Глава 32
Глава 32
Пятнистая Звезда, прищурившись, наблюдала, как тусклый утренний свет забрезжил сквозь моховой полог ее палатки. Несколько раз она проваливалась в неглубокий болезненный сон, но, несмотря на это, услышала, как на заре вернулся в лагерь Пачкун. После предводительница снова уснула, и ей приснилось, как она рассказывает отцу о случившемся у Костяной Горы. И в глазах Пачкуна было столько ужаса и безудержной тоски, что Пятнистой Звезде тотчас же захотелось, чтобы она погибла вместо Камня. А, впрочем, судя по отцовской реакции, именно это и случилось – та Оцелотка, а следом – и Пятнистая Звезда, которую он знал и любил, безвозвратно умерла… Кошка не чувствовала в себе храбрости, чтобы встать и рассказать ему обо всем, что случилось. Она не могла и не хотела слышать того, что он ей скажет в ответ. И Пятнистая Звезда, погруженная в свое горе, осталась лежать в своем гнездышке. Пускай лучше он все услышит от кого-то другого.
Предводительница слышала, как за стеной палатки копошились ее соплеменники. Они пытались разобраться, какие патрули необходимо снаряжать и кто должен в них идти, но без Камня они толком не могли разобраться. Пятнистая Звезда понимала, что она обязана прямо сейчас встать и выйти к ним, но ее шкура словно окаменела.
— Отведи патруль к берегу, — донесся вдруг с поляны голос Чащобника. — Чёрный Коготь, — вновь послышался голос кота, — сегодня чуть потеплее. Может, попытаешься проделать где-нибудь возле ущелья лунку во льду и порыбачить?
— Кого мне взять с собой? — принял как должное указания товарища воитель.
— Кого угодно, кто захочет пойти с тобой.
— А я могу снарядить пограничный патруль! — предложила Выдрохвостая.
— Не сегодня, — ответил бурый воин. — Мы не готовы к битве…
— Не готовы к битве? — оборвал его на полуслове голос Звездоцапа.
Пятнистая Звезда рывком села. Прилагая усилия, она выбралась из гнездышка, но никак не могла себя заставить покинуть палатку.
— Если понадобится и если я скажу, то будете драться как миленькие, рыбоголовые, — злобно прорычал полосатый предводитель. — Как вы могли упустить пленников?
Никто ему не ответил. Сердце Пятнистой Звезды бешено колотилось в груди. Неужели Звездоцап считал ее виноватой в том, что Невидимка, Ветерок и Пушинка сбежали? Она машинально отпрянула, когда бурый гигант ворвался в ее палатку.
— Ты что, даже стражу около них не выставила? — без лишних предисловий рыкнул Звездоцап прямо ей в морду.
— Острозуб велел, чтобы его сторожили лишь Сумеречные коты, — хмуро возразила Пятнистая Звезда.
Предводитель племени Теней, закрыв глаза, с шумом втянул воздух, будто бы силясь удержать себя в лапах. Пятнистая Звезда же изо всех сил пыталась унять предательскую дрожь.
Казалось, прошла вечность, прежде чем Звездоцап вновь открыл глаза и уставился на нее.
— Сегодня мы атакуем племя Ветра, — прошипел он. — Пришла пора четко дать им понять, что другого будущего, кроме присоединения к Тигриному племени, у них просто нет. Они присоединятся ко мне – или навсегда будут изгнаны со своих пустошей.
— Только племя Ветра? — непонимающе уставилась на него Пятнистая Звезда. — А мне казалось, что мы атакуем одновременно и племя Ветра, и Грозовое, — промяукала она. — Вроде, изначально мы планировали именно так…
— Значит, планы изменились, — отрезал Звездоцап. — И давай без лишних вопросов.
Пятнистая Звезда на этот раз не отвела взгляд. Это было уже слишком.
— Ты не можешь менять планы, не согласовав этого со мной, — проговорила Речная кошка настолько твердо, насколько могла.
— Да что ты говоришь? — притворно удивился Звездоцап, прильнув еще ближе. — А, если я все же решу попробовать, что ты сделаешь? Натравишь на меня своих соплеменников? Как ты считаешь, как мои воины отнесутся к такому развитию событий? Ты ведь теперь знаешь, на что они способны, правда?..
Пятнистая Звезда с трудом сглотнула ком в горле.
Предводитель племени Теней отстранился и деланно-дружелюбно улыбнулся ей: — Ну так что? Поможешь, или нет?
Речная кошка больше не могла сдерживать предательскую дрожь в лапах. Ей становилось страшно при одной лишь мысли о том, что будет с ее соплеменниками, если она откажется.
— Помогу, — тихо ответила Пятнистая Звезда.
— Вот и славно, — удовлетворенно промурлыкал Звездоцап.
— Только мои воины все ещё горюют, — промяукала она. — Они далеки от своей лучшей формы…
— Горюют? — непонимающе качнул хвостом Сумеречный кот.
«Да как же он не понимает…»
— Вчера на их глазах погиб Камень, — бесцветным голосом напомнила золотистая кошка.
— Вчера. На. Их. Глазах. Погиб. Предатель, —отчеканил каждое слово Звездоцап, яростно блеснув глазами в полутьме палатки. — Но не их вина в том, что твои соплеменники такие нежные: ничего подобного им бы не пришлось видеть, если бы ты не выбрала себе в глашатаи полукровку. Как вообще можно идти за предводителем, принимающим столь безответственные решения? Камень в любое мгновение мог всех вас предать – очень может статься, что он лишь ожидал сигнала от Грозовых. И, к счастью для вас, рядом оказался я. С этого дня все решения, касающиеся Тигриного племени, я буду принимать самостоятельно. Ты меня разочаровала.
— Эй, мы так не договаривались! — ощетинилась Пятнистая Звезда. Она больше не могла пятиться и уступать. — Я – такая же полноправная предводительница Тигриного племени, как и ты, — прошипела Речная кошка, прищурившись.
В это мгновение моховая завеса у входа в предводительскую палатку качнулась, пропуская внутрь Чернопята, а за ним и Частокола. Воины, ощетинившись, молча встали за спиной Звездоцапа.
Глаза незваных гостей горели холодной яростью. Пятнистой Звезде на мгновение показалось, что ее сердце вовсе перестало биться. Кошка понимала, зачем Звездоцап привел их сюда – чтобы дать ей понять, что в случае отказа они разорвут ее на части. Здесь и сейчас. Кто тогда защитит Речное племя? Пятнистая Звезда попятилась.
— Ладно, — тихо промяукала она. — Как скажешь.
— Значит, решено, — прорычал Звездоцап, взмахнув хвостом. — Рад, что благоразумие еще не совсем покинуло тебя. Атакуем в полдень. Приводи свой патруль к границе племени Ветра и жди меня.
Развернувшись, он выскользнул из ее палатки. Частокол, обернувшись, самодовольно ухмыльнулся ей, после чего поспешил вслед за своим предводителем. Последним предводительскую покинул Чернопят.
Пятнистая Звезда запаниковала. Первым ее желанием было побежать к Пачкуну и все ему рассказать… вот только что он ей может ответить, кроме: «А я предупреждал…»? И Камня было уже не вернуть. На кого из своих воинов она могла рассчитывать, если перед этим сама подвела их всех? Именно она утянула их за собой в омут. В омут, из которого им, кажется, уже не выбраться.
Пятнистая Звезда закрыла глаза.
«Что же я наделала…»
***
***
Одно ее радовало: Бича, кажется, и след простыл. Пятнистая Звезда, ведущая своих воинов к границе племени Ветра, вскинула голову и огляделась. Она не видела злобного черного кота с тех самых пор, как Звездоцап приводил его в их лагерь. Может, Звездоцап тоже решил, что такие союзники ему ни к чему? В душе Речной предводительницы колыхнулась робкая надежда. Может, еще не все было потеряно, и она сможет противостоять Звездоцапу? Вот только, верило ли в нее после всего случившегося ее собственное племя? Готово ли оно было поддержать восстание своей сплоховавшей предводительницы против узурпатора?
Кошка мельком оглянулась на свой патруль. Когда она объявляла о грядущей атаке на лагерь племени Ветра, никто не промолвил и слова в ответ. Колокольчик лишь мельком неуверенно взглянул на нее – и тут же опустил глаза, встретившись с предводительницей взглядом. Выдрохвостая с Лисицей встревоженно переглянулись друг с другом. Камыш продолжал потерянно смотреть в пространство перед собой. Нет, после гибели Камня они меньше всего были готовы к битве и каким-то свершениям…
Пятнистая Звезда встряхнула головой, стараясь избавиться от постылых и ненужных мыслей. Все, что сейчас действительно было важно – это сделать так, чтобы в предстоящем сражении никто из ее соплеменников всерьез не пострадал.
Дойдя до Ветряной границы, предводительница остановилась и оглянулась на свой патруль.
— Помните, — тихо и поспешно зашептала она, опасаясь, что Звездоцап мог быть уже на подходе, — берегите себя и не лезьте на рожон. Пускай Звездоцап и его воины сами делают все, что им нужно. А мне нужны лишь вы – целые и невредимые.
Сердце Пятнистой Звезды заныло при виде ее соплеменников – смотрящих в землю, перепуганных и дружащих, ощетинившихся так сильно, словно они хотели выскочить вон из шкур и бежать отсюда, куда глаза глядят. А, впрочем, чего скрывать, ей сейчас хотелось того же самого. Речной предводительнице вдруг стало очень стыдно. Самым краем сознания она все еще тешила безумную надежду, что после того, как они подчинят себе племя Ветра и Грозовое, они все станут единым, большим и сильным, племенем. Племенем, которому никогда больше не придется голодать и враждовать. Но теперь было очевидно – все это было не более чем самообманом. Она доверилась не тому коту. А прямо сейчас она ведет свое племя на бесчестную и гнусную битву. Которая, скорее всего, станет бойней.
Испуганный взгляд Колокольчика вдруг метнулся к зарослям папоротника, окаймлявшим границу. Спустя мгновение из них показался Звездоцап.
— Вперед, — мрачно прорычал он вместо приветствия, удостоив бывшую соправительницу лишь коротким взглядом. Могучий темно-бурый воин, сверкая на солнце чисто вылизанной шерстью, взмахнул хвостом.
Пятнистая Звезда, повторив жест Сумеречного кота, повела свои патруль в верещатник. Каждый шаг давался с трудом, а живот словно распирало огромным камнем, непонятно как там очутившимся. Перед битвой она приказала своим оруженосцам остаться в лагере: она не станет рисковать их жизнями, что бы не сказал Звездоцап.
Воины племени Теней стояли наизготовку неподалеку в зарослях вереска. Они переминались с лапы на лапу, нетерпеливо прядая ушами. Звездоцап смотрел, как Речные воители строятся в шеренгу рядом с ними. Отсутствия в рядах союзников оруженосцев он, к счастью, не заметил.
— Битва будет быстрой, — самодовольно прорычал предводитель Тигриного племени, — и кровопролитной. Эти длиннолапые трусы наверняка пошлют за помощью. Поэтому нам нужно управиться быстро, до подхода Грозового подкрепления. И достаточно наглядно для того, чтобы даже самый тупой кроликолов осознал, что с ними будет, если они продолжат противиться моей воле.
Пятнистая Звезда с облегчением выдохнула, увидев, как ее соплеменники при этих словах вскидывают подбородки и расправляют плечи. Пусть Звездоцап верит, что предстоящая битва им в радость. Меньше всего Речной предводительнице хотелось, чтобы его гнев пал на кого-то из ее племени…
Пересекши пустошь, они с легкостью обратили в бегство двух встреченных Ветряных часовых – и, абсолютно неожиданно для хозяев, ворвались в лагерь.
Пятнистая Звезда за спиной у Звездоцапа мельком глянула на Черного Когтя – помнил ли он о ее приказе? К облегчению предводительницы, сделав несколько шажочков, он замер, пропуская вперед хлынувших в лагерь Сумеречных воинов. Травница с Лисицей разминулись с Колокольчиком, Жуконосом и Мышеловом – при этом все они держались по краям лагеря, в отличие от бойцов Звездоцапа, ринувшихся прямиком на ветряных котов.
Те, сверкая когтями, встретили пришельцев в центре большой травянистой поляны. Бешеный рев заполнил поляну, когда Пятнистая Звезда бросилась в гущу схватки – она не могла позволить себе роскоши отсиживаться в сторонке на глазах у Звездоцапа. Тогда, возможно, он не обратит внимания на ее соплеменников, не принимающих участия в битве.
Поднырнув под брюхо какого-то Ветряного, она, резко рванувшись вперед, опрокинула его навзничь. Коротко оглядевшись вокруг, Пятнистая Звезда с облегчением осознала, что она была единственной сражавшейся Речной воительницей.
Внезапно она мордой к морде столкнулась с Ветряной воительницей. Смерив ее янтарным взглядом, полным лютой ненависти, воительница бросилась на Речную предводительницу с такой яростью, к которой Пятнистая Звезда оказалась не готова. Полосатая кошка схватила ее за загривок и ловким движением подсекла ее задние лапы, отчего Пятнистая Звезда неловко завалилась на бок. Подобно молнии, тело Речной предводительницы пронзила острая боль – противница с силой ударила ей в живот задними когтями. С трудом извернувшись, Пятнистая Звезда бросилась на Ветряную и с силой залепила той когтистой лапой по щеке. В тот же миг чьи-то когти вновь вцепились в её шерсть, утаскивая пятнистую кошку вниз, куда-то в визжащее переплетение лап и клыков.
Золотистая прижала уши и сощурилась, пытаясь избежать свистящих в мышином усике от нее когтей. Воздух был наполнен комками шерсти, а чьи-то лапы, вцепившись в ее плечи, продолжали тащить ее в гущу боя, параллельно осыпая увесистыми ударами. Выгадав момент, она с силой ударила в ответ, не понимая даже, кого она бьет – и в этот самый момент хватка ослабла. Поднявшись, она всей своей массой рванулась вперёд, расталкивая легковесных Ветряных и, не глядя, молотя когтями перед собой. «Я должна выжить», пульсировала у нее в висках лишь одна, самая главная, мысль. «Только выжить…»
Чьи-то когти хлестко ударили ее по морде, после чего зубы другого противника стиснули хвост кошки. Зарычав от боли, Пятнистая Звезда резко развернулась и с размаху вспорола Ветряному ухо, обагрив свои когти чужой кровью.
— Что вы копаетесь?! Заканчивайте с ними! — раздался где-то в отдалении рев Звездоцапа. Гвалт битвы усилился настолько, что Речная кошка чуть не оглохла. Она не знала, сколько времени прошло – полдня или пара ударов сердца – прежде чем они, наконец, начали стихать. Ветряные коты, постанывая, ковыляли прочь, пока не собрались все, дрожащие и окровавленные, вдоль вересковой стены своего лагеря. Пятнистая Звезда наконец выпрямилась, оглядываясь вокруг. К ее облегчению, соплеменники, живые и здоровые, медленно пятились, пока воины Звездоцапапродолжали избивать последних поверженных противников. Наконец, все стихло.
Звездоцап стоял в центре лагеря и медленно обводил взглядом, полным злобного торжества, окровавленных и потрепанных воителей племени Ветра. Одной из своих массивных передних лап он прижимал к земле маленького Ветряного оруженосца.
— Колючка! — всхлипнула с края лагеря какая-то кошка из племени Ветра, полными ужаса глазами глядя на юного кота в когтях Звездоцапа.
Звездный Луч поднялся с земли, потрепанный и окровавленный. Ветряной предводитель вперился полным ненависти взглядом в Звездоцапа.
— Отпусти его немедленно!
Звездоцап равнодушно посмотрел на Звездного Луча, к которому тут же подошел вплотную Чернопят, кривясь в презрительной усмешке. Частокол неторопливо шел вдоль рядов поверженных противников, яростно шипя на любого из воинов племени Ветра, осмеливавшегося поднять на него взгляд.
— Он же всего лишь оруженосец, Сумрачный Лес тебя подери! — низко прорычал Звездный Луч. — Что тебе от него надо?!
Смерив длиннолапого кота еще одним ничего не выражающим взглядом, полосатый гигант наклонился к несчастному оруженосцу и что-то тихо, почти ласково, ему прошептал. В следующее мгновение глаза Звездоцапа налились холодной яростью и он, размахнувшись, что было силы ударил Колючку огромной когтистой лапой прямо по незащищенному горлу. Кровь струей брызнула из жуткой раны, и малыш, изогнувшись, забился в судорогах. Продолжалось это недолго – спустя несколько мгновений он затих.
Глаза Звездного Луча потрясенно остекленели, а кошка, называвшая убитого по имени, оглушительно закричала. Полное невыразимого ужаса и боли эхо прокатилось над разгромленным лагерем.
Голова Пятнистой Звезды закружилась, а в ушах в унисон с предсмертными булькающими хрипами погибшего оруженосца раздалось предсмертное рычание Камня, сражающегося с Частоколом и Чернопятом. Ещё одна невинная молодая душа ушла к Предкам гораздо раньше предначертанного срока… Когда же Звездоцап напьется крови? Она оглянулась на Черного Когтя, затем на Лисицу и остальных своих соплеменников. Все они в одинаковом ужасе смотрели на предводителя Тигриного племени.
— У меня есть послание для Огнезвезда, который наверняка уже во все лопатки бежит сюда, — низко прорычал Звездоцап, вперившись немигающим взглядом в глаза Звездного Луча. — Передай ему, чтобы приходил, вместе с племенем Ветра, завтра в полдень к Четырем Деревьям. Я устал ждать. Завтра я хочу услышать его решение по поводу присоединения к Тигриному племени.
Выпущенным когтем он приподнял безжизненное тело Колючки.
— А если он откажется… То пусть знает, что его ждет.
***
По пути домой Пятнистую Звезду мутило от безудержного ликования Звездоцапа. Он громко обсуждал с Чернопятом и Частоколом, каким легким противником оказалось племя Ветра.
— Пожалуй, стоило прикончить еще нескольких, — с мрачной усмешкой покачал головой Звездоцап. — Все равно ведь завтра придется…
— Думаешь, Огнезвезд не согласится на твое предложение? — возбужденно спросил Частокол.
— Сразу – точно нет, — скривил губы предводитель Тигриного племени.
На границе Пятнистая Звезда сказала Звездоцапу, что ее воинам срочно нужно домой, чтобы Пачкун мог позаботиться об их ранах. К счастью, тот не возражал, а сразу же повел своих собственных соплеменников в сосновый лес.
Можжевельник вскочил со своего места, стоило только их патрулю показаться в лагере. Цветик поспешила к Моховушке, и, прильнув к матери, довела ее до тростниковой стены лагеря, где, уложив изможденную кошку, принялась вылизывать ее раны. Весняночка, Щуколап и Камышонок испуганно наблюдали за происходящим от палатки оруженосцев. Они уже знали, что Невидимке вместе с Ветерком и Пушинкой удалось сбежать из плена, но как они могли успокоиться, не будучи уверенными, что с их мамой было все в порядке…
— Что случилось? — спросил Можжевельник.
— Звездоцап передал через племя Ветра ультиматум Огнезвезду, — ответила предводительница. — Он хочет, чтобы племя Ветра и Грозовое племя завтра в полдень явились к Четырем Деревьям.
— А мы? Нам тоже нужно идти? — подрагивающим голосом спросил Чащобник.
— Да, нужно, — ответила Пятнистая Звезда, не смея встретиться с соплеменником взглядом. Разве был у нее выбор? Ведь, если она откажется, то уже Весняночка или Щуколап могут вот так лежать посреди лагеря с распоротым горлом…
Пачкун уже спешил из целительской к вернувшемуся патрулю, сжимая в зубах охапку трав и добрый моток паутины. Отцовские глаза встретились с ее собственными лишь на мгновение, но в них было такое безмерное разочарование, которого даже готовая ко всему Пятнистая Звезда не могла вынести. Предводительница села на землю. Кошке казалось, что ее сердце превратилось в такой неподъемный булыжник, что вообще было непонятно, как оно все еще продолжало биться. Пачкун же, пройдя мимо, принялся осматривать раненых.
Пятнистая Звезда закрыла глаза. Ей казалось, что она тонула, погружаясь все глубже в омут, и отыскать путь наверх было решительно невозможно. Время, казалось, остановило свой бег, пока она сидела и машинально слушала тихий ропот своих соплеменников. Наверняка они сейчас жалели лишь об одном – что Метеор когда-то назначил ее своей глашатай. По телу пятнистой кошки пробежала дрожь.
Пачкун был прав во всем и с самого начала. Речное племя никогда не заслуживало такой дрянной предводительницы, как она. Да и сколько ему вообще осталось, тому племени… Совсем скоро они окончательно станут лишь безымянными прислужниками Звездоцапа. Без роду и племени.
И это было невыносимо. Она должна была поговорить с Пачкуном. И неважно, что он скажет и какими словами ее назовет. Пусть он хотя бы знает, как сильно она раскаивается в том, что натворила.
Кошка открыла глаза. Она не заметила, как полдень успел превратиться в вечер. Ее соплеменники по-прежнему продолжали зализывать раны на краю лагеря. Встав, она медленно побрела к целительской. Собравшись с силами, Пятнистая Звезда минула моховую завесу и вошла внутрь.
Воздух был наполнен ароматом трав. Лисица с Травницей сидели возле своих гнездышек. Стоило предводительнице войти, как они одновременно повернули к ней головы.
— Привет, давно не виделись, — промяукала Травница. Голос кошки звучал на удивление дружелюбно.
— Ну как вы тут? — спросила Пятнистая Звезда.
— Через пару дней буду как новая, — вымученно-бодро ответила Травница.
— Пара царапин, не более, — подхватила черная соплеменница.
Наконец, из тени в глубине палатки показался и сам Пачкун:
— Я обработал их раны, — негромко проговорил он. — Там, действительно, ничего страшного. Они могут возвращаться в воинскую палатку.
— Спасибо, Пачкун! — кивнула ему полосатая кошка.
— Спасибо! — с благодарностью вторила ей Лисица. После этого воительницы, развернувшись, направились к выходу из целительской.
Пачкун посмотрел на Пятнистую Звезду так пристально, что у той перехватило дыхание. Что он мог сказать ей из того, в чем уже не упрекала себя она сама? Что она заблуждалась? Что была по-котячьи наивной и доверчивой дурой? Что разрушила племя, которое должна была оберегать? Стараясь сдержать предательскую дрожь, предводительница встретила отцовский взгляд.
— Ты правильно поступила, велев своему патрулю не лезть на рожон, — внезапно сказал он. — Благодаря этому никто всерьез не пострадал. Несколько укусов и царапин, не более.
Он был так добр к ней… Вот только она совершенно не заслужила этой доброты. Пятнистой Звезде очень хотелось зарыться носом в мягкую шерстку на его шее, как она частенько делала в бытность котенком.
— Прости меня, — хрипло промяукала она. — Нужно было с самого начала слушаться тебя…
— Нужно было, — просто согласился старый кот. — Но ты всегда считала, что тебе виднее, всегда бросалась, очертя голову, в самое пекло.
Кошка повесила голову. Этого стоило ожидать. Она полностью это заслужила. Она подвергла родное племя страшной опасности. И именно из-за нее погиб Камень.
— Как ты собираешься все исправлять?
Пятнистая Звезда вскинула голову. Отцовский вопрос застал ее врасплох: — А что тут уже исправишь…
— Ты родилась, чтобы спасти Речное племя.
Предводительница медленно покачала головой.
— Разве ты до сих пор ничего не понял? Твое видение было ложным, — с горечью промяукала Пятнистая Звезда. А ведь она стольким пожертвовала, чтобы пойти этой тропой… Она могла бы стать подругой Лягушатника. Возможно, тогда бы он выжил. И у них наверняка бы уже были котята… — Это не было знаком, ниспосланным Звездным Племенем – лишь обычным сном. И этого всего никогда не должно было происходить. Какой же рыбоголовой я была, поверив во все это…
Пачкун пристально посмотрел на нее: — По-твоему, это я виноват, наставив тебя на этот путь? — тихо спросил он.
— Нет, что ты, — спешно возразила Пятнистая Звезда, коря себя за неточность формулировок. — В этом виновата лишь я сама. Я все делала… не так.
— И, несмотря на это, я по-прежнему верю в то свое видение, — неожиданно твердо изрек Пачкун.
— Почему? — потрясенно уставилась на него предводительница. — Я провалилась везде. Я все разрушила. Нет больше Речного племени. Осталось лишь Тигриное. Только оно… — кошка с трудом проглотила комок в горле, — плохое. Злобное и бесчестное.
— Тогда повторю свой вопрос. Как ты собираешься все исправлять?
Пятнистая Звезда непонимающе уставилась на отца. Неужели он от горя совсем тронулся рассудком…
— Нечего уже не исправишь, — хрипло ответила она. — Это безнадежно.
— Но кто остановит Звездоцапа, если не ты? — спросил Пачкун.
— Боюсь, что уже никто.
— Кто-то все-таки должен, — продолжал настаивать старый целитель, не шелохнувшись. — Ты точно помнишь мое видение?
Разве ж она могла забыть…
— Заряница просила тебя беречь меня и заботиться обо мне, ибо однажды я сыграю свою роль…
— Именно, — подтвердил ее отец. — Сыграешь свою роль в судьбе не только Речного племени – всех племен.
Пятнистая Звезда беспомощно смотрела на него, чувствуя себя совершенно разбитой. Значит, она подвела не только Речное племя, а вообще все племена.
— Значит, все еще страшнее, чем я себе представляла, — хрипло прошептала она.
— Ещё не все, — ровным голосом проговорил Пачкун, пристально глядя на дочь. — Звездоцап всегда был угрозой племенам. И, не используй он тебя, непременно окрутил бы кого-то другого. И, рано или поздно, племена были обречены с этой угрозой столкнуться.
Было так тихо, что Пятнистая Звезда слышала бешеный стук своего сердца.
— Не оставляй их одних встречать её, — твердо закончил свою мысль Пачкун. — Помоги им все исправить.
— Помочь им? — словно завороженная, повторила Речная предводительница.
— Именно, — кивнул целитель. — Это твой долг.
Пятнистая Звезда вдруг заметила, с какой теплотой и любовью смотрел на нее Пачкун. Несмотря на все, что она успела натворить на посту предводительницы, он по-прежнему верил в нее…
А что, если это и вправду сработает? Если она все ещё была в состоянии все исправить? Мысли стремительным потоком неслись в голове Пятнистой Звезды. Что, если Грозовое племя и племя Ветра все это время были вовсе не врагами, а союзниками?
— Возможно, ты и прав, — медленно проговорила она.
Глаза старого целителя просияли: — Звездоцап ничем не заслужил ни твоей преданности, ни твоей поддержки.
Предводительница медленно кивнула: — Знаю. Я следую за ним лишь для того, чтобы никто из моих соплеменников больше не пострадал.
— Если Звездоцапа не станет, никто больше не пострадает, — подытожил Пачкун, пристально глядя на нее.
Сердце Пятнистой Звезды воспарило: — Если я помогу Грозовым и Ветряным избавиться от него, Речное племя снова будет в безопасности! — дрожащим от волнения голосом воскликнула она.
Ответом было лишь бархатисто-теплое мурчание Пачкуна.
Кошка села, обернув лапы хвостом, и принялась напряженно обдумывать сложившуюся ситуацию: — Завтра Звездоцап планирует новую битву, будучи уверенным, что Речное племя на его стороне, — она многозначительно посмотрела на отца. — Но что, если мы не будем на его стороне? Если ему придется противостоять сразу трем племенам?
— Тогда он проиграет, — взмахнул хвостом Пачкун, со свистом рассекая воздух. — Судьба племен в твоих лапах, Пятнистая Звезда. Тебе ее и решать.