16.2
Чонгук
Если вчера было очень хорошо, значит, на утро явно будет плохо… Эту народную мудрость я усвоил уже давно, только вот почему-то никогда не пользовался ею в жизни, всякий раз проклиная похмелье или похмелье́, как выражается мой убогий друг. Но все мы сперва клянёмся, что больше «ни-ни», пока хмель вновь в крови не заиграет …
«Знаешь, даже когда я искал еду по помойкам, так плохо мне никогда ещё не было», ─ усмехнулся пёс.
Ну, да, и я его прекрасно понимал.
«Прости, дружище. Я очень постараюсь для того, чтобы это закончилось».
Семейство Лисы забавно подтрунивало над нашим состоянием, но ни я, ни пёс на них не обижались, ведь то были добрые насмешки – даже в исполнении деда. Я сам виноват, что пошёл у него на поводу и нажрался, как в последний раз, но это всё мелочи – если тебе хорошо, когда ты творишь глупости, из-за которых потом обязательно пожалеешь, значит, они того стоили. Правильно?
Жаль только еда в глотку не лезла, а вот рассол оказался к месту и пока я поправлял наше здоровье, все ушли завтракать.
Хомяк молчал. Бдел и, кажется, медленно выгрызал себе выход из клетки, однако пока его никто не заподозрил в дезертирстве. Надо будет за ним присмотреть, хотя, он личность вполне самостоятельная – кто знает, каких сюрпризов ещё ждать от этого наёмника? Может, его вообще кот подослал меня замочить…
Как бы там ни было, но позже мы последовали за Лисой на улицу. Нам со Счастливчиком уже лучше удавалось действовать сообща, наверное, потому что у обоих была цель выйти на прогулку в тот момент…
А потом я просто любовался этой воздушной, как пёрышко новорождённого феникса девушкой, раскачивающейся, словно ребёнок на старых качелях. Несмотря на эту лёгкость, которой можно обмануться при первой встрече, Лили имела эту внутреннюю силу, что бы она там себе ни думала, глупая, и я, кажется, наконец-то смог увидеть её светящуюся почти нестерпимо белым, ослепляющим светом ауру. Солнце, играющее в листве деревьев, в тот миг казалось до серости тусклым по сравнению с ней, и я мучительно гадал, а найдётся ли для меня место рядом с этим сверкающим и одаряющим всех своим светом созданием?
Ягодка не знала моих мыслей и делилась историями из детства, ненароком выдала мне некий компромат на Бубенца, а потом показала созданный образ платья, лицезря который, я осознал, что если бы невесты бегали по тёмным чащам вот в таких нарядах, их ловили бы гораздо усерднее, чем делают обычно...
Ох, малышка… Как же хочется снова обнять тебя руками и вообще сделать с тобой столько всего интересного…
«Уйми фантазию, парень! Я же это тоже вижу!» ─ раздалось в голове, выводя меня из мира сладких грёз.
«Прости, друг!»
На обеде пришёл и аппетит, только вот я заметил, что Лиса вдруг стала сама не своя – о том же мне сообщил и пёс, почуявший перемены в настроении хозяйки, а я судорожно пытался разглядеть изменения в окружающем её сиянии, но тщетно.
Я решил, что глаз с неё не спущу, потому что не нравилось мне происходящее, да и соседка Лалисы давно с ней не связывалась… Точно! После того сообщения, полученного Лили, она и стала вести себя подозрительно. Нет, никто вроде бы и не заметил этих мимолётных перемен, но чем чаще ты находишься рядом с кем-то, тем лучше ты его узнаёшь, и можешь по простой мимике определить, когда что-то не так… А я-то в какой момент такому научился?
«Уймись уже, влюблённый», ─ посоветовал мне самый мудрый из нас двоих, и у меня не нашлось сил возразить. Правду надо принимать.
Стараясь не зацикливаться на сокрушительном прозрении, я продолжал наблюдать за Лили, но она пока никак не выдавала, что задумала какую-то несусветную глупость – а она точно её задумала. Даже дед подозрительно косился на внучку во время ужина, а та продолжала изображать безмятежность, тем самым усыпив бдительность родных, но не меня.
А потом, когда вся её семья собралась на кухне, Лиса сослалась на головную боль и сказала, что пойдёт наверх отдыхать, попросив пока покормить страждущих в моём лице. Так быстро я не ел никогда прежде, и сразу по завершению трапезы, отправился на поиски своей глупышки, решившей, похоже, принести себя в жертву, но хрен я ей позволю!
Клетка с хомяком уже была пустой, но я отметил это без особой паники – всё же пушистый воин сам знает, что делает, – и незаметно мы выскользнули на улицу вслед за девушкой. Она торопилась, однако нельзя было упустить её из виду, поэтому мы со Счастливчиком очень старались не потерять ягодку в наступившем полумраке, а когда она резко свернула с дороги в сторону леса, сердце тревожно замолотилось под рёбрами.
Ну куда ты поскакала?!
К моему удивлению, амулет на шее вдруг начал нагреваться, и мне это совершенно не нравилось, впрочем, как и псу.
«Ты чувствуешь?».
«Да, значит тьма где-то рядом».
Не сговариваясь, мы ускорились, преследуя Лису, и через пару поворотов, выбежали к мрачной заброшенной постройке. Пахло застарелой кровью, и темнота делала это место особенно жутким, но Лалиса, зараза такая, была храброй, шла вперёд и, кажется, совершенно не собиралась поворачивать назад.
Она решительно вошла в тёмный зёв полуразвалившегося здания, внутри которого, в самом конце чуть брезжил свет, и мы посеменили за ней, стараясь не задевать болтающиеся ржавые крюки, на которых когда-то явно висели туши животных. А когда безрассудная ягодка дошла до места, я чуть не вспомнил весь свой запас нецензурщины, потому что по центру грязного пола, заключённая в нарисованную пентаграмму со стоящими по краям свечами, сидела связанная по ругам и ногам Чон Хиджин. Она была без сознания, и я даже обрадовался, что женщина не видит творящегося вокруг неё идиотизма.
Главных зачинщиков пока не было видно, но вскоре и они появились, выходя по очереди из тёмных углов. Затаившись неподалёку, я принялся наблюдать за дальнейшими событиями.
─ Лалиса, Лалиса, дай мне ответ… ─ напевал мерзкий голос Антона, поигрывающего ножом. Ножом, на лезвии которого клубился самый настоящий мрак, демоны меня раздери! Вот почему амулет отреагировал...
Все внутренности сжались, и сама душа потянулась к родной силе, но я понимал, что рано предпринимать что-то, пока мы с псом не разделились… Но как же хотелось впитать в себя эту живительную силу, кто бы знал!
─ Что тебе нужно? ─ воинственно поинтересовалась Лили, как обычно не демонстрируя страха.
─ Ты знаешь, что мне нужна ты, Лили. Ты и только ты… Ну и, возможно, капелька твоей магии? ─ ухмыльнулся он, и послышались смешки остальных придурков. ─ Заткнулись! ─ осадил он своих ручных инквизиторов, и те его мигом послушались, из чего я сделал вывод, что Антон среди них самый главный плохиш.
─ Отпусти её.
Антон подошёл ближе, а встав почти вплотную к Лисе, сказал, проведя ножом по её волосам:
─ Видишь ли, милая, я бы с радостью, но и от твоей замечательной соседки я могу получить неплохую подпитку. Хотя… если ты согласишься на мои условия, я даже могу дать клятву, что никто не пострадает.
─ И какие же это условия? ─ ага, я вот тоже умираю, как хочу узнать!
─ Мы с тобой поженимся, как и планировали, и ты не будешь сопротивляться. Родишь мне ребёнка, а может и двух – будем жить, словно ничего не произошло между нами.
На улице стрекотали сверчки, слышались звуки вечерней деревни, а театральная пауза явно затянулась.
─ Чего? ─ отмерла Лили, а я вместе с ней. Казалось, даже остальные ребятки были в лёгкой степени недоумения от озвученного их предводителем, а уважаемая Чон Хиджин не иначе, как от шока пришла в себя и заинтересованно вздёрнула тонкую бровь. ─ Ты рехнулся, Тош?
Он скривился – видимо, такое сокращение собственного имени было ему не по душе, – а потом соизволил пояснить.
─ Видишь ли, малыш, я не планировал посвящать тебя в свои дела – ты сама в них вляпалась. Когда я с тобой познакомился, то понятия не имел о твоей силе. Ты мне просто понравилась, ─ признание вышло так себе и, подозреваю, далеко не каждая девушка хотела бы такое услышать. ─ До безумия, почти до одержимости. Такая юная и невинная, ─ обходя девушку по кругу, разглагольствовал он, а мне хотелось укоротить его язык этим же ножом, что он нервно сжимал в ладони. Время, почему ты бежишь так медленно, когда нужно действовать скорее? ─ Я очень надеялся, что ты не ведьма, Лили.
─ А что, если бы с самого начала узнал, тут же принёс бы в жертву? ─ спросила Лиса, и я не сразу понял, почему она пытается отвлечь на себя внимание, закрывая связанную женщину. Я не представляю, каким образом этот комок мести проник сюда раньше меня, но отсюда было прекрасно заметно, что старина Живчик невидимкой уже забрался по ногам Чон Хиджин, чтобы с остервенением начать перегрызать верёвку, приговаривая:
─ Мои братья уже здесь.
О ком шла речь я узнал чуть позже, но а пока торжество зла продолжалось весьма успешно.
─ Ну почему? Мы бы с тобой немного поиграли, ─ многозначительно хмыкнул этот недоделок – хорошо, что в тот момент меня сдерживал пёс, иначе я бы уже ринулся в гущу событий.
«Спокойно. Смотри».
Проследив взглядом туда, куда указывал приятель, я чуть не поперхнулся. Мыши. Сперва несколько маленьких грызунов появилось в поле зрения и тут же устремилось к простаивающим без дела инквизиторам, чтобы забраться им под штанины. Эх, жалко здесь Бубенца нет, он бы оценил, ещё и поржал бы, подавившись очередным комком шерсти…
─ Ещё не наигрался в семью?
─ С тобой мне это никогда не надоест, ─ парировал ухмыляющийся гад, а я начал предчувствовать первые вспышки боли и отвлёкся, претерпевая превращение. Не прошло и полугода!
─ Да что за хрень?! ─ послышалось тем временем с одной стороны, а потом к несчастному и незабвенный Паша присоединился едва ли не с девичьим воплем, разрывающим тишину:
─ Вашу мать, они меня едят!
─ Что происходит? ─ недовольно пробормотал Антон, поворачиваясь и с удивлением обнаруживая своих бойцов в непригодном для войны состоянии, а потом заметил и других грызунов, медленно наводняющих пространство. К ним и крысы присоединились, обсуждая развлекалово, а великие и ужасные колдуны почему-то сперва растерялись, а не принялись избавляться от угрозы. Хотя, когда кто-то грызёт ваше достоинство в прямом смысле этого слова, весьма сложно бывает сосредоточиться на своих целях, согласитесь?
─ Лили, пригнись! ─ крикнула тем временем освобождённая храбрым хомяком женщина, понуждая Лису присесть, а в инквизитора полетел сгусток светящейся тёмно-зелёной энергии, сбивая опешившего неудачника с ног. Старая ведьма зря времени не теряла, наградив парнишу ещё парочкой снарядов, но Чон Хиджин не являлась очень сильной, поскольку Антон быстро оклемался, отправляя в ответ мощный энергетический импульс, наполненный тьмой под завязку.
Шар ударил женщину в грудь, и её тело буквально содрогнулось, а затем она упала на колени, но не потеряла сознание. Метнувшаяся к ней Лиса тут же поддержала соседку, с ненавистью глядя на бывшего жениха.
─ Ну ты и скотина, ─ выплюнула Лили.
Скотина лишь развела руками, вновь нацепив на лицо улыбку, пока его друзья пытались истребить проблемы, вспомнив, что они, оказывается, не обычные люди. Мне было жаль мелких тварюшек, но они, по крайней мере, выиграли немного времени для меня...
Я наконец-то пришёл в себя. А ещё разозлился по-настоящему, понимая, что в желании защитить самое ценное, материализовал боевую броню на теле, и когда плотная чёрная драконья чешуя, названная среди нас Доспехами Смерти, обволокла кожу до самой шеи, я вышел из укрытия, приказав Счастливчику не высовываться.
─ Он не только скотина, но ещё и трус, ─ не хуже Антона ухмыльнулся я, уловив, с каким ужасом Лиса на меня посмотрела. Надеюсь, она боялась не меня, а всё же за меня…
─ Ха, а я не ошибся в том, что ты не так прост, ─ отозвался этот придурок. ─ Что, явился пострадать за честь ведьмы?
─ Нет, за честь дорогого мне человека, ─ и глазом не могрнув признался я, вызывая поистине мерзкую усмешку у оппонента. ─ Тебе не понять.
─ Зря, ─ еле слышно ответил он, а в следующее мгновение в меня полетел нож, демонстрирующий все оттенки тьмы.