Раскол Вавилона
После того, как храм Иштар пал, город содрогнулся. Дым от обугленных колонн тянулся в небо, как чёрное знамя. Люди проснулись ночью и увидели зарево, услышали крики, и многие подумали: — Боги больше не с нами. Утром площадь перед руинами кипела. Одни рыдали, рвали на себе одежды: — О, Иштар! О, великая богиня! За что ты оставила нас?!Но другие — торговцы, ремесленники, рабы — шептали: — Может быть, новые силы пришли. Может быть, старые боги слабы. Может быть, волк сильнее льва. Жрецы оставшихся храмов собрались и закричали: — Мы должны изгнать скверну! Это безумцы, они должны быть казнены! Но народ уже не слушал их так, как раньше.
Слухи разрастались: — Они убили двадцать стражей. — Они разрушили храм, и небеса не наказали их. — Они слышат голос самого мрака. И в ту ночь ко мне привели целую толпу. Рабы, изгнанники, нищие, даже несколько воинов. Они упали ниц и сказали:— Мы видели пламя. Мы слышали вой. Мы хотим быть с вами. Мы повели их в руины. Там, среди обломков, я начертал на земле знак — руну Нихилуса. Она горела багровым светом, хотя вокруг не было огня.
Я сказал:«Quis vult relinquere deos mendaces? Quis vult fieri lupus?»(Кто желает оставить лживых богов? Кто желает стать волком?)Толпа закричала:— Мы! Мы! И тогда я совершил обряд. Я взял чашу с кровью жрецов Иштар и дал каждому пригубить. Кто пил — глаза их темнели, дыхание становилось тяжёлым. Они падали на колени, а затем поднимались с новым криком, не человеческим, а звериным. Так родилось наше братство. Уже не десятки — сотни. Но вместе с ростом силы рос и страх. Жрецы других храмов начали кричать:— Это ересь! Это демон! Эти люди приносят в жертву кровь, а завтра они принесут в жертву город! Они собрали новые отряды стражей. Но в рядах этих стражей были и те, кто видел силу Нихилуса... и в самую ночь перед походом они переходили к нам.
Город разделился. На рынках стали спорить:— Я верю в Иштар! — кричал один.— А я слышал вой ночью и знаю: волк сильнее! — отвечал другой. Драки начинались прямо в толпе. Кровь проливалась уже без нас. Я видел это и смеялся. Потому что Нихилус говорил мне:«Divide eos. Fac ut se ipsi occidant. Tunc facile erit mihi regnare.»(Раздели их. Пусть они сами убивают друг друга. Тогда мне будет легко править.)И вот однажды ко мне привели мальчика. Ему было десять лет. Он потерял мать и отца в пожаре храма. Он подошёл ко мне и сказал:— Волк, возьми меня. Я хочу быть твоим сыном. Я посмотрел ему в глаза — и увидел там не страх, а жажду. Я положил руку на его голову и сказал:«Tu eris lupus parvus. Cresces et dentes tuos in sanguine lavabis.»(Ты будешь малым волком. Ты вырастешь и омоешь зубы кровью.)И толпа закричала от восторга. Так началось не просто братство — началась вера. Люди сами начали приносить нам дары: хлеб, вино, скот, даже детей. Одни добровольно, другие — от страха. И я понял: Мы больше не были тайным культом. Мы стали новой религией.