Конец.
Эми
Аэропорт пах металлом, выхлопами и кофе. Я стояла у выхода из зоны прибытия, руки в карманах куртки, плечи слегка напряжены — ждала его. Прошло уже тридцать минут с посадки, вокруг суета и шум, но я видела только его силуэт. Его имя билось у меня в груди ровным, глухим эхом — Кацуки.
И вот он появился.
Он стал выше, плечи шире, волосы всё так же растрёпаны. Взгляд — горел, словно выжигал пространство перед собой, и наконец остановился на мне.
Ни слова. Только шаг за шагом, и он был уже рядом.
— Ну здравствуй, мистер «я не символ мира», — усмехнулась я, приподняв бровь, — выглядишь как человек, которого стоило ждать.
Он не ответил. Вместо этого резко схватил меня за запястье — крепко, словно боялся, что я снова исчезну. И прежде чем я успела что-то сказать, притянул к себе и поцеловал.
Настоящий поцелуй. Не игра, не вызов, а утверждение. Глухая ярость и признание. Обещание.
Когда отстранился, голос был низким, хриплым, почти рычанием:
— На этот раз — ты моя.
Я моргнула, почувствовав жар на губах.
— Да ты что... — улыбнулась с лёгкой иронией. — Вроде бы это я тебя вырастила.
Он усмехнулся — уже не мальчишески, а по-мужски.
— Я вырос. Теперь беру, что хочу.
Я склонила голову, изучая его взгляд, провела пальцами по куртке.
— И что же ты хочешь, Кацуки?
Он не отводил взгляда.
— Тебя. Без приказов, без масок. Просто тебя. Я не прошёл через ад, чтобы оставить тебя по ту сторону океана.
Ветер играл складками моего пальто. Я шагнула вперёд и положила ладонь на его грудь.
— Тогда держись крепче. Потому что теперь я не отступлю. Ни перед тобой, ни перед тем, кем мы стали.
Он кивнул. Слова были лишними.
Мы шли через аэропорт вместе — в одном ритме. Он держал мою руку, и я не вырывалась.
Впереди — новый фронт. Но мы шли к нему вместе.