005
Утро Руби начиналось нежно — мягкий солнечный свет медленно пробивался сквозь полуприкрытые шторы, окрашивая комнату в переливы розового и золотого, будто кто-то нарочно разливал краски по стенам. В воздухе витал аромат свежезаваренного чая и теплой, сдобной выпечки — редкая, но всегда особенная радость, когда мама всё же решалась испечь те самые булочки из детства.
Сонная, с чуть растрёпанными волосами, в уютной пижаме, Руби дошла до ванной — привычные утренние ритуалы словно вплетались в спокойную симфонию этого утра. Затем — на кухню, туда, где уже ждали горячие булочки. Их запах согревал душу, наполняя кухню уютом, будто сам дом обнимал её.
Сев за стол, Руби потянулась за одной из булочек — она была ещё тёплая, почти обжигающая. Первый укус вызвал непроизвольную улыбку: мягкое тесто, сладость корицы и сахара — всё это переносило в детство, туда, где они с мамой вместе месили тесто, обсуждая глупости и мечты, а маленький Элиас носился по дому, как ураган. Это было настоящее счастье, тихое и безмятежное.
От мыслей её вырвал звук уведомления. Телефон подсветил экран, и Руби удивлённо подняла брови: сообщение от Ламина. Обычно они переписывались только в общей группе, а тут — он писал лично. Прочитав короткий, но тёплый текст с приглашением на вечернюю прогулку, она улыбнулась, не раздумывая ни секунды — свободный вечер внезапно приобрёл интригу.
~
К вечеру дом наполнился лёгкой суетой. Руби металась по комнате, подбирая одежду: в итоге выбрала светлые джинсы и тёмно-синий лонгслив, подчёркивающий её фигуру. Быстрый взгляд в зеркало, лёгкая укладка — и любимая сумочка уже болталась на плече. Она улыбнулась себе в отражении — чуть взволнованная, но счастливая.
На улице её уже ждал Ламин. По всему было видно — ждал он не пять минут. Руби подошла, тепло обняв его.
— Ну и куда ведёшь? — с прищуром спросила она, хитро улыбаясь.
— Сюрприз, — ответил он, сверкнув фирменной брекет-улыбкой.
— А почему вдвоём? Что за особый повод? — поинтересовалась она, не отставая, когда он направился в неизвестную сторону.
— Просто подумал... почему бы нам не узнать друг друга получше? Да и Сохаиб с Маркусом сегодня заняты, — спокойно ответил Ламин, глядя куда-то вдаль. Руби кивнула и продолжила шагать рядом.
Спустя несколько минут перед ними открылось старое футбольное поле. Заросшее, местами треснувшее, будто давно забытое. Но на фоне закатного неба, где оранжево-розовые оттенки плавно сменяли друг друга, поле выглядело почти волшебно — как затерянное место из сна.
— Я часто прихожу сюда, когда нужно побыть одному, — сказал Ламин, перешагивая ржавый порог.
— Здесь удивительно спокойно... — прошептала Руби, оглядываясь вокруг с восхищением.
— А как насчёт небольшой разминки? — он ловко подбил мяч ногой и усмехнулся.
— С удовольствием, — ответила она, принимая вызов.
На поле раздались первые удары по мячу. Руби, то смеясь, то крича от азарта, пыталась обыграть Ламина. Он был терпелив, показывая ей приёмы, обучая финтам и при этом нарочно чуть поддаваясь. Он делал акцент не на победе, а на удовольствии от игры, что придавало уверенности. Смех их разносился по полю, будто это был не мир, а маленькая вселенная только для двоих.
Когда Руби удавалось красиво обойти Ламина или повторить приём, он хвалил её, сияя своей фирменной улыбкой, и каждый такой момент добавлял огня в её глаза.
— Такими темпами тебе в "Барсу Фемени" пора, — воскликнул он, притворно вскинув руки в воздух после проигрыша.
— Не переоценивай меня, — хохотнула Руби, тяжело дыша, но сияя от счастья.
Наконец, устав, они вдвоём опустились на прохладную траву. Руби легла на спину, глядя в темнеющее небо, где уже мерцали первые звёзды. Ламин лёг рядом, и на некоторое время между ними воцарилась тишина — только ветер шелестел травой, и в этом моменте было столько покоя, что он казался бесконечным.
— Спасибо, что вытащил меня сегодня. Иначе я бы весь день провалялась с телефоном или за учёбой, — сказала Руби, повернув голову к нему.
— Рад, что тебе понравилось. Это место идеальное, чтобы сбежать от мира и его камер, — ответил он, не отрывая взгляда от неба.
Спустя ещё немного времени Руби поднялась, стряхнула траву и передала телефон:
— Сфоткай меня на память.
После пары кадров она усмехнулась:
— А теперь давай вместе. Только по-глупому.
Смеясь, они начали строить рожицы, шутить, снимать короткие видео. Смех и искренние улыбки превращали вечер в настоящее воспоминание, которое останется с ними надолго.
~
Когда пришло время расходиться, Ламин настоял на такси:
— После такой активности ты заслуживаешь доехать с комфортом.
Сначала Руби сопротивлялась, но потом сдалась. Садясь в машину, она тепло улыбнулась Ламину на прощание и тихо захлопнула дверь.
Дома, приняв горячую ванну с пеной, она переписывалась с Алексой, пересказывая вечер с Ламином по частям — с подробностями и эмоциями.
~
Утро следующего дня началось не с солнца, а с грохота. Спустившись вниз, Руби застала полный хаос: Зильке металась по дому с чемоданами, Элиас спорил с отцом.
— Что происходит? — всё ещё сонно, потирая глаза, спросила Руби.
— Доброе утро! Нам дали две недели отпуска, и мы летим в Италию. А ты остаёшься за главную. Веселись с друзьями, отдыхай, — сказала Зильке, застёгивая молнию на последнем чемодане.
— Я наконец увижу Колизей! — с восторгом крикнул Элиас.
— То есть... я могу звать друзей? — уточнила Руби, уже предвкушая свободу.
— Только не разрушьте дом. И никаких вечеринок с алкоголем, — строго добавил Флик.
— Удачи, солнышко. Не скучай! — чмокнула её Зильке на прощание.
— А ты веселись со своим парнем, — ехидно добавил Элиас, подмигнув.
— Иди уже, — фыркнула Руби, закрывая за ними дверь.
В доме воцарилась тишина. Словно он стал больше, просторнее. Свобода была полной — и Руби уже знала: эти две недели будут незабываемыми.