Глава 5
Кнара в буквальном смысле ехала на руках Раксана, удивленно и восхищенно таращилась по сторонам, боясь пропустить даже самую малость нового и интересного. Для нее все вокруг было невероятным и нереальным. В первый момент, когда она ступила на небольшую квадратную площадку перед кораблем, в изумлении уставилась по сторонам. Площадка как и их корабль, будто зависла в открытом космосе, но тем не менее, каким-то образом была прикреплена к огромному, словно живому паукообразному сооружению. Абсолютно прозрачная поверхность коридора будто присосалась к корпусу их корабля, и лишь тонкая серая полоска пола не давала Кнаре завизжать от страха, что они сейчас все упадут в эту черную бездну космоса. Заметив состояние паники, исказившее лицо любимой, Раксан тут же подхватил девушку на руки, прижал к себе и поцеловал, тем самым отвлекая. Ласково шепнул на ухо: "Не бойся, милая". Потом как ребенка пересадил на согнутый локоть, да так и понес вперед, обхватив ее бедра. Теперь она была выше всех и чувствовала себя в полной безопасности, успокаиваясь, но продолжала цепляться за его шею. За ними шли Сайран и Девор с Нэну, а следом - мрачные нугеры Хонка, которых заставили принести клятву долга Раксану, и теперь Нэну должен был устроить их новый контракт, по которому большая часть денег уйдет Раксану в уплату долга жизни. Как сказали недавно Нэну и Тэуя, нугеры чрезвычайно щепетильны в отношении своей чести и обязательств, именно поэтому ша'а решили обойтись с ними таким образом - не убивать нугеров, а освободить. О ша'а те практически ничего не знали, а рассказывать как оказались в подобном положении точно не станут, это нанесет их репутации и чести непоправимый урон. Теклан с Тэуя остались на борту корабля в качестве охраны.
Вот такой большой толпой они и шли по широким коридорам торговой станции Ру-14, заставляя окружающих рассыпаться в стороны. Все с удивлением, а некоторые и восхищением смотрели на них. Три потрясающих мужчины ша'а в облегающих блестящих комбинезонах, позволяющих всем женщинам-гуманоидам оценить их статность, привлекательность и мощь. На сильных руках одного из них восседала невероятной красоты синеволосая белокожая девушка, которая, грациозно вертя головкой, распахнутыми от любопытства глазами смотрела на все, мимо чего они проходили, изредка пытаясь заправить синие блестящие локоны за уши, чтобы не мешали. А позади них следовала внушительная группа из четырех огромных нугеров, презрительно и яростно глядящих на невольных зевак.
На одной из развилок четверка нугеров молча свернула в сторону, уходя к отсеку наемников, с целью зарегистрировать желающих заключить контракты. А ша'а пошли дальше, следуя в отсек администрации станции, чтобы пополнить свои трюмы новой питательной смесью и другими запасами, необходимыми для дальнейшего продолжения полета. Да и топливо не помешает. Завершив необходимые и первостепенные дела, ша'а двинулись в торговые ряды приобрести вещи для личного пользования и для Кнары. Когда Раксан сказал ей, что они идут в торговый центр, чтобы купить ей все необходимое, она словно засветилась от счастья, однако, все еще чувствуя неловкость от того, что деньги были не ее, и не знала что можно купить и на какую сумму. Но все мысли об этом выветрились из головы, как только она увидела этот самый торговый центр. Помещение три метра на три с неглубокими креслицами, небольшой монитор и два робота. Причем в первый момент, когда Кнара их увидела, решила, что это рыцари в броне, но потом, заметив ее шокированный взгляд, всё подробно объяснили Сайран с Раксаном, а Девор как всегда добродушно усмехнулся.
Потом ей показали на экране куда нажимать или активировать команду голосом, и мужчины уселись подальше, а девушка, неуверенно на них оглядываясь, погрузилась в мир покупок. Как только она подошла к монитору, по ней пробежался голубой луч, считывая ее параметры, и дальше открылся каталог товаров. Но она все медлила, не зная на что можно решиться, потому что проблема с румами, как здесь называли денежные знаки, пока не прояснилась. За ее спиной возник Раксан и мягко, тихо прошептал на ухо, убирая синий локон, упавший на лицо.
- Ты просто указывай пальчиком на все, что тебе хочется. Не волнуйся, Хонк на нас МНОГО заработал - можно не мелочиться. После этих слов Кнара расслабилась, и понеслось: заколки, расчески, белье, обувь, она даже несколько разноцветных комбинезонов выбрала. А ведь на Рокно надеть штаны женщине - равносильно опуститься до обитательниц публичного дома. Однако, как поведали ее спутники, на Ша'А многие женщины носят брюки, потому что это удобно. Впрочем, она не стала разгоняться, но все необходимое на первое время и для поддержания гигиены выбрала. Потом, потупив глаза, поинтересовалась:
- А можно ли мне купить одежду для Теклана?
- Не сейчас, - Раскан, нахмурившись, пояснил, - Тэуя и Теклан потом сами сходят и купят. Согласно кивнув, Кнара поинтересовалась:
- А как я могу забрать покупки?
- Все доставят на корабль, но если ты хочешь что-то надеть сейчас, то запросто можешь воспользоваться примерочной. - предложил Раксан.
Заметно повеселев, Кнара сходила в примерочную и переоделась, сняв с себя изрядно надоевший черный комбинезон. Надев новое тончайшее белье, яркий желтый комбинезон и мягкие ботиночки на упругой удобной для ходьбы подошве, причесавшись, почувствовала себя вполне комфортно. "Только Раксана не хватает рядом", - посетовала она, поэтому, выйдя наружу, уже привычно взяла его за руку. Подняв довольное улыбающееся лицо на мужчин, поразилась многообразию выражений на их лицах. Сайран словно довольный дядюшка улыбался и покачивал головой, рассматривая преобразившуюся девушку с ярко проступившей индивидуальностью. Девор следил за ней восхищенными глазами, в которых затаились грусть и тоска, а Раксан смотрел как собственник, поедая глазами, горевшими чуть ли не фанатичным обожанием и неукротимым желанием. Ей этот взгляд очень понравился, более того, кокетливо взмахнув густыми синими ресницами, ответила ему таким же горячим взглядом. И тут же оказалась у него на руках, а его нос уткнулся в ложбинку груди, чуть приоткрывшейся в свободном вороте комбинезона. Кнара замерла, чувствуя, что с одной стороны этого хотела, с другой - ей немного страшно и неловко, что все это происходит на глазах их спутников. От этой неловкости ее избавил Сайран, недовольно пробурчав:
- Раксан, я понимаю, ты влюблен и твоя очаровательная пара рядом, но пожалей нас - убогих и одиноких. Ладно, Девор, он уже выяснил, куда пойдет после обеда снять напряжение, но мне-то еще лететь и лететь до своей пары. И выпускать пар придется в одиночку, так что имей совесть.
От этой фразы Кнара сначала расслабилась, потому что Раксан чуть отстранился от нее, хмуро слушая друга, но потом, когда истинный смысл фразы дошел до нее, покраснела до кончиков ушей, стесняясь посмотреть на мужчин. - Сайран, ты иногда как что-нибудь ляпнешь, так хоть стой, хоть прибей тебя! Девор тоже, судя по его взгляду, сверлившему стенку напротив, и сконфуженному лицу, тоже испытывал неловкость, что Кнара теперь знает, куда он хочет отправиться.
- Ой, да ладно уже в политесы играть. Она девочка уже большая, пара - страйсер, жить будет в военном корпусе, еще и не такого наслушается. Пусть уже лучше сразу привыкает. Моя Нея быстро освоилась, и Кнара справится. - Больше ничего не добавив, Сайран направился к выходу.
В небольшой бар они зашли спустя буквально несколько минут. На них тут же обратили внимание немногочисленные присутствующие. Но ша'а, не обращая ни на кого внимания, прошли вглубь зала и устроились за широким столом. К ним подкатил робот и замер, предлагая новым посетителям сделать выбор блюд и напитков. Кнара зачарованно смотрела, как на груди робота сменяются видеокартинки, демонстрируя не только название, но и внешний вид блюд.
Прекрасно пообедав, они вчетвером наслаждались напитками и лениво рассказывали Кнаре об этой станции. Когда создана, кем и для чего, рассказали о незнакомой расе, представителя которой здесь впервые увидели, еще о многих мелочах. Девушка рассматривала новых посетителей, но в один момент, увидев мужчину, быстро прошедшего к одному из столиков и устроившегося напротив лысого розоватого невысокого аггарха. Кнара застыла, во все глаза глядя на него, и пыталась удержать злые предательские слезы.
- Что случилось, любимая? Что тебя так взволновало? Скажи, пожалуйста, маленькая моя! - Ее привлек тихий встревоженный голос Раксана и его рука, накрывшая ее ладонь. Она почувствовала, как по ее печати пронеслась буря эмоций от него к ней, возвращая в реальность. Он был в недоумении, ярости, напряжении и страхе за нее.
С трудом отвернувшись от человека, сидящего возле дальней затемненной стены зала, обратилась к спутникам хриплым от страха, напряжения и ненависти голосом.
- Тот мужчина возле стены, который с розовым аггархом присел, - капитан корабля, похитивший меня, Теклана, Мартына и Тишку с Рокно. Привез на Казарус и продал Хонку как живой товар. Хонк его Респияром назвал, я не знаю, это фамилия, прозвище или должность. Просто Респияр!
Потерев виски, она протянула руку за стаканом и одним глотком осушила остатки сока. Облизав все равно быстро высохшие губы, тяжело посмотрела на замолчавших мужчин и замерла - трое ша'а мертвыми холодными глазами смотрели на Респияра. У Кнары по спине ледяной холодок пробежался от их убийственного выражения. И похоже, не у нее одной, потому что Респияр напрягся, а потом нервно оглянулся в поиске источника этого холода. Кнара резко отвернулась, испугавшись, что тот ее узнает, но к ней склонился Раксан и тихо попросил.
- Не бойся, единственная моя, он к тебе больше никогда не приблизится. Он больше вообще жить не будет. - Обернувшись к Девору, так же тихо, но уже жестко сказал:
- Развлечения отменяются, у нас есть работа, точнее долги. Сайран, ты остаешься с этим, мы проводим Кнару. Держись на связи.
Они втроем тут же покинули бар, быстро направляясь к кораблю. Кнару Раксан все так же нес на руках, чуть сильнее, чем прежде прижимая к себе.
Как только они оказались на борту, Кнара рассказала Теклану о встрече. Его лицо смертельно побледнело, но не от страха, а от ярости, ненависти и мрачной решимости. Повернувшись к Раксану, Теклан четко и раздельно произнес.
- Я пойду с вами. Я поклялся своим братьям по оружию, что отомщу, если будет возможность. А я долгов за собой не оставляю.
Раксан бросил взгляд на Кнару, потом на Девора и Тэуя. Подошел к Нэну, и принял решение.
- Вы трое остаетесь с Кнарой, мы с Текланом и Сайраном отдаем долги, после этого - сразу в путь. Кнара лишь прижала кулаки к груди, с тревогой и страхом посмотрев на Раксана. Он легко и нежно поцеловал ее, потом они Текланом ушли, оставив остальных готовиться к отлету. Служба доставки привезла ее покупки, оборудование и питание, а они вчетвером все ждали друзей, молча сидя в рубке.
Наконец, спустя несколько часов вернулись мрачные ша'а и Теклан. Раксан, перед тем как пройти к себе в каюту, и первым делом вымыться, бросил Девору небольшой сверток со словами.
- Это тебе для изучения очередной сюрприз с Рокно!
Медленно развернув пластбумагу, Девор уставился на странный предмет. Кнара проводила взглядом Раксана, который так и не подошел к ней, сразу скрывшись в своей каюте, но ее чувствительный нос уловил явственный аромат крови. Кровь, судя по запаху и отсутствию пятен на одежде, была не его, чья - она догадалась, но запретила себе даже думать об этом. Потом медленно подошла к столу и тоже взглянула на предмет, устало вздохнула, снова присаживаясь в кресло. Затем сообщила заинтересованно посмотревшему на нее Девору.
- Это браслет сомнения. Он может видоизменяться, становясь либо украшением, либо брелком, либо небольшой абстрактной статуэткой, но его используют в нечестной игре. Тот кто его касается или носит с собой, все время испытывает сомнения. Во всем. Подобный как-то дарили папе, но на него он не подействовал, как рассчитывали его конкуренты. Так, лишь легкая неуверенность возникла, но он сразу распознал влияние и уничтожил его. И своих конкурентов тоже! Вообще, как выяснил на собственном примере мой отец, на него практически ничего не действовало в полной мере, только отголоски. Лишь эти ошейники... Как я поняла из разговоров дяди, их может создать лишь один маг, он знает какой-то секрет, больше никто.
Задумавшись, Девор сверлил взглядом магическую безделушку, и Кнара понимала, что ему как исследователю и разумному существу, покоряющему космические пространства, очень сложно принять ее слова за правду. Поэтому она положила ладошку ему на руку, заставив его напрячься, и печально произнесла:
- Вспомни ошейники, Девор, а еще просто подумай, как мы с Текланом реагировали на все, что видели после похищения. - Еще печальнее, с горькой усмешкой на губах произнесла. - Когда на подлете к станции нам показали космос и звезды, я была потрясена, но молчала, потому что отец меня к этому подготовил в детстве. А мои собратья по несчастью орали и бились в истерике, охваченные суеверным ужасом, а ведь над головами всего лишь раздвинули смотровые люки...
Девор внимательно выслушал и тоже ухмыльнулся. Кнара встала и устало пробормотала, подчиняясь старым привычкам, ладонями разглаживая и поправляя желтый комбинезон.
- Простите, господа, мне нужно заняться прибывшими вещами и просто хочется отдохнуть. Резко развернувшись, вышла, сопровождаемая внимательным печальным взглядом Девора. Он неожиданно подумал, что восхищается не только внешностью этой девушки, но и характером. И притом совершенно лишена жадности, тщеславия и хитрости. Но он опоздал, и это чудо досталось его другу, хотя все же честно себе признался, что чувства Раксана к этой девушке гораздо глубже и ярче, чем у него. Девора прежде всего привлекала ее необыкновенно красивая внешность - легенда Ша'А, вкупе с жестким инстинктом защитника. Но мужчина знал, что это скорее последствия влияния ее сущности Ша'Ари, именно поэтому он осторожничал и не пошел против друга за ее обладание. А вот Раксан безоговорочно, с первых минут начал связь, растворяясь в Кнаре и своих все усиливающихся чувствах к ней. Девор отметил сейчас, как Ша'Аул с огромным трудом сдержался, чтобы сразу не кинуться к своей паре. Судя по запаху, долги розданы с кровавыми процентами и Респияр мертв, и Ша'Акру более чем уверен, что смерть он ждал как благословение, попав в руки Раксана, Теклана и Сайрана.
*****
Кнара аккуратно и неспешно раскладывала свои новые вещи в необычном стенном шкафу, полки которого выдвигались там, где она проводила рукой. Она никак ко всему этому не могла привыкнуть и словно ребенок вскрикивала от удивления и радости, стоило открыть для себя что-то новое. Несмотря на происшедшее, она не погрузилась в тоску, злость или собственные незабытые страхи. У нее теперь есть будущее, и оно крепко связано с Раксаном, в чем убедилась несколько часов назад. И несмотря на то, что промолчал, считай, обманул, - не спрашивая ее согласия, начал связь с ней - все же рисковал только собой. Поняла, что он испытывает к ней глубокие чувства, истинные. Когда Раксан брал за руку, по связи от него приходил такой шквал эмоций, что иногда ими захлестывало. Приходилось задерживать дыхание, чтобы не задохнуться от радости и счастья. Ведь она никогда не думала, да она даже мечтать об этом боялась, что ее когда-нибудь кто-нибудь сможет так полюбить. Настолько всепоглощающе.
Они покинули Ру-14 двое суток назад. Раксан за это время по непонятной причине немного отстранился, даже за руку ее больше не держал. С благоговением касался ее волос, лица, но тут же, как будто обжегшись, уходил. Кнара уже не знала о чем думать, посему этим вечером снова забилась у себя в каюте, и, вдоволь полазив по учебной программе, врученной ей Девором вместе с планшетом, чтобы отвлечься от невеселых дум, в очередной раз начала перекладывать свои вещи. Закончив, села, сложив руки на коленях и, тяжело вздохнув, опустила голову, мысленно призывая Раксана. Она уже физически не могла без него, стремилась к нему, болела им и увядала без него. 'Он разочаровался в ней из-за того, что ему пришлось уничтожить эту гадину Респияра' - была первая мысль. Но глядя на довольного Теклана, который сказал ей, что после того как они рассчитались с этим чудовищем, ему стало легче дышать, пыталась найти другую причину.
В голову пришла шальная мысль - воспользоваться раз в жизни советами ее беспутной сестры Марены и самой пойти в каюту Раксана. Тем более, если последнее время она испытывала странное, незнакомое раньше ощущение томления, вызывавшее тяжесть и дискомфорт, то теперь мучил еще и жар желания, словно сжигающий тело изнутри, не давая спокойно спать, есть и вообще жить, а к сегодняшнему дню уже причинял боль. Она впервые в жизни коснулась себя там, стоя в душе и пытаясь облегчить эту боль, снять напряжение, но все оказалось бесполезным. Она нуждалась в Раксане и как только подумала о нем, томление и боль усилились.
Она уже боялась выходить из каюты, чтобы Раксан и другие мужчины не заметили ее состояния, а еще хуже - не почувствовали запах ее желания, стоило только Раксану появиться с ней рядом. Все эти ощущения и страхи заставляли уши краснеть, а плечи - все ниже опускаться, да тяжко вздыхать. Двери открылись бесшумно, но она почувствовала это, а еще хуже - почувствовала запах того, кто к ней пришел. Замерла, опасаясь повернуться к нему лицом и выдать свои чувства. Раксан вплотную подошел и сел в соседнее кресло, соприкасаясь с Кнарой коленями. Она отметила, что выглядит тот неважно: глаза лихорадочно горят, глядя на нее из-под серебристо-голубых бровей, щеки впали - весь его вид говорил о чудовищном напряжении, в котором он находится. Кнара подняла на него синие глаза, в которых застыло удивление и беспокойство и хрипло спросила:
- Раксан, что происходит, почему ты избегаешь меня и так... так плохо выглядишь? Что случилось?
Широко раздувая крылья носа, втягивая ее сладко-пряный аромат, он больше не мог сдерживаться. Резко схватив ее за руку, выдернул из кресла, заставив тихо удивленно охнуть, а потом и замереть, стоя между его коленей. Пристально и напряженно смотрел на нее, поглаживая кисти рук и просто наслаждаясь обычным прикосновением к ее теплой нежнейшей коже. Его привлек придушенный страхом голос.
- Раксан, что происходит, ты можешь мне сказать? Его мрачный тяжелый взгляд, тем не менее, горящий откровенной жаждой остановился на ее груди, после этого, судорожно сглотнув, он прохрипел:
- Моя связь полностью закончена, Кнара, и я нуждаюсь в тебе! В твоем теле сейчас особенно. Я избегал тебя в надежде справиться с собой, но хочу тебя до боли и ничего не могу с этим поделать, моя связь стремится к полному единению. Помоги мне, любимая!
Кнара потрясенно выдохнула и, не задумываясь о последствиях, озвучила пришедшую в голову догадку.
- Так я чувствую твою боль?
- Ты испытываешь боль, моя девочка? Покажи где? - он, сверкнув глазами, с надеждой вцепился в нее взглядом.
- Внизу живота! - покраснев и опустив голову, прошептала Кнара.
- Как давно, моя единственная?
- Последние два дня! А сегодня особенно сильно. Раксан, мне так больно, что я не могу ничего поделать.
Как только она закончила жаловаться, Раксан медленно провел руками по ее груди, от чего она забыла, что нужно дышать, а затем резко рванул верх ее комбинезона. Ткань разошлась на груди, позволив ощутить ей чуть прохладный кондиционированный воздух, а затем он мягко, осторожно, словно опасаясь причинить вред, сдвинул остатки ткани в стороны. Чуть подрагивающими пальцами, медленно, даже благоговейно обвел черные набухшие линии рисунка связи, который с двух сторон, так же как и у него, обнимал ее правую грудь и свивался в спираль под ней, уходя усиками под кожу. К ее сердцу! И главное больше не двигался, замерев навсегда. Раксан с трудом сглотнул и с диким восторгом, и любовью посмотрел на девушку.
- Наша связь закончена, полноценна и абсолютно законна! Теперь ты моя навечно, любимая!
Кнара как и Раксан, опустив взгляд, рассматривала рисунок на своей коже, а потом задохнулась от наслаждения, когда он придвинулся чуть ближе и приник губами к розовой вершинке ее груди. Движение языка - и девушка едва сдерживает стон, цепляясь за его плечи. Другая рука ласкает вторую вершинку, вызывая у Кнары стон наслаждения и боли, тугим узлом свернувшейся внизу живота. Выгнувшись, давая ему больше простора, она полностью доверилась ему. Во всем! Лишь всхлипывая от наслаждения, простонала, зарываясь ладонями, в короткий серебристый ежик волос:
- Раксан, мне так больно внизу! Помоги мне!
- Прости любимая, но один-единственный раз тебе будет очень больно. Клянусь, это будет только однажды. - слегка отстраняясь, напряженно выдавил он.
- Почему единственный? Ведь мне уже больно! - лишь спросила, открыв затуманенные от желания глаза.
Он уткнулся в ложбинку ее округлой упругой груди и снова, сильно втянув в себя ее аромат, продолжил, обхватывая ее ягодицы ладонями и сильнее прижимая к себе.
- Десять лет воздержания, родная моя, - это не шутки! А желание скручивает так, что клыки дробятся от того, как я пытаюсь сдерживать себя. Никогда не думал, что настолько тяжело держать контроль! Но как только я сорвусь - не смогу быть осторожным, нежным и аккуратным, девочка моя. Я возьму тебя быстро и слишком грубо для твоего первого раза, причинив сильную боль. Прости меня, любимая, но по-другому у нас не получится, я слишком затянул с этим, дальше будет только хуже.
Он разорвал остатки ее комбинезона и, подхватив под ягодицы, стремительно рванул к кровати. Кнара сама дернула верхнюю застежку на его одежде и лишь хрипло ответила, целуя его губы.
- Мне все равно, там так все болит и тянет, что сил терпеть, больше нет! Сделай что-нибудь с этим, я хочу, чтобы не болело! Как только она оказалась на кровати, Раксан буквально содрал с нее оставшуюся одежду, а потом и с себя. Лихорадочные поцелуи везде, где он мог дотянуться, судорожные вздохи и поглаживания, а потом он оказался между раскинутых ног Кнары и резко вошел в нее, заставляя вскрикнуть от боли. Она выгнулась дугой, но он не мог остановиться и прервать стремительно нарастающий темп своих движений. Двигаясь с диким рычанием, цеплялся за нее словно утопающий за соломинку, но остановиться уже не мог, чтобы сейчас не происходило. Лишь сцепил их ладони и прижал печати, давая Кнаре в полной мере ощутить не только свою боль, но и его сметающее разум наслаждение и удовлетворение голодного самца, дорвавшегося до своей самки. Благодаря этому боль, словно нашкодивший щенок, свернулась и спряталась подальше, позволяя девушке гореть в огне наслаждения и, срывая голосовые связки, орать от чувственного экстаза и выкрикивать имя любимого. Раксан! Разрядка наступила довольно скоро, как и предупреждал ее мужчина, но ее была не менее острой и сильной, ведь она разделила ее с ним и более того, удвоила их ощущения. Дикая скачка, звериное рычание и ее удовлетворенные всхлипы - эта каюта, наверное, никогда не знала такого потрясающего накала эмоций и чувств. Невероятный полет, а потом медленное возвращение обратно, в это безликое помещение, но теперь уже вдвоем. Теперь уже всегда и во всем вдвоем.
Кнара лежала под Раксаном, постепенно приходя в себя, но благодаря тому, что он удерживал свое тело на локтях, почти не чувствовала тяжести. Лишь глубокое удовлетворение и, как это ни странно, - голод. Острая боль внизу живота сменилась тупой, от вторжения его большой и твердой плоти, но ее это теперь не беспокоило. Кнара пошевелилась под Раксаном, заставляя его скатиться, но тут же прижать к своему боку, нависая над ней. Его встревоженный нежный взгляд обежал ее тело и остановился на прекрасных, теплых и таких любимых глазах.
- Прости, маленькая моя! В следующий раз больно не будет. Обещаю!
Она протянула руку и своей узкой, очень светлой ладошкой прошлась по его скулам и щекам в нежной ласке и хриплым, сорванным от крика голосом прошептала:
- Через эту боль стоило пройти, чтобы получить немыслимое наслаждение, и его мне подарил ты. Разделил на двоих. Спасибо, за то что унял мою боль. Моя пара и муж?! - Последняя фраза прозвучала вопросительно, с легкой неуверенностью, заставившей Раксана нахмуриться и твердо, очень серьезно ответить.
- Твоя пара и муж, Кнара! По закону Ша'А! Отныне и навсегда! - потом мягко усмехнулся и, зарывшись в волосы за ее ушком, закончил:
- Для всех! И без права отмены! Только моя девочка!
Он опять начал ее целовать, спускаясь к груди, но Кнара, схватив его за волосы, так же хрипло прошептала:
- Мне будет больно... если еще раз... сейчас. Мне все еще больно, не сильно, но я ее чувствую.
Раксан оторвался от нее и, виновато глянув, тяжко вздохнул.
- Я знаю, любимая! Я тоже ее чувствую, твою боль! Сегодня не будем, но ты не можешь запретить мне прикасаться к тебе так, как я хочу. И где хочу! - мгновение помолчал и твердо добавил, заставляя брови Кнары насмешливо взлететь вверх. - И сколько хочу! А я хочу всегда и везде! И я в своем праве! Как пара!
Поерзав, немного поежившись, она сложила руки на его груди и уперлась в нее лицом, всем телом теснее прижимаясь в поиске тепла. Почувствовав, что она замерзает, Раксан быстро накрыл их простыней и крепче прижал к себе, словно укутывая своим огромным горячим телом. Уткнувшись в синюю макушку, с наслаждением вдыхал запах разгоряченной страстью Кнары и млел от счастья. Он все еще не мог поверить, что ее связь так быстро закончилась, значит ее чувства к нему не меньше и не слабее, чем его. И теперь они закрепились навсегда, связав воедино их сердца. Разрушить их любовь невозможно ничем и никому. Отныне, как он и сказал Кнаре, они едины как физически, так и духовно, и эмоционально. После десяти лет страшного унизительного плена, звезды словно в награду и утешение послали ему синеокую ша'а, вернувшую свободу и связавшую с ним свою жизнь.
Они в очередной раз засыпали, тесно сплетаясь телами и согревая друг друга. На душе у Кнары было легко и светло. Ее жизнь, наконец, изменилась. В ней нуждаются, любят и теперь у нее есть семья, которая защитит, отогреет, если сердце почувствует холод. Хотя сердце больше никогда не узнает холода, потому что оно горит от любви, взаимной любви. Разгоряченная кожа под ее рукой казалась гладким атласом, обтянувшим металл, а сосок, слегка задетый ладонью, - крошечной твердой бусинкой. На плечах бугрились мускулы, лицо словно высечено из мрамора. Он поистине великолепен. И принадлежит ей. На всю жизнь. А волосы на виске мягкие и гладкие... А стоит коснуться печати на руке или под грудью Раксана, как волна его эмоций и чувств к ней просто захлестывает, накрывая с головой, омывая душу любовью и теплом.
Чуть пошевелившись в руках любимого, Кнара почувствовала, как ее моментально теснее прижал к телу Раксан, еще и свою тяжелую внушительную руку положил на бедро. Уткнувшись носом в его грудь и обняв за талию, задремала, чувствуя, как бьются в унисон их сердца. Восхитительное ощущение его большого горячего тела рядом с ней дарило покой и счастливое умиротворение душе.
К своим спутникам они вышли только через пару дней, все это время наслаждаясь друг другом. Они неспешно занимались любовью, изучая друг друга. Кнара решила, что на ее теле не осталось ни единого кусочка, не обласканного Раксаном. Он словно извинялся за их первый раз (хоть Кнаре и в голову бы не пришло жаловаться), щедро даря ласки, и был бесконечно нежен. Они забывали обо всем, прерываясь, когда Кнара со счастливым смехом предлагала: "Милый, надо поесть, иначе скоро друзья найдут здесь наши бездыханные тела". Иногда спали, пресыщенные чувственными ласками. Вернее, первой засыпала Кнара, Раксан, казалось, не хотел ни мгновения потерять, просто смотрел на спящую Кнару - его синеглазое счастье. Иногда разговаривали, рассказывая друг другу о себе и своей жизни до встречи. Кнара, устроившись под боком у Раксана, подложив его теплую ладонь под щеку, с тяжелым сердцем рассказывала о своем утраченном детстве и тоскливой юности, годах, проведенных с мыслью о мести и последующем разочаровании. Раксан молча слушал ее, запоминая даже самые маленькие детали о жизни любимой, а потом по просьбе Кнары рассказал о себе. Теперь уже Кнара лежала на его груди, затаив дыхание и распахнув любопытные глаза, внимала ему. Слушала словно сказку. Выяснилось, что Раксану семьдесят три года, а его друзья Девор и Сайран на год старше. Они были еще совсем мальчишками из юношеского военного корпуса и находились на своем первом ознакомительном полете в пределах их галактики под присмотром преподавателей, когда случилась катастрофа, унесшая жизни большей части населения Ша'А. Как они пять лет скитались по галактике в поисках и сборах уцелевших кораблей. Как слишком быстро повзрослели. Спустя пять лет Сайран и Раксан встретили своих родителей на одном из кораблей, также блуждавшем в поисках соотечественников и пристанища. Тысячи больших и маленьких кораблей Ша'А больше тридцати лет скитались по вселенной, чтобы найти планету, которая станет новым миром Ша'А и когда, наконец, нашли, были безмерно счастливы. Десять лет упорного строительства нового дома, еще дольше - налаживание отношений с соседями и восстановление утраченной репутации сильной непобедимой расы воинов.
- И десять лет плена, - потрясенно прошептала Кнара. - Не больно вас жизнь баловала.
- Сейчас на новом Ша'А есть все, что нужно для жизни, но слишком мало женщин и семей. Выжили в основном мужчины, потому что многие были в военных и разведывательных рейдах, или торговых миссиях. Слишком многие женщины погибли, не успев спастись и покинуть планету. Немногие спасшиеся ученые долго пытались выяснить, как такое вообще могло произойти. Точных ответов уже скорее всего никогда не получат, ошибки учтут на будущее, защищая свою планету со всех сторон. Всем ша'а еще много надо сделать для благополучия родной планеты, - успокоил ее Раксан, заметив, - особенно учитывая новую угрозу - ошейники подчинения с Рокно. - такое страйсер ша'а без внимания оставить никак не мог. К остальным они вышли, держась за руки и светясь как желтый гигант, излучая не только свет, но и тепло. Сайран добродушно поздравил молодоженов, Девор завистливо вздохнул, но был безмерно счастлив, что другу улыбнулось счастье, и он обрел пару. Теклан с мягкой ухмылкой хлопнул здоровенного Раксана - выше его на голову - по плечу, а потом поцеловал девушке руку под недовольным пристальным взглядом ревнивца-собственника. Нугеры, оценив взгляд, подходить не решились и поздравили с безопасного расстояния. А Кнара, крайне смущенная таким вниманием, покраснела и прижалась к Раксану. Все же брачные ритуалы Рокно и Ша'А ну очень сильно различались, и хоть она сердцем понимала, что теперь новобрачная и уже не невеста, а жена, но разумом все сомневалась.
Полет с РУ-14 длился уже неделю, и однажды, сидя рядом с Девором, упорно ломавшим голову над браслетом сомнения, Кнара чуть было не задремала, когда он задал вопрос:
- Кнара, я только сейчас вспомнил, что меня все эти дни беспокоило после твоего рассказа о родителях.
- Да? - она тут же проснулась и, задрав голову, бросила на него недоуменный взгляд.
- Ты сказала, что твой отец встретил твою мать на Рокно, - Девор отложил браслет в сторону и снял защитные перчатки. Потом, заметив такие же любопытные и недоуменные взгляды остальных, продолжил, пытливо глядя на девушку, - то есть она была человеком? - Кнара лишь настороженно кивнула головой.
- Это невозможно, Кнара, потому что потомство ша'а получают, только когда сформирована связь. Да и сама подумай, ша'а живут столетиями, обладают быстрой регенерацией, способностью к трансформации, да и еще много чего. А твоя мать - человек. По твоим словам, она прожила с отцом долгое время и только потом смогла родить тебя. Ведь у людей короткая жизнь, они быстро стареют, тем более в таком примитивном мире как Рокно, где абсолютно не развиты медицина и наука.
Кнара скептически посмотрела на Девора, а потом ехидно ответила, отметив раздраженный подобными заявлениями взгляд Теклана.
- Да-да, такой примитивный, что ты, Девор, - семидесятилетний ученый-исследователь - уже неделю не можешь разобрать принцип действия этого браслета. А мы - такие высшие разумные существа - все четверо ходили в ошейниках десять лет. А ваши Стражи Совета галактик, караулят наши границы, чтобы всякие вроде Респияра и другие умники не летали на Рокно, закрыв этот мир. Я что-то еще упустила, Теклан?
Тот, ехидно ухмыльнувшись, мотнул головой и расслабился, заметив как потемнело лицо Девора после слов Кнары, а Сайран с Раксаном тихо посмеивались.
- Все же брак твоих родителей меня очень интересует, Кнара. На Ш'Аа тысячи мужчин остаются одинокими, потому что женщин не хватает. У нас проблемы с воспроизводством населения, и, как ты понимаешь, это довольно животрепещущий вопрос. И вот почему. Как твои отец и мать смогли тебя зачать, если связь между человеком и ша'а невозможна? Технически! - все же поправился он, заметив взметнувшиеся брови Кнары.
Девушке надоело сидеть в кресле, словно маленькая синяя птичка вспорхнула и быстро перебралась на колени довольно подхватившего ее Раксана. И только когда она поерзала на коленях, устраиваясь поудобнее в его руках, обхватив ладонями руку мужа и поглаживая ее, ответила:
- А это, Девор, произошло благодаря магии этого примитивного неразвитого мира. Папа рассказывал, что через несколько лет поиска решения этой проблемы, он нашел одного умельца, который создал артефакт единения. Кровь обоих супругов, смешавшись на нем, воспроизвела копию печати связи у мамы. Я же маленькая была и много не знаю, да и папа не вдавался в технические подробности, все обещал потом как-нибудь рассказать. Но знаю, что этот артефакт не только связь создавал, но и разделял срок жизни. Они в полном смысле стали половинками одного целого. Очень скоро после этого обряда и я появилась. Они и о братике для меня задумались, - печальный вздох, - но мой дядя все уничтожил. Разрушил, растоптал и сам умер как собака под копытами лошади.
После ее монолога все трое ша'а замолчали, а потом Девор переглянулся с друзьями и озвучил, похоже, пришедшую им всем троим в голову мысль.
- А это значит, что многие из нас тоже могут воспользоваться этим. Осталось только добыть артефакт. - тут же снова вцепился взглядом в Кнару. - А этот артефакт одноразового применения или сколько потребуется? Кнара пожала плечами и пробормотала.
- Боюсь расстроить, но артефакт впитывается в кожу. У мамы на руке была тату, потом папа рассказал что это такое, когда я попросила такую же.
Мужчины, слегка нахмурившись, посверлили друг друга взглядами. Но было заметно, что они обдумывают одну мысль. Потом Сайран, качнув головой и пожав плечами, сказал:
- Главное, что это вообще возможно, а нужное количество можно заказать. Да наши парни там же себе и пару подобрать смогут, чтобы по вселенной не скитаться. А так, малочисленные экспедиции - и мы решим множество проблем: и с демографией, и с ошейниками. Надо только все тщательно продумать, обсудить с Советом, выделить ша'а для этого... Кнара переводила взгляд с одного на другого и все сильнее веселилась над предприимчивостью этих мужчин. Наконец, не выдержав и пнув локтем в ребро Раксана, с насмешкой сказала.
- А кто-то прибеднялся и обижался, говоря что не делец, а всего лишь военный. Да вы тут все дельцы, даже более того - всем дельцам дельцы! Пару мгновений все помолчали, потом раздался дружный смех.