21. Не делай мне больно
С дурацким настроением выхожу из универа. Погода под вечер знатно испортилась, что ещё больше сказалось на моем состоянии. Ваня бредет сзади, разговаривая с кем-то по телефону. Все... не могу больше терпеть! Приду домой и поговорю с Ваней. В конце концов, я должна знать о его состоянии, о том, что он чувствует к этому ублюдку. Поворачиваюсь к кареглазому и задерживаю взгляд на его лице – волосы намокли под весенним дождем, лицо выдает здоровый розоватый оттенок. Как мне повезло, что он достался именно мне. Такое счастье в моих руках, и я не должна упустить его.
Зайдя домой, переоделась и настроилась на разговор. Жду Ваню, который должен вот-вот вернуться в квартиру. Стою в коридоре и смотрю в зеркало – кем я стала? Спасителем этого мира? Ведь спасая Ваню, я и спасаю весь свой мир.
Застываю напротив своего отражения, когда в дверной скважине раздаются повороты ключа. Сейчас или никогда. Пора. Подхожу к входной двери, замечая раскрашенное кровью и ссадинами лицо Вани.
- Ваня! Что случилось?! - В панике вскрикиваю я.
Пытаюсь подобраться ближе к парню, но тот, скинув кроссовки с ног, уходит прочь. Сжимаю губы. Немедля иду за ним, в тревоге ища причины его поведения.
- Что случилось, Бессмертных?! - С злостью цежу я и дёргаю его за рукав толстовки.
Он поворачивается и смотрит в глаза. Выстрел в лоб – и я убита. На лице кареглазого выступают острые скулы, заметны желваки.
- Может, ты объяснишь мне?
В его глазах читается то злость, то ненависть. В моих – непонимание и страх. Подхожу ближе и чувствую руку на плече. Смотрю на Ваню и вижу выступающие на его избитом лице слезы.
- Что ты нашла в нем?! - Кричит парень. - Что?!
- О чем ты говоришь, Ваня?! - Голос звучит ужасным писком.
Я ловлю его за талию и пытаюсь усадить на кровать, но Бессмертных не поддаётся и отталкивает меня. Вместо слов достает телефон и, судорожно нажимая на экран, протягивает мне мобильник. От увиденного хочется пропасть куда подальше. На фотографии Ержевский прижимает меня к стене, наклонив голову к шее. Тот самый день, когда он перехватил меня возле гардероба.
- Это не то, что ты...
- Я так и понял. Что, больше нечего придумать? - Каждое слово, как лезвие в сердце.
- Вань, я честно не была с ним. Точнее, между нами ничего не было. - Путаюсь в словах, но смотрю ему в глаза. По крайней мере, в них сейчас есть правда. Только вот взгляд Вани ничего не выражает. Лишь холод и безразличие.
- Поэтому сегодня ты разговаривала с ним в актовом зале? - Снова выстрел в лоб.
- Нет. - Прячу глаза в пол, боясь столкновения с грозными глазами Бессмертных. - Просто выслушай меня. - Пытаюсь быть услышанной, но Ваня пропускает мои слова мимо ушей, вставая с кровати и отворачиваясь к окну.
- Уходи. Не делай мне больно. - Сквозь горечь шепчет Ваня.
Чувствую, как между нами рисуется пропасть. Не хочу слушать его слова, не хочу в них верить. Сейчас я делаю больно самому близкому человеку. Но я не хочу быть такой! Не хочу топтать по сердцу того, кого люблю. Любит ли он меня? По сильной спине, повернутой в мою сторону, в голову лезет только один ответ – нет.
- Я не любила никого кроме тебя.
Хватаю рюкзак с пола и, не дожидаясь ответа, вылетаю из комнаты. В коридоре судорожно завязываю шнурки на кроссовках и ухожу из этого места. Места, в котором мы впервые поцеловались и лежали в обнимку, говоря о самом сокровенном на свете. Теперь это все разрушено. Теперь я – самая тёмная часть его жизнь. Он больше не поверит мне, не простит и не обнимет в знак примирения.
Выхожу из родного подъезда и последний раз смотрю на окно седьмого этажа. Слезы льются еще сильнее, перед глазами проносятся самые лучшие моменты моей жизни, связанные с человеком, который перевернул её с ног на голову. Но теперь это всё в прошлом.
Достаю из куртки телефон и в списке контактов ищу имя подруги. На время разговора сдерживаю слезы и пытаюсь остановить истерику. Иду к дому Маши вразвалочку, по пути напеваю Макса Коржа.
- Ев... Что случилось? Ержевский?! - Шатенка встречает меня на пороге и сразу заключает в крепкие объятия. Я смотрю на нее пустым взглядом, изредка хлюпая носом. - Проходи.
У подруги дома скучно и вяло. Стоя на балконе, смотрю вдаль и вспоминаю вид из дома Вани. На душе скребут кошки, хочется расплакаться во всю, но я терплю. Сегодня я и так испортила любимому человеку день, а, возможно, и целую жизнь.
- Хочу только одного – забыть это все как страшный сон. - Шепчу я, выпивая остатки вина из бутылки.
- Поспи, Ев, тебе нужно отдохнуть. - Говорит подруга и гладит меня по голове. - Завтра пойдешь в универ, поговоришь с Ваней, и все придет на свои места.
- Если бы все было так просто...
Утыкаюсь лицом в подушку, к глазам подходит новая волна жгучих слез. Не верю больше ни во что, даже себе.
«Ты сильная, Ева. Ты все сможешь», - проносится в голове перед долгим сном.
Открываю глаза и первое, что перед собой вижу, – кружку чая на столе и пару конфет. Маша, наверное, совсем со мной замучалась за вчерашний вечер. Но я ей очень благодарна. Без подруги вчера я бы не выжила.
Медленно поднимаюсь с кровати и присаживаюсь на её край, укрываясь одеялом. Беру в руки фарфоровую кружку и отпиваю чай небольшими глотками. Есть совсем не хочется.
Смотрю на стол и, заметив свой телефон, хватаю его и снимаю блокировку. Ноль сообщений. Внутри что-то неприятно сжимается. Может, сердце, лопнувшее вчера от сбившегося ритма?
Выходим с Машей из ее дома. В глазах темнеет. Светлое небо кажется темно-серым, почти черным. В высоте недовольно каркают вороны. Смотрю на голубоглазую и делаю вид, что слушаю ее истории. Иногда фальшиво улыбаюсь. Я знаю, что Бессмертных со мной не заговорит. Тогда зачем на что-то надеяться?