Чуя с Осаму последовали за ним. Альфа тихо произнёс, так, чтобы его мог услышать только Дазай:
— Почему ты солгал ему о том, кто ты такой на самом деле?
— А что я мог ему сказать? Да и не готов я к такому разговору. Возможно, ему вообще не стоит знать правду обо мне.
Тем временем Чуя, пройдя на развалины, разобрал при помощи способности завалы и вскоре нашёл то, что искал, а именно: рюкзак с припасами.
— Что там у тебя? — спросил Осаму, подходя к Чуе.
— Вода и консервы, — ответил тот, открывая рюкзак и проверяя его содержимое.
К счастью, запасы не пострадали, что было неудивительно, ведь, когда Чуя нанёс удар по незваным гостям, рюкзак стоял позади него, а потом он отошёл на несколько шагов в сторону и вперёд, поэтому атака двойника тоже обошла рюкзак стороной. Его лишь немного засыпало обломками, несколько банок консервов погнулись, но ничего страшного ни с ними, ни с водой не произошло.
— Так что вы делаете в этом мире? — задал вопрос Накахара, поворачиваясь к Дазаю лицом.
— С чего ты взял, что мы пришли сюда откуда-то из другой вселенной? Я не говорил об этом.
Чуя цокнул языком и произнёс:
— Ты сказал, что вы двойники из параллельного мира, но не говорил, что из этого. К тому же мне кажется, что в этой реальности таких, как мы, нет. Так зачем вы здесь?
Дазай пожал плечами, сказав:
— У нас есть тут одно небольшое дельце.
— Да ладно? И какое?
— Неважно.
— Значит, не доверяешь?
— Как и ты. К тому же сейчас не самый подходящий момент для такого разговора. Нужно найти место для ночлега. Обсудим это позже. Идёмте.
Эсперы выдвинулись в путь, следуя маршруту на карте, на который Осаму тайком поглядывал, заметив, что и Чуя посматривает на какую-то бумажку время от времени. Пройдя разрушенную деревню, парни вскоре вошли в лес, или скорее в посадку, так как деревья там росли на достаточно большом расстоянии друг от друга. Становилось прохладно, к тому же путники были уставшими.
— Я думаю, — произнёс Дазай, останавливаясь, — нам следует сделать привал и развести огонь. Может быть, здесь и остановимся на ночь. Чуя, оставайся тут, — обратился он к парню из своего мира, — а мы с другим Чуей поищем что-нибудь для костра.
Накахара пожал плечами и сел на довольно толстое бревно, которое лежало неподалёку, а альфа и омега отправились собирать хворост.
Когда отошли от Чуи на довольно приличное расстояние, Накахара остановился и, схватив Дазая за руку, развернул его к себе лицом.
— Ты не скажешь ему, кто ты на самом деле? — спросил он, неотрывно глядя в карие омуты.
— Нет, — Дазай покачал головой. Встреча с Чуей шокировала Осаму. Он не думал, что снова встретит его когда-нибудь, и сначала сам не был уверен в том, что почувствовал. Безусловно, встреча взволновала его и что-то всколыхнула внутри, но Дазай понимал, что он теперь — совершенно иное существо, не совсем человек в общепринятом смысле, точнее, в общепринятом смысле для людей из его мира. Ведь он теперь был омегой, и таких, как он, в его мире нет. Он понимал, что даже если бы захотел вернуться к Чуе из своего мира, вряд ли бы у них что-то могло получиться, поскольку ввиду особой физиологии организма ему теперь нужен был альфа. Дазай читал, что омеги могли встречаться и с бетами, но вряд ли бета мог заметить альфу, а мужчина из его мира — тем более. Возможно, омеги с ними просто несовместимы, к тому же Осаму был уверен, что не сможет теперь без Чуи-альфы. Но если даже не учитывать особенности физиологии организма, Осаму не готов был расстаться с ним, даже ради Накахары из своего мира, с которым они были вместе шесть лет. Слишком многое поменялось за последние несколько месяцев в жизни Дазая, изменилось его мировоззрение и даже само восприятие этого мира и его ценностей. Он дважды был в положении, но сейчас очень надеялся на то, что с его второй беременностью ничего не произошло. Дазай хотел родить этого ребёнка от Чуи.
— Значит, ты решил остаться со мной?
— Да, — ответил Дазай.
— А если ты найдёшь способ вернуться в своё тело? Что ты выберешь: оставаться омегой в нашем мире или возвратиться назад?
— Даже если существует такой способ, я давно не думаю о возвращении. С тех пор, как мы с тобой вместе, тем более после того, как я всё вспомнил. Я никогда ни к кому ничего подобного не испытывал, как к тебе. Даже к нему. Возможно, потому, что в вашем мире всё ощущается иначе. Между нами будто незримая связь, и ты её ощущаешь так же, как и я. Даже Мори не смог её разрушить, несмотря на то, что использовал страницу для этой цели.
Дазай провёл пальцами по щеке Накахары и коснулся его уст своими, нежно целуя. Оторвавшись от губ возлюбленного, он продолжил:
— Даже потеря памяти не разлучила нас. Мы с тобой связаны навсегда, Чуя. Потому что то, что происходит между нами, — это истинная любовь. Ты разве не думал об этом?
— Думал, ведь ни с кем раньше ничего подобного не испытывал. Никогда ни к кому меня так сильно не влекло, как к тебе. Настоящую любовь найти непросто, и находят её единицы из миллионов, но мы, кажется, нашли, и я не хочу потерять это.
— Кажется? Ты сомневаешься?
— Конечно нет! Я не сомневаюсь в том, что испытываю к тебе. Но могу ли я быть уверен в твоих чувствах? Ведь ты меня уже предавал.
— Я думал, что ты простил мне измену.
— Да, но забыть об этом непросто.
— Так и будешь вспоминать об этом всю жизнь? — спросил Осаму, глядя в глаза альфе.
— Нет, если не дашь повода заподозрить тебя в предательстве, — ответил Чуя.
— Я люблю тебя. Именно тебя, — Осаму сжал руку Чуи в своей ладони, глядя в голубые озёра. — Встреча с Чуей шокировала меня, это правда. Я не ожидал его здесь увидеть. Но я хочу остаться с тобой. И даже будь у меня возможность вернуться в своё тело, я бы оставил всё как есть, чтобы быть рядом с тобой. Потому что я знаю, ты моя истинная пара, вторая половинка, и то, что я к тебе испытываю, — это по-настоящему и навсегда.
— Не думал, что ты в такое веришь. В современном мире мало кто помнит об истинных, тем более, если учесть, что ты из параллельной вселенной.
— Когда понял, что попал в иную реальность, я много читал, желая выяснить о ней больше информации, в том числе и об истинных. Знаю, многие считают любовь истинных красивой сказкой, основанной на древних легендах, и мало кто верит в то, что такие пары существуют в современном мире. Но то, что между нами происходит, полностью соответствует всему, что я читал об истинных. Разве ты сам этого не понимаешь?
— Если честно, я не верил в легенды, считая их сказками, как и большинство людей, но часто задавался вопросом после знакомства с тобой: откуда взялась эта непреодолимая тяга к тебе почти с самой первой встречи, притом что я тебя практически не знал? Может, ты и прав. Не уверен, но точно могу сказать, что мои чувства к тебе настоящие.
Чуя обнял Осаму, притягивая его к себе и целуя в губы, ощущая феромоны омеги и выделяя свои, оглаживая тело возлюбленного, прижимая его к стволу какого-то дерева. Дазай ответил на поцелуй, но вскоре отстранился от Чуи, с трудом справившись с возбуждением и сказав:
— Мы ведь здесь не одни, да и пошли вроде хворост собирать. Нужно заняться делом, а потом попытаться выяснить, что здесь делает Чуя и зачем он пришёл. Возможно, он тут для того, чтобы найти тот же артефакт, который нужен нам.
— Думаешь, это возможно?
— А какая ещё у него может быть причина отправиться сюда? Я заметил, что он пару раз заглядывал в какой-то листок, похожий на тот, что дал нам Достоевский. Мне не удалось его хорошо рассмотреть, но там точно была нарисованная от руки карта.
— Фёдор из твоего мира отправил его сюда?
— Вероятно.
— Вряд ли он в этом случае скажет нам правду. И что будем делать, если окажется, что он пришёл сюда за артефактом?
— Необходимо выяснить причины. Он говорил что-то о том, что я должен был быть у Достоевского. Значит, Дазай из твоего мира точно поменялся со мной местами и вселился в моё тело, как и я в его. И скорее всего, он похищен Фёдором, именно поэтому Чуя здесь. Конечно, это всего лишь предположение, уверенности у меня нет. Придётся понаблюдать за ним какое-то время, а потом поговорить об этом напрямую.
Чуя кивнул и наклонился вниз, чтобы поднять с земли несколько палок; Дазай последовал его примеру, и парни принялись собирать хворост, между делом продолжая вести беседу.
— Думаешь, они тоже вместе? — спросил Накахара, поднимая очередную ветку.
— Понятия не имею, — ответил Осаму, также наклоняясь за какой-то палкой. — Но Чуя должен был заметить разницу, ведь он слишком хорошо меня знает. Но с другой стороны, если бы ему было известно о том, что в моём теле находится другой человек, он бы точно заподозрил сегодня, что я — это я, а не просто двойник его Дазая. Но у меня сложилось иное впечатление. Он ни о чём не догадывается. Может быть, тот Дазай, который жил раньше в этом теле, оказался вовсе не таким уж рохлей, как я считал, если уж даже Чуя ничего не заподозрил.
Накахара пожал плечами, не зная, что на это сказать, ведь он не знал прежнего Дазая и не мог судить о нём.
Минут через двадцать эсперы, собрав достаточное количество хвороста, вернулись к тому месту, где оставили Чую, а вскоре развели костёр. Подсев к нему ближе, парни поужинали консервами и остатками жареного мяса, после чего решили лечь спать. Дазай удобно устроился в объятиях своего альфы, положив голову ему на плечо; тот крепко прижал его к себе, зарывшись пальцами в каштановые пряди, а второй Чуя прилёг на небольшом расстоянии от них. Вскоре усталость взяла верх, и все трое уснули.